Глава 2. Призраки прошлого.

15 июня 2025 года. Южная Корея, Сеул. — Господин Чон, отчеты за прошлую неделю готовы, — произнес помощник, нарушив тишину просторного совещательного зала. — Пока вы готовили отчеты за прошлую неделю, господин Хан, уже наступило время делать их за текущую, — сухо отозвался Чон. Мужчины сидели за массивным столом в окружении панорамных окон. Глава компании едва заметным жестом указал на мультимедийную панель: — Покажите диаграмму рейтинга. На большом экране мгновенно всплыли графики. — Как видите, мы по-прежнему на вершине, опережая другие юридические фирмы. К нам обращаются по самым громким делам, но в последнее время лидируют административные и уголовные правонарушения. Чон нахмурился, вглядываясь в цифры. — В прошлом месяце гражданское право занимало первое место. Что изменилось? — Загруженность отдела, — замялся Хан. — К сожалению, коллеги не справляются с потоком запросов. — И почему я узнаю об этом только сейчас? — голос Чона стал на тон ниже, в нем послышались стальные нотки. — Мы... мы надеялись, что ситуация выровняется сама собой. — Надежда — плохая стратегия для бизнеса. Начальник Пак! — Чон обратился к главе HR. — Пусть отдел кадров займется подбором персонала. Если нужно — обновите состав гражданского отдела. И увольте тех, кто не тянет нагрузку. На этом всё. Совещание окончено. Он резко поднялся и вышел из зала. Следом за ним, едва поспевая, семенил секретарь. Остановившись у лифта, Чон бросил через плечо: — Намхёк, остальное на тебе. Мне нужно уехать по делам. Сообщи, если случится что-то действительно важное. — Да, господин, — коротко поклонился тот. В полупустом зале раздавались лишь глухие удары по боксерской груше и тяжелое дыхание. Пот градом катился по лицу и телу парня. В какой-то момент он остановился и, закинув голову назад, жадно глотал воздух, пытаясь успокоить сердцебиение. — И зачем ты меня сюда позвал? — раздался за спиной женский голос. Он обернулся и, увидев Ким Мари, расплылся в улыбке. — Подумал, что ты уже закончила с работой. — Ты ведь в курсе, что я теперь работаю в отделе по особо тяжким, а не адвокатом? — Мари скептически вскинула бровь. — Знаю, знаю. Но я вот компанией управляю, а время нахожу, — парировал он. Девушка усмехнулась. Спрятав руки в карманы объемного бомбера, она подошла ближе к рингу. Парень тем временем стянул перчатки, подхватил лежащее на канатах полотенце, вытер лицо и накинул его на плечи. — Новое расследование? — спросил он, глядя на неё сверху вниз. — Нет, с прошлым закончили. Весь день тишина, что даже странно. — Ясно. Он сел на край ринга, не сводя с неё глаз. Мари выдержала паузу и прищурилась: — Колись, зачем звал? — Знал, что всё равно придешь, вот и позвал. — Смотри, не злоупотребляй моим положением, — усмехнулась Мари. — Когда ты была адвокатом, ты была добрее. — Может быть. — Между прочим, ты только благодаря мне в команду попала, — подмигнул он. — Это еще с чего? — Я научил тебя драться, не забывай. — Если ты вдруг забыл, я окончила полицейскую академию! — возмутилась она, хотя в глазах плясали искорки. — А ты при каждом удобном случае мне об этом напоминаешь. Он рассмеялся — поддразнивать её было его любимым занятием. — Раз уж ты не занята, пошли поедим. — И сколько мне прикажешь тебя ждать? — Мари демонстративно посмотрела на часы. — Десять минут. — Даю пять, и я ухожу. — Восемь! — бросил он уже на ходу, быстро направляясь в сторону душевых. — У тебя что, в компании дел больше не нашлось? — спросила Мари, когда они уже сидели в ресторане. Чонгук сосредоточенно переворачивал кусочки мяса на гриле, встроеном в стол. — Ничего сверхважного. Проверить пару файлов я успею, это дело пяти минут. — Твою компанию даже в новостях постоянно крутят. Вечно комментируют, мол, директор — бывший боксер, который неожиданно ушел из спорта, — заметила Мари, наблюдая за его ловкими движениями. Чонгук усмехнулся, не отрываясь от готовки: — Это было пять лет назад. Пора бы уже и забыть. — А ты сам? Ты забыл? Он поднял на неё взгляд и тяжело вздохнул. — Конечно нет… Но дело не в том, хочу я вернуться или нет. Это в прошлом. Я уже построил новую жизнь, у меня крупная юридическая фирма. — Ринг — это не то же самое, что кабинет для совещаний, Чон, — мягко возразила она. — С той репутацией, которая была у меня пять лет назад, я бы всё равно не смог выйти на ринг. Тогда это имело совсем другое значение. Разговор прервал резкий звонок телефона. Чонгук тут же перевел взгляд на мобильный Мари, лежащий на столе. — Позже отвечу, — бросила она, потянувшись к трубке. — Возьми, а то так и будут названивать. Мари кивнула и приняла вызов: — Да… Привет, Тэхён. Брови Чонгука тут же поползли вверх, а взгляд стал колючим. — Да, конечно, проверю по базе… Пришли мне данные сообщением. Хорошо, на связи. Как только она отложила телефон, то сразу наткнулась на тяжелый взгляд друга. — Только не говори мне, что это тот самый Тэхён, о котором я думаю, — процедил Чонгук. — Тот самый. Ким Тэхён. — Господи, Мари! Как ты можешь так поступать со мной? — А что в этом такого? — она пожала плечами. — Зато защита мне обеспечена. — Ты полицейский, какая еще защита, — Чонгук раздраженно цокнул языком. — Скоро ты и его на наши посиделки звать начнешь. — А может, прямо сейчас позвать? — поддразнила она. — Ах ты!.. — Чонгук в шутку замахнулся на неё палочками для еды. — Я была на его последнем соревновании, — уже серьезнее сказала Мари. — Видела конец его карьеры. — Как и моей. — Почему между вами вообще такие отношения? Вы же даже не в одном виде спорта выступали. — Просто так. — Не бывает «просто так». — Сам не знаю. Просто не нравимся друг другу и всё, — отрезал он, явно не желая углубляться в тему. Чонгук протянул ей порцию готового мяса. — Ешь и молчи. — Я ведь и ударить могу, — пригрозила Мари, принимая угощение. — Сказала она чемпиону мира по боксу, — хмыкнул он. — Вечно ты хвастаешься. — А как иначе? Вкусно? — Да! — Мари довольно зажмурилась, но через секунду снова нахмурилась. — Кстати, мне всегда было интересно… Почему ты во всех поединках работал правой, а в том самом последнем решающем ударе использовал левую? Чонгук сразу понял, о каком моменте она говорит. На его губах заиграла странная улыбка. — Левая куда сильнее… Если бы я весь бой бил только левым хуком, я бы просто убил соперника. Мари усмехнулась и покачала головой, поражаясь его самоуверенности. — Интересно… — протянула Мари. Чонгук, посмеиваясь, протянул ей еще один сочный кусок мяса. — На, держи еще. — Сам тоже поешь, дурень, — фыркнула она, хотя кусок приняла. — Если я начну есть в полную силу, тебе вообще ничего не достанется, — подмигнул он. Оба рассмеялись, наслаждаясь моментом спокойствия, пока город за окнами ресторана жил своей суетливой жизнью. 4 года назад. Стамбул. — Добрый день, дамы и господа! Наконец настал долгожданный финал турнира «Золотой клинок»! Голос комментатора срывался от восторга, перекрывая гул многотысячной толпы. — Здесь были собраны лучшие фехтовальщики мира, но до финального рубежа дошли лишь двое! Все внимание сегодня приковано к одной фигуре. Ким Тэхён — сенсация мирового спорта! Атлет, чей стиль сочетает в себе грацию танцора и пугающую точность хищника. До сегодняшнего дня он не проиграл ни одного поединка, заработав репутацию непобедимого «Призрака с рапирой». Тэхён стоял на дорожке, его фигура в белоснежном костюме казалась изваянием. — Его соперник — Маркус Дюран, легенда мирового фехтования, известный своей агрессивной, почти жестокой манерой боя. Итак, внимание! Поединок за золото начинается! Бой стартовал под оглушительные крики трибун. Тэхён двигался невероятно: он буквально парил над дорожкой, заставляя противника бить в пустоту. Первый раунд пролетел мгновенно. Тэхён лидировал со счетом 10:6. Его выпады были настолько быстрыми, что судьям то и дело приходилось пересматривать видеоповторы. — Пошел второй раунд! — надрывался комментатор. — Кажется, соперник начинает терять самообладание. Дюран перешел от техники к грубой силе! Он намеренно сокращает дистанцию, буквально сталкиваясь плечами с Ким Тэхёном! Тэхён сохранял ледяное спокойствие, нанося уколы один за другим. Казалось, очередная золотая медаль уже у него в кармане. Когда на табло зажегся счет 14:12 в пользу Тэхёна, а до триумфа оставался всего один балл, произошло непоправимое. В последней атаке Дюран, вместо того чтобы целиться в защищенную зону корпуса, совершил запрещенный, неистовый выпад. Он пошел на опасное сближение, наваливаясь всем весом. В момент столкновения лезвие его рапиры с огромной силой согнулось и с сухим звоном лопнуло. Острый обломок металла, превратившийся в стальной шип, пробил защиту в районе предплечья Тэхёна. От мощного толчка Ким потерял равновесие и рухнул на дорожку, неудачно вывернув колено. — Что это?! Судья объявляет паузу! Кажется, Ким Тэхён ранен! — голос диктора дрогнул. Зал погрузился в мертвую тишину. Тэхён не проронил ни звука. Он лишь крепко сжал раненую руку, сквозь пальцы которой на белоснежном костюме мгновенно расплылось алое пятно. Заметив кровь, его команда сорвалась с мест и бросилась к дорожке. — Это фол! Чистейший фол! Фехтовальщик Ким Тэхён серьезно ранен после запрещенного выпада Маркуса Дюрана! Медики на арене!

***

Прошло несколько дней. Несмотря на то что Тэхёну присудили техническую победу и титул чемпиона, а его соперник был с позором дисквалифицирован за опасную игру, цена золотой медали оказалась непомерно высокой. Травма колена поставила под большой вопрос его способность когда-либо снова выйти на дорожку. Но куда страшнее был вердикт врачей относительно руки: повреждение нервных окончаний могло навсегда лишить Тэхёна той самой филигранной точности, которой он славился на весь мир. В тот день турнир закончился не триумфальным обливанием шампанским под вспышки софитов, а пронзительным воем сирен скорой помощи. Весь спортивный мир замер в тревожном ожидании новостей: сможет ли «Король клинка» когда-нибудь снова поднять своё оружие, или этот финал стал его лебединой песней?