Часть 10

На улице давно стемнело. Луна умиротворенно освещала землю, звезды играли в свои причудливые игры, пока облака тихо плыли по небу. В старой чайной лавке всё ещё горел тёплый свет, шуршали обитатели, а по помещению разливался душистый запах трав. Мистаки передала кружку с лечебным чаем сидящему на столе Ллойду и перевела взгляд на Гармадона, что стоял рядом. — Вы проводили генетический тест? — спросила женщина, оперевшись одной рукой на стол. — Да, проводили. В нём преобладает ген о́ни, но он поломан, — вздохнув, ответил Гармадон, немного с жалостью посмотрев на сына, который сразу отвёл взгляд. Ему неловко, он ещё не привык к подобному отношению. — Почему такое произошло? Ведь у меня гены целостны? Родство с людьми так подкосило? — Может, и родство с людьми, — задумчиво протянула Мистаки, — но скорее всего из-за яда поглотителя. — Причём тут яд? — недоуменно спросил Гармадон. — Он провёл в твоём организме не одно столетие и вполне мог несущественно изменить генетический фон, — вздохнув, ответила Мистаки. — На тебе это никак не отразилось, а вот на нём — по полной. — Она махнула рукой в сторону ребёнка и забрала у него пустую кружку. Гармадон тяжело вздохнул. — Он совсем не сможет принять форму о́ни? — поинтересовался он, ведь силой сыну пользоваться удаётся. Младший издал недовольный клекот, эта тема ему совсем не нравилась. — Ну почему? — протянула Мистаки и бросила на стол маленький шарик. Ллойд сначала не понял, что это и к чему, но когда тот взорвался и принял жутковатый облик непонятного зверя, он зашипел, покрылся силой о́ни и благополучно свалился со стола. Гармадон сам не ожидал такого и перевёл взгляд на перепуганного до смерти сына, что махал руками, пытаясь убрать с них силу о́ни. Женщина усмехнулась: — Ллойд, не маши руками, хуже сделаешь. – Ребёнок не сразу сообразил, что делать, и продолжал махать ими. Гармадон положил на его руки свой хвост, как бы говоря: «Всё нормально». Им же он взял сына и посадил обратно на стол. Ллойд недовольно проурчал и поджал к себе ноги, обвив их хвостом. — Скажи, Гармадон, он покрылся силой? — Да, но к чему это? — поинтересовался горе-папаша с большим недовольством смотря на женщину, что устроила непонятный спектакль вместо того, чтобы просто сказать. — Если ты забыл, то напомню, — скрестив руки на груди, начала Мистаки, — ты сам освоил форму о́ни только когда за третье столетие перевалил. — Она немного раздражённо указала на данный момент. — А ему толком и первого нет, так что не требуй от ребёнка невозможного. – Значит, он сможет её принять? – скрестив руки за спиной, уточнил Гармадон. Если это так, то он может и не сильно переживать об безопасности сына в будущем, сейчас его оберегать будет он,что бы потом тот смог сам за себя постоять. – Сможет, сможет. Просто он ещё не дорос до неё, – Мистаки потрепала Ллойда по голове, который завис и запутался окончательно. – Но почему, когда мы к тебе неделю назад приходили, ты сказала, что при условии поломанного гена путь к этой форме ему закрыт? – Этот вопрос сейчас не плохо так волновал Гармадона. – Тогда я толком не могла проверить саму его силу из-за плачевного состояния организма, – спокойно пояснила Мистаки. – Сейчас он хоть немного стабилен, и сила у него более-менее в порядке. Пусть всё ещё есть отклонения, но на принятие формы это не сильно повлияет. Просто не сможет долго её поддерживать, да и сама сила послабее нашей с тобой будет. Не более. – А к чему было меня пугать? – неуверенно и, в то же время, с недовольством в голосе поинтересовался Ллойд. Их разбирательство с тем, сможет он принять форму о́ни или нет, конечно, хорошо, но зачем его пугать до чёртиков? – Убеждалась в своих предположениях,– пояснила Мистаки, но, словив абсолютно не врубающийся взгляд ребёнка, вздохнула. – Ты покрылся собственной силой о́ни. Если бы этого не произошло, это бы означало плохую связь с силой, которую восстановить нельзя. Можно сказать, что подобный покров – первый этап по принятию полной формы, её слабая версия. – Ллойд немного подзавис, переварил информацию и кивнул своей тёте, как знак того, что понял. – Если для формы о́ни нужна хорошо развитая сила, то почему он обратился в дракона? Справедливости ради, его сила стихий развивается крайне плохо и скачками, – указал на этот момент Гармадон, приподняв одно ухо. – Облик дракона заложен в нём генетикой. Может, для её принятия и нужна сила, но вот для поддержания можно обойтись без неё, – пояснила Мистаки, ставя на стол банку с чаем. – В стрессовой ситуации эта форма и дала о себе знать, как, вероятно, самый доступный способ защититься. Гармадон кивнул как знак того, что доволен ответом, и перевёл взгляд на сына, что просто наблюдал за ними с лёгким детским любопытством. — Этот чай пить каждый день по утрам,—Мистаки подвинула банку, — в ближайший месяц, а лучше два, воздержаться от активных тренировок, тем более от патрулей и заданий, — строго сказала женщина. Ллойд хотел возразить и сказать, что чувствует себя хорошо, но ему не дали: — Ллойд, твоему организму нужен покой, как и силе, чтобы восстановиться полностью. Ты же не хочешь, чтобы всё заново началось, не успев закончиться? — В ответ Мистаки получила промямленное «нет». — Вот и хорошо. — Ладно, пошли домой, — вздохнув, сказал Гармадон, посмотрев на сына. — Спасибо за помощь. — Всегда пожалуйста, Гармадон, — улыбнувшись, ответила Мистаки. Двое вышли из старой чайной лавки. Они не спеша двигались в сторону известного монастыря. Ночь выдалась холодной, поэтому старший накинул свой плащ на младшего. Тому было неловко, но он уже не боялся его. Сверчки тихо пели свои песни, ветер шатал траву и листву редких деревьев. До лета остались считанные дни. Совсем скоро придёт пора долгих ночных прогулок, разговоров во дворе до поздна, речки, жаркого поля и мороженого.