Глава 8. Точка уязвимости.

После того как Чонгук заехал домой, парень переоделся и направился к офису Тэхёна. Тот уже ждал его на парковке, прислонившись к своей машине и задумчиво глядя вдаль. Оставив свой автомобиль рядом, Чон подошел к другу. Каждое движение всё еще отдавалось тупой болью в ребрах. — Ты как? Живой? — Тэхён окинул его критическим взглядом. — Лучше, спасибо. Жить буду, — Чонгук указал на сумку в своей машине. — Постираю и верну твои вещи завтра. — Брось, не забивай голову этой ерундой. Чонгук кивнул и сразу перешел к главному: — Ты узнал то, о чем я просил? Тэхён молча протянул ему папку с бумагами. — Это было не так уж и сложно. Видимо, Тэсан настолько уверен в своей безнаказанности, что даже не пытается скрывать родственные связи. Чон быстро пролистал документы, его взгляд стал жестким и сосредоточенным. — Кстати, ты звонил тренеру Паку? — спросил Тэхён. — Да, по дороге. В клубе всё тихо. Тэхён поджал губы и кивнул. — Ты уверен, что Мари не узнает об этом? — Чонгук выразительно постучал пальцем по папке. — Уверен. Если будем действовать осторожно, она не догадается. После все ей расскажем.  — Нельзя подвергать её опасности, — отрезал Чон. — Она и так на мушке. — Согласен. В этот раз нам лучше довести дело самим, без протоколов и жетонов. Ладно, поехали. Пора поговорить с нашим «объектом». Они сели в машину Тэхёна и, плавно вырулив со стоянки, направились к окраине города. В это же время в полицейском участке атмосфера была накалена до предела. — Мари? — позвал кто-то из коллег. — А? Да? Что? — Лейтенант вздрогнула, вырываясь из своих мыслей. Она сидела за общим столом, где команда проводила утреннее совещание, но её взгляд был прикован к пустому пространству перед собой. — Мы тебя уже несколько раз звали, — заметил До Хван. — Ты вообще с нами? — Извините, я... прослушала, — Мари тряхнула головой, пытаясь сосредоточиться. — У тебя точно всё хорошо? — До Хван подозрительно прищурился, заметив её бледность. — Конечно. Продолжайте. В этот момент дверь кабинета с грохотом распахнулась. В помещение влетел запыхавшийся Ли Намгю, один из самых молодых и энергичных оперативников. — Мари! Плохие новости! — Ну что еще? Говори давай! — Мари напряглась, чувствуя, как внутри всё сжимается. Вся команда уставилась на него. Намгю с трудом перевел дыхание: — Начальник только что издал распоряжение… Расследование по делу Кан Тэсана приказано прекратить. Нам впихнули пачку висяков по грабежам. Что мы будем с этим делать?! — В смысле — прекратить?! — Мари вскочила с места, с грохотом ударив ладонями по столу. — Это прямой приказ из верхушки, из управления! В кабинете поднялся гул возмущения. — Как это понимать?! У нас под боком мафиозник, а мы должны бросать дело?! — выкрикнул кто-то из парней. — Твою ж… — Мари в ярости запустила пальцы в волосы. — Они там совсем ослепли? — А в управлении в курсе, что близкого друга лейтенанта Ким и бывшего чемпиона Чон Чонгука вчера едва не убили в подворотне?! — взорвался До Хван. — Это же прямое нападение! Мари, не говоря ни слова, выхватила телефон, резким движением отодвинула стул и быстрыми, тяжелыми шагами направилась к выходу. Она почти бежала в сторону кабинета начальника, и в её глазах сейчас полыхало такое пламя, что коллеги невольно расступались. Мари ворвалась в кабинет начальника без стука. Она замерла на пороге, увидев на гостевом диване прокурора Ли Пэкджо. Тот вальяжно сидел, закинув ногу на ногу, и с хитрой ухмылкой потирал подбородок. — Лейтенант Ким! Вас не учили стучать?! — рявкнул начальник, вскакивая с кресла. — Что значит «прекратить расследование»?! — Мари проигнорировала замечание, шагнув к столу. — Да как вы смеете в таком тоне… — Мой близкий друг вчера едва не погиб от рук Кан Тэсана! — перебила она, голос дрожал от сдерживаемой ярости. — А вы предлагаете нам заняться мелкими кражами? У нас на это есть другой отдел! Ли Пэкджо тихо наблюдал за ней, и в его взгляде сквозило торжество. — Это не обсуждается. Вопрос закрыт, — ледяным тоном произнес начальник. — Или ты хочешь, чтобы я прямо сейчас распустил всю твою команду с «волчьим билетом»? Мари задохнулась от возмущения. Она перевела взгляд на прокурора, который не скрывал издевательской улыбки. — Лейтенант, свободны, — отрезал шеф. — Поговорим позже. Мари еще секунду смотрела в глаза Ли Пэкджо, а затем, едва шевеля губами, процедила: — Сволочь… Она резко развернулась и вышла, с грохотом захлопнув дверь. Вернувшись в свой отдел, она застала команду в полном сборе. Все ждали вердикта. Мари закрыла дверь на замок, прислонилась к ней спиной и на секунду прикрыла глаза, разминая затекшую шею. — Работаем дальше, — тихо, но твердо произнесла она. — Но из этого кабинета наружу не должно просочиться ни слова. Всем ясно? — Мари, ты что, серьезно ослушаешься прямого приказа? — ахнул Намгю. — А кто вам сказал, что приказ законный? В кабинете начальника сидит прокурор Пэкджо — один из главных людей Тэсана. Нас просто пытаются задушить. Оперативники переглянулись, в комнате повисла тяжелая тишина. — Мы работаем одной командой, — отрезала Мари. — Никто в участке не должен знать, чем мы заняты на самом деле. Если нас поймают — это конец моей карьере, но я не позволю Тэсану победить. Парни один за другим согласно закивали. Никто не собирался идти на поводу у преступников. — За дело, — скомандовала лейтенант. Пока команда Мари принималась за дело, на другом конце города Чонгук и Тэхён стояли перед воротами тихого частного дома престарелых. К ним вышла молодая девушка в форме медсестры. — Вы кого-то ищете? — спросила она, подозрительно оглядывая хмурых визитеров. Парни вежливо поклонились. Чонгук сделал шаг вперед: — Да… Кан Минджэ случайно не здесь находится? Девушка мгновенно побледнела. Она резко отступила назад, и в её глазах вспыхнул неподдельный страх. — Извините… я не могу вам помочь.  Девушка поспешно начала уходить, а друзья переглянулись. В её глазах был не просто отказ, а смертный ужас. — Догони её, вдруг доложит кому, — скомандовал Чонгук. — А я попробую отыскать палату Кан Минджэ. Тэхён кивнул и рванул за девушкой. Он заметил, как она свернула к сараю на заднем дворе. Ускорившись и обогнув постройку, Ким увидел её: она стояла спиной, прижимая телефон к уху. — Да, это… — успела прошептать она. Тэхён подлетел и рывком отобрал телефон. На экране высветился неопределенный номер. Не раздумывая, он нажал «отбой» и полностью выключил аппарат. — Кому вы звонили?! — Тэхён навис над ней, преграждая путь. Девушка вжалась в стену, её трясло. Выхватив свой телефон обратно, она сделала шаг назад. Тэхён упер руки в бока, чувствуя, как закипает гнев: — Вы хоть понимаете, во что ввязываетесь, помогая Тэсану?! В её глазах стояли слезы. Вместо ответа она медленно подняла руку и жестом попросила телефон Тэхёна. Тот замер, поняв, что здесь что-то не так. Достав свой мобильный, он разблокировал его и отдал девушке. Она быстро зашла в заметки и начала лихорадочно печатать: «Они всё прослушивают. Каждый звук, каждый разговор в этом здании». Прочитав это, Тэхён взглянул на неё с новым осознанием. Девушка продолжила писать: «Прошу, ничего не говорите вслух. Иначе… они грозились убить мою семью при малейшем намеке на то, что я разболталась». Тэхён нахмурился, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Он забрал телефон и быстро набрал ответ: «Не вздумайте докладывать о том, что мы спрашивали про Кан Минджэ. Мы ведем дело Кан Тэсана вместе с полицией. Теперь вы в безопасности, если будете молчать. Помогите нам, и мы поможем вам». Девушка лишь отчаянно покачала головой, её лицо превратилось в маску скорби. — Извините, мне нужно идти, — прошептала она одними губами и почти бегом вернулась в здание. Тэхён лишь пнул мелкий камушек. — Проклятье! В это время Чонгук обходил палаты, пытаясь найти нужную фамилию на табличках. Но всё было тщетно — имени «Кан Минджэ» не было нигде. Казалось, этого человека намеренно стерли из всех списков. Заметив приближающегося Тэхёна, Чон сразу увидел его состояние. — Только не говори, что возникла новая проблема, — глухо произнес Чонгук. — Еще какая. Читай, — Тэхён протянул ему свой телефон. Чонгук быстро пробежал глазами текст в заметках. Его лицо окаменело. — Вот же больная мразь… Он держит их в заложниках. — Ты что-нибудь нашел? — Ни черта. Теперь понятно, почему персонал ведет себя как тени. Здесь даже дышать боятся. Они стояли посреди коридора, чувствуя себя абсолютно беспомощными. Издалека, из-за угла, за ними наблюдала та самая медсестра. Она видела их растерянность и понимала: если они сейчас уйдут, надежда на спасение исчезнет навсегда. — Он боится, что её убьют? — предположил Тэхён.  — Поставил бы охрану на каждом углу, раз так трясется за мать, — Чонгук обвел взглядом пустой холл. — Это не защита, это изоляция. — Тупик какой-то. Есть ли смысл теперь искать его жену или сестру? — Тэхён приуныл. — Смысл есть всегда, но человек, который знает Тэсана с самого начала, находится именно здесь. Чонгук боковым зрением заметил, как к ним снова приближается та медсестра, толкая перед собой инвалидную коляску с пожилым мужчиной. Она не поднимала глаз, но Чон заметил её судорожно сжатый кулак. Когда она поравнялась с ним, её рука на мгновение коснулась его ладони, оставляя в ней крошечный клочок бумаги. Чонгук даже не дрогнул, чтобы не выдать её. — Тэхён… пошли на балкон, — скомандовал он. — Что? Зачем? — не понял Ким, но послушно последовал за другом. На балконе никого не было. Облокотившись о перила и делая вид, что рассматривает сад, Чонгук незаметно развернул записку: «Комната №365. Вас не должны заметить, иначе они нагрянут». — Хоть так набралась храбрости помочь, — выдохнул Тэхён, прочитав текст через плечо друга. — Она в ужасе, Тэ. Каждое слово здесь — риск для её жизни. Чонгук внезапно зажмурился и взялся за голову. Тэхён обеспокоенно сжал его плечо: — Эй, ты как? Совсем накрывает? — Кажется, Мари была права… У меня точно сотрясение.  — После этого — сразу в больницу. Пусть осмотрят, — твердо сказал Тэхён. Младший упрямо качнул головой и выпрямился, преодолевая головокружение: — Нельзя терять время на такие пустяки. Пошли. Тэхён тяжело вздохнув потянул его за локоть, и они двинулись к лифтам. Им повезло — кабина была пуста. Нажав кнопку третьего этажа, они замерли в ожидании. Когда двери открылись, их встретил стерильно-чистый и абсолютно пустой коридор. Здесь не было суеты, не было других пациентов. Казалось, весь этаж принадлежал только одному человеку. — Бедная старушка… Видимо, она и забыла, что такое простое общение с людьми, — тихо заметил Ким. Чонгук шел вперед, вслушиваясь в каждый звук и всматриваясь в тени. Перед дверью №365 они остановились. — Иди, но не затягивай, — шепнул Тэхён, вставая спиной к двери. — Постарайся узнать хоть что-то за пять минут. Я на шухере. Чонгук коротко кивнул, дважды постучал и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. Комната была залита мягким светом, пахло лекарствами и старой бумагой. — Кто это? Медсестра, это вы? — раздался слабый женский голос из глубины комнаты. Чонгук медленно прошел вперед, стараясь не шуметь. — Здравствуйте, госпожа… — Кто вы? — Женщина в кресле вздрогнула. Она попыталась подняться, но силы изменили ей, и она лишь сильнее вжалась в сиденье, судорожно прижимая к груди старый шерстяной плед. Чонгук остановился на безопасном расстоянии, чтобы не пугать её еще больше. — Я не причиню вам вреда, — мягко произнес он. — Вы ведь мать Кан Тэсана, верно? — Что вам нужно? — голос женщины дрожал, но в нём слышалась странная обреченность. — Я давний знакомый вашего сына. — Если вы пришли убить меня, то сделайте это уже! — выкрикнула она, вцепившись в подлокотники. — Я не убийца. Я помогаю расследованию, которое наконец-то может положить этому конец. — Не нужно рассказывать мне, что натворил мой сын, — она горько усмехнулась. — Я и так знаю. Он — дьявол во плоти. — Именно поэтому нам нужна ваша помощь. — Уходите, или я вызову охрану! — Прошу вас… Пять минут. Уделите мне всего пять минут, — Чонгук смотрел на неё с такой искренней просьбой, что женщина не выдержала. Она тяжело вздохнула и опустила глаза на свои высохшие руки. Парни уже ехали в машине. Чонгук выглядел так, будто на него обрушилось всё небо. — Он начал работать с бандами еще в старшей школе… Как моя команда в то время проглядела и взяла такого урода к нам? — Чон ударил кулаком по колену. — То есть он убивал и был ростовщиком с подросткового возраста? — Тэхён крепче сжал руль. — Да. Это был его способ заработать авторитет. Свою сестру, Суён, он избивал почти каждый день, пару раз чуть не довел до смерти. Госпожа Кан сказала, что дочь сбежала в Нью-Йорк пятнадцать лет назад и с тех пор не подавала вестей. — Пятнадцать лет в бегах от собственного брата… Охренеть. — Она боится его больше смерти. Боится за своих детей, не хочет, чтобы они вообще знали о существовании такого «дяди». И это еще не всё, Тэ. Чонгук замолчал, глядя на мелькающие за окном серые здания. — Что еще? — Тэхён остановился на светофоре и повернулся к другу. — Кан Тэсан убил собственного отца ради денег и похвалы от босса. Ему было всего восемнадцать. — Что ты сказал?.. — На глазах у матери и сестры. За ним всё подчистили, смерть признали самоубийством, и расследование даже не начинали. После этого он перестал появляться дома, приходил только чтобы угрожать. Тэхён в шоке зачесал волосы назад, пытаясь осознать масштаб безумия. — Но я добился главного, — Чонгук выпрямился. Фрагмент разговора в палате: — Госпожа Кан, когда мы его поймаем… можем ли мы рассчитывать на вашу помощь в роли свидетеля и жертвы? Женщина долго сидела с опустошенным взглядом, в котором читалась только многолетняя боль. — Да, господин Чон… Я попробую связаться с Суён. Уверена, она тоже встанет против него. — Вы не представляете, как сильно вы нам помогли. — Хоть он и мой сын, но… я бы была намного спокойней, если бы вы его не задержали, а… убили. Тэхён присвистнул, слушая финал рассказа. — То есть у нас готовы первые свидетели. И не просто кто-то, а вся семья Кан. — Да. Но мне чертовски жаль этих женщин. — И не говори… Нужно собраться в клубе и всё рассказать Мари. Но сначала, — Тэхён выразительно посмотрел на Чона, — мы едем лечить тебя. Чтобы ты мог драться без этих «головокружительных моментов». — О нет, Ким Тэхён! Начинается… — Тебя никто не спрашивал. Это сейчас важнее всего. — Со мной всё в порядке! Я сто раз получал сотрясения! Тэхён просто прибавил газу, игнорируя протесты. — Тебя что, Мари подговорила? Признавайся! — Ни за что, — Тэхён еле сдерживал улыбку. Чонгук недовольно засопел, закусив щеку изнутри. — Эта девчонка меня точно доведет… Сначала заставила остаться у себя, теперь в больницу сдает. — Мари, как мы возьмём прокурора Ли, если в участке все слушаются этого подонка? — спросил один из оперативников. — Если мы достанем прямые доказательства, ни у кого не останется выбора, — отрезала Мари. — Нам нужно установить слежку. Полную. Везде. — Нам нужен доступ к его переписке и счетам, — подал голос хакер команды. — Но это не так просто. Всё, что имеет значение, хранится на его личном телефоне или ноутбуке. Доступа извне нет. — Нужен сам телефон, — подытожила Мари. Все согласно закивали. — Есть один вариант, но он рискованный, — их хакер Чунсо повернул монитор к коллегам. — Чтобы проникнуть в систему, он должен отсканировать QR-код, который я создам. Но нужно понять, как заставить его это сделать. — Знаю! — вклинился Намгю. — Я услышал это, когда уходил от начальника: сегодня вечером он с нашим начальником идет на встречу в ресторан «Mingles». — Молодчина, Намгю! — Мари довольно хлопнула по столу. — Там как раз строгая пропускная система на входе. — Думаете, охрана ресторана будет с нами заодно? — засомневался До Хван. — Будет, — уверенно ответила Мари. — Начальник охраны там — мой должник. Я была адвокатом Ханеля, когда его обвинили в избиении кучки алкашей. Я выиграла тот суд, он был невиновен. — Тогда у нас всё схвачено. Звони ему, Ким! Мари кивнула и потянулась к телефону. В это время в кабинете врача в Сеульской больнице стояла гнетущая тишина. — Господин Чон, — врач оторвался от снимков, — у вас часто бывали головокружения до этого инцидента? — Раньше, когда выступал на соревнованиях, случалось. Приходилось пропускать тяжелые удары, — усмехнулся парень, пытаясь скрыть дискомфорт. Лицо врача осталось серьезным. Чонгуку уже успели заново обработать ссадины и наложить несколько швов на глубокие порезы, включая рану на голове. — На самом деле ситуация опасная. Ваше КТ показывает застарелые повреждения. Если вы снова получите сильный удар по голове, может начаться внутреннее кровоизлияние. С этим не шутят, Чон Чонгук. Чон выпрямился, чувствуя, как внутри всё похолодело. — В каком смысле? — Эта патология часто встречается у профессиональных бойцов из-за накопленного урона. Вам повезло, что зрение пока в норме — после таких травм люди нередко слепнут. Любое следующее столкновение может стать для вас последним. — И как это лечится? — Чонгук сжал кулаки, борясь с нахлынувшей яростью на собственную слабость. Врач сочувственно посмотрела на него через оправу очков. — Я выпишу вам препараты, чтобы снять отек и улучшить кровообращение. Но единственный способ избежать худшего — это полный покой. Никаких травм, никаких нагрузок. Только так возможен благоприятный исход, господин Чон. Парень молча откинулся на спинку стула, подперев рукой подбородок. Слова врача гулким эхом отдавались в голове. Тэсан не даст ему покоя, а значит, «хороший исход» — это роскошь, которой у него нет. Спустя полчаса Чонгук наконец вышел в коридор, где его сразу перехватил взволнованный Тэхён. — Почему так долго? У тебя что-то серьезное? — Ким всматривался в лицо друга, пытаясь разгадать вердикт врача. Чонгук на секунду замялся. Он понимал: если расскажет правду, и Тэхён, и Мари начнут закрывать его собой в каждой драке, превращая в фарфоровую куклу. Он не мог этого допустить. Парень выдавил слабую улыбку и похлопал друга по плечу: — Всё в порядке. — Уверен? Вид у тебя не самый здоровый. — Да. Врач подтвердила слова Мари: обычное сотрясение. Просто нужно время, чтобы голова перестала кружиться. Тэхён кивнул, но в глубине души почувствовал фальшь. Он слишком хорошо знал Чонгука, чтобы верить в «обычное сотрясение» после такого долгого обследования. Но давить не стал — если Чон решил молчать, значит, так нужно. — Ладно. Тогда пошли, у нас ещё много дел. Девять вечера. В отделе Мари воздух был пропитан запахом остывшего кофе и предвкушением победы. Команда замерла у мониторов: хакерский софт был настроен, а камеры ресторана «Mingles» транслировали каждый шаг их целей в реальном времени. — Черт, и сколько ещё ждать? Мы так до утра досидим, — проворчал Тамин, потирая покрасневшие глаза. — Перестань ныть, — оборвала его Мари, не отрывая взгляда от экрана. Спустя минуту До Хван резко подался вперед, хлопая Мари по плечу: — Смотрите! Началось! Все мгновенно выпрямились. Чунсо положил руки на клавиатуру, замерев в ожидании сигнала. На экране было видно, как охрана ресторана, согласно плану, преградила путь прокурору Ли и его свите. Охранник вежливо протянул планшет: — Господин Ли, это обязательная авторизация для VIP-гостей. Отсканируйте код, чтобы получить доступ к закрытому залу. Ли Пэкджо, даже не подозревая о ловушке, с самодовольной ухмылкой достал телефон и навел камеру на изображение. — Давай… — прошептала Мари. На мониторе Чунсо всплыло системное уведомление: «Соединение установлено». — Есть! — выдохнул хакер. — За работу, малыш Чунсо! Покажи нам всё, что прячет этот подонок! — воскликнул До Хван. Пальцы парня порхали по клавишам, взламывая уровни защиты один за другим. Спустя мгновение перед ними открылось всё содержимое телефона главного прокурора: счета, контакты, зашифрованные чаты. Команда взорвалась радостными криками, но Мари и Чунсо оставались серьезными.  — Ищи номера, переписки, банковские реквизиты! Нам нужно всё. Нужно успеть, пока соединение не оборвалось, — Мари буквально нависла над парнем. — Сколько у нас времени? — спросил До Хван. — Меньше двух минут, и советую вам мне не мешать! — огрызнулся хакер, не отрывая взгляда от кода. Мари обернулась к остальным: — Начинайте снимать экраны. Каждое слово, каждый файл — это наши будущие доказательства. Чунсо лихорадочно листал папки. Парни за его спиной замерли со смартфонами, фиксируя переписки прокурора. Мари конспектировала ключевые даты и суммы в блокнот. — Боже… он полностью на содержании у преступников. И этот человек называет себя «законом», — прошептал Тамин, глядя на суммы взяток. — Деньги меняют всё, — холодно отозвалась Мари.  В это же время Чонгук и Тэхён вернулись на парковку. Ким как раз закончил короткий разговор с семьей, которая настойчиво звала его на ужин. — Чон, давай завтра соберемся? Уже поздно, и мои меня потеряли. — Конечно, езжай к своим, — кивнул Чонгук, пожимая ему руку. — Хорошая работа, будь осторожен.  — Ты тоже будь внимателен по дороге. Они разъехались. Чонгук, несмотря на ноющую боль в спине и гудящую голову, направился прямиком к участку. Он припарковался у входа, прислонился к капоту и набрал номер Мари. — Ты закончила? — спросил он, едва она взяла трубку. — Обернись. Я уже вышла. Чонгук повернулся и увидел её — усталую, но сияющую. На её лице была та самая победная улыбка, которую он так любил. — Гляжу, день был насыщенным, — усмехнулся он. — Ты бы знал насколько! — Ты еще не представляешь, что узнал я. Мари подошла ближе, сразу заметив свежий пластырь на его скуле. Она осторожно коснулась его лица. — Ты в порядке? Как голова? Не кружится? — Будто ничего и не было, — соврал он, перехватывая её руку и притягивая девушку к себе. Мари уткнулась носом в его куртку, на мгновение зажмурившись. — А спина? — Побаливает. — Порезы? — Не очень, — он отстранился, заглядывая ей в глаза. — Но больше не подговаривай Тэхёна возить меня по врачам. Мы и так весь день были вместе. — Ты бы сам не поехал, — парировала она. — И кстати об этом. Пошли в машину, мне нужно много всего рассказать. — Куда мы? — Поедем ко мне. — Ой, нет! — Мари замахала руками. — Лучше ко мне, чтобы ты потом спокойно уехал к себе. — А на работу кто тебя завтра привезет? — Чонгук приподнял бровь. — На автобусе приеду! — Пошли уже. Мне лень ехать через весь Сеул к тебе домой, — он легонько подтолкнул её к пассажирскому сиденью. — Какой еще «весь Сеул»? Мы в одном районе живем! — Всё, не спорь. Мари замерла у открытой двери и посмотрела на него с надеждой: — Слушай… Дом, работа и снова дом… Пошли просто погуляем? Хоть полчаса. — Ты разве не устала? У меня вот всё тело ноет. — Сознался всё-таки? — подловила она его, довольно прищурившись. Чонгук рассмеялся. Несмотря на то, что ходить было больно и он прихрамывал, отказать ей он не мог. — Ладно. Поехали.  В машине до самого приезда Чонгук пересказывал свой визит к Кан Минджэ. Когда он закончил, Мари сидела в полной тишине, вцепившись пальцами в ремень безопасности. — Словами не сказать, матом не описать… — выдохнула она, глядя в лобовое стекло. — Я знал, что он больной ублюдок, — мрачно добавил Чонгук, глуша мотор. — Но убить отца ради карьеры… Это за гранью даже для такого, как Тэсан. — Почему он решил убить собственного отца? — Мари не сводила с него потрясенного взгляда. — Этого Кан Минджэ и сама не знает. Или слишком боится говорить. Давай, выходим. Воздух пойдет нам на пользу. Они вышли из машины и, перейдя через небольшой мостик, оказались на пустынном вечернем пляже. Под ногами зашуршал песок, а со стороны реки дохнуло прохладой. — Ты в итоге собираешься связываться с его сестрой или женой? — спросила Мари, кутаясь в куртку. — Уверен, они знают не меньше матери, но… — Чонгук на мгновение замолчал, глядя на темную воду. — Боюсь подвергнуть их опасности. — Да брось, Чон. Как? Они ведь его семья. — Он хладнокровно прикончил отца. Думаешь, дрогнет рука перед женой? — Чонгук горько усмехнулся. — Теперь я вообще удивлен, что мы втроем до сих пор живы.  — Неужели он настолько… — начала Мари, но он перебил её. — Настолько, Мари. Даже хуже. Девушка поежилась и потерла плечи. — Господи, аж мурашки по коже. — В общем, такие дела. Теперь твоя очередь. Рассказывай. Мари тут же оживилась. Она начала идти задом наперед, задорно глядя на Чонгука, а на её губах заиграла довольная, почти торжествующая улыбка. — Упадешь, Ким! — рассмеялся Чонгук, глядя на её маневры. — Это ты сейчас упадешь, когда узнаешь, что мы провернули! — Ну, не томи. Мари резко остановилась, и Чонгук едва не врезался в неё. — Начнем с того, что наш начальник официально переметнулся. — Что?! — Да, у меня была точно такая же реакция… Теперь полиция полноценно под контролем Тэсана. Нам приказали свернуть расследование, пригрозив отстранением. Тэсан решил просто вышвырнуть нас из игры законным путем. — И кто тебе это выдал? — нахмурился Чон. — Намгю. — Кто такой Намгю? — Чонгук недовольно прищурился. Мари закатила глаза и легонько ударила его по плечу: — Не перебивай! Это мой оперативник. В общем, я сразу рванула в кабинет к шефу, и угадай, кого я там застала? Парень задумался, перебирая в уме варианты, но Мари не дала ему вставить и слова: — Прокурор Ли Пэкджо. Сидел там как у себя дома. Тэсану мы явно наступили на хвост, раз он прислал тяжелую артиллерию, чтобы заткнуть полицию. — И как нам теперь работать, если руки связаны? — спросил Чонгук, чувствуя, как внутри закипает злость. — Не волнуйся, у твоей подруги всё схвачено, — Мари подмигнула ему и, развернувшись, уверенно зашагала вдоль кромки воды. Чон последовал за ней. — В каком смысле? — Мы будем работать «в тени». Под прикрытием. — Мари… ты понимаешь, чем это грозит? — Знаю. Это прямая угроза моей карьере. Но если это поможет тебе… я пойду на это. Вернее, уже пошла. Они остановились и посмотрели друг на друга. В шуме прибоя её признание прозвучало как клятва. — И что именно ты натворила, лейтенант Ким? — негромко спросил Чонгук. — Мы поняли, как можем достать прямые улики на Ли Пэкджо, — Мари сделала глубокий вдох, не скрывая гордости за свою команду. — Когда Намгю выходил от начальника, он случайно услышал, что они планируют ужин в одном ресторане. Сегодня. И тут я вспомнила, что начальник охраны там — парень, которого я когда-то защищала в суде. И что ты думаешь? — Мари, перестань задавать вопросы, просто говори, — усмехнулся Чонгук, наблюдая, как она снова начала идти задом наперед. — Мы подговорили его помочь. На входе он показывал гостям планшет с QR-кодом якобы для регистрации в VIP-списке, чтобы не вызывать подозрений. Этот код создал наш хакер специально под телефон Ли. Как только прокурор его отсканировал, мы получили полный доступ к его системе. А после… — Вы там всё обчистили, — закончил за неё Чонгук. — От и до! Хотя времени было в обрез, прежде чем соединение прервалось. Чонгук тепло улыбнулся и ласково потрепал её по кудрявым волосам. — Умница, лейтенант Ким Мари. — И это всё? — она шутливо надула губы. — А что ты ещё хочешь услышать? Ты столько всего вывалила, мне это ещё переварить надо! — Эй! Чонгук резко посерьёзнел и поймал её взгляд. — Я правда очень благодарен, Мари… Благодарен, что ты рядом. И что, жертвуя карьерой, помогаешь такому, как я. — Я бы никогда не оставила тебя в беде одного, Чон, — тихо, но твердо ответила она. Он взял её за руку, переплетая пальцы, и дальше они пошли вдоль кромки воды уже за ручку. — Ты создана для своей работы, — искренне произнес он. — Завтра я обязательно отблагодарю всю твою команду за оперативность. — Да ладно тебе, не стоит. — Нет, я серьезно. Особенно хакера — у парня явно искусственный интеллект вместо мозгов. Мари рассмеялась и другой рукой обняла его за предплечье, прижимаясь ближе. Пару минут они шли в полной тишине, наслаждаясь видом на ночную реку и мерным шумом прибоя. Но тишина длилась недолго — Мари снова подняла на него обеспокоенный взгляд. — Тебе точно не больно? — Мари, почему ты так зациклена на моих болячках? — вздохнул Чонгук. — Нужно же знать, когда тебе снова можно будет лезть в драку! Чонгук не выдержал и пустил смешинку, глядя на неё сверху вниз. — Но ведь если я честно скажу, что болит, я буду выглядеть в твоих глазах слабаком. — Чепуха! — возмутилась Мари. — Слабаки до моего дома не доползают. — Разве? — Чонгук прищурился, глядя на неё. — Чонгук, ты совсем? — Мари остановилась. — Мне ты можешь говорить всё. Я никогда не буду думать о тебе как о слабаке. — Но мне будет чертовски некомфортно жаловаться тебе на каждую царапину. — Перестань. — Не волнуйся за меня, я в норме. Вспомни, я профессиональный боец, — он попытался придать голосу уверенности. — Я не могу! Понимаешь? На тебя никогда раньше не нападали двадцать человек разом, и тебя не сбивали фургоном на перекрестке. Чонгук резко остановился и повернул её к себе, заставляя замолчать. Он подошел почти вплотную, слегка наклоняясь к её лицу и заглядывая прямо в глаза. — Я же сказал: не волнуйся. — А я сказала, что не могу, — упрямо выдохнула она, не отводя взгляда. — Почему? Оба замерли, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, правду в глазах друг друга. — Потому что… я не могу отделаться от мысли, что с тобой могло произойти нечто невозвратимое. Что я могла тебя потерять. — Почему у тебя такие мысли, Мари? — Чонгук задал вопрос сразу, в лоб. Она медлила всего секунду, а затем уверенно произнесла: — Чон… Я не могу представить свою жизнь без тебя. Чонгук почувствовал, как сердце пропустило удар. — Так кто я на самом деле для тебя? Мари отвела взгляд на реку. — Я бы хотела оставить этот разговор на другой день. — И сколько мы еще будем его откладывать? — Пока не придет время. — И когда же оно настанет? — Когда я буду уверена, — Мари снова посмотрела на него. Они любили друг друга, и единственным препятствием был страх. Страх того, что будет потом. — Если мы позволим себе это сейчас, мы оба окажемся в еще большей опасности, — прошептала Мари. — Я уже говорил, Ким. Тебя никто не посмеет обидеть. — Он узнает об этом мгновенно. Если не сам, то кто-то доложит. И тогда он поймет, что твоя главная слабость — это я. Пока он лишь подозревает, думает, что мы просто знакомые по старому делу пятилетней давности. Чонгук тяжело вздохнул, закинув голову и глядя в темное небо. Мари положила обе руки ему на плечи, чувствуя напряжение его мышц. — Как же он меня задолбал… Попадись он мне — я его об землю размажу, — прорычал он. — Чон… Он снова посмотрел на неё. В этот момент ему хотелось только одного — коснуться её губ и забыть про Тэсана, про полицию, про весь этот хаос. Просто жить. — Я надеюсь, ты и сам знаешь, что я к тебе испытываю… Ты для меня совершенно другой. Не такой, как все. — Так в чем же ты до конца не уверена? — В моменте. Сейчас не время для счастья, когда за нами охотятся. Чонгук ласково улыбнулся, и Мари ответила ему тем же. Он притянул её к себе, и они замерли в долгом, крепком объятии. — Ради этого «момента» я ускорю поимку этого ублюдка в десять раз, — пообещал он ей на ухо. Мари тихо рассмеялась, погладив его по спине. — А ведь я верила в дружбу между парнем и девушкой благодаря тебе… Снова придется себя переубеждать. — Почему же? Тэхён останется тебе другом. Ну, а я… я займу другую роль. — Не торопись, приятель, — отстранившись с лукавой улыбкой, бросила Мари. — Знаешь, — Чонгук вдруг потер живот, — что-то я проголодался. Мари посмотрела на часы и вскинула брови: — Чон, десять часов вечера! — Ты разве не хочешь есть? — Ты серьезно сейчас? — Мари, когда дело касается еды, я всегда серьезен… Впрочем, зачем я вообще спрашиваю? Взяв её руку в замок, он настойчиво повел её обратно к стоянке. Мари смеялась, глядя на его уверенную спину и понимая, что она влюблена в этого несносного боксера так сильно, что пути назад уже нет.