p1- The weight of his gaze

Февраль в этом городе всегда ощущался как синяк на теле. Небо цвета грязного льда низко нависало над крышами, вытягивая из мира последние краски. Каждый порыв ветра, пронизывающий до костей, заставлял прохожих вжимать головы в плечи, а Джесс – еще глубже нырять в свои мысли, где царила та же серая, унылая тональность, что и за окном. Её утро начиналось одинаково: в полумраке спальни, где единственным источником света была маленькая лампа на туалетном столике. Она сидела перед зеркалом, словно жрица, готовящаяся к обряду, только вместо благовоний — едкий запах пудры и лака для волос. Руки, чуть дрожащие от недосыпа, старательно наносили макияж. Слой тонального крема, призванный стереть бледность и темные круги под глазами – следы ночных кошмаров и бесконечных переписок с Нейтом. Тонкая, острая линия подводки, чтобы глаза казались больше, выразительнее, чтобы скрыть в них страх. Наконец, темно-синий берет – Нейту нравился её «элегантный» образ, и она должна была ему соответствовать. Каждый жест был выверен до мелочей, словно попытка натянуть на себя идеальную, непробиваемую маску, за которой она могла бы продержаться до вечера. Выйдя из дома, Джесс вдохнула морозный воздух, который тут же обжег легкие. Ветер злобно трепал её волосы, принося с собой запах влажной земли и снега, который никак не мог растаять. За углом школы, в их привычном «уголке», куда не долетали взгляды учителей, Майя и Кори уже курили. Майя, как обычно, без шапки, с расстегнутой на груди курткой, смеялась так звонко, что её смех, казалось, мог растопить лед на тротуарах. Кори, более сдержанная, заметив Джесс, шагнула навстречу и поправила ей съехавший шарф. — Опять замёрзла?— ворчала Кори. — Ты какая-то прозрачная сегодня. Еле видно. Джесс попыталась улыбнуться, чувствуя, как тепло разливается по груди. В этот короткий миг, рядом с подругами, она могла быть собой. Без маски, без страха. Этот короткий миг свободы закончился, когда на школьную парковку въехал черный внедорожник Нейта. Дорогой, блестящий, он выделялся среди прочих машин, как хищник в стаде овец. Аксель, уже стоявший у своей видавшей виды машины, просто кивнул Нейту. Он был, как всегда, невозмутим, словно гранитная статуя. Нейт неспешно направился к девчонкам, и его походка сама по себе излучала уверенность и властность. Как только он подошел, смех Майи оборвался, а Кори незаметно отступила на полшага. Нейт молча притянул Джесс к себе. Это не было нежным объятием. Его рука легла на её плечо, тяжелая, словно цепь, и прижала её к своему боку. Джесс почти потеряла равновесие, но Нейт не обратил на это внимания. Его фирменная «полу-улыбка» скользнула по лицу – вежливая маска, за которой скрывалось что-то холодное и расчетливое. Он не смотрел на Джесс. Его взгляд скользил по лицам окружающих, словно он заявлял: «Это моя вещь. Не трогайте». Джесс замерла. Она боялась даже вздохнуть слишком громко, чтобы не испортить этот момент его «расположения». Она чувствовала себя марионеткой на ниточках, которая должна играть свою роль идеально, иначе… иначе будет плохо. ____ В классе телефон Джесс постоянно жужжал в кармане, вибрируя, словно назойливая муха. Нейт, сидевший в трех рядах от неё, не переставал писать. Это были не милые сообщения, а, скорее, короткие допросы и приказы. Нейт: «О чем вы там пиздели с Майей утром? Я видел». Джесс: «Ни о чем, Нейт. Просто о домашке, честно». Нейт: «Не ври мне. Я не люблю, когда мне врут. Она на тебя херово влияет. Смотри на доску, а не на неё. Иначе я сам подойду и проверю, кто там у тебя в телефоне». Джесс: «Хорошо, Нейт. Прости». Нейт: «Вечером я тебя отвезу. Будь готова сразу после звонка. И чтобы без этих твоих подружек». Эти сообщения были не про флирт. Это были короткие поводки, которые он постоянно натягивал. Вечером, когда Нейт подвозил её домой, в салоне машины царила удушающая тишина. Нейт вцепился в руль, его скулы были напряжены. — Майя и Кори… — начал он, и его голос, обычно такой уверенный, стал вкрадчивым, ядовитым. — Они, блять, странные, Джесс. Они не твоего уровня. Они просто тянут тебя на дно своего болота. Ты же хочешь быть лучше? Со мной ты будешь другой. Станешь кем-то, а с ними ты никто. Джесс смотрела в окно на серые сугробы, по которым бездумно ездили машины. Внутри неё билась только одна мысль, которую она судорожно пыталась удержать: «Он просто заботится обо мне. Он единственный, кому не похуй. Он меня спасет».