VII. Не подарки.

За час игры о человеке можно узнать гораздо больше, чем за год беседы с ним.*

Вернувшись в гостиницу, все разбежались по комнатам, как мышки. Однако, Матвеев подслушал как Константин и Алексей договаривались вечером посидеть в главной зале за горячительными напитками. Так же обещали присоединиться операторы и ведущая. Не то чтобы Дима хотел примкнуть к тайной вечере, тем более, Гецати являлся врагом номер один, скорее, в этом просвечивается личная выгода. Алкоголь отлично развязывает язык, что может стать полезным в дальнейшем. Чистый расчет. Сегодня чернокнижник нахватался различной энергетики неясной этиологии, но это он сотворил нарочно, впитывая, как губка. Прилив первобытных сил дал какой-то толчок, будто омовение, поэтому Дима не собирался его отпускать. Сохранил на кончиках пальцев, как прах под ногтями. Приняв душ и помедитировав, закрепляя свое преображенное состояние, молодой человек поплелся вниз, ожидая как минимум найти ужин. Аппетит зверский. Разыскивая медь, отыскал золото — стол валился от изобилия блюд. Хозяйка гостиницы, прознав о прибытии экстрасенсов, решила устроить небольшой уютный праздник. Женщина являлась фанаткой шоу с момента, как оно только начало выходить, с самого первого сезона. Ее смело можно назвать одной из старейших смотрительниц. Для нее стало честью, что редакция выбрала именно ее постоялый двор.

Лучше ей не знать, что выбор пал на это захолустье только из-за низкой цены.

— А где Лили? Накладывая в тарелку всего и побольше, Матвеев искал глазами свою давнюю знакомую. Ее единственной не было на вечеринке. Она, конечно, была любительницей побыть одна, но чтобы неуважительно повести себя к принимающей стороне — никогда. — За ней ходили, но она не открыла. Ушла куда-то, наверное. Отвечает Алексей, пожимая плечами и подливая в стакан пойла. Судя по дрожащим рукам, далеко не первый. И явно не последний. Дима задумчиво хмыкает и смотрит на настенные часы — куда она могла пойти так поздно, да еще и в незнакомом городе? Тем более, еще и никому не сообщила о своем уходе. Бесстрашная дурость. Все по канону характера ведьмы. Беспокойство и желание запихнуть в себя еду как можно скорее усиливалось. Прогулялся бы перед сном и заодно беглянку бы нашел, чтобы утихомирить взбунтовавшееся напряжение.

Просто Дима не хотел, чтобы что-то с ней случилось.

Его волнение рассыпается пеплом, когда дверь открывается и знакомая макушка появляется в зоне видимости. В отличии от испытания, сейчас девушка выглядела более привлекательна мужскому взору: шифоновая блуза с несколькими пуговичками для украшения, короткая юбка с дурманящим вырезом на бедре, но венцом очарования стали гольфы, что так подчеркивали изящные тонкие ножки. И всю эту красоту лишь наполовину скрывал плащ.

Какая же наивность бродить так по неблагополучному району ночью в мужском мире.

— Куда ходила? Дима решил не играть заботливого парнишку и не устраивать сцен, потому что сейчас Лили не готова принять ничего не стороны чернокнижника. Даже если с благими намерениями, даже самые положительные черты характера. — За пирожными ходила. Все было закрыто, только в одну успела на последних минутах. Проветрилась заодно. Девушка поставила белую картонную коробку на край стола и скинула плащ, оставляя его на спинке дивана. Все уже сидели за столом, каждый уже выбрал себе собеседника по интересам, поэтому Лили ничего не оставалось, как набрать вкусностей и подслушивать чужие словечки под аккомпанемент звона фужеров. Пустые бутылки одна за другой отправлялись в строй под стол.

— Может, сыграем в «UNO»?

Внезапное предложение всех заинтересовало и через минуту в руках пожилой женщины оказались карты, а сама она вещала правила. Видимо, настольные игры входили в круг ее интересов, потому что вещала она с ярым энтузиазмом. «UNO» — довольно быстрая и интуитивная игра, разобраться в ней казалось несложным, но от разминочной игры изначально девушка не отказалась бы. Круг за кругом, переворот хода, взятие карт и вот Гофман осталась с половиной колоды в рукаве, было слишком очевидно, что в первый раз она точно проиграет. Так еще и оператор Коля предложил играть не просто так, а все вдруг поддержали его инициативу. Только вот выиграл не он, а Алексей.

От него можно было ожидать любой подлянки и неприятности.

— Ну, Лилька, я сегодня устал сильно. Хочу массаж плеч. Чуть-чуть. А вы пока пейте-пейте. Мужчина искренне улыбается, вжимая голову в плечи. Только в его глазах не было доброты, скорее, какая-то усмешка. Даже здесь смог выудить свою крупицу власти. Темноволосая пропускает мягкую ухмылку и тоже пожимает плечами. Раз уж согласилась, то нужно следовать правилам. По крайней мере, пока они не заползают куда-то не в ту степь. Встает со стула, задвигая его за собой, по пути закатывая рукава повыше. Девушка заходит со спины и проводит большими пальцами по трапециевидной мышце через одежду. Алексей щурится как кот, приятно ему. Еще немного и ножкой застучит от удовольствия. Дмитрий прокручивал бокал в руке, задумавшись о том, какое бы желание он загадал своей сопернице, если бы неприятный сопровождающий не опередил молодого человека. Чтобы там Матвеев не надумал с таким видом, словно замышляет нерушимый план по захвату мира, он ухмыльнулся. И нет, он бы не стал играть на своей суккубской натуре, все намного проще.

Теперь игра наберет обороты, ведь оказывается есть за что сражаться.

— Когда-то я делала массаж отцу. Знаете, такие приятные воспоминания: он приходил с работы и приносил кулек с конфетами, как будто бы зайка ему передал. У папы сильно болела шея из-за дурной привычки сидеть как креветка, поэтому я почти каждый день его мяла. Знаете что самое важное? Простейшие навыки и правда имелись. Гофман заправляет длинные волосы за уши, чтобы не мешались и приступает к выполнению личного наказания полноценно, даже с мнимым усердием. — Какая милая традиция. И что же? Ведьма не меняется в эмоциях, чтобы не привлекать к себе внимания окружающих — обычное умиротворенное, возможно, даже расслабленное выражение лица. Каждую мышцу старательно разминала, немного на шею заходя. — А самое главное не забывать... — задумчиво пролепетала девушка, приближаясь к мужскому уху и шепотом предупреждая о своих намерениях — о болевых точках. Крупные сосуды все-таки. — Блять! Мужчина пугливо дернулся вперед, хотя барышня даже успела угрозу превратить в действия. Ее пальцы все так же мягко скользили по ткани, лишь немного прикладывая усилия. Обратив на себя взоры практически всех присутствующих, растерялся и помахал руками, мол, все нормально. — Осторожнее с коготочками. Ладно, засчитываем. Двусмысленно произнес Алексей, поворачивая голову. Дмитрий крутил уже сотый раз заляпанный бокал в руке, как сомелье, разглядывая через стекло этот цирк. Он по губам сумел прочесть тихое предостережение. Это его даже развеселило. Почему Лили так невзлюбила этого дядьку? Девушка возвращается на место, практически под столом проводит руками по юбке, словно пытаясь стереть прикосновение к чужому телу со своих ладоней. Будто заляпалась в рвоте. — Итак, следующая партия! Выпьем за приятное времяпрепровождение!

Еще один бутыль вниз.

В это раз Дмитрий решил проявить изобретательность и ловкость рук, но не мухлевать. Он задумчиво оглядывал карты, сидел с невозмутимым лицом, будто молодые люди играют в покер на огромные деньги или квартиру. Не меньше. В этот раз ему удалось выйти первым из раунда. Забавно, что Лили проигрывает второй раз подряд — карты продолжение ее изящных рук. Если карты таро не любили энергетику пьяных, то кажется карточки «UNO» не особо переносили трезвых, кой и являлась Гофман. Казалось бы, все складывалось хорошо, но ее словно специально закидывали дурацкими картонками. Или, может, она все таки что-то не до конца поняла? Девушка тяжело вздыхает, складывая руки на груди и перекидывая ногу на ногу. Мало того, что уже устала сидеть, так еще и покалывать в одном месте начинает, что ничего не получается. Ведьму устроила бы золотая середина, чтобы не участвовать в соревновании на желания. — Я потом загадаю, еще не придумал. А улыбается, как хитрый лисенок, даже глазки потемнели от его задорности. Не хватало лишь ехидного смеха за кадром, как во второсортных комедийных шоу. В душе спокойствие, его мордочка — афера, чтобы заинтриговать всех вокруг. Манера у него такая, держать свое окружение в неведении его мыслей. Нельзя сказать, что знала о нем все — воды утекло целый водопад, но ведьма чувствовала. Их странные выпады называли недоотношениями и передружбой — Матвеев знал любимый вкус начинки в шоколаде и что она любила дождливую погоду, но не догадывался в какой точке нужно было прикоснуться губами, чтобы выхватить из женских губ судорожный выдох.

Это называют платонической любовью. И для Лили это было намного интимнее плотских утех. Поэтому и было так больно.

Наконец-то начало получаться — в этот раз Гофман удалось выйти третьей из игры. Пока ребята доигрывали партию, налила себе чай и даже схомячила пирожное, за которыми сама же и ходила — кажется, даже двух бокалов хватило, чтобы по голове булыжником стукнуло. Легкая туманность уже пеленой спускалась по горам к морю. То, чего нельзя избежать на вечеринках, так это пьяных разборок. Вдруг Алексей решил высказаться своим коллегам какую дедовщину пережил и как ему тяжело работается. Но на этом он не остановился, вдруг прицел внимания перескочил на... Костю? Самого безобидного из всех присутствующих, по энергетике так точно? Страсти только накаляются. Самое время уносить ноги — пока не начали вытаскивать скелеты и из других шкафов. — Была очень рада провести с вами со всеми время, но, пожалуй, отправлюсь все же спать. Словила сонную дозу. Всем спокойной ночи. Темноволосая показательно зевает, потягивается, будто и правда устала до невозможного. Хотя так и было. Машет на прощание ручкой и уходит, не забыв прихватить за собой кружку с недопитым чаем. Дмитрий тоже решил, что оставаться ему более не следует, просто уже надоело слушать поток беспрерывной информации от чужих ему людей. Все уже отыскали то, что искали. Даже Вера в обнимку сидела с Надеждой Михайловной, их трактирщицей. И вот, по удачному стечению обстоятельств, все решили выйти покурить, и Матвеев выскользнул из зала, только не по направлению к улице, а наверх. Остановившись у двери своей комнаты, молодой человек замешкался. Он смотрел с прищуром в темный коридор и, он готов был поклясться, что видел полупрозрачную розовую дымку. Чернокнижник точно знал, куда она ведет. Напряженно сглотнув, подкрался к чужой двери и уперся в дерево лбом. Как школьник, переминается с ноги на ногу, боясь прикоснуться руками к двери. Дима своим нутром чувствовал, что эта история еще не развенчалась. Он хотел наверстать упущенное, сделать и сказать то, на что когда-то не хватило смелости или слов. Но безумно боялся ее спугнуть. Мысли разгоняют адскую колыбельную и вот рука уже уверенно сжалась в кулак, постукивая костяшками о дерево. Дверь отворилась так быстро и внезапно, что Матвеев потерял равновесие и чуть ли не ввалился в чужую комнату. Лили тоже стояла под дверью, ощущая знакомую энергетику? — Пришел пожелать мне спокойной ночи и почитать сказку? Или спать одному страшно? Смотря на девушку сверху вниз, молодой человек едва улыбнулся, умиляясь внутри. Как у Лили получалось балансировать между откровенным хамством и присущей женственностью, при этом оставаясь нежнейшим и хрупким цветком? — Я придумал желание.