Глава 18

Август 1998 года. Больница Св.Мунго Время близилось к закату, Грейнджер сидела на полу архива, обложенная со всех сторон папками и свитками. Какие-то из них были раскрыты, некоторые отброшены в угол комнаты, так как не содержали никакой пользы. В животе заурчало и Грейнджер подняла затекшую шею, чтобы посмотреть какое на улице время суток. Голова гудела, а занемевшие пальцы начало покалывать тысячей микро-иголок. Комнатка, именуемая архивом больницы, была крайне тесноватой для такого количества стеллажей со свитками и томами папок и историй болезней. В воздухе пахло пылью, старыми бумагами и чернилами, въевшимися в пожелтевшие страницы. Но Гермиона уже не замечала запахов. За последние пару недель она проводила здесь по несколько часов. Вдруг дверь в архив скрипнула и Грейнджер посмотрела в сторону вошедшего. Она растерялась и застыла со свитком в руке. Лицо Драко неестественно вытянулось, и он замялся на пороге. Со дня суда его лицо сильно осунулось, а скулы прорезали изможденное лицо. Но страшнее всего были его глаза – с воспаленной кожей вокруг, впалые, тусклые, почти неживые. Грейнджер сглотнула подкативший к горлу ком. И не могла заставить себя произнести ни слова. - Делаешь домашку, Грейнджер? – Все тот же злой мальчишка Малфой. - Что ты здесь делаешь? – Она пропустила его вопрос мимо ушей, вновь утыкаясь в записи на пергаменте. - У меня тот же вопрос к тебе, - он усмехнулся и распахнул дверь архива, показывая, что не желает оставаться один на один с гриффиндоркой. Грейнджер нахмурилась и теребила пальцами угол пергамента, не зная, что ему ответить. Ведь, ее сюда привели вопросы именно о состоянии его матери. И за то время, что они не виделись, Гермиона видела множество волшебников, пострадавших от непростительного заклинания. Симптомы у всех были разными: от дрожащей руки до полной амнезии и потери дееспособности. Перед глазами Грейнджер возникла сцена у зала суда, где Драко сказал, чтобы она заткнулась и не лезла куда не следует. Поэтому, она нервно сглотнула и не находила, что сказать. Она перевела жалобный взгляд на Драко. И тот тут же взорвался. Губы затряслись от злости. Он все понял. Малфой хотел разнести этот архив и прибить эту пришибленную заучку. Какого черта она лезет не в свое дело? Внутренняя ярость не находила выхода, и он стоял шумно дыша, сжав кулаки, трясясь всем телом. Драко вцепился пальцами в дверь. Они побелели до такой степени, что казалось, будто костяшки выскочат из суставов. Малфой сжал зубы, делая короткие рваные вдохи, пытаясь сдержать собственную злобу. То ли потому что был в больнице, и в любой момент кто-то мог его застукать. То ли потому что слишком долго не давал выхода своим эмоциям, что даже ярость стала притупленной. Затаив дыхание, она встала и сделала шаг навстречу ему. Тот тут же отпрянул в угол. Как загнанный зверь оскалил зубы. - Я не причиню тебе вреда, - она спокойно смотрела на него. И она сделала к нему еще один шаг. Драко стоял в нерешительности, с оскалом на лице. И недоверчиво смотрел на Грейнджер. Она медленно приближалась к нему. Отчего в голове бил колокол, пульсируя в висках и где-то в горле. Тошнота подкатила снизу из живота и встретилась с пульсом на уровне кадыка. Мозг метался в панике и Драко не знал, что делать и что вообще происходит. Грейнджер сделала последний шаг и робко обняла Драко. Тепло тела Грейнджер заставило сжаться холодное нутро Малфоя, превращаясь в тугой узел, который невозможно развязать. Девушка сильнее прижалась к нему, и руки Драко в этот момент разжались и затряслись. - Сдурела? – он оттолкнул Грейнджер от себя и смотрел на нее шокированный. Грейнджер спокойно сделала шаг назад и уже пожалела о своем решении. Но это единственное, что она могла сделать сейчас. Она горько усмехнулась про себя и снова подняла глаза на Драко. - Мне очень жаль, - прошептала она. И вновь вернулась к раскрытым документам на полу. Малфой стоял оглушенный. Веки напряглись, причиняя физический дискомфорт. Но он не мог отвести глаз от Гермионы. - Да пошла ты, - бросил он и выбежал из архива, забыв зачем приходил. Конец августа 1998 года. Коридоры больницы Св. Мунго. Драко стоял рядом с главным целителем Святого Мунго, упершись взглядом в стену. Мысли медленно проплывали на задворках сознания, делая Малфоя чуть заторможенным. - Неужели, нет ничего, что могло бы ей помочь, - сказал он так тихо, что целителю пришлось наклониться ближе к Драко. – Хоть что-то? Возможно, какое-то экспериментальное зелье? – голос покинула надежда. - К сожалению, до сегодняшнего дня, было слишком мало пациентов, которые соглашались на исследования. – Голос врача был уставшим и сухим. Тот поджал губы и перевел взгляд на молодого человека. Ему самому нужна была помощь, не то в любой момент, может потерять сознание. - Но, если вы хотите, - Драко с надеждой посмотрел на целителя, - вы можете сами исследовать наши архивы. Но даже не знаю, чем это поможет вашей матери, если вы не зельевар с большим опытом. Он окинул сверху вниз Малфоя и продолжил: - Кажется, однажды, вы просили туда доступ. Но так и не дошли, - он сделал паузу. – Кажется, мисс Грейнджер ищет тоже самое, что и вы. Возможно, и сейчас она в архиве. Драко вспыхнул. Что? Эта вездесущая Грейнджер, никак не успокоится? Он яростно пролетел вниз два пролета по лестнице и спустился на нижний этаж, где находился архив. Гнев нес его в сторону Грейнджер. Дверь в архив была открыта, и он резко остановился в проеме. Она сидела погруженная в чтение, вокруг нее было несколько стопок с папками. Видимо, она рассортировала то, что уже прочла. Она делала какие-то пометки быстропером в блокноте. То и дело хмуря лоб. Кажется, она не заметила появления Малфоя. Драко хотел отвесить очередную колкость, но что-то внутри удерживало, и он опустил плечи. - Что ты уже нашла? - начал он без приветствия. Гермиона вздрогнула и подняла глаза. Она облизала пересохшие губы и протянула ему свой блокнот. Драко вошел в архив, и в комнате стало меньше кислорода. Он вперился глазами в размашистый почерк Грейнджер, бессвязные перечисления симптомов и истории болезней пациентов, чьи фамилии ему были не знакомы. «И это все?» - что-то оборвалось внутри Малфоя. Разочарование дало горький привкус во рту, и он опустился на пол рядом с Грейнджер. Блокнот в руках затрясся, и он бросил его на пол. Опустив голову, Драко обхватил ее обеими руками. Хотелось драть на себе волосы. Усталость, копившаяся многие месяцы навалилась вместе с удушливым воздухом, причиняя физическую боль в плечах. Нечеловеческий стон сорвался с его губ, заставив Гермиону снова дрогнуть. Он сидел к ней боком, и сейчас она видела его спину, направленную вверх к потолку, лбом он уперся в пол, не отпуская волос из своих тонких пальцев. Она протянула к нему руку и замерла. Договорившись с собой, она едва дотронулась до его спины. Позвоночник прощупывался сквозь ткань рубашки. Грейнджер провела рукой сверху вниз по его вздрагивающему телу. Потом еще. Он не реагировал на ее касания. И она обняла его сверху, удерживая в реальности, разделяя с ним его горе. Дыхание было рваное, с хрипом, тело Драко начало расслабляться, и спустя несколько мгновений, обмякло в руках Гермионы. В коморке стало тихо. Было едва слышно дыхание, вылетающее из легких Малфоя. Он подался наверх и Грейнджер выпустила его из объятий, вернувшись на свое место. Она боялась на него смотреть. Уткнувшись в страницу, поняла, что буквы пляшут и размываются. Пальцы подрагивали. Драко выпрямился и уставился в пустоту. Внутри все онемело, но стало легче. Ком в горле куда-то растворился. Он переваривал, что только что произошло. И боялся пошевелиться, не желая встретиться с Грейнджер взглядом. Потянувшись к одной из папок, он замер в миллиметре от стопки. - Что мне нужно искать? – голос был глухим. Грейнджер подавила волнение и взяла в руки блокнот. Вырвала пару страниц и протянула Драко. - Любые упоминания о последствиях Круциатуса. Фамилии, даты, симптомы, в каком состоянии был выписан пациент. – она поджала губы. – Только эти папки я уже просмотрела, и она кивнула на соседнюю. – Можешь начать отсюда. Драко открыл первую папку, с подписью «1965». Последний день лета. 1998. Архив Св.Мунго - Нашла! - Гермиона вскрикнула и подняла вверх историю болезни одного из пациентов. Драко с недоверием покосился на нее. Дыхание замерло. - Здесь говорится о компрессе из серебролиста, который накладывали пациенту и тремор проходил на несколько часов! – Ее глаза горели. Надежда вспыхнула с такой силой, что сердце заходилось неровным темпом. Драко разочарованно опустил глаза, и сглотнул. Грейнджер посмотрела на него улыбаясь, испытывая эйфорию от собственной находки. - Думаю, что в следующее полнолуние могу собрать траву и приготовить для твоей мамы, - тут она запнулась и покосилась на Драко. Тот удрученно молчал, просматривая очередную историю чьей-то болезни. - Она угасает день ото дня, - прошелестел он губами, смотря в одну точку. – Какой-то дурацкий компресс не поможет, - во рту совсем пересохло и губы едва шевелились. Она присела рядом с ним и заглянула в глаза. - Малфой, не смей сдаваться, слышишь? – она коснулась его руки. Драко тут же отдернул ее на себя. Его губы были плотно сжаты. Как и челюсть. Он неохотно кивнул, сам себе не веря. Но желая, чтобы эта прилипала сейчас отстала. Визуал https://disk.yandex.ru/i/2r1_92WJQEcyWQ