Глава 2. Магия танца

— Итак, у нас новая тайна! Драко Малфой отвлекся от двухуровневых расчетов и взглянул на своего излишне счастливого начальника — Теодора Нотта. Хотя Драко предпочитал чаще всего называть его просто коллегой. Они вместе проработали, Салазар их дери, уже сколько? Они пришли сюда на стажировку после окончания школы и вот семь лет как провели в Отделе тайн. И все это время близкий друг был воодушевлен их делом до мозга костей. Настолько, что получил одобрение министра магии на все свои проекты и претендовал на пост главы самой секретной службы уже в недалеком будущем. Малфой, конечно, тоже добросовестно относился к работе. Если взять за основу утверждение, что у выпускников Слизерина есть совесть. В начале своей карьеры он даже вкалывал почти на уровне Тео, но его запала надолго не хватило. В подвал управления магической Британии он пришел не по зову сердца. Ведь не может звать то, что разбито, правильно? Спасибо Тео, что имел четкое намерение попасть именно в Отдел тайн и умудрился получить рекомендательное письмо от Минервы Макгонагалл за свой школьный проект на дополнительном восьмом курсе. И когда Малфой понял, что не может идти по своим заранее намеченным целям, он не придумал ничего лучше, как вцепиться в друга и вместе с ним прийти на стажировку. — Драко, ты слышишь? Откладывай расчеты по гомункуловым чарам. Нас ждет нечто гораздо более увлекательное! Малфой закатил глаза, ну не мог он разделять такое позитивное отношение к исполнению служебных обязанностей. Да, он хорошо справлялся, иногда бывало и правда интересно. Часто это было единственной причиной, чтобы вставать по утрам. Но на самой работе уже большую часть времени было скучно и пресно. Может, попробоваться перевестись в другой отдел, его уже тошнило от всех расчетов. Но вряд ли бывшего Пожирателя смерти будут рады видеть где-то в Министерстве, все-таки здесь он общался только с Тео. Ну и изредко мог поговорить о погоде или светских сплетнях с престарелым главой отдела, который иногда приходил пропесочить своих заместителей и Тео в том числе. — Тео, я, правда, понимаю, что ты переживаешь расставание с Пэнси и немного рехнулся, но твой энтузиазм меня пугает, — Малфой пытался вывести друга на разговор уже давно. У них не было принято выворачивать душу друг перед другом. Но ситуация с Паркинсон давно вышла из-под контроля. Тео стал маниакально больше уделять времени работе, почти не спал и мало ел. Драко это надоело, он должен был помочь другу хотя бы выговориться. — Это может быть прорыв! — Тео, казалось, совсем не слышал его и с горящими глазами выкладывал на общий рабочий стол бумаги, продолжая бормотать себе под нос. — Быстрее бы его привезли. — Ладно, — вздохнул Малфой, он привык к странностям друга, если так можно назвать трудоголизм. — Рассказывай. — Скоро нам доставят один древний артефакт, точнее, часть его. Во Франции накрыли сделку какого-то суперконтрабандиста, но он сумел уйти. Смогли только забрать часть этого сокровища, а другую он забрал с собой. Его следы идут в Британию, и расследование передали в наше Министерство. — А избранный глава Аврората с радостью помогает всем странам закрывать их косяки, — закатил глаза Малфой. — Зато у нас будет возможность поработать с артефактом из самого Древнего Египта. Представляешь? — Нотт всплеснул руками от радости. — Есть подозрения, что он проклят темной магией. Или связан с самим временем, — последние слова были прошептаны в трепетном благоговении. — Угу. Здорово, — лицо Драко не дрогнуло, и он продолжил всматриваться в друга и пытаться найти оправдание его отклонению трудоголизму. — Тео, правда, если бы ты так восхищался Паркинсон, она бы не ушла от тебя. Нотт замер от этих слов и впервые посмотрел на Драко. Он явно спустился с небес на землю и вспомнил всю горечь расставания. Его лицо нахмурилось, тяжелый взгляд уставился на Драко. — Я не желаю разговаривать в рабочее время о моих отношениях. И не тебе давать мне советы, — отрезал Нотт. — Прости, дружище, не думал тебя расстраивать, — Драко подошел и хлопнул его по плечу. — Просто не разделяю твоего энтузиазма по поводу новой задачи, но, естественно, ты можешь положиться на меня. Если захочешь поговорить о Пэнс, мы могли бы выпить сегодня. Я бы предложил самому объясниться с ней, но, боюсь, со мной она даже словом не обмолвится. — В принципе, можно, — Тео быстро оттаял и улыбнулся, и довольный Малфой сел обратно за стол и начал вникать в новый отчет. — Кстати, к этому делу приставят аврора, который будет искать преступника. А мы должны помогать ему и консультировать. На слове «аврор» плечи Драко напряглись, костяшки рук побелели, а желваки заходили в стороны. Он выждал минуту, перед чем спросить: — И ты знаешь, кто этот страдалец? — Очевидно же, — пожал плечами Тео. — Самый эффективный аврор и героиня-любимица Британии. Тебе ли не знать? — на этих словах он посмотрел Драко прямо в глаза. — Сегодня точно надо выпить, — тихо пробормотал Малфой, уводя взгляд в сторону.

***

Гермиона уже второй день безрезультатно шаталась по городу в поисках зацепки. Вчера она отменила встречу с невыразимцами. Древний артефакт привезли в Отдел тайн, и по плану она должна была спуститься к ним. Но в последний момент дрожащей рукой написала записку о переносе собрания, зачаровала ее и отправила на имя Теодора Нотта. Да, она не захотела идти. И вообще, магический предмет только привезли, невыразимцам нужно время на изучение. Аврор должен прийти и просто получить подробные данные, а не ждать, пока они еще что-то исследуют. И ничего она не струсила, это эффективное решение в рамках дела. Лучше она сначала потратит время на поиск дополнительной информации о преступнике. Амир Каюм — контрабандист арабского происхождения. Последние пять лет совершал разные сделки под носом у магического и магловского правительств. Часто скупал на черном рынке самые темные и опасные предметы и продавал тому, кто предложит дороже. По нелепой случайности, выдаваемой за тщательно спланированную операцию, французы вышли на его след и кое-как сорвали сделку. У Аврората мало информации, где он мог быть, его едва заметный след терялся в Лондоне. В планах Гермионы было обойти все антикварные магазины и выставки, она еще не сталкивалась с черным рынком. Скорее всего, вначале она просто проверит и прощупает места, а после вернется под Оборотным, представившись искушенной покупательницей или коллекционером. Но пока все было безрезультатно. К сожалению, ей придется идти к невыразимцам, сегодня утром она уведомила их о встрече на завтра. Пускай только попробуют не успеть изучить артефакт! Ей нужна полная информация об этом секретном сокровище Древнего Египта. Даже сам министр вчера вызвал ее к себе и проинструктировал по поводу совершенной конфиденциальности этого дела. Злость брала только от мысли, что она будет с ним работать. Она не питала ненависти ко всем сотрудникам Отдела тайн. Может, ей повезет и там будет только Теодор? Оставалось надеяться, что больше никого там не будет. Особенно одного — такого белобрысого, мерзкого и… Гермиона встряхнула головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей. Она вышла из ломбарда и посмотрела на часы. По плану ей оставалось заглянуть в последний магазин на сегодня, но она также рассчитывала сходить на тренировку по танцам, а время уже поджимало. Минута на раздумья, и она решила сначала пойти на тренировку. Ей необходимо устать, пропотеть и избавиться от напряжения и тяжелых раздумий. Гермиона зашла в безлюдный переулок, скрылась за мусорными контейнерами и переместилась в точку аппарации рядом со своим домом. Несколько лет назад она купила квартиру в магловской малоэтажке, недалеко от Косого переулка, но при этом в тихом спальном районе. После выпуска из Хогвартса она примкнула к Гарри и Джинни третьим колесом, и они вместе снимали жилье в магическом Лондоне. Но пары лет в их общежитии хватило, да и ребята решили пожениться и купить дом для дальнейшего поколения Поттеров. Так что, отпустив друзей в счастливую брачную жизнь, Гермиона присмотрела себе скромную, но очень уютную квартиру. Да и в магловском районе ей нравилось жить гораздо больше. Она спокойно выходила из подъезда без косых взглядов, и перед глазами открывался хороший выбор ресторанов или развлечений. Она не хотела отказываться от этой части своей жизни. Наивысший комфорт был именно в совмещении достижений маглов и волшебства. Гермиона поднялась в свою квартиру и взяла уже подготовленную спортивную сумку. Иногда ее расписание уходило под откос из-за работы или стресса, но к любимым тренировкам она относилась ответственно и всегда собирала вещи заранее. Кто бы в школе мог подумать, что заучка всея Хогвартса будет ходить на танцы? Причем регулярно заниматься уже почти семь лет. После окончания восьмого, дополнительного курса Гермиона вышла в самостоятельную жизнь совсем потерянной. Казалось тогда, еще неделю назад у нее были планы на жизнь, она знала, что хотела пойти работать в отдел международных отношений. Она была полна наивных надежд и мечтаний, которые неожиданно для нее рассыпались на мельчайшие осколки. Юность часто встречала беды и разбитые сердца. Нежно утирала слезы первых разочарований, а иногда резко била по щекам и показывала настоящую взрослую жизнь. Учила справляться с душевными травмами. Иногда помогала их исцелить, а иногда оставляла незаживающие раны. И тогда Гермиона приняла мгновенное решение пойти работать в Аврорат. Она рассчитывала, несмотря ни на что, достигнуть успеха и признания. Конечно, спустя время это оказалось не таким уж ненужным, и жизнь просто встала на привычные рельсы. Но тогда, сразу после выпуска, стресс был слишком сильный, и самооценка упала до дна. Она буквально собирала себя по крошечным крупицам. И воспользовалась брошенным вскользь советом Джинни, что она могла «и задницей потрясти, и стресс снять». Так одна тренировка перетекла в следующую, и потом они стали рутиной и постоянной константой в ее расписании. Приятно было контролировать хотя бы тело, в то время как остальное контролю не поддавалось. Сначала она была довольно неловкой, но быстро развила гибкость и стала более раскрепощенной на занятиях. А сейчас уже не представлялось, как она могла быть без своих тренировок. Это лучшее снятие стресса и напряжения из нагруженного работой ума и тела. Она перепробовала разные направления в танцах, даже на брейк-данс сходила, прости ее Мерлин. Благо у маглов огромное количество студий на любой вкус. Но любимыми у нее остались балет и стрип-пластика. Сочетание своеобразное, но удивительным образом подходящее ей. Гермиона аппарировала до укромного места рядом со студией. Она быстро переоделась, вошла в привычный зал и прошла к своему месту. Она всегда занимала подоконник, пока все ждали тренера. Разговаривать редко с кем-то хотелось после рабочего дня, уж лучше посмотреть на городской пейзаж. Сегодня их группа должна была учить новую связку. Погрязнув в мыслях и воспоминаниях о своих первых уроках, она не заметила, как кто-то вошел в зал. Повернувшись на голос, она увидела красивую незнакомку. Женщина сияла широкой улыбкой и окинула взглядом присутствующих. Смуглая кожа, золотой комплект из топа и асимметричной юбки с поясом из маленьких монеток — видно было, что женщина в зрелом возрасте, но при этом точно выглядящая моложе своих лет. И с отпечатком блаженности во взгляде и на лице. — Добрый вечер, девочки! — ее улыбкой можно было освещать площадь Пиккадилли. Гермиона не знала, то ли это раздражало, то ли она завидовала такой жизнерадостности. — Сегодня Тайра заболела и не в состоянии провести тренировку. Но зато теперь вы можете попробовать новое и прекрасное направление танца, — она сделала многозначительную паузу, даже театральную, — Танец живота, — на этих словах женщина потрясла бедрами, и пояс с монистами зазвенел. Гермиона нахмурилась и скрестила руки на груди. Участвовать в чем-то неизвестном не хотелось, но она начала погружаться в неприятные мысли и волнение перед завтрашней встречей, а значит, надо было нагрузить тело. И ей обязательно нужна тренировка, так что придется остаться. — Будет так захватывающе! — хлопнула в ладоши женщина от радости, на что Гермиона не могла не отреагировать и закатила глаза. — Меня зовут Латифа. Танец живота берет вдохновение от мифов о таинственном востоке, чарующих красавицах и дворцовых интриг. Преподавательница открыла свою спортивную сумку и стала доставать пояса для всех. Она подходила к каждой девушке и воодушевленно помогала одеть их на бедра. Латифа приблизилась к Гермионе и обернула вокруг нее голубой платок с россыпью золотых монеток. — Покрути бедрами, дорогая. Гермиона, так и оставшись со скрещенными руками, пару раз неловко двинула тазом под одобряющие кивки тренера. — Прекрасно, — Латифа хлопнула в ладоши от радости и подошла к своему месту во главе зала. — Восточный танец — это пробуждение и развитие женской и сексуальной энергий. Это возможность созерцать свою природу изнутри, ощущать и наслаждаться ею в полной мере. В этот момент Латифа напомнила Гермионе преподавательницу из Хогвартса — Трелони, когда та расписывала, насколько прекрасен и необходим ее предмет. Но у школьного профессора явно не удалось склонить свою ученицу к прорицаниям. А вот Латифа уже смогла заинтересовать. И плюс от нее не пахло хересом. Тренер нажала кнопку на пульте, и чарующая музыка наполнила зал. Ритмичный мотив действительно идеально подходил для восточного танца. В нем звучали таинственность и чувственность. Тягучая мелодия обволакивала тело и разум, заманивала присоединиться к танцу. Тело само поддавалось, хотелось двигаться плавно и расслабленно. Они стали учить не слишком сложные движения, и через некоторое время было достаточно просто повторять за Латифой. Мягкие волны руками, животом и бедрами. — Представьте себя восточной красоткой, которая пленяет своим очарованием иноземного царя. Взмах ресниц, и он уже у ваших ног. Нужно отдать должное, Латифа мастерски умела расположить к себе и очаровать своим делом. Не прошло и десяти минут, как все девушки, пришедшие на занятие, улыбались ее комментариям и с отдачей танцевали. Было удивительным, что Гермионе так скоро понравилось происходящее. Музыка расслабила разум, мышцы растянулись от нагрузки — идеальное сочетание. Но задать разный ритм и направление для каждой части тела было не легкой задачей. — Гипнотический секрет танца кроется в плавных движениях, — Латифа говорила мягко, тихо, пока они послушно повторяли за ней. Как будто она была заклинателем, а они — ее послушными змеями. — Танцовщица может не двигаться с места, а ее ноги будут перебирать замысловатую поступь. В это время руки имитируют взмахи птичьего крыла, бедра описывают круг, а живот ходит волнами. Ритмичная музыка погрузила в транс, расслабленное тело повторяло раскованные и уверенные движения. Только легкий перезвон монеток возвращал к происходящему. Восточные песни сменяли друг друга, и постепенно тренировка подошла к концу. Гермиона ощутила настоящее блаженство, когда мозг стал пустым и не осталось ни единой мысли. Она подошла к Латифе и искренне поблагодарила за тренировку. — Ну что ты, дорогая. Я чувствовала, что вам понравится. Кто знает, может, и пригодится дальше, — она подошла ближе к Гермионе и сжала ее ладонь. — Как бы вы ни хотели казаться сухой и безразличной, в вашем сердце есть много места для любви. И от магии танца это не укроешь. Латифа мягко улыбнулась и вышла из зала, оставив Гермиону в смешанных чувствах. Она заторможенно оделась и только на улице смогла прийти в себя. Вдохнув свежий воздух полной грудью на крыльце студии, она поняла, почему так задумалась над этими странными словами Латифы. И опять дракклова Трелони! Гермиона уже и забыла, как прорицательница окрестила ее черствой или, может, сухой. А ведь тогда она даже немного переживала об этом. Вроде это случилось на третьем курсе. Тогда она совсем не думала про любовь, свою детскую влюбленность в Рона она осознала гораздо позже. Но, может, подсознательно эти слова остались с ней намного дольше. С этими мыслями Гермиона прошлась пешком и взяла такси до соседнего района. Аппарировать сил не было, гораздо приятнее полюбоваться огнями вечернего Лондона.