Глава 3

К моменту аппарирования к Министерству Гермиона договорилась с собой, что она специалист по зельям. Что ее заслуги очень важны и нужны. И что ни один противный хорек не посмеет испортить все то, что она с таким трудом выкладывала по кирпичику в своей жизни. И в твердой уверенности направилась к лаборатории. Но ее боевой настрой пропал, когда, выйдя из камина, она увидела в холле Министерства Магии толпу волшебников. Холл встретил её гулом. Гермиона подняла голову - колонны уходили в темноту, и от этого всё казалось огромным и давящим. Воздух был плотным, натянутым, как нерв. Зелёный свет от светильников резанул по глазам, слишком ярко для раннего утра. Чувства были на пределе. Все были крайне взволнованы и перешептывались. Что усиливало тревогу внутри. Ее взгляд сразу же выцепил Бруствера, продвигающегося к центру холла. А рядом маячила платиновая голова Малфоя. Она фыркнула себе под нос, но продвинулась к столпившимся. Откуда-то сбоку к ней подошла Джинни, сегодня она была не в настроении. - Гарри не успел вернуться и снова отправляется на задание – она недовольно сложила руки перед собой, вздернув нос. Подруга была расстроена. Ей захотелось сказать что-то приободряющее, как-то ее поддержать. Но со стороны, вынесенной в зал трибуны, по всему холлу раздался голос Кингсли Бруствера. И только сейчас она заметила рядом с Малфоем стоявшего Гарри Поттера. Оба стояли, скрестив руки на груди, с непроницаемыми лицами. Но Малфой выделялся даже в этой неподвижности: свет упал на платиновые волосы, и Гермиона поймала себя на том, что не может отвести от него взгляд. - Наша лаборатория по зельеварению уже давно ищет способ облегчить последствия непростительных заклинаний. Недавно был получен последний, недостающий элемент для зелья, нейтрализующего последствия Круциатуса. – В горле Кингсли слегка запершило, он убрал палочку от шеи, прочистил горло. – Проблема в том, что этот ингредиент находится в Румынии. И, как вы знаете, поставки по Европе остаются нестабильными. Нападения на наши каналы снабжения происходят регулярно, мы теряем ресурсы ещё до того, как они доходят до Министерства. В толпе послышался неодобрительный гул. Волшебники заговорили громче, перебивая друг друга. - Пожалуйста, успокойтесь, - твердо произнёс мракоборец. – Было принято решение отправить группу. В составе: главный специалист по зельям – Гермиона Грейнджер, аврор – Гарри Поттер… - зал одобрительно загудел, кто-то даже хлопнул – и… специальный советник по международному магическому сотрудничеству – Драко Малфой. В холле воцарилась тишина. Все уставились на мужчину, чье лицо было холодным и непроницаемым как маска. Он выпрямился, расправив плечи, едва приподняв подбородок, обвел высокомерным взглядом толпу. Джинни закатила глаза. Гермиона нервно сглотнула и посмотрела на подругу, а затем перевела взгляд на того, кого никогда в жизни не хотела бы больше увидеть. - Данная операция имеет стратегическое значение для всего магического сообщества Британии, - Кингсли посмотрел на волшебников поверх документа, который держал в руках. Когда Кингсли закончил свое объявление, раздавая указания для подготовки к поездке, люди стали разбредаться по кабинетам, перешептываясь и с жаром обсуждая и саму операцию, и появление знаменитого Малфоя в Министерстве. Гермиона повернулась к Джинни, ее глаза были расширены от шока. Слова Бруствера начали до нее доходить и чем больше она об этом думала, тем больший ужас охватывал ее тело – руки, сжимавшие палочку, начали дрожать. Джинни, до этого негодовавшая рассматривала с искренним интересом ту, которая являлась причиной очередного отъезда ее мужа из дома. - Ты как? – она видела, что Гермиону начинает слегка трясти. Она дотронулась до ее плеча и ободряюще сжала. Это простое движение, вернуло Грейнджер в момент здесь и сейчас. Она вспомнила, что находится не одна, и вообще-то она себе обещала. Но одно дело иногда видеться в Министерстве. А не совместная «увеселительная» поездка по Европе. - Я не знаю, - честно выдохнула она и опустила глаза. Эмоции переполняли все ее тело. Вся та беседа, что она с собой провела, все аргументы, которые были приведены на выходных, все рассыпалось как карточный домик. И снова ощущение потери земли под ногами. Во рту все пересохло, словно она разом вдохнула всю пыль из камина, из которого вышла несколько минут назад. Колени вдруг стали ватными, ей захотелось резко развернуться и аппарировать прочь из здания. Прямо сейчас. - Ну что, Грейнджер, готова к приключениям? – спину Гермионы пронзило током. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Малфой оказался рядом. Настолько, что его, уже узнаваемый, запах заполнил ее ноздри. «Замолчи, хорек!» – Гермиону начала обуревать ярость. Она сжала свою палочку с такой силой, что еще чуть-чуть и дерево треснет. И вздернула подбородок. - Если для тебя любая потенциально опасная миссия – это «приключение», — ровно произнесла она, - то, боюсь, придётся тебя разочаровать. Речь идёт о работе. И, к слову, весьма важной. Она посмотрела на него с холодным, почти преподавательским терпением. Малфой усмехнулся и закатил глаза. - Ничего не меняется, Грейнджер. Ты всё так же прячешься за правильностью. – Уголок его губ едва дрогнул. Она уже давно перестала слышать в свой адрес подобные высказывания, поэтому замечание Малфоя хлестнуло, как пощечина. Ярость пробивалась румянцем на щеках, а глаза сверкали молниями. Если бы она могла, то превратила бы этого привилегированного выскочку в пепел прямо здесь и сейчас. Но она развернулась на своих каблуках, которые издали скрип, разнесшийся по опустевшему холлу, и подалась прочь подальше от невыносимого Драко Малфоя. Джинни стояла молча, с раскрытым ртом, переводя взгляд с удаляющейся подруги на бывшего слизеринца. Тот лишь пожал плечами, сунул руки в карманы и удалился, задержавшись при выходе из холла взглядом на том месте, где только что стояла Грейнджер. - - - «Я не могу быть в этой поездке», - она неслась по коридору мимо кабинетов в решимости отказаться от намеченной операции. Но чем ближе она была к Кингсли Брустверу, тем сильнее эта решимость давала трещину. Гермиона чувствовала, как она рассыпается – прямо у нее на глазах. И невозможность ухватиться за что-то весомое, заставило ее остановиться посреди коридора. Она сама настаивала, что нужен именно этот магический элемент. И без него ничего не получится. Зелье от Круциатуса сможет спасти и улучшить качество жизни тысячам волшебников.   Отступать некуда. Ехать кому-то другому вместо нее? Но ведь это ее открытие, ее расчеты. И никто, кроме нее не будет заниматься составлением зелья. Нет, она должна быть там. И было бы глупо отказываться из-за какого-то надоедливого… - она не закончила свою мысль, решив, что она выше этого. Она зашла в приоткрытый кабинет Кингсли. - Присядь, - Кингсли кивнул ей на кресло и взял со стола пергамент, полученный этим утром. - Я получил это сегодня. Поэтому и собрал всех в холле, я знаю, что известие о поездке весьма неожиданно и я должен был предупредить тебя об этом, но время не требует отлагательств. Он развернул пергамент:   «Кингсли, Чешуя есть, но не все так просто. Во-первых, из-за бюрократических проволочек, заповедник запрещает пересылать, румыны требуют личного присутствия заказчика. Нужна диагностика на месте, подписи, чтобы все было по протоколу. И зная румын, без специалиста по международным договоренностям к ним лучше не соваться – замучают бумагами. Во-вторых, наш Гебридский Черный – не ручной. Он живет на воле и линька начнется со дня на день. Если не снять чешую сейчас, она огрубеет и станет бесполезной для зелий. А если вы задержитесь хоть на день, он уйдет в предгорья и ищи-свищи его потом. Придется ждать следующего года. В-третьих, у нас неспокойно. Нападения на маршруты. Без аврора даже не думайте соваться. Высылай своего специалиста, - пусть Грейнджер сама проверит свежесть чешуи. Только она сама поймет годится ли образец. Никто из наших драконологов в зельях не разбирается. Жду. Поторопитесь. Чарли.» Гермиона слушала с замиранием сердца. Затем тяжело вздохнула, опустив глаза на свои руки, лежащие на коленях. Она слегка ссутулилась, опустив голову. Мысленно прикидывая во что ей обойдется эта поездка. - Завтра вы уже должны быть в дороге, - заявил Кингсли. Он опустил пергамент и посмотрел на нее без обычной министерской отстраненности. – Ты – лучший специалист по зельям и снадобьям в Британии, а возможно и во всем мире. Я не буду рассказывать какие приборы тебе с собой брать. Но скажу одно: в полевых условиях все идет не по плану. Ты привыкла к своей лаборатории, где все контролируешь. И тебе важно быть готовой, - он на секунду замялся. – И я хочу, чтобы ты была осторожна. Гермиона вышла очень задумчивой из кабинета. Та скорость, с которой сменялись ее чувства и эмоции, сбивали с толку. И она пыталась вновь вернуть себе контроль над собой, своими реакциями и жизнью. Мерлин побери, все идет не по плану! Все должно быть не так! – Сжав кулаки, распрямила мантию на плечах и двинулась в сторону своего кабинета. Она стала прикидывать, что ей нужно взять с собой в дорогу. И какие еще ингредиенты, может захватить в Румынии, что могло бы ей пригодиться для создания новых зелий: может, кровь Гебридского Чёрного, румынский лунный камень, пепел драконьего рога - то, чего не достать в Британии. Поворачивая за угол, она почувствовала, как наступила на чью-то ногу, и тут же влетела носом в чью-то грудь. Чью-то. Он что, поджидал меня? Вновь обретенное хрупкое равновесие очень быстро стало покидать тело Гермионы Грейнджер. Она сжала зубы, и убрала ногу с ноги Малфоя. Отойдя от него на пару шагов. Она сверлила его с яростью. Желая, чтобы он провалился в преисподнюю. - Если бы взгляд мог убивать… - Драко поцокал языком. – Осторожнее, мисс Всезнайка. Вы же знаете, как негативные эмоции влияют на наше… - Что тебе надо, Малфой? - голос сорвался выше, чем она планировала. Он удивленно вскинул на нее брови и поднял руки вверх, показывая, что не нападает, а сдается. Не дожидаясь его ответа, она ускорила шаг и с грохотом зашла в свою лабораторию, где ее ожидала Джинни. Та испуганно обернулась, не ожидая столь громкого появления Гермионы. - Что с тобой? – не смогла справиться с любопытством подруга. – Ты весь день сама не своя! Гермиона взглянула на подругу и медленно выдохнула. Она не торопилась ей отвечать, пытаясь подобрать слова. Сняв мантию и повесив ее у двери, она почти справилась со своими эмоциями. Она не знала, что на это ответить Джинни Поттер. Она и себе не могла объяснить то, что с ней происходит. Поэтому сделав резкий выдох, постаралась быть максимально честной, обходя пикантные подробности ее состояний. - Я не была готова к поездке. И, и Кингсли сказал, что мы должны уезжать уже завтра! – с каким-то отчаянием проговорила она, заламывая руки. – А ты же знаешь, что неожиданности выводят меня из себя, - она поторопилась заговорить подругу, чтобы она не задала вопрос про Малфоя. Она вспомнила, как Джинни была свидетелем ее утренней ярости в холле. Потом она перевела на нее глаза. И до нее дошло! - Гарри - ее лицо смягчилось. – О, Джинни, ты же сказала мне утром! Вы опять разлучаетесь! Напряженные плечи подруги резко опустились, и уголки ее губ сползли вниз. - Я так по нему скучаю! Что того времени, что он был здесь после приезда катастрофически не хватает. Мы оба постоянно заняты, даже когда он не в разъездах. Я понимаю, что он мракоборец и в мире постоянно происходит что-то, где нужна его помощь! Но он же не единственный аврор! – она с возмущением уселась на крутящееся кресло, аппарированное Гермионой из мира магглов в лабораторию. – А я его семья! Гермиона взмахнула палочкой, и в воздухе возник стакан с водой. Она предложила его разволновавшейся подруге.   - Как же все было проще, на последних курсах Хогвартса! – глаза Джинни заволокла пелена воспоминаний. Гермиона улыбнулась, тоже поддавшись нахлынувшим воспоминаниям: как они уплетали конфеты с Роном и Гарри под мантией-невидимкой; как они проводили время в гостиной Гриффиндора. Гарри и Рон играли в шахматы, а она пыталась читать «Историю магии», делая вид, что парни ей мешают. И тут перед глазами всплыло воспоминание, как она дает пощечину Драко Малфою. И как он покачнулся. «Гадкий хорек!» - ей захотелось сплюнуть. Наколдовав и себе стакан с водой, Гермиона быстро его осушила, не дав волнению и эмоциям захлестнуть себя с новой силой. Джинни, словно прочитав ее мысли, спросила ее с осторожностью: - Как ты переживешь поездку с Малфоем? Похоже, вы не поладили. Гермиона отмахнулась. Она не хотела думать о том, что ей предстоит несколько дней провести в компании с заносчивым и высокомерным придурком. - Там будет Гарри. И я буду слишком занята, чтобы обращать на него внимание, - обе понимали, что это ложь и что столкновений не избежать. Но Джинни кивнула, в знак согласия, видя, что та не хочет это обсуждать. - - - Перенесясь к своему дому, Гермиона решительно зашла в квартиру и не знала стоит ли сначала приготовить ужин или начать собираться в поездку. Решив, что подкрепиться сейчас важнее, она не ела с самого утра, она прошла на кухню и занялась своим ужином. Взмахом палочки, она включила патефон – подарок отца на окончание школы. Родители не понимали, зачем ей такая древность, когда есть маггловские плееры и колонки. Но Гермионе нравился треск винила. Нравилось, что музыка здесь рождается из иглы и пластика, а не из палочки. Она поставила старую пластинку с маггловским джазом – и кухня наполнилась тёплым, чуть шипящим звуком. Она пританцовывала у столешницы, поджаривая рыбу на портативной конфорке, которую сама же и зачаровала - маленькое синее пламя, никакого газа, никакой магии электричества. Просто чистый, контролируемый огонь, достаточно сильный, чтобы обжарить корочку, и достаточно послушный, чтобы не подпалить ей рукав. Ей всегда нравилось готовить. Процесс приготовления пищи напоминал создание зелий в ее лаборатории. И, когда она сотворяла какой-то очередной кулинарный шедевр, всегда мысленно находилась дома со своими родителями, для кого готовка является обыденностью, а не способ разнообразить магические вечера. Подкрепившись, Гермиона прошла в свою спальню и сняла с полки вместительного шкафа небольшую рыжую сумку. Взмахнув над ней палочкой и произнеся заклинание расширения, стала собирать все необходимое для предстоящей поездки в Румынию. Эти простые действия позволили девушке замедлиться и на некоторое время позабыть о тех эмоциях, что переполняли ее сегодня днем. Дыхание стало более ровным и глубоким. А плечи несколько расслабились и опустились вниз. Защищаться было не от кого. И она приготовилась ко сну.   - - - Гермиона обхватила Малфоя за шею, уткнувшись в нее носом, вбирая в себя запах его тела. И в этом жесте было столько доверия, столько интимности, что заставляло сердце биться еще сильнее. Она уже теряла ощущение, где она начинается и где заканчивается. Он двинулся, и мир сдвинулся вместе с ним. Комната будто сменилась — стены стали ближе, свет мягче, воздух гуще. Она не успела понять, где они, когда его руки уже были на ней. Она хотела отстраниться, остановиться, подумать, но тело не слушалось. Как будто она уже делала это раньше. Как будто знала, что будет дальше. А он вдыхал аромат медовых волос Гермионы, и это лишало рассудка их обоих. Подойдя к кровати, и не расцепляя рук, Драко опустился с ней на кровать. Девушка затаила дыхание, она таращилась на него, пытаясь запечатлеть этот момент, сколько в нем было интимности и чего-то, что пугало своей откровенностью. Он будто угадывал, как ей нравится. Считывал её… или ей только казалось, что он знает. - Когда ты не споришь, Грейнджер, ты невероятно красива, — сказал он. Гермиона хотела ответить что-то колкое - но не смогла. Потому что он провёл пальцем по её щеке, и мир перестал существовать. Затем замер. Глядя ей в глаза. Будто спрашивал разрешения. Она не дышала. Она проснулась. Сердце колотилось где-то в горле. Простыни были холодными. И никакого липкого жара между ног - только пустота и сосущее чувство, что она что-то должна была вспомнить, но не вспомнила. А потом пришла тревога. Откуда-то изнутри, липкая и холодная: почему ей было так хорошо? Почему она не хотела, чтобы он останавливался? Тишина в ее спальне сейчас казалась обыденной. Слишком. Наверное, слишком тихо. И это первое, что заставило мурашки пробежать по ее спине. Она приподнялась на локтях и осмотрелась. Вокруг никого. Тогда, почему прикосновения были настолько реальными? Упав обратно на подушку, и перевернувшись на живот. Крик вырвался из груди сам собой. Злой, сорванный. Снова. Сон. И снова будто не она. Она обхватила голову руками и помотала ею из стороны в стороны, пытаясь прочистить собственные мысли. Может, это последствие чар? – промелькнула мысль. – И логично, если мне снится тот, кто вызывает у меня столько негативных эмоций – сердце Гермионы замедлило ритм. Память вернула ее в коридор, где вчера сорвалась на Малфоя, и лицо исказила гримаса. Перед глазами всплыл его образ: то, как он держал себя, говорил. Его черты лица. Пряди волос, ниспадающие на лоб, которые он регулярно поправлял, зачесывая назад. Возможно, тот долгий, оценивающий взгляд, мог создать в ее голове иллюзию интереса с его стороны. – Нееет, - она помотала головой. Она обеспокоено села. Затем, вспомнив о важной детали, перенесла флаконы с зельем «сон без сновидений» в подготовленную к отъезду сумку, лежащую на комоде у двери. И улеглась обратно на кровать. - Нет, определенно, я не могу хотеть Драко Малфоя, - проговорила она тишине своей спальни. Ее голос звучал достаточно уверенно, чтобы закрыть глаза, в надежде выспаться перед отъездом. Визуал https://disk.yandex.ru/i/6kfxgdh6jf19fA