Тихое наблюдение....

Башня Старка гудела привычной жизнью. Где-то внизу работали реакторы, в лаборатории мигали голограммы, а в гостевом крыле поселился тихий гость. Питер Паркер сидел на краю дивана в личной мастерской Тони, крутя в пальцах запасной вебшутер. Он старался не смотреть на экран, где Пятница вывела изображение Лололошки, который сейчас сидел в отведённой ему комнате и, казалось, просто смотрел в стену. — Мистер Старк, я не понимаю, почему именно я? — спросил Питер, наконец поднимая взгляд. — Ну, то есть, Наташа лучше умеет… ну, шпионить. А Капитан - он как-то внушительнее выглядит. — Потому что ты, дружок, единственный, кто способен болтать без остановки и не вызывать у человека желания защищаться, — Тони оторвался от работы над новыми проектом и повернулся на стуле. — Плюс ты в его возрасте. Ну, почти. И ты не выглядишь как агент спецслужб. В отличие от некоторых. Питер нахмурился. — То есть вы хотите, чтобы я просто… подружился с ним? — Я хочу, чтобы ты присмотрел за ним, — Тони поднял палец. — Не следил. Не допрашивал. Просто будь рядом, когда он выйдет из комнаты. Задавай невинные вопросы. Выясни, откуда он реально взялся, потому что версия «случайно» - это даже не смешно. — А если он опасен? — Тогда ты первый об этом узнаешь. И позовёшь нас. Но пока что он сидит в комнате и пялится в стену уже два часа. Это не поведение суперзлодея. Это поведение парня, который либо в глубокой депрессии, либо что-то скрывает. — Или и то, и другое, — тихо сказал Питер. Тони хлопнул его по плечу. — Умный паучок. А теперь иди. И не говори ему, что я тебя попросил. Скажи, что хочешь познакомиться. — Но я и правда хочу познакомиться! — возмутился Питер, вставая. — Ну, немного. — Ещё лучше. Искренность — лучшая тактика. Даже когда она фальшивая. Питер вздохнул и направился к двери, но на пороге обернулся. — Мистер Старк? А если он и правда случайно тут оказался и не знает как найти дорогу домой? Старк помолчал секунду, потом усмехнулся. — Тогда поможешь ему найти дорогу. Но осторожно. Лололошка сидел на кровати, поджав ноги, и делал вид, что рассматривает потолок. На самом деле он слушал. В этом мире всё звучало иначе. Воздух был тяжёлым от электричества, где-то за стенами гудели механизмы, а в углу комнаты тихо моргал красный огонёк — камера. Он заметил её сразу. И ещё три микроскопических датчика, которые, вероятно, считывали его пульс и температуру. Умные ребята, — подумал он. — Но я и не пытаюсь ничего скрывать. Пока что. В комнате было всё, что нужно: кровать, душ, столик, даже ноутбук без выхода в интернет. Только вот Лололошка не спешил его включать. Вместо этого он закрыл глаза и попытался нащупать след своего мира. Ничего.... Пустота.... Он знал, что так будет, но всё равно внутри что-то сжалось. Архей, пустошь, люди, которых он знал - всё это осталось там, за гранью, которую он пока не мог пробить. Если вообще когда-нибудь сможет. Но в тоже время он понимал, что всё происходит как обычно, искра его куда-то закинула, где он должен что-то решить, но вопрос что.... Ведь по ощущениям тут всё было хорошо и по тому, что он успел увидеть тут и своих защитников хватает.... — Хватит бичеваний о прошлом, — прошептал он себе. — Сначала разберись, где ты. Потом - как отсюда выбраться. Он медленно встал и подошёл к окну. Нью-Йорк отсюда выглядел как муравейник из стекла и стали. Огромный, шумный, живой. Совсем не похожий на холодные просторы Архея или мёртвую тишину пустоши. Интересно, а есть ли здесь такие же, как я? Или я здесь один? Надеюсь Джон поймёт где я и поможет уйти отсюда Он услышал шаги в коридоре за секунду до того, как дверь тихо пиликнула. — Привет! — раздался бодрый голос. — Я Питер. Можно войти? Лололошка обернулся. В дверях стоял парень в простой футболке и джинсах, с копной каштановых, немного вьющихся волос и слишком дружелюбной улыбкой. — Входи, — коротко ответил Лололошка, отходя от окна. Питер вошёл, огляделся, будто здесь никогда не был, и тут же затараторил: — Классная комната, правда? Тони её для гостей оборудовал, но гости у нас редкость. В основном все в своих квартирах живут или в комплексе. А ты как? Устроился? Не холодно? Если что, Пятница может температуру поднять, она тут за всем следит. — Пятница? — переспросил Лололошка, чуть прищурившись. — Искусственный интеллект который сделал Тони Старк. Ну, помощник типа. Она везде. Не пугайся. — Я не пугаюсь. Питер замолчал на пару секунд, поняв, что монолог не встретил ожидаемого энтузиазма. Но сдаваться он не собирался. — Слушай, я просто хотел спросить… ты откуда? Ну, в смысле, из какого города? Или страны? Мистер Старк говорит, твои вещи не похожи ни на один известный материал. А он в этом понимает. Лололошка посмотрел на Питера долгим взглядом. Парень казался искренним, но за его болтовнёй явно стоял кто-то умнее. Вопросы были слишком наводящими для случайного знакомства. — Из далека, — ответил он нейтрально. — Ты местный? — Ага, из Квинса. Это район такой в Нью-Йорке. Ты, наверное, не знаешь, ты же не отсюда… — Питер осекся, поняв, что сказал лишнего. — В смысле, ты выглядишь как путешественник. Одежда там… необычная. Лололошка чуть усмехнулся краем губ. — Твоя тоже. Питер посмотрел на свою футболку с надписью «Science Rocks» и не нашёл, что ответить. В комнате повисла пауза, но не неловкая, а какая-то… изучающая. — Ладно, — наконец сказал Питер, поднимая руки. — Не хочешь говорить — не говори. Но если захочешь поесть или просто поболтать, я в соседней комнате. Ну, или через стенку. Пятница меня найдёт. Он развернулся и почти вышел, но Лололошка вдруг спросил: — Питер. А вы всегда так… доверяете незнакомцам? Питер замер. Повернулся. Улыбнулся, но уже не так широко. — Нет. Поэтому я и здесь. Дверь закрылась. Лололошка остался один, но теперь он точно знал — за ним следят. И следить будут до тех пор, пока не поймут, кто он. Ничего нового, — подумал он. — Везде одно и то же. В конференц-зале Башни собрались почти все. Тони сидел во главе стола, вертя в руках голографическую проекцию энергетического следа, который оставил Лололошка при появлении. Стив — напротив, сложив руки на груди. Наташа стояла у окна, Брюс листал данные на планшете, Тор занял целых два стула, а Клинт Бартон, только что вернувшийся с задания, молча сидел в углу и чистил стрелу. — Итак, — начал Тони, — что мы имеем. Неизвестный молодой человек, появился из ниоткуда в центре моей лаборатории, минуя все системы безопасности. Пятница, напомни, как он это сделал? — Ни один датчик не зафиксировал проникновения, босс, — ответил механический голос. — Пространственно-временной сдвиг произошёл внутри комнаты. Без внешнего источника. — То есть он просто… материализовался? — переспросил Стив. — Именно, капитан. Брюс поднял голову от планшета. — Я проверил его биометрию через скрытые сенсоры в комнате. Пульс, температура, нейронная активность — всё в пределах нормы. Он не лжёт, когда говорит, что не знает, как сюда попал. По крайней мере, сознательно. — Или он очень хорошо контролирует своё тело, — заметила Наташа, не оборачиваясь. — Я видела таких. Обычно их тренируют с детства. — Он не выглядит как солдат, — возразил Стив. — Слишком худой. И под глазами круги, как у человека, который давно не спит. — Или слишком много видел, — тихо добавил Клинт, не отрываясь от стрелы. Тони ударил ладонью по столу. — Так, стоп. Мы сейчас начнём его жалеть? Парень появился неизвестно откуда, неизвестно как, и мы ничего о нём не знаем. Это проблема. — Тони прав, — кивнул Стив. — Но я не предлагаю его выгонять или запирать. Мы не знаем, на что он способен. Агрессия может спровоцировать ответные действия. — Он сказал: «Если вы первыми не нападёте», — напомнил Питер, который тихо сидел в конце стола. — Я слышал... Это значит, что он готов и умеет защищаться. — Все готовы защищаться, парень, — отмахнулся Тони. — Нет, — Питер покачал головой. — Он сказал это не как угрозу. Как… предупреждение. Будто он привык, что на него нападают. И будто он сильнее, чем выглядит. Тор, до этого молча слушавший, наконец подал голос. — В его глазах есть что-то знакомое. Такое я видел у воинов, которые потеряли свой мир. Он не лжец. Но он и не говорит всей правды. — Отличный анализ, злотовласка, — хмыкнул Тони. — И что нам делать с этим воином без мира? — Наблюдать, — сказала Наташа, наконец поворачиваясь. — Но не издалека. Я хочу поговорить с ним сама. — Я уже пробовал, — подал голос Питер. — Он закрытый. Отвечает коротко, не даёт деталей. Но он спросил меня, всегда ли мы доверяем незнакомцам. — Умный вопрос, — заметил Клинт. — Вот поэтому он и опасен, — вздохнул Тони. — Ладно. План такой: Наташа пробует разговорить его по-своему. Брюс, ты продолжаешь анализировать его физиологию. Питер, ты остаёшься в режиме дружелюбного соседа. Я проверю, нет ли его отпечатков в каких-нибудь базах данных по аномалиям. Стив, ты — моральная поддержка и контроль, чтобы никто не перегнул палку. Тор… просто будь Тором. — Это я умею, — усмехнулся бог грома. — А я? — спросил Клинт. — Ты будешь сидеть в вентиляции с луком на всякий случай. Шучу. Ты в резерве. Клинт пожал плечами и вернулся к стреле. Собрание закончилось. Но напряжение осталось. Наташа вошла в комнату Лололошки без стука. Он сидел на подоконнике, глядя в окно, и даже не обернулся. — Ты знал, что я приду, — сказала она, закрывая дверь. — Слышал шаги, — ответил он. — У тебя лёгкая поступь, но не идеальная. Наташа чуть приподняла бровь. Мало кто замечал такие детали. — Меня зовут Наташа. — Я знаю. Тот парень, Питер, случайно рассказал про всех, пытаясь меня разговорить — И что он рассказал? — Что ты шпион и что ты умеешь читать людей. Наташа медленно обошла комнату, рассматривая каждую деталь. Он не тронул ноутбук. Не прикасался к вещам. Даже кровать была аккуратно заправлена. — Ты не похож на злодея, — сказала она, останавливаясь напротив него. — Я и не злодей. — Тогда кто? Лололошка наконец повернул голову. Их взгляды встретились. Наташа ожидала увидеть страх, злость, ложь. Вместо этого — усталость. Глубокую, старую усталость, которую невозможно сыграть. — Ты когда-нибудь теряла всё? — спросил он тихо. Наташа не ответила. Но её лицо на секунду стало каменным. — И после этого тебя спрашивали: «А кто ты?», — продолжил Лололошка. — И ты не знала, что ответить, потому что «кто ты» было там, а здесь тебя нет. Он спрыгнул с подоконника и подошёл к ней почти вплотную. Наташа не отступила. — Я не враг, — сказал он. — Но я не стану рассказывать о себе только потому, что вы боитесь. Бояться — это ваше право. Моё — молчать. Наташа долго смотрела на него. Потом кивнула. — Хорошо. Но если ты солгал хоть в одном слове, я узнаю. И тогда молчание тебе не поможет. Она вышла так же тихо, как вошла. Лололошка выдохнул. Впервые за долгое время ему показалось, что кто-то его действительно услышал. Даже если этот кто-то — бывший шпион, которая видела его насквозь. Интересный мир, — подумал он, возвращаясь на подоконник. — Интересные люди. Жаль, что я здесь ненадолго. Он не знал, правда это или ложь. Но очень хотел, чтобы это оказалось правдой. Брюс Бэннер застал Лололошку в коридоре около трёх часов ночи. Тот стоял перед панорамным окном и смотрел на огни города. — Не спится? — спросил Брюс, подходя. — А вам? — Лололошка даже не удивился. — Я редко сплю. Другой парень не любит, когда его застают врасплох. — Другой парень? Брюс помолчал. Обычно он не рассказывал о Халке незнакомцам. Но здесь было что-то другое. В этом парне не было страха. Вообще. — Ты не боишься, — сказал Брюс. — Даже когда рядом Наташа. Даже когда я упомянул «другого парня». Это странно. — Бояться бесполезно, — пожал плечами Лололошка. — Я видел вещи, от которых волосы становятся белыми за секунду. И я всё ещё здесь. — Какие вещи? Лололошка повернулся к нему. В свете ночного города его глаза казались почти чёрными. — Миры, которые умирают. Друзья, которых убивают на твоих глазах. И ты ничего не можешь сделать, потому что ты всего лишь один человек. И даже если ты сильный, ты не можешь быть везде. Брюс почувствовал, как внутри что-то шевельнулось. Не Халк. Что-то другое. Понимание. — Ты поэтому не хочешь рассказывать? — спросил он мягко. — Потому что боишься, что они не поймут? — Я не боюсь, — повторил Лололошка. — Просто устал объяснять. Каждый раз одно и то же. «Откуда ты? Кто ты? Зачем ты здесь?» А я сам не знаю ответов. Он помолчал. — Идите спать, доктор Бэннер. Ваш друг не любит, когда вы не высыпаетесь. Брюс хотел спросить, откуда тот знает про Халка и бессонницу, но передумал. Вместо этого он кивнул и пошёл в свою лабораторию, размышляя о том, что, возможно, Тони был не прав. И этот парень не опасен. Просто сломан. Как и многие из них. На следующий день Питер нашёл Лололошку в гостиной. Тот листал книгу по физике, взятую с полки Старка, и хмурился. — Ты понимаешь, что там написано? — удивился Питер. — Частично, — ответил Лололошка, не поднимая головы. — У вас странная наука. В моём мире квантовая механика работает иначе. — В твоём мире? — Питер тут же навострил уши. Лололошка закрыл книгу и посмотрел на него долгим взглядом. Питер уже приготовился услышать очередное «я не могу сказать», но вдруг: — В моём мире нет Железных людей и парней, которые лазают по стенам. Но есть… неважно. неважно.... Он встал и положил книгу на место. — Спасибо за гостеприимство. Но мне пора искать выход. — Выход? — Питер вскочил. — Ты куда? Тони сказал… — Тони не мой начальник, — перебил Лололошка. — Я не военный. Не преступник. И не пленник. Если я здесь не нужен, я уйду. — Ты нужен! — выпалил Питер и сам удивился своей фразе. — Ну, то есть… ты не нужен, но… Чёрт, я не так сказал. Ты не в плену, правда! Просто… мы хотим помочь. Но мы не знаем как. А ты не говоришь, что тебе нужно. Лололошка замер. Спиной к Питеру. И тихо сказал: — Мне нужен способ вернуться домой. Но вы не сможете мне помочь. Потому что моего дома нет на ваших картах. Он вышел из гостиной, оставив Питера одного. Паук сидел и смотрел на закрытую дверь, чувствуя, что только что потерял что-то важное. Или, наоборот, понял то, что другие не видели. Он не злодей, — подумал Питер. — Он просто потерялся. И у него никого. Он достал телефон и написал сообщение Тони: «Нам нужно ему помочь. По-настоящему. Не слежкой. Не допросами. Просто помочь». Ответ пришёл через минуту: «Работаю над этим. Но если он сделает хоть одно резкое движение, я надену костюм». Питер улыбнулся. Это было лучшее, что он мог услышать от Тони Старка. А Лололошка тем временем стоял в своей комнате, сжимая в руке маленький камень — единственное, что осталось после путешествия по Архею. Он не знал, поможет ли он вернуться. Но он знал одно: этот мир, какие бы странные люди в нём ни жили, дал ему то, чего не давали другие — время. И он собирался использовать его с умом.