Глава 0: Начало

      Морозный ветер трепал короткие волосы Артемия, пока он стоял на холме, наблюдая за деревней внизу. Он ощущал лёгкую тревогу и напряжение, наблюдая за тем, как жизнь в деревне продолжалась после очередного налёта. Деревянные дома Олуха были тесно прижаты друг к другу, как будто стремились защититься от вечных нападений драконов. Ему было восемь, но тревожило не это — просто он чаще замечал то, мимо чего другие проходили мимо.       Артемий внимательно наблюдал за тем, как взрослые викинги разбирали последствия последней атаки: кто-то латал крыши, обугленные огнём драконов, другие собирали разбежавшийся скот, а третьи восстанавливали ограды, разрушенные в ночной панике. Артемий чувствовал смесь восхищения и жалости к ним — их упорство вызывало уважение, но одновременно он осознавал, насколько они уязвимы перед нападениями драконов. Драконы налетели на деревню вчера ночью, поджигая хижины, похищая скот и оставляя за собой хаос. Казалось, деревня всегда находится на грани очередной катастрофы, но викинги упорно восстанавливались каждый раз.       Драконы вызывали у Артемия восхищение. Он мог долго смотреть, как они пролетают над деревней — сильные, свободные, будто сами по себе часть неба. Но такое отношение приходилось прятать. В деревне не было места для восхищения драконами.       — Артемий, — раздался знакомый голос Иккинга, который выбежал на холм за братом, пытаясь догнать его. — Папа сказал, что нужно помочь чинить загон для овец. Эта работа как раз подойдёт нам. Пойдём?       Артемий улыбнулся, посмотрев на брата. Его сердце действительно было полно тепла к Иккингу. Как же сильно он заботился о нём, пусть даже и скрывал свои настоящие эмоции за маской беззаботности.       — Пойдём, — легко ответил он, притворившись таким же весёлым, каким всегда старался быть на виду у всех. — Но смотри, чтобы нас драконы снова не поймали, — пошутил он, намеренно подкалывая младшего брата.       Иккинг засмеялся, хотя в глубине души и боялся драконов. Для него Артемий всегда был примером смелости и уверенности.       Спускаясь вниз к деревне, Артемий мысленно планировал, как использовать время восстановления загонов для наблюдения за людьми и их методами работы. Восстановление загонов для овец было скучной задачей, но она давала ему шанс наблюдать за людьми и их примитивными способами работы. Каждый раз, когда он видел, как они пользовались устаревшими инструментами и методами, его руки буквально зудели от желания предложить что-то лучшее. Но он знал — это было бы слишком подозрительно. Два года ему ещё нужно было ждать, прежде чем заняться чем-то посложнее. Пока же он ограничивался самыми простыми вещами, которые не вызывали лишних вопросов.       Пока другие дети деревни играли или помогали взрослым таскать дрова, Артемий уже в одиночку обдумывал, что может сделать. Деревня жила так, как умели — полагаясь на руки, привычки и то, что передавалось из поколения в поколение. Всё новое вызывало удивление или настороженность. Однако Артемий знал, что даже в этой примитивной эпохе можно улучшить повседневную жизнь. Через несколько дней после атаки драконов Артемий отправился к кузнице Плеваки, держа в руках старую деревянную рамку, которую ему удалось найти на складе. Она должна была послужить основой для создания простого устройства, с помощью которого он мог бы начать свои первые эксперименты. Плевака, добродушный, но порой строгий кузнец, считал его простым мальчишкой, который слишком часто задаёт вопросы.       — Что тебе нужно, юный мастер? — спросил Плевака, не оборачиваясь от своей наковальни.       — Мне нужна тонкая медная проволока, — начал Артемий, придавая своему голосу весёлый и немного наивный оттенок. — Хочу сделать что-то для загонов, чтобы они не развалились при следующем ударе дракона.       Плевака, хмыкнув, оглянулся через плечо.       — Для загонов, говоришь? Ты, наверное, имеешь в виду, чтобы овцы не разбежались. Медная проволока не спасёт их от драконов, но если хочешь, можешь взять немного из старых остатков.       Артемий кивнул, пряча за этим кивком удовлетворение. С проволокой он мог бы начать думать над тем, как сделать первый простейший механизм — что-то вроде катушки для накопления энергии или заготовки для будущего. Пока что всё должно было выглядеть просто и естественно.       Проволока подошла идеально. С её помощью он мог собрать то, что хотел.       С наступлением вечера Артемий направился к краю леса. Темнота уже начинала опускаться, превращая деревья в темные силуэты. Ветки потрескивали под ногами, где-то вдалеке слышалось шуршание листвы. Воздух был сырой и пах мхом. Он не заходил далеко — в этом не было смысла. Артемий знал, что хищники и драконы держатся подальше от деревни, предпочитая глушь. Ближе к опушке было тише и безопаснее. Здесь, среди редких деревьев, он мог спокойно заниматься своими делами, не опасаясь лишних взглядов и неожиданных встреч.       Небольшая поляна среди деревьев стала для Артемия удобным местом. Здесь он развешивал простые приспособления, наблюдая за направлением ветра, скоростью потока и колебаниями листвы. Со стороны это могло показаться игрой, но он знал, как пригодятся эти сведения. Понимание движения воздуха и воды могло помочь в будущем — например, в защите, постройке хранилищ или даже в том, как организовать подачу воды. Он просто делал то, что знал — спокойно и без лишнего шума.       Собрав простейшую катушку из медной проволоки и деревянной основы, Артемий посмотрел на своё творение. Это была не технология будущего — ещё нет. Лёгкий ветер, шуршание листвы — всё это сопровождало его первый шаг к большому прогрессу.       Возвращаясь в деревню, Артемий нёс в руках небольшой деревянный предмет — простое устройство, которое показывало, как дует ветер. На вид — безобидная поделка, но он знал, что в нужный момент такие вещи могут пригодиться. Иногда даже мелочь может помочь в чём-то важном.       А пока — он просто возвращался домой, где Иккинг ждал его, не подозревая, какие сложные мысли бродят в голове его старшего брата.       Темнота постепенно окутывала деревню. Артемий тихо прошёл по улочкам, избегая лишних взглядов. Он не хотел привлекать внимание к своим странным прогулкам, особенно после того, как его видели, уходящим в лес. Когда он вернулся домой, Иккинг уже дремал у очага, свернувшись в клубок под тёплым меховым одеялом. Стойк, как всегда, задерживался у кузницы, обсуждая с Плевакой планы по укреплению деревни. Артемий сел рядом с братом и посмотрел на его спокойное лицо. Все недавние дела и планы отошли на второй план. Иккинг был другим, проще смотрел на вещи — и в этом было что-то хорошее. Артемий не торопился. Всё нужное он успеет.       Он поднялся наверх, в свою небольшую комнату на втором этаже. Там было тихо, привычно и спокойно. Каждый вечер перед сном он прикидывал, что ещё можно улучшить, что попробовать в следующий раз. Всё шло своим чередом, и он не спешил. Утро наступило на Олухе громким шумом. Викинги с самого рассвета вновь погружались в привычные заботы — починка, уборка, тренировки. Артемий, как и всегда, старался вписаться в эту картину. Он взял свой деревянный инструмент, который вчера собрал, и отправился к Иккингу.       — Смотри, что у меня есть! — с улыбкой сказал Артемий, протянув брату примитивный анемометр.       — А что это? — Иккинг склонил голову, внимательно осматривая устройство. Его глаза засияли любопытством, но Артемий знал, что в деревне такие игрушки вызывали только недоумение.       — Это для измерения ветра, — ответил Артемий, пытаясь придать серьёзности своему голосу, но его лицо оставалось доброжелательным и спокойным.       — Для чего тебе это нужно? — спросил Иккинг, уже не отводя глаз от вращающихся деревянных лопастей.       Артемий знал, что не может рассказать ему всю правду. Иккинг был ещё слишком мал, чтобы понять, почему у старшего брата такие знания, да и вряд ли когда то поймет.       — Просто хочу знать, откуда ветер дует, — сказал Артемий, усмехнувшись. — Может, он подскажет, когда снова нападут драконы?       Конечно, он понимал, что это ничего не скажет о драконах. Просто иногда хотелось казаться таким же, как Иккинг — обычным ребёнком с простыми мыслями и играми.       Иккинг рассмеялся, хотя этот смех был больше от простодушия, чем от понимания. Артемий знал, что Иккинг доверяет ему. Это доверие было бесценным.       Постепенно Артемий начинал расширятся. Вечерами, когда все в деревне спали, он возвращался на свою поляну, которую выбрал в качестве убежища для своих первых научных проектов. Он не заходил глубоко в лес, опасаясь встречи с дикими зверями или драконами.       На поляне, в окружении высоких деревьев, Артемий разворачивал свои простейшие инструменты. На этой неделе он сделал простую солнечную доску для замеров времени по тени — первые шаги к созданию чего-то вроде солнечных часов. Викинги привыкли измерять время по восходу и заходу солнца, но Артемий понимал, что такой простой механизм, как солнечные часы, мог бы значительно облегчить им планирование работ, особенно в летние сезоны.       Кроме того, он стал проверять, с какой силой и в каком направлении течёт вода в ручье. Это помогало ему понимать, где можно использовать поток с пользой — для простых нужд или в будущем для чего-то большего. Это имело практический смысл. Примерно через неделю с небольшим после налёта драконов, когда деревня уже пришла в относительный порядок, Артемий понял, что пора расширить поиски. Его запасы постепенно сокращались, а то, что он мог достать у Плеваки или Йохана, не покрывало нужд. Требовались камни, руды, глины — любые полезные породы, которые могли пригодиться. Он решил заняться этим сам. На Олухе достаточно мест для этого.       Воспользовавшись моментом, когда деревня была поглощена восстановлением, Артемий решил выйти за пределы привычных мест. Он не углублялся в лес — слишком опасно. Вместо этого он решил пройти вдоль реки, надеясь найти то, что могло бы стать основой для будущих проектов.       Он аккуратно промывал песок у кромки воды, выискивая в нём блестящие вкрапления — мелкие частицы металлов, которые иногда попадались между камнями. Это был способ понять, где стоит искать залежи руды, и можно ли использовать эти участки в будущем. Даже такие мелочи могли подсказать, есть ли смысл копать глубже. Если удастся собрать нужные инструменты, он уже будет знать, где начать.       Месяцы шли, и Артемий продолжал свои занятия. Его мир разделился на два. Один — для всех, где он был старшим сыном вождя, играл роль заботливого брата и надёжного помощника. Другой — его личное пространство, где он медленно, но неумолимо работал над развитием технологий.       Прошло ещё несколько месяцев, и Артемий начал замечать: хотя его изобретения пока оставались примитивными, их потенциал становился всё более очевидным. Он знал, что со временем сможет объединить все эти простые элементы во что-то полезное, но пока оставался осторожным и не спешил делиться своими планами с викингами. Одной из таких мелких, но полезных перемен стала идея с простыми солнечными часами. В деревне обычно ориентировались на солнце или просто на ощущения, и многие путались, особенно когда нужно было собраться в поход или начать работу в поле. Артемий понял, что можно немного подсказать, не вызывая лишних вопросов — дать викингам что-то, что просто поможет им лучше ориентироваться в течение дня. Сначала он начал с того, что наблюдал за площадью деревни, где викинги собирались для совещаний. Это было оживлённое место, с мощённой площадью и рядом старых камней, которые давно стояли в центре как часть местного "декора". Артемий решил, что солнечные часы можно внедрить прямо здесь, чтобы никто не заметил, что это не просто камни, а полезное изобретение.       Вечером, когда жители деревни отдыхали после долгого дня, Артемий, тщательно подготовившись, взял несколько деревянных колышков и начал их вбивать в землю у одного из центральных камней. Он делал это в стороне, стараясь не привлекать внимания. Колышки указывали направления и служили основой для простого расчёта длины тени, падающей от камня в разное время дня.       На следующее утро, стоя на площади, он выжидал, пока люди начнут собираться. Один из викингов, старший воин по имени Хальвдан, остановился рядом с Артемием, рассматривая старый камень.       — Знаешь, этот камень тут уже лет сто, наверное, — пробормотал он, проводя рукой по его шероховатой поверхности. — Никто не знает, зачем его тут оставили.       — А у этого камня тень в полдень всегда почти в одну сторону смотрит, — заметил Артемий, будто просто делился наблюдением.       Хальвдан хмыкнул и глянул на камень. Действительно — тень выделялась на фоне света. Артемий как бы невзначай добавил: — Может, раньше кто-то по ней время прикидывал? Всё ж тень утром и днём разная.       Хальвдан, казалось, задумался. Он отошёл на несколько шагов, наблюдая, как тень от камня смещается с движением солнца. Артемий чуть заметно улыбнулся — получилось. Пусть не сразу все это заметят, но со временем слухи разойдутся, и кто-нибудь начнёт поглядывать на тень чаще обычного.       Прошло ещё несколько недель. Викинги часто жаловались на то, что урожай выходит слабым. Почва на Олухе была тяжёлая, местами каменистая, и погода не баловала. Артемий знал, что если просто менять растения на поле время от времени, то земля будет не так быстро истощаться. Оставалось только найти способ подсказать это так, чтобы никто не подумал, будто он выдумывает что-то из ряда вон. Однажды, помогая на поле местному фермеру по имени Торгейр, Артемий заметил, что некоторые участки земли выглядели лучше, чем другие.       — Торгейр, ты заметил, что это поле даёт больше урожая, чем соседнее? — осторожно начал Артемий, указывая на участок, где росла репа.       — Ага, это странно, — ответил Торгейр, утирая лоб. — Одно и то же поле, а результат разный.       — Может, это потому, что ты сменил культуру? — предложил Артемий, делая вид, что просто размышляет вслух. — В прошлом году тут был овёс, а теперь репа. Может, если сеять разные культуры, земля будет дольше оставаться плодородной?       Торгейр задумался, но не придал большого значения словам мальчика. Однако через несколько дней Артемий снова зашёл к фермеру и заметил, что Торгейр начал думать над его предложением. Прошло ещё несколько недель, и на одном из небольших участков поля Торгейр попробовал чередование культур. Результат пока был неочевидным — земля выглядела чуть живее, но говорить о чём-то большом было рано. Артемий, впрочем, знал, что всё станет ясно через полгода, а может, и через год. Такие вещи требуют времени.       Артемий действовал осторожно, и изменения в деревне начинали проявляться. Викинги, сами того не осознавая, начали использовать его нововведения, принимая их как часть своей повседневной жизни. Артемий знал, что его идеи постепенно приносят плоды. Важно было не привлекать к себе внимания, ведь всё должно казаться естественным.       Одним из вечеров, сидя у костра вместе с Иккингом, Артемий заметил, что его младший брат начал задавать больше вопросов о мире вокруг. Иккинг был любопытным мальчиком, всегда интересовавшимся, почему вещи работают так, а не иначе. Артемий решил поддержать его интерес, не выдавая своих настоящих знаний.       — Знаешь, — начал Артемий, глядя на огонь, — если долго наблюдать за чем-то, начинаешь замечать вещи, которые не видны сразу.       — Какие вещи? — спросил Иккинг, с любопытством глядя на брата и покусывая край рубашки.       — Ну вот огонь, — Артемий спокойно показал на костёр. — Для всех это просто тепло, свет. Но если присмотреться, заметишь, что пламя постоянно тянется вверх. Горячий воздух поднимается, холодный приходит на его место. Всё вокруг нас так устроено — движется по каким-то своим правилам. И если понять эти правила, станет легче разобраться в других вещах.       Иккинг задумчиво кивнул, хотя явно ещё не всё понял. Артемий не торопил его — он знал, что младшему брату нужно время, чтобы привыкнуть к таким мыслям.       — Ты постоянно о чём-то думаешь, — пробормотал Иккинг, зевая. — А зачем ты вообще уходишь в лес? Артемий чуть помолчал, подбирая слова проще и правдивее: — Мне там спокойно. Природа помогает успокоится.       Иккинг пожал плечами, его глаза начали закрываться от усталости. Он доверял Артемию и всегда считал его умнее остальных, хотя ещё не понимал всей глубины его мыслей. Артемий вздохнул, когда Иккинг заснул. Он знал, что впереди ещё много работы, и нужно действовать осторожно. Маленькие перемены уже начали менять жизнь в деревне, главное, чтобы это оставалось именно маленькими переменами.