Глава 2

В одном из городов Японии неожиданно начался дождь, и вскоре весь город оказался под потоками воды. В одном из переулков города. Лежали двое детей без сознания. Когда первая капля воды упала на голову мальчика, он очнулся. «!!!» — мальчик открыл глаза и увидел, что он всё ещё здесь. Он был уверен, что пути назад нет, но вот он. Каким-то чудом Изуку остался жив, несмотря на то, что его слабое тело не выдержало использования ОФА на полную мощность. «Почему?..» — это был единственный вопрос, который Изуку мог задать себе сейчас. Он чувствовал, что умирает, чувствовал, как угасает, но затем ослепительная вспышка света согрела его, а когда свет погас, он снова был в порядке. «...» Изуку посмотрел на девушку, которая лежала без сознания на его левой руке. Он невольно потянулся правой рукой, чтобы поднять ее, но тут кое-что понял. «Где мои раны?!» — воскликнул Изуку. Он посмотрел на свою правую руку, но на ней не было ни одного шрама, которые появились у него за время службы в армии. «...» Изуку быстро сжал и разжал кулак и вдруг понял, что больше не чувствует боли. Боль и раны, нанесенные полицейскими, исчезли вместе со шрамами. “Почему я сейчас такой мускулистый?.” - Сказал Изуку. Мышечная масса, которую он набрал, чтобы использовать OFA, каким-то образом вернулась к нему. Изуку был почти таким же, каким он был до вступительных экзаменов. Это было почти так, как будто кто-то перевел на нем часы времени и перемотал его в более здоровое состояние. Душевный шрам все еще был на месте, но теперь он чувствовал себя намного менее напуганным, возможно, эта перемотка развеяла затяжной эффект, который причуды этих двух офицеров произвели на его разум. Изуку отогнал эти мысли и сосредоточился на маленькой девочке. Несмотря на юный возраст, на её лице было страдальческое выражение. Изуку решил отнести её туда, где теперь был его дом. Возможно, он и не выходил из своего нового дома после побега из Мустафу, но всё же смог вернуться туда, откуда пришёл. — Ну и… черт. — Теперь Изуку понимал, что его «марш смерти» мог встревожить мать. Возвращение к более здоровому состоянию тела и разума вернуло ему ясность ума, которую он утратил после того дня. Почти придя в себя, Изуку помчался домой, бережно неся на руках маленькую девочку. Он надеялся добраться до дома до возвращения матери, у которой и без того хватало забот. Инко Мидория была почти в отчаянии, когда обнаружила, что дверь в комнату Изуку открыта, а его там нет. Инко не хотела в это верить, но понимала, что Изуку мог уйти из дома, чтобы умереть и избавить ее от мучений. Инко даже не шелохнулась, когда услышала, что дверь открывается, и подумала, что это вор, который пришел ее ограбить. — О-о-о. Черт меня побери... — от этих слов Инко обернулась и увидела, что ее сын здесь. Она посмотрела ему в глаза и едва не расплакалась. В них был свет, не такой яркий, как раньше, но он ослеплял ее по сравнению с тем, какими пустыми они были раньше. Пока Изуку укладывал девушку спать на диване. Инко заваривала чай. Она чувствовала прилив сил. Как будто в тот момент, когда Изуку вернул волю к жизни, она тоже обрела ее. «Я так многого не знаю...» — пробормотал себе под нос Изуку. От этих слов Инко чуть не расплакалась. Изуку вернулся, ее сын вышел из этого жалкого, сломленного состояния и почти поправился. “Милая...” «Сколько времени прошло с тех пор, как случилась эта гребаная заварушка?» — спросил Изуку. Инко не смутило, что Изуку немного перебрал с выражениями, — она предпочла услышать это, а не тишину, повисшую в доме. “Четыре месяца...” «Хех... четверка связана со смертью, и подумать только, что сегодня я чуть не умер... и каким-то чудом вернулся в мир живых». — сказал Изуку. «О чем ты только думал?!» — спросила Инко, поставив чай на стол. «Не о чем... я был опустошен и измотан. Из-за причуд этих двух ублюдков у меня остались какие-то последствия, и с каждым днем мне становилось все хуже и хуже, пока я не понял, что больше не могу. Но что бы ни сделала со мной эта девчонка, ее причуда исправила все последствия, да еще и с лихвой». — сказал Изуку. Он показал матери правую руку, и она заметила, что на ней нет того ужасного шрама. — А как же твоя причуда? — спросила Инко. «Она все еще там... но это еще больше усложняет ситуацию. Мне действительно нужно многое тебе объяснить, мам. Я больше не буду хранить это в секрете...» — сказал Изуку. Он решил рассказать всю правду о своей причуде. Его мать слушала, как он получил передаваемую причуду от Всемогущего и как остался без какой-либо реальной поддержки, чтобы понять, как ее использовать. «Я расстроена, милый. Как эти ублюдки посмели так с тобой поступить?! Они должны были тебе помочь!» — сказала Инко. Она злилась из-за того, что они отказались помочь Изуку освоить озв, хотя было очевидно, что ему нужно научиться контролировать свою причуду. Они как будто были слишком некомпетентны, чтобы выполнять свою работу должным образом. «Да. Несмотря на то, что мне явно нужно было войти в курс дела, я оказался под «присмотром» этого ублюдка, который отказывался выполнять свою работу, пока ты ему не понравишься», — сказал Изуку, не скрывая своего презрения и ненависти к Эрасеру. «Этот человек слишком рьяно хвалил тех двух негодяев. Я рад, что теперь он до конца своих дней будет в Тартаре». — сказал Инко. — Хм?.. — голос этой девушки заставил их замолчать, и Инко попыталась подойти к ней. "Ааааа!.” Эри снова активировала свою причуду в приступе паники, а затем Изуку увидел, что его мама худеет с пугающей скоростью, и смог увести ее подальше от этого света, прежде чем она успела исчезнуть или что-то в этом роде. — МАМОЧКА! — воскликнул Изуку. Его мать была у него на руках, она была без сознания, но Изуку был удивлён. Его мать выглядела намного моложе своих лет, как будто помолодела лет на 20. «Подожди минутку. Изуку...» — сказала Инко. Она вдруг почувствовала себя намного легче, а еще более живой и молодой. «Тебе стоит посмотреться в зеркало, а я пока присмотрю за девочкой». — сказал Изуку. Инко сделала, как он сказал, и пошла в ванную. Она была потрясена, когда увидела свое отражение. «Не может быть...» Инко посмотрела на свое отражение и удивилась. Она выглядела почти так же молодо, как в конце учебы. Как будто помолодела лет на двадцать. Теперь она была уверена, что причуда этой маленькой девочки действительно спасла жизнь ее сыну. Через некоторое время Эри снова открыла глаза и поняла, что больше не находится в том переулке. Она вспомнила, как запаниковала, увидев ту женщину, и снова активировала свою причуду. — Ты уже проснулась? — донесся до нее голос Изуку. Она все еще нервничала, потому что не узнала Изуку по голосу, видела только его тело. — Привет, — медленно подходя к ней, сказал Изуку, и Эри поняла, что этот голос принадлежит ему. — Мы у меня дома. Ты потеряла сознание, и когда я пришел в себя, то решил отвезти тебя домой. Ты голодна? — спросил Изуку. Эри посмотрела на него пару секунд, и ее желудок заурчал. "..." Эри испугалась. Она думала, что Изуку отругает ее за то, что она его отвлекает, но тот лишь слегка усмехнулся. «Полагаю, это значит «да». Подожди минутку, я принесу тебе что-нибудь поесть», — сказал Изуку и пошел на кухню. Эри удивилась. Это было совсем на него не похоже. Изуку и Инко наблюдали за тем, как Эри со страхом в глазах ест хлопья с молоком. Изуку не знал, что этот человек в маске сделал с девочкой, но был рад, что врезал этому ублюдку. “А-а-а!.” Эри закричала. Изуку и Инко осмотрели ее, а затем обнаружили, что она запаниковала после того, как ложка упала на землю и пролилось немного молока. “Ты в порядке?.” - Сказал Изуку. Изуку подошел к ней, но убедился, что не делает резких движений, чтобы не напугать ее. — Прости меня!. Прости меня!» — Эри расплакалась, испачкавшись. Изуку осторожно подошел к ней и просто обнял, чтобы успокоить. — Ш-ш-ш. Все в порядке... То, что сделал с тобой этот ублюдок, больше не повторится. Теперь ты в безопасности... — сказал Изуку. Эри немного успокоилась, но все еще всхлипывала, уткнувшись в шею Изуку. «Эта бедная девочка, должно быть, стала жертвой жестокого обращения со стороны родителей...» — сказала Инко. Она поняла это, просто взглянув на то, как была одета девочка, и на то, как она вела себя после того случая на кухне. Тот факт, что Изуку рассказал ей, что ударил по голове мужчину, присутствие которого пугало девочку, лишь подтвердил ее подозрения. «Когда я увидел ее лицо, я быстро прикинул в уме, и это каким-то образом вывело меня из депрессивного состояния и привело в ярость», — сказал Изуку. Изуку догадывался, что даже после всего того дерьма, через которое ему пришлось пройти, даже в самые мрачные времена. Его душа будет побуждать его помогать тем, кто в этом нуждается, даже если разум не в состоянии этого сделать. «Я не знаю, как мне к этому относиться... Именно героизм разлучил нас с тобой, но он же и вернул тебя ко мне», — сказала Инко. «Это все из-за героев и их некомпетентности. Или, точнее, из-за некомпетентности Эрашера и Незу...» — сказал Изуку. По дороге домой с Эри на руках у него было время подумать о том, что он чувствует в сложившейся ситуации. В конце концов он пришел к выводу, что его представление о героизме не совпадает с общепринятым. В какой-то момент собственное представление Изуку о героизме изменилось: из спасения людей, как у Всемогущего, оно превратилось во что-то другое. Встреча со Стейном и глубокое погружение в его жизнь в образе Стендаля заставили Изуку о многом задуматься. Раньше Изуку не воспринимал самосуд в позитивном ключе. Теперь он взглянул на него под другим углом. Теперь ему нравилась свобода, которую давали линчеватели, действовавшие по своему усмотрению. Его доверие к героям и закону было непоправимо подорвано после того, как с ним обошлись в ЩИТе. Чем больше он об этом думал, тем более привлекательной казалась ему идея стать линчевателем, но сначала ему нужно было разобраться с текущими делами, а уже потом думать о подвигах. Изуку спал на футоне в своей комнате, позволив Эри спать в его кровати. Пока он погружался в сон, ему приснился знакомый сценарий. «Ты жив...» Изуку услышал женский голос, который почему-то показался ему знакомым. Он увидел, как женщина пытается подойти к нему, но что-то заставило его среагировать, и он ударил ее в живот. «Держись на расстоянии!» — сказал Изуку. Удар получился не таким сильным, как он рассчитывал, но реакция этой женщины, в которой читался неподдельный шок, его удивила. «Невероятно» «Он был всего лишь парой парящих глаз...» «Может быть, ОФА действительно изменился за те мгновения, что он был на грани смерти...» Идзуку услышал еще несколько голосов, обернулся и увидел, что его окружают люди. «Какого х...?» — попытался сказать Изуку, но тут из ниоткуда появился какой-то мужчина и чуть не ударил его кулаком в лицо. «Нет». Изуку среагировал молниеносно и с лёгкостью уклонился от удара, ответив ударом в колено. «Сукин...!» — выругался мужчина. Изуку пришёл в ярость, услышав, как этот ублюдок чуть не оскорбил его маму. «Закончи эту фразу, и я задам тебе взбучку, которую ты заслуживаешь!» — сказал Изуку. Его внезапно охватила ярость, и он почувствовал себя сильнее. «Ты!..» — этот человек уже готовился к драке. «Отойди!» — но голос другого человека заставил его отступить. "Я не знаю и меня не волнует, кем вы должны быть. Насколько я знаю, вы могли бы быть призраками Рождества прошлого, настоящего и будущего. Но я задам вам всем трепку, если вы, люди, не объясните, что, черт возьми, происходит!.” - Сказал Изуку. Остатки чувствовали, что OFA становится сильнее с каждой секундой, и многие из них начинали немного паниковать. “Пожалуйста. Успокойся и позволь мне объяснить”. Изуку услышал чей-то голос. Затем он повернулся в том направлении и увидел седовласого мужчину, “... без шуток, и я буду играть в мяч”. Сказал Изуку, а затем ослабил бдительность. “Не волнуйся. Совершенно ясно, что здесь все козыри на твоих руках...” “Хорошо. Пожалуйста, начни с гребаного начала. Изуку сказал, он все еще был зол, но собирался дать этому человеку шанс. «Спасибо. Меня зовут Юичи Шигараки, и я...»