Часть 11. Когда тьма возвращается.

Дом Нефрита давно погрузился в сон. Девушки, измученные стрессом последних дней, спали крепко — особенно теперь, когда малыши внутри них, казалось, успокаивали своим присутствием. Но мужчины… мужчины не могли найти покоя. Мамору. Его разбудила резкая, пробирающая до костей боль под рёбрами. Сначала он подумал, что просто неудачно повернулся. Но боль росла, поднималась к груди, ударяла в виски. Принц сел, опираясь на матрас, чтобы не упасть. Усаги спала, обняв подушку, и он улыбнулся — даже сквозь боль. Он не хотел тревожить её. С трудом поднявшись, Энди вышел в коридор. И там… Кунсайт стоял, прижимая ладонь ко лбу. — Ты тоже? — хрипло спросил он, заметив Мамору. Зойсайт показался из боковой двери, держась за стену. — Голова… словно кто-то давит изнутри… и жар… Нефрит Вышел чуть позже — бледный, глаза покрасневшие, как после бессонной ночи. — Меня будто ломает на части… это ненормально… Джедайт последним вышел, шатаясь. Он прикрыл глаза, пробормотав: — Тьма… она будто снова зовёт… Все пятеро стояли посреди коридора — бледные, с дрожащими руками, с одинаковым выражением на лицах: они понимали, что происходит что-то плохое. Слишком плохое. — Мы не должны будить девушек, — сказал Мамору, хотя сам едва держался. — Согласен, — выдавил Кунсайт. — Они и так под стрессом. — Выпьем обезболивающее… — предложил Зойсайт. — Может, это просто перенапряжение после боя. «Перенапряжение»… Все понимали — это самообман. Но другого они не хотели. Каждый взял таблетки, запил водой. Пятеро обменялись взглядами — тревожными, тяжёлыми. — Если к утру не станет лучше… — начал Мамору. Но договорить не смог: боль пронзила его грудную клетку так резко, что он ухватился за стену. — Мамору! — Всё… нормально… — он заставил себя выпрямиться. — Идите. Спите. Завтра решим. Они разошлись. Каждый тихо лёг рядом со своей любимой. Мамору — рядом с Усаги, поцеловал её волосы и прошептал: «Потерпи ещё чуть-чуть… Ничего плохого не случится…» Кунсайт — к Минако. Его пальцы дрожали, но он гладил её по спине. Джедайт — к Рей. Она пошевелилась и прижалась к нему — и он улыбнулся, забыв о боли на миг. Зойсайт — к Ами. Она тихо прошептала во сне его имя, и он едва не расплакался от нежности. Нефрит — к Мако. Он закрыл глаза и попытался дышать ровно, чтобы она не почувствовала, как его трясёт. И вскоре… Жар обрушился на них, как волна огня. Боль стала острой, мучительной. Тихий стон — вырвался из каждого горла. И никто из женщин ещё не проснулся. Цукино. Было около четырёх утра, когда Усаги услышала низкое, хриплое бормотание рядом. — Мамору…? Что ты… — она повернулась и замерла. Его трясло. Вся подушка была мокрой от пота. Губы — бледные, словно он потерял много крови. Глаза под закрытыми веками двигались беспорядочно.И вдруг — глубокий резкий вдох и бормотание: — Не… трогай… — Он отшвырнул её руку. — Берилл… я не твой… не смей… я люблю только Сере… Сере… Усаги остолбенела. — Мамору! Это я! Усаги! Проснись, пожалуйста! — она трясла его изо всех сил. Он не реагировал. Он даже не слышал её. Бормотал, вырывался, пытался что-то оттолкнуть руками — как будто видел перед собой совсем другого человека. Усаги заплакала от ужаса. Мидзуно. Ами проснулась от звука удара: Зойсайт упал с кровати. Она кинулась к нему. Он дышал тяжело, прерывисто, глаза были полуоткрыты, взгляд блуждал. — Тьма… королева… я… бороться… я не вернусь… не заставляй… Меркурий ударила по кнопке ночника, схватила прибор для измерения пульса. — Зой! Зой, слышишь? Реагируй хоть как-то! — она уже дрожала, с трудом держа медтехнику. Но он был где-то далеко… в кошмаре прошлого. Минако. Кунсайт извивался, словно его держало невидимое пламя. Дыхание — слишком частое, слишком поверхностное, будто ему не хватало воздуха. — Мин… — простонал он, но голос сорвался на хрип. — Берилл… уйди… ты… не заберёшь меня… — Эй! — Минако ударила его по щекам. — Это я! Я здесь! Кунсайт! Посмотри на меня! Но он не видел. Он звал её — но видел другую. Мако. Нефрит хватался за грудь, будто кто-то сжал его сердце металлической рукой. Он уже почти не дышал. — Мако… беги… — прохрипел он. — Она… снова здесь… тьма… она… Мако кричала его имя. Тряса его. Била по щекам. Он обмяк у неё на руках. Рей. Джедайт ударился о стену, пытаясь подняться. Потом — рухнул. Рей подбежала, успела подхватить. — Нет… не туда… — хрипел он. — Не веди меня… я не служу ей… я свободен… свободен… — Джед! Открой глаза, пожалуйста!!! — она уже плакала. Но он не слышал. Шум поднял весь дом. Первыми прибежали Чибиуса и Чиби-Чиби. — Мама?! — влетела Чибиуса в комнату Усаги. — Что случилось с папой?! Усаги рыдала, не в силах ответить. Чиби-Чиби жалобно всхлипнула, притягиваясь к Мамору. В коридоре стояли: Джуна Паллада Веста Церера все — дрожащие, испуганные. — С ними… что-то очень не так, — прошептала Джуна. Луна и Артемис вздыбили шерсть, растопырили хвосты — они чувствовали чужую, смертельную энергию. Ами, единственная кто пытается мыслить. Она поставила всех лордов на временную диагностику: температура у всех свыше 40° давление скачет дыхание — то учащённое, то исчезающее пульс — аритмичный зрачки — реагируют неправильно кожа — горячая сознание — отсутствует. Мидзуно побледнела. — Это… не болезнь, — прошептала она. — Это что-то извне. Что-то, что мы не видим. — Что ты хочешь сказать?! — Минако прижимала голову Кунсайта к себе. — Что они… умирают. И тогда Усаги закричала: — ЗВОНИМ В СКОРУЮ!!! Мужчин забрали на носилках. Девушки не смогли поднять их сами — слишком тяжёлые, слишком бессильны сами. Чибиуса, прижимая к себе Чиби-Чиби, рыдала навзрыд. Время: 4:37 утра. Реанимационный блок. У каждого лорда подключили аппараты: капельницы, датчики, мониторинг давления, ЭКГ, кислород, охлаждающие системы Но состояние ухудшалось.Каждую секунду. Каждую минуту. Состояние Мамору Врачи пытались его стабилизировать, но: сердцебиение прыгало, дыхание то ускорялось, то резко прекращалось, мышцы дёргались, на коже выступали странные тени, будто под ней двигалась тьма. Врачи вынуждены были ввести успокоительные — но они не подействовали. Состояние Кунсайта. — Он перестаёт дышать! — крикнула медсестра. Кунсайта срочно подключили к аппарату искусственной вентиляции. Минако закричала очень громко. Состояние Зойсайта. — У него аритмия! — Срочно дефибриллятор! Ами схватилась за голову — её вырвало при виде разряда, проходящего по телу Зойсайта. Состояние Нефрита. Он впал в кому. Глубокую. Без реакций. Мако сидела рядом на стуле, держала его за руку, и её слёзы капали на простыню. Состояние Джедайта. — Пациент дезориентирован! — Держите его! Он может травмироваться! Рей не удержалась и набросилась на врача: — НЕ ТРОГАЙТЕ ЕГО! ЭТО ПРОСТО КОШМАР! ОН НЕ ВИНОВАТ!!! Но Джед не слышал её. Он звал её… но опять — видел Берилл. Врачи в панике. — Лекарства не работают. — Показатели ухудшаются. — У всех одинаковая клиническая картина. — Это… невозможно. Девочки дрожали. Беременные. Уставшие. Испугавшиеся до глубины души. Никто не мог дышать нормально. — Мы… должны позвонить внешним… — сказала Рей. И никто не спорил. Усаги, дрожащими пальцами, набрала номер. Харука взяла сразу. — Харука… — Усаги сорвалась на плач. — Все… упали… в бреду… не реагируют… им очень плохо… Несколько секунд тишины. Потом — голос Харуки, сорванный, глухой, страшный: — Мы будем через пять минут. Мичиру еле слышно спросила: — Они… могут умереть? Харука не ответила. Просто повесила трубку. Но они не знали — что на улице, у их дома, стояли трое. Сейя. Таики. Ятен. И слышали каждое слово. — Значит… эти рыцари умирают, — сказал Ятен, скрестив руки. — Как грустно, — добавил Таики. — Для них, — усмехнулся Сейя. Усаги, Ами и Минако вышли из больницы — дышать, иначе нервная система бы просто сломалась. Они стояли, держась за стены, пока снова не начались рыдания. И тут появились Старлайты. — Усаги… — Сейя подошёл ближе. — Ты так плачешь. А он… уже почти не… — НЕ ДОГОВАРИВАЙ! — выкрикнула она. — Если Эндимион умрёт… — продолжил Ятен, — ты должна думать о будущем. Ты беременная. А он… слаб. — НЕ ГОВОРИ ТАК О НЁМ!!! — Усаги ударила его по груди. — А может, он всегда был слабым, — сказал Таики. — Вы все видели. — Хватит, — прошептала Ами. — Сейчас не время… Но они не замолкали. И тогда воздух прорезал холодный голос — ОТОЙДИТЕ. Сейя отшатнулся. В опасной ауре Харуки было достаточно, чтобы человеку стало холодно. За ней стояли Мичиру и Хотару — такие же злые, такие же готовые убивать. — Мы разговариваем с девушками, — начал Таики. — Нет, — Харука шагнула ближе. — Вы их преследуете. Вы им мешаете. Вы говорите о смерти их мужчин в тот момент, когда они борются за жизнь. Она схватила Сейю за ворот. — Повтори ещё раз, что Эндимион «слаб». Я сломаю тебе челюсть. Сейя впервые отступил назад. Мичиру добавила тихо, но смертельно: — Прочь. Пока мы не решили, что вы угроза. Старлайты ушли. Молча. Потому что иначе — Харука бы их убила. Как только девушки вернулись к дверям реанимации — пи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и—. Разом начали пищать все пять мониторов. — У всех критическое падение показателей! — Срочно врачи!!! — Дыхание нестабильно! — Один — в коме! — Другой — под аппаратом! — Давление падает! Чибиуса закричала: — ПАПА!!! ПАПА, НЕ УМИРАЙ!!! — ПАПОЧКА!!! Усаги попыталась войти в палату — её удержали. Мако упала на пол. Минако потеряла равновесие. Ами держалась за стену — иначе бы рухнула. Рей ударила кулаком по стеклу до крови. И на этом глава заканчивается.