Часть 21. Неделя света.

Прошла ещё одна неделя. Больница жила тихими чудесами. Мамору шёл по садовой дорожке, держа Усаги за руку. Его шаги стали уверенными, ровными. — Ты прошёл почти десять метров! — удивилась Усаги. — Ради вас с малышкой — я всё смогу, — ответил он. Кунсайт осторожно опирался на Минако. — Я могу идти быстрее. — Нет, не можешь! — рявкнула она. — Один герой мне уже попался, хватит. Кунсайт усмехнулся, но послушался. Нефрит шёл размашисто и уверенно, но Мако придерживала его: — Не беги! — Это победное шествие. — Это путь в травмпункт будет, если не остановишься! Он остановился и нежно коснулся её руки. — У нас теперь семья. Я не имею права падать. Маленький толчок под сердцем подтвердил его слова. Зойсайт делал свои первые шаги. Ами держала его с двух сторон — так, что он будто летел, а не шёл. — Ещё шаг… — шептала она. — Это… невероятно тяжело… но ты рядом, значит, возможно. Он сделал два шага — и гордо сел на скамейку. Джедайт упирался: — Я устал! — Ты сделал один шаг, — напомнила Рей. — Ещё один. — Но какой шаг! — Второй. Живо! — Есть! Рей ухмыльнулась — таким упрямым он ей нравился. Телевизор в холле включили случайно. Но когда пошёл экстренный выпуск — все собрались вокруг. «Пять молодых людей, находившихся при смерти, демонстрируют стремительное восстановление. Это называют медицинским чудом.Горожане окрестили их “Чудесной пятёркой”.» На экране показали свежие кадры из сада: — Мамору с Усаги, — Кунсайта с Минако, — Мако с Нефритом, — Ами с Зойсайтом, — Рей с Джедайтом. Девочки из будущего завизжали: — Мы в телевизоре! — Мы знаменитые! — Смотрите! Папа почти бегает! И только потом — будто прорвало плотину — телефонам девочек не дали отдышаться. Усаги — Уса?! Это правда? Мы видели новости! — Мам, всё хорошо! Мамору уже ходит! Усаги не могла перестать улыбаться. Ами — Ами-тян, как ты? — Отлично, мама. И… он тоже. Её голос впервые звучал уверенно. Рей — Почему ты не сообщила раньше? — начал строгий голос отца. — Я была занята тем, чтобы мой будущий муж не умер, — сухо ответила она. После паузы отец сказал: — Молодец, Рей. Минако — Мииинакоооо!!! Мы всё видели!!! — Мам, не кричи! Кунсайт ещё не окреп. — О Боже, он такой красивый! Минако застонала: — Мам, не надо ТАК реагировать! Макото У всех телефон звонил по пять раз, а у Мако — ни разу. И только через полчаса — звонок. Она схватила телефон, надеясь… но это были мамы девочек. — Мако-тян, ты как? — Если надо — скажи! — Мы так за тебя волнуемся! Мако попыталась улыбнуться. — Спасибо… вы такие хорошие… Но когда звонок оборвался, она опустилась на лавку. Она гладила живот и тихо сказала: — А мои родители… не позвонят никогда… Нефрит сел рядом и обнял её за плечи. — У тебя есть я. Он положил руку ей на живот. — И она. Будущая дочь подошла, обняла Мако маленькими ручками: — Ты не одна, мамочка. Мако заплакала — тихо и облегчённо. И тут телефон снова зазвонил. «Дядя Хироси» Мако удивлённо всхлипнула и ответила: — Алло? — МАКО! Почему ты молчала?! Мы всё видели! — Мы приедем завтра, — вмешалась тётя. — Мы скучаем, Ма-ко-тян! Мако рассмеялась сквозь слёзы. — Я тоже скучала… Приезжайте. Позже пришли Харука, Мичиру, Сецуна и Хотару. Мамору поднялся сам — и Кайо выдохнула: — Это… невероятно. — Мы упрямые, — ответил он. Зойсайт попытался продемонстрировать прогресс, но чуть не упал. Ами поймала его: — Стой! Рей фыркнула: — Классика. Хаос и драма. Когда все сидели в палате, Харука встала и взяла Мичиру за руку: — Мы хотим сказать кое-что важное. Все насторожились. Нептун мягко улыбнулась: — Мы решили… усыновить ребёнка. Тишина. А затем: — УРААА!!! — закричала Минако. — Поздравляю! — Усаги хлопала в ладоши. — Это так трогательно… — Ами даже покраснела. Хотару сияла: — Я буду лучшей старшей сестрой! Сецуна вздохнула, строго сложив руки: — Только документы оформляйте аккуратно. — Сецуна!.. — простонала Харука. — Я рада за вас, — тихо добавила она. И все увидели: она действительно рада. Вечер прошёл в смехе, разговорах, будущих малышках и надежде. Пять мужчин отдыхали, держа за руки своих любимых. Пять женщин гладили животы. Пять будущих дочерей болтали с отцами. А за окном ветер шептал: Ещё немного… и встанут все.