Глава 3. След взят

Драко поставил на стол уже вторую выпитую кружку кофе. Ему показалось или руки и правда дрожали? Может, подлить огневиски в третью порцию? Он не нервничал, конечно, нет. Просто не хотел встречи с аврором по новому заданию. Артефакт доставили в Отдел тайн рано утром. Тео успел прожужжать все уши про его важность, ценность и древность. И, естественно, Малфою пришлось ознакомиться со всеми документами и выучить каждое слово. К ним привезли ударный музыкальный инструмент из Древнего Египта, представлявший собой рамку на рукоятке, внутри которой находились закрепленные на стержнях мелкие металлические предметы, при встряхивании издающие характерный звон. Он назывался систр, его использовали в религиозных церемониях, и считалось, что с его помощью можно создавать вибрации, которые влияют на погоду. Также на рукоятке могли вырезать фигуры или лик божества, например, на их артефакте была изображена богиня Баст. Интерес для изучения представляли металлические бусины, которые должны издавать звук. Тео уже при утренней диагностике выяснил, что там внутри находились мелкие и сыпучие частицы, и он считал, что это песок времени. А еще у этого систра был ощутимый магический след. И они обязаны не спеша и дотошно исследовать это, они могли быть на пороге удивительных открытий! Но Малфоя не интересовали ни новые свершения, ни путешествия во времени, он думал только о том, что встретит ее. Последний и единственный раз после выпуска из школы он видел ее на каком-то благотворительном приеме, на который его уговорил прийти Блейз. Драко не любил такие тусовки еще с детства, когда в мэноре вокруг него и родителей собирались улыбающиеся лицемеры, которые изо всех сил старались переиграть друг друга в желании казаться не тем, кем они являлись. Хотя не ему их судить: все детство и на протяжении пяти курсов в Хогвартсе он только и делал, что пытался показать, какой он — богатый и единственный в своем роде наследник чистокровной фамилии Малфой. Да, на шестом году обучения он постепенно начал осознавать свои неправильные убеждения и поступки, но было уже поздно. А на восьмом он даже грезил, что сможет все исправить, что он может быть не просто сыном Люциуса Малфоя и бывшим Пожирателем смерти. Что может стать по-настоящему счастливым. Но ему не удалось. На том приеме он все время стоял в стороне и пил огневиски, пока Блейз налаживал связи для своего бизнеса. Он уже собирался уходить, как вдруг взгляд упал на шатенку в алом платье. Она молча стояла в кругу министра и его приближенных, мило улыбалась и изящно пила шампанское. Только Гермионе Грейнджер было известно, каково быть прекрасным ангелом внешне, но с дьявольским огоньком в темных глазах. Ее кудри были убраны в небрежную прическу, но некоторые локоны мимолетно щекотали нежные плечи. Он разом ощутил шквал эмоций: ошеломление от прекрасного, нарастающую эрекцию, затем ревность и дикий гнев. Потом его окатило ледяным осознанием собственной ничтожности, приправленной дикой ненавистью к себе. Он ушел с того вечера в ту же минуту, пообещав себе больше не приходить на министерские вечера. Никогда. После он с ней не пересекался. По Министерству не разгуливал, благо в Отделе тайн открыли свой камин и не было нужды перемещаться через Атриум. Сейчас, спустя столько лет, он и не знал, какие чувства испытывал. Казалось, он прошел все стадии. Вот только чего? Потери? Ненависти? Любви, Салазар ее дери? Сразу после выпуска из школы Драко был потерянным и отчаянным. Ему пришлось забыть про свой план пойти на стажировку в отдел международных отношений. Но, на его счастье, глава невыразимцев был доволен его кандидатурой на собеседовании. В первый год работы в Министерстве Малфой был на колоссальной мотивации. Благодарен за шанс, зол на себя и судьбу и был настроен добиться всего возможного в этом месте, чтобы стать самым успешным и лучшим начальником Отдела тайн. Лелеял мечту, чтобы она узнала об этом и пожалела о своем выборе. Он пахал изо всех сил, но со временем запал ослабел, и в какой-то момент осознал, что совсем этого не хочет. Душа не лежала к расчетам, как бы они ни получались. Следующей была стадия отчаяния и жалости к себе, когда он понял, что уже нет гнева и, наверное, он сам виноват, что она выбрала не его. Было так легко погрязнуть в мыслях, что он просто бывший Пожиратель смерти и большего он уже не достигнет. Это время было полно алкоголя и мимолетных связей, он распробовал магловские клубы по полной. Последней каплей было, когда Драко приплелся в усмерть пьяный на работу и начал снимать заклятие с какого-то проклятого амулета. Слава основателям, Тео пришел как никогда вовремя и потушил пламя, успевшее охватить занавески, пока Малфоя выворачивало под столом. Этот инцидент Драко долго не мог простить себе, он чуть не спалил весь Отдел тайн. Это было как погружение в ледяную воду. Но он смог найти дно и оттолкнуться. Потом пришла стадия, когда он пытался искать себя. Закончился условный срок в три года, когда ему нельзя было менять место жительства. Это было единственной мерой пресечения для несовершеннолетнего Драко Малфоя, вынесенной на суде после падения Волдеморта. И наконец из сырого и темного поместья он переехал в магловскую квартиру, довольно просторную и комфортную. Ладно-ладно, это был пентхаус. Ну не в драккловой халупе же ему жить. Он хоть и оставил на войне все стереотипы и расистские убеждения, с которыми рос, но привычку жить в достатке и благополучии не поменял. Малфои продолжали быть запредельно богатыми, но послевоенные репарации отщипнули немалый кусок от фамильных счетов в Гринготтсе. Денег на свою беззаботную жизнь Драко хватило бы, но с детства он усвоил совет дедушки: мало просто распоряжаться состоянием семьи — нужно его увеличивать. Так что после покупки недвижимости он навел порядок во всех активах и периодически занимался инвестированием. Люциус Малфой перевернулся бы в семейном склепе, если бы узнал, что его отпрыск получил магловские права и купил машину. И может, даже воскрес и огрел бы тростью, узнай, что тот ковырялся в грязи, мазуте и сам поменял масло и колеса. Жизнь постепенно наполнялась бо́льшим смыслом. Драко начал изучать магловский спорт. Квиддич, конечно, не променял бы ни на что, раз в пару недель они играли в поместье Забини. Но он вполне освоил тренажерный зал, бассейн и пробежки. Это здорово подточило его и так генетически одаренную форму. И в спортзале гораздо легче было знакомиться с девушками. Хотя кого он обманывал? Ему даже не приходилось проявлять инициативу. И этот факт поддерживал его самодовольство на довольно высокой отметке. Он даже ходил на сеансы к целителю разума. Это давало свои плоды, не сразу, но пара истерик, немного скупых мужских слез, постоянная борьба с собой, несколько раз выворачивания содержимого желудка — и ему стало легче. Малфой начал потихоньку выходить в магические общественные пространства без чувства вины. Дышать стало свободнее, он учился жить и даже не думать про свои неправильные поступки в прошлом. И вот одна только новость, что сама Гермиона Грейнджер спустится на их девятый уровень, и Малфой уже не в себе. Он нервничал, не мог найти себе места и не понимал, что делать. Прикинуться больным и пропустить рабочий день? Или остаться и вести себя самым надменным образом? Чтобы эта аврорская выскочка знала свое место и что она ему не указ? Или, может, просто не обращать на нее внимания? Чтобы она поняла, что он и думать забыл про нее. Но он не забыл, вот в чем дело. К дракклу. Он не даст ей ни малейшей эмоции, ни единого взгляда, ни-че-го. Пускай делает свою работу и выметается с его территории. Вот так-то! На этом волевом решении в его мысленной тираде в кабинет зашел Тео и, прежде чем уткнуться в свои бумаги, мимолетом произнес: — Встреча с Грейнджер отменяется. — Что? Почему? — Не знаю, Грейнджер отменила ее. Может, завал по другим делам, — добродушно пожал плечами и предположил Тео. И спокойно начал копаться в многочисленных папках. — Ха! Ну конечно. Малфоя взбесила эта новость. Костяшки пальцев побелели, губы сжались, он стал разминать шею и встал, не в силах удержать всю злость. Гнев разливался по венам, мозг генерировал идеи, как поставить эту выскочку на место, незаметно для себя он начал ходить из стороны в сторону, словно загнанный в клетку зверь. Думает, она самая умная? Может когда угодно отменять встречи, как будто работа только у нее? А может, не хочет его видеть? Ну тогда она совсем охренела! Они, что, должны тут ждать, как собачки, пока она соблаговолит спуститься. Ну уж нет! — Я не буду это терпеть! — он кулаком стукнул по столу от переизбытка эмоций. — О чем ты? — нахмурился Тео, он редко видел друга таким эмоциональным и уже несколько минут в шоке наблюдал за Драко. — Я сам найду этого контрабандиста и принесу его на блюдечке министру. Нотту понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать, что Малфой не шутит и вполне решительно настроен. — Ты серьезно? Не дури, Драко. Это будет вопиющим нарушением. — А что не так? Быть аврором не так уж и сложно. Раз у них там так много дел, то я сам все сделаю. Все будет нормально, не переживай, — он в спешке начал собирать свои вещи и уже на выходе сказал ошалевшему Тео: — Держи меня в курсе, если что случится. — Но у нас полно работы! Но слова долетели лишь до захлопнувшейся двери кабинета.

***

Прошли сутки, как Малфой решил поиграть в ищейку. Ожидания, на его удивление, не оправдались. Он, как белка в колесе, скакал из лавки в лавку. Времени на планирование не было, поэтому он не придумал ничего лучше, как одеться в свою старую мантию с глубоким капюшоном и пойти в Лютный переулок. Полдня он потерял просто так: то узнавали, что он Малфой, и предпочитали не связываться; то думали, что он ищет информацию для поддержания связей в Министерстве, как это делал Люциус. Но в одной задрипанной лавке продавец задержал взгляд на его дорогом одеянии и сразу смекнул, что сможет неплохо заработать. А потом он заметил фамильный цвет волос, так и сразу стал распинаться в учтивости. Все-таки деньги и репутация Малфоев где-то смогли пригодиться. Тот продавец получил выгодную комиссию просто за информацию. Он сообщил, в каком магазине в магловском Лондоне знают все про черный рынок артефактов. Малфой уже не надеялся найти хоть что-то, он был неимоверно голодным и злым, весь день убив на подслушивание и пустые разговоры в Лютном. Но эта зацепка сильно подняла его настроение. Отправившись домой, он хорошенько подкрепился и переоделся, а затем поехал на такси в отдаленный район Лондона. Встреча с Грейнджер была уже завтра, у него остался лишь вечер, чтобы найти этого Каюма и утереть ей нос. Драко прибыл на место, и его встретили уже темные улицы Лондона. Он прошел по немноголюдному переулку и зашел в невзрачный магазин сувениров. Помещение было не сильно освещенным и довольно пыльным, Малфой медленно осматривал полки и только потом подошел к продавцу, который все это время наблюдал за поздним покупателем. Драко видел несколько фильмов про шпионов и надел на свою миссию дорогой костюм и дизайнерское пальто, давая всем видом понять, что он может заплатить за все. Неспешно осмотрев ассортимент магазина, он обратился к торговцу арабской внешности: — Я ищу кое-что необычное. — Не понимаю вас, молодой человек, — темноволосый и бородатый мужчина отвечал ему с явным акцентом. — Я ищу не просто сувениры, — он долго смотрел в глаза продавцу. — Я хочу узнать, где могу найти поистине настоящие сокровища. Вы же понимаете? Он небрежно вскинул руку и глянул на дорогие часы, специально покрасовавшись ими. Всем видом показывая скуку, Драко надеялся, что тот клюнет на приманку. Но мужчина молчал, нужно было играть по-крупному. — Что самое дорогое у вас в магазине? — Шелковый персидский ковер, мистер. Пять тысяч фунтов, — продавец прищурился. — Это может быть первым шагом к поиску того, что вы ищете. Малфой сжал челюсти. Сраный ковер за сраные пять тысяч фунтов! Он, конечно, не обеднеет от этой суммы, но уже не один год для него финансовая грамотность не пустой звук. Если только он зазря их потратит, он найдет управу на эту сувенирную шарашку. Медленно выдохнув, он вытащил банковскую книжку и выписал чек на долбаные пять тысяч фунтов на радость этому торгашу, который сразу же схватил бумагу своими цепкими ручонками. — Вы сможете найти ответ в ресторане Эль-Фаюм, — прогнусавил продавец и с довольным оскалом скрылся в служебном помещении.

***

Гермиона захлопнула дверь такси и быстром шагом направилась к последней точке сегодняшнего маршрута. Она случайно услышала, как говорили про некий магазин сувениров в районе Брикстон. И пришлось зацепиться за эту ненадежную информацию, потому что больше она не смогла найти никакого следа Каюма. Молясь Мерлину и королеве, чтобы это было не зря, она подходила к совсем невзрачному магазинчику, и вот до него оставалось несколько метров, как входная дверь резко открылась. До ушей донесся звук колокольчика. Повинуясь интуиции, Гермиона сделала шаг в сторону и скрылась в тени домов: так она сможет наблюдать за незнакомцем без опаски быть увиденной. Вот только… Малфой? Высокий блондин вышел на улицу в сером шерстяном пальто с идеальным кроем и светлых брюках, даже его начищенные туфли отражали и рассеивали свет фонарей. Он осмотрелся вокруг и остановил взгляд ровно на том месте, где притаилась Гермиона. Она задержала дыхание, он никак не мог ее увидеть. Он отвернулся в другую сторону и быстро зашагал по улице, скрываясь за углом. Что он тут забыл? Это не могло быть просто совпадением. Гермиона прошла мимо входа в магазинчик и стала преследовать новую цель. Смотря в белую макушку, она пыталась понять, как он здесь оказался и что делал. Ее поступь была невесомой, тихие шаги растворялись в тишине переулков. Натянув капюшон, она шла на безопасном расстоянии, то увеличивая его, то приближаясь. Воспоминания против воли стали прокручиваться в голове. Послевоенное общество залечивало раны и позитивно смотрело в будущее. На Хогвартс было наложено много обязательств в плане подготовки выпускников ко взрослой жизни. Нужны были новые кадры, и Кингсли совместно с директрисой Макгонагалл организовали факультативы для седьмого и восьмого курсов. Были выбраны кураторы от каждого отдела Министерства и больницы Святого Мунго, им предстояло подготовить юные умы к работе на благо магического общества Британии. Раз в неделю проходили дополнительные занятия, профиль которых ученик должен был выбрать в начале учебного года. Таким образом будущие сотрудники могли лучше справиться со стажировкой и быть заранее погруженными в специфику работы. Часть выпускников отдали предпочтение факультативу от отдела магического правопорядка в надежде стать коллегами великого Гарри Поттера. В Хогвартсе его вел довольно пожилой, но лихой аврор, которого уже редко брали на операции в связи с возрастом. Он охотнее рассказывал истории, чем преподавал настоящие методы раскрытия преступлений или боевым заклинаниям. Вместо этого он мог уснуть за учительским столом, а ученики с ликованием дуэлировали и разносили в пыль учебный класс. Гермиона же выбрала отдел международных отношений. Ее родители остались в Австралии, и она расценила это как шанс, чтобы видеться с ними чаще. Или вдруг у нее будет возможность быстро и без очереди получать портключи? Да, немного наивно, но чего ожидать от девушки, которой пришлось потерять так много и жертвовать самым дорогим? Да и изучение языков ей давалось легко, может, она станет уважаемым дипломатом. Каково же было ее удивление, когда она пришла на первое занятие, а там, в пустом кабинете, находился только Драко Малфой. Он вальяжно сидел на второй парте у окна, облокотившись на спинку стула и пальцами играя с пером. Она его опасалась. Да, она выступала на его суде с защитой. И после этого он прислал ей письмо с довольно трогательными и при этом язвительными извинениями. В первые дни обучения она столкнулась с ним в совятне поздним вечером. Там он скомканно повторил свои извинения, не смотря ей в глаза. Она в ответ что-то невнятно протараторила про прощение. Больше они ни словом не перекидывались. Бывало, что она бросала взгляд на него в Большом зале, а он всегда уже пристально смотрел на нее своими серыми глазами, что вводило ее в краску. Гермиона глубоко вдохнула и прошла в класс, аккуратно сев за первую парту на среднем ряду. И сразу начала доставать и старательно раскладывать пергаменты. — Грейнджер, — слева раздался знакомый низкий тембр. Как это возможно, что у парней так менялся голос? Она медленно повернула голову и посмотрела на него с опасением. Только слепая не признала бы, что он привлекательный. Да и после всех событий он стал выглядеть гораздо лучше, собственно, как и она. Было заметно, что он набрал здоровый вес, перестал быть исхудавшим и угрюмым. — Малфой, — она кивнула в знак приветствия и повернула голову в сторону пустой доски. — Решила начать свою карьеру министра с отдела международных отношений? Неожиданно, — хмыкнул он. Мерлин, и что ему надо? — А ты что здесь забыл? — Всегда имел склонность к языку, — поднял брови и ухмыльнулся. Гермиона вмиг покраснела и отвернулась. Ей было девятнадцать, а она только сейчас начала испытывать юношеские страсти тела. До этого она думала только о том, как выжить и победить на войне, ей было явно не до этого. Да, был Рон, ее детская влюбленность. Их первый поцелуй случился в Тайной комнате, и этим летом они пробовали целоваться еще. Но все ощущалось слишком неловко и как-то неправильно. Хорошо, что он сам об этом сказал. Гермионе не хватило бы понимания и смелости признаться, что что-то не так. И вот она в Хогвартсе, начала лучше спать, плотно есть и чувствовать себя в безопасности. И после этого пришли влечение и желание рассматривать однокурсников. И ее внимание уж слишком часто падало на этого блондина. То ли в Хогвартсе было мало симпатичных парней, то ли у нее проблемы со вкусом или головой. А такие двусмысленные шуточки выводили ее из равновесия. Хорошо, что их куратор зашел в класс и спас ее от дальнейшего разговора. Это была красивая ухоженная женщина лет сорока в шикарном брючном костюме и на высоких каблуках. Она с безупречной осанкой прошла к доске и оглядела группу из двух человек. — Я так понимаю, это все желающие в отделе международных отношений? — Правильно понимаете, — после паузы ответил Малфой. На что та их оглядела и как будто одобряюще кивнула. — Меня зовут мисс Роуз Легисто. Я заместитель начальника отдела международного магического сотрудничества. Огорчена столь малым количеством юных стажеров. Ну что ж, так даже лучше. — Пауза. — У меня нет времени на ваш факультатив. Рот Гермионы открылся от столь явного пренебрежения. Сам министр Кингсли инициировал эти курсы! И только она собралась возразить, как со стороны донеслось: — И что вы предлагаете? — Ваше имя, молодой человек. — Драко Малфой. — Что ж, это было очевидно. Мистер Малфой, назначаю вас старостой вашей небольшой, — она потрясла пальцами с дорогими кольцами в попытках найти слово, — группы. Я буду иногда навещать вас, давать вам задания и материалы, а вы самостоятельно изучать. Мистер Малфой же возьмет на себя ответственность отправлять мне отчеты о ваших успехах и получать новые задачи, — она посмотрела на Гермиону. — Прошу понять, сотрудников сейчас мало. Занятия будут проходить в этом кабинете. Я наложу на него следящие чары и узнаю, если вы решите не присутствовать или уйдете раньше времени. Спрашивать с вас отчетные пункты я буду по всей строгости. Советую не халтурить. От нее исходили волны власти, и спорить не хотелось. Хотя ее методы совсем не нравились Гермионе. — Задание на эту неделю: ознакомиться с кодексом отдела, — на этих словах мисс Легисто отлевитировала толстенный талмуд на стол Малфоя мимо изумленного лица Гермионы. — А также ожидаю список по навыкам и заклинаниям, которые вы бы посчитали нужным для изучения. На этом от меня все. Мистер Малфой, мисс Грейнджер, — женщина уважительно кивнула каждому, и Гермиона на мгновение удивилась, что к ней обратились по фамилии. Она никак не могла привыкнуть к своей популярности и известности героини войны. Выйдя из ступора от звука захлопнувшейся двери, Гермиона обернулась к Малфою, который уже взял книгу и начал преспокойно читать, не обращая на нее внимания. — Это просто смешно! — Гермиона села к нему и деловито передвинула учебник на середину стола. До конца урока они сидели в тишине, просто изучая кодекс, слишком близко друг к другу. Это было непривычно для нее. С Гарри и Роном она могла находиться рядом, но никак не ощущать этого захватывающего все тело напряжения. Она изо всех сил пыталась не отвлекаться на его дыхание или бедро в поле видимости под партой. К сожалению, ей не удавалось не смотреть на его пальцы, которые медленно переворачивали страницы. И совсем не получалось не реагировать мурашками на низкий голос, которым он так близко задавал вопрос: «Дальше?»