Часть 5: Танцы на краю обрыва

      Появление Верикс изменило всё. На Драконьем Камне больше не было «бедной родственницы», была всадница. Теперь Элиссина занимала место на военных советах, хотя большую часть времени молчала, изучая карты и лица лордов своим немигающим разноцветным взглядом.       Деймон пытался навязать ей свою волю, обучая тактике воздушного боя, но Элиссина лишь отпускала свои фирменные колкости. — Вы должны атаковать сверху, используя солнце, чтобы ослепить врага, — поучал Деймон Джейхериса и Люциуса, тыча пальцем в небо. — Солнце слепит всех одинаково, отец, — отвечала она, поглаживая рукоять кинжала, который всегда висел у неё на поясе и слушая его наставления. — Лично я предпочитаю туман. В тумане люди слышат то, чего нет, и видят то, что им хочется. Верикс чувствует вибрации воздуха и ей не нужно солнце, чтобы найти горло твоего врага.       Деймон лишь качал головой, пряча ухмылку. Его «бронзовая овца» оказалась волком в серебряной шкуре.       Однако между Элиссиной и Джейкерисом росло нечто иное. Джейс, на которого давила тяжесть будущего королевства и сомнения в собственном происхождении, находил в Элиссине единственного человека, который не требовал от него быть «идеальным принцем». Он мог поговорить с ней в любое время просто и по душам. Она не ждала от него идеально выполненных манер или умных и точных мыслей, что принесли бы его матери победу в битве за Железный трон и за это он был ей благодарен.

***

      Однажды вечером, когда небо над островом окрасилось в тревожные багровые тона, Джейс нашел её на зубчатой стене замка. Она смотрела в сторону Королевской Гавани. — Ты скучаешь по своему приюту? — тихо спросил он, вставая рядом. — Я скучаю по правде, Джейс. Там всё было честно: если ты голоден — ты ищешь еду. Если тебе больно — ты кричишь. Здесь же все улыбаются, держа за спиной заточенный клинок. Даже твой отец.       Джейс вздохнул, глядя на свои руки. — Иногда мне кажется, что я тоже — одна из этих улыбок. Я стараюсь быть тем, кем они хотят меня видеть. Сильным, законным... — Ты и есть сильный, — Элиссина повернулась к нему. В сумерках её правый фиолетовый глаз казался светящимся аметистом. — Но твоя сила не в имени Веларион или Таргариен. Она в том, что ты заботишься о братьях. В том, как ты смотришь на мать. Ты — человек, Джейс, а драконы внутри нас часто съедают их. Не дай Вермаксу этого сделать.       Джейкерис медленно, словно в сомнении, коснулся её руки. Это было мимолетное движение, но искры, пробежавшие между ними, были жарче драконьего пламени. — Ты видишь будущее, Элиссина. Скажи... мы выживем в том, что грядет?       Девушка закрыла глаза. На мгновение её лицо застыло, став похожим на маску из белого мрамора. В её видении смешались черные крылья Вхагар, зеленый огонь над столицей и лед Узкого моря. Но среди этого хаоса она видела два переплетенных хвоста драконов — серебряного и оливко-зелёного. — Будущее течет, как река, Джейс. Оно не высечено в камне. Но я знаю одно: я не позволю вам упасть в одиночку.       Она притянула его за рукав, нарушая все правила придворного этикета, которыми её так тщетно пытались обучить. Объятья были горьким от соли моря и сладким от внезапно вспыхнувшей надежды. Джейс прижал её к себе с отчаянием человека, нашедшего свой устойчивый берег в шторм.       Их прервал резкий хлопок крыльев. Верикс опустилась на парапет неподалеку, издавая тихий рокот, в то время как Вермакс на другом конце замка ответил ей басовитым рыком. — Мой отец убьет меня, если узнает, — прошептал Джейс, отстранившись и тяжело дыша. — Твой отец будет только рад, что его «актив» объединился с его «наследником», — горько усмехнулась Элиссина. — Но мне плевать на его планы. Я выбрала тебя не потому, что ты принц. А потому, что ты единственный в этом замке, чье сердце еще не превратилось в обсидиан.       Тем временем внизу, в главном зале, Деймон наблюдал за ними через узкое окно башни. Он видел их силуэты на фоне заката. — Она сделает его королем, Рейнира, — сказал он жене, стоявшей в тени. — Или погубит его. Но боги мне свидетели, это будет самое красивое зрелище в истории Вестероса.       Война уже стучалась в ворота. Ворон из Королевской Гавани с вестью о смерти короля Визериса был в пути. Но в ту ночь на Драконьем Камне двое молодых людей клялись друг другу не в верности короне, а в верности друг другу. И серебряная драконица Верикс, чьи глаза видели истину, расправила крылья, готовясь защищать свою всадницу и того, кто стал её сердцу дорог.