Увертюра

      Раньше здесь было море.       Дикое и необузданное, оно несло на себе расколотые льдины и столетиями обгладывало заледеневший берег, на котором ярким полотном разливалась кровь мелких животных, попавшихся хищникам. Охота происходила здесь так часто, что кровь стала одним целым со льдом, окоченела, вросла в его скелет.       Море рычало и ревело, как дикий зверь, угодивший в силки, рвалось из берегов наружу и только в Зимнюю ночь успокаивалось, отражая в себе яркое северное сияние. Под покровом ночи полумёртвые морские существа подбирались ближе к суше, гоняясь друг за другом, пробивая рогами морозную водную толщу.       Море жило, и всё в нём тоже жило, плавало в нём, пило его, рождалось и умирало, навеки ложась костьми на зыбучее дно.       Море исчезло, и вместо него теперь бескрайнее плато, а на нём — кажущийся древним лес, непроходимый, достающий острыми еловыми верхушками до самой мрачной неприступной тучи.       Нет больше моря, нет его детей, остались одни легенды, что передаются из уст в уста, тихо-тихо. Лишь вездесущей Вороне дозволено рассказывать о море и морских порождениях, однако не в её силах донести правду до человеческого уха.       Да придёт Бог, и разверзнется земля, и прольётся бурными волнами кровь душ невинных, и потонет в ней зло.       Царство древнего духа падёт во мрак.