Утро

Торжественная музыка разнеслась по залу детского сада, знаменуя начало нового дня. Огромные прожекторы вспыхнули один за другим, заливая лабиринты безжалостным белым светом. Тело Луны выгнулось дугой, когда механизмы начали принудительную трансформацию. Колпак со звездами исчез в затылке, синяя ткань штанов сменилась ярко-желтой, а из головы с резким щелчком выскочили острые солнечные лучи. — Привет-привет! Пятиминутная готовность! — воскликнул Солнце, подпрыгивая на месте. Его программа радости включилась мгновенно, заставляя его суетиться и прибираться. — Новый день-новые друзья! Нужно собрать все кубики! Нужно... — он осекся. Взгляд его белых окуляров упал на груду мягких блоков у входа в один из туннелей. Посреди ярких подушек лежало что-то чужеродное. Что-то неподвижное. — Ох... Друг? Ты... ты нашел отличное место для пряток! — Солнце хихикнул, потирая ладони, но его голос слегка дрогнул. — Но уже утро! Время вставать! Он подбежал ближе и склонился над Грегори. Мальчик лежал на спине, его руки были раскинуты, а глаза — полуоткрыты, но в них больше не было жизни. На бледной шее, как страшное ожерелье, красовались отчетливые, глубокие следы от стальных пальцев. Солнце замер. Его лучи начали медленно вращаться, издавая тихий, испуганный скрежет. — Эй... вставай... Мы же хотели порисовать... — Аниматроник протянул руку, чтобы коснуться плеча мальчика, но его ладонь задрожала. Его сенсоры температуры выдали критическую ошибку: «Биологический объект: холодный. Состояние: не реагирует». — Нет-нет-нет! — Солнце внезапно схватился за голову обеими манипуляторами. — Это ошибка! Это плохая игра! Неправильная игра! Он поднял голову и посмотрел на свои собственные руки. Те же самые руки, которые только что были скрыты синими "перчатками" Луны. В его цифровой памяти вспыхнули обрывки ночных видений: хриплый смех, борьба в темноте и ощущение того, как сопротивление под его пальцами медленно угасает. — Это... это был я? — прошептал Солнце. Его всегда улыбающаяся маска, если бы могла менять выражения, теперь казалась бы застывшим криком ужаса. Он упал на колени рядом с Грегори, пытаясь закрыть руками следы удушья на его шее, словно это могло что-то исправить. — Прости... Прости меня, новый друг... Пожалуйста, проснись! Я выключу свет! Я позволю тебе спать! Только не молчи! Но в ответ была лишь тишина. Солнце закинул голову назад, и из его динамиков вырвался длинный, пронзительный звук системной ошибки, переходящий в безнадежный механический вой. В это утро двери детского сада так и не открылись для детей.