Глава 35: Сыворотка правды

Гарри шлепнулся лицом на землю и почувствовал запах смятой травы. Когда портал понес его, он закрыл глаза и так и лежал с закрытыми глазами. Он не двигался. От падения из него будто вышибло весь воздух. Голова кружилась так, что земля под ним, казалось, раскачивалась как палуба корабля. Чтобы как-то остановить это безостановочное раскачивание, Гарри вцепился еще крепче в Седрика и в гладкую холодную ручку Кубка. Ему казалось, что если он отпустит их, то непременно соскользнет в черноту, медленно офужавшую его сознание. От шока и физического изнеможения он не мог, да и не хотел, подняться на ноги. Он лежал на земле и вдыхал запах травы... ожидая, пока кто-нибудь что-нибудь сделает... что-нибудь случится... и все это время он ошущал тупую, постоянную боль в шраме... —Он же еще ребенок,—со слезами сказала Марлен. —Скажи это Темному Лорду , МакКинон,—хмыкнула Беатрис. —Вот сама и скажи, уверена ты с ним на короткой ноге,—зло процедила Марлен. —Думаю вы забываетесь, мисс МакКинон,—холодно осадил студентку Лорд Селвин. Марлен стушевалась и кинула недовольный взгляд на Беатрис. —Можно я выйду до конца книги?—шепотом попросил Ричард. Он поднял свободную руку и ухватил Дамблдора за запястье. Лицо директора то становилось отчетливым, то снова расплывалось. — Он вернулся, — прошептал Гарри. — Волан-де-Морт вернулся. — Что случилось? Что происходит? Сверху над Гарри возникло побелевшее от ужаса лицо Корнелиуса Фаджа. — Бог мой! Диггори! — прошептал он. — Дамблдор... он мертв!» —У него могло быть чудесное будущее,— покачала головой миссис Блэк. —Мальчик просто оказался не в то время, не в том месте,—вздохнул Сигнус. —И это печально,— поджала губы Леди Малфой.—Война снова начинается и детство многих будет разрушено. Сколько таких детей будет? —Наши дети и так пострадали в этой войне,— печально проговорила Леди Поттер. —Я хотела бы , чтобы другое поколение не увидело этой войны, но видимо не судьба,—сокрушалась Леди Фоули. —Мы исправим это и они будут расти в нормальной обстановке,—заверил всех Лорд Блэк. —Как же мне жалко и его , и его родителей,—плакала Алиса.— Никому не пожелаешь пережить собственного ребенка. «— Он мертв! Он мертв! Седрик Диггори! Мертв! — Гарри, отпусти его, — услыхал он голос Фаджа. Гарри почувствовал, как кто-то пытается разжать его пальцы, но только еще сильнее сжал их. Над ним наклонилось расплывчатое лицо Дамблдора. — Гарри, ему уже не поможешь. Все кончено. Отпусти его. — Он хотел, чтобы я принес его обратно, — пробормотал Гарри. Ему казалось очень важным объяснить это. — Он хотел, чтобы я принес его обратно к родителям... — Хорошо, Гарри... а теперь отпусти его, ну же... Дамблдор наклонился и с силой, неожиданной в таком худом и старом человеке, поднял Гарри и поставил его на ноги. Гарри покачнулся. В голове бухал тяжеленный молот. Вывихнутая нога тряслась, так что опереться на нее было невозможно. Толпа, беспокойно шевелясь, наступала, темные тени придвигались все ближе. — Что с ним? Что с ним случилось? Диггори мертв! — Ему нужно в больничное крыло! — громко заявил Фадж. — Ему плохо, он ранен... Дамблдор, родители Диггори, они здесь, на трибуне... Я отведу Гарри, Дамблдор, я отведу его в больничное... — Нет, я предпочел бы... — Дамблдор, сюда бежит Амос Диггори... вот он... вам не кажется, что лучше было бы вам сообщить ему.. прежде, чем он увидит... — Гарри, оставайся здесь...» —Никогда не думал, что скажу это,—начал Лорд Малфой.—Но я согласен с Фаджем. Мистера Поттера стоит отвести в Больничное крыло. —Сначала стоит выяснить все обстоятельства…,—заговорил Дамблдор. —Это можно сделать и в Больничном крыле,—отрезал Лорд Поттер. «— Дамблдор сказал мне остаться, — заплетающимся языком произнес Гарри. Пульсирующая боль в шраме была так сильна, что, казалось, его вот-вот вырвет; все вокруг было смазано, как будто зрение отказалось работать... — Тебе нужно лечь... пойдем, ну же... Кто-то большой и сильный то ли тянул, то ли нес Гарри сквозь испуганную толпу Со всех сторон доносились всхлипы, крики и плач. Мужчина, поддерживая его, вывел его из толпы и теперь они двигались к замку. Через лужайку мимо озера и Дурмстрангского корабля. Гарри не слышал ничего кроме тяжелого дыхания человека, помогавшего ему идти. — Что случилось, Гарри? — спросил человек, помогая Гарри подняться по каменным ступенькам крыльца. Клак Клак Клак Это был Грозный Глаз Грюм. — Кубок — это портал, — ответил Гарри. Они пересекали холл. — Перенес нас с Седриком на кладбище... а там был Волан-де-Морт... лорд Волан-де-Морт... Клак Клак Клак Вверх по мраморным ступеням... — Там был Темный Лорд? И что случилось?» —Хорошо, что Грюм оказался более умным,—улыбнулась Алиса. — А вас не смутило, что Грюм назвал его Темным Лордом?—подняла брови Лили. —Что-то тут не то,—провел пальцами по губам Сириус. Клак Клак Клак По коридору.. — Сварил зелье... вернул себе тело... — Темный Лорд вернул себе тело? Он вернулся? — А потом появились Пожиратели смерти... а потом мы сражались на дуэли... — Ты сражался на дуэли с Темным Лордом? — Удалось бежать... моя палочка... что-то случилось... я видел маму и папу… они появились из его палочки... — Заходи, Гарри... сюда, садись... сейчас все будет в порядке... выпей это... Гарри услышал, как в замке повернулся ключ. Кто-то сунул ему в руку чашку. — Выпей... тебе станет лучше... ну же, Гарри, мне надо точно знать, что произошло... Грюм прижал чашку к его губам и наклонил ее. Острая, как перец, жидкость обожгла горло и Гарри закашлялся. Кабинет Грюма, да и сам его хозяин вдруг стали совершенно отчетливыми... Грюм был бледен, как Фадж, и оба его глаза, не мигая, смотрели Гарри в лицо. —Что за зелье?—забеспокоилась Дорея. —Тут говорится только о остроте, так зелье не выявить,—покачал головой её супруг. —Что с Грюмом не так?—заламывала пальцы Алиса. —А вдруг Грюм решил перейти на темную сторону?—вдруг предложила Беллатриса. —Столько лет воевать против темной стороны и так резко перейти?—скептически спросил Рудольфус. —Вдруг он только тогда понял свою ошибку?—не сдавала позиции Блэк. —Ошибку молодости,—хихикнул Долохов. «— А Пожиратели смерти? Они вернулись? — Да. Целая куча... — И как он встретил их? — тихо спросил Грюм. — Он простил их? Внезапно Гарри вспомнил. Он должен был сразу же сказать об этом Дамблдору прямо там, на поле... — В Хогвартсе есть Пожиратель смерти! Здесь Пожиратель смерти, они вложили мое имя в Кубок, проследили за тем, чтобы я добрался до финала... Гарри попытался встать, но Грюм толкнул его обратно в кресло. — Я знаю, кто этот Пожиратель смерти, — тихо произнес он. — Каркаров? — выкрикнул Гарри. — Где он? Вы поймали его? Он заперт? — Каркаров? — переспросил Грюм со странным смешком. — Каркаров сбежал сегодня ночью, когда почувствовал, как горит Черная Метка у него на руке. Вряд л и он жаждет встречи с Темным Лордом — он предал слишком много его верных сторонников... Сомневаюсь, что ему удастся убежать далеко. Темный Лорд умеет разыскивать своих врагов. — Каркаров сбежал? Его нет? Но тогда... разве не он вложил мое имя в Кубок? — Нет, — медленно ответил Грюм. — Нет, не он. Это сделал я.» —Вот это сюжетный поворот,—подняла брови Аллин. —Да вранье это!—возмутилась Алиса. —Я была права!—хлопнула в ладоши Белла , упиваясь победой. —Почему вы все так уверены, что это именно Грюм?—спросил Джеймс. —Ты к чему это?—не понял Гидеон. —К тому, что это может быть и человек под оборотным,—пояснил Сириус. —Это откуда такие мысли?—спросил Фрэнк. —Он называет его Темным Лордом, это раз. Во-вторых , он тестировал непростительные на учениках,а реальный Грюм подтвердил, что до такого опускаться не стал бы,—пояснил ход своих мыслей Сохатый. —В-третьих, сейчас он признался, что имя Гарри в кубок кинул именно он,—добавил Ремус. —Назревает вывод какой? —Что это Пожиратель смерти под оборотным,—закрыла рот ладонями Эванс. —Но ведь он столько раз помогал Гарри,—выдохнула Марлен. —Темному Лорду был жизненно необходим именно Гарри для своего ритуала и он помогал ему дойти до финала любой ценой,—нервно произнес Карлус. «— Нет-нет, это не вы... Вы не могли сделать это... — Уверяю тебя, это был я, — подтвердил Грюм. Его волшебный глаз крутанулся в глазнице и посмотрел на дверь. Гарри понял — он хочет убедиться в том, что за дверью никого нет. Одновременно с этим Грюм вытащил палочку и направил ее на Гарри. — Так он их простил? — сказал он. — Пожирателей смерти, которые остались на свободе? Тех, кто изловчился и избежал Азкабана? — Что? — спросил Гарри. Он смотрел на палочку, которую Грюм наставил на него. Это какая-то нелепая шутка, не иначе. — Я спросил тебя, — тихо повторил Грюм, — простил ли он тех негодяев, которые даже не попытались отыскать его? Этих трусов и предателей, которые даже не смогли отстрадать за него в Азкабане? Этих грязных, бесполезных подонков, которые набрались смелости покуражиться в масках во время Чемпионата мира по квиддичу, но туг же в страхе разбежались, когда я запустил в небо Черную Метку? — Вы запустили... О чем это вы? — Я сказал тебе, Гарри... Уже сказал. Если и есть что-то, что я ненавижу больше всего, то это Пожиратель смерти, оставшийся на свободе. Они повернулись к своему хозяину спиной в тот момент, когда он нуждался в них больше всего. Я ждал, что он накажет их. Надеялся, что он будет мучить их Скажи, что он мучил их, Гарри...—Лицо Грюма внезапно исказилось в безумном оскале. — Скажи, что он сообщил им, что я, я один остался верен ему., я был готов рискнуть всем, чтобы доставить ему то, чего он хотел больше всего... тебя.» —Да он совсем псих,—презрительно фыркнул Ремус. —А может незаметно книгу сжечь??—вдруг предложила Вероника. —Как ты её незаметно сожжешь?—хмыкнул Тео.—Предлагаю симулировать что-то и выйти. —Давайте слушать,—тяжело вздохнул Ричард. «— Вы не... это... это не могли быть вы... — Кто вложил твое имя в Кубок под названием другой школы? Я. Кто отпугивал каждого, кто, по моему мнению, мог повредить тебе или помешать выиграть Турнир? Я. Кто навел Хагрида на мысль показать тебе драконов? Я. Кто помог тебе найти единственно возможный для тебя способ победить дракона? Я. Теперь волшебный глаз Грюма смотрел не на дверь, а прямо на Гарри. Его перекошенный рот растянулся в ухмылке. — Было нелегко, Гарри, провести тебя через все эти задания так, чтобы не возбудить подозрений. Мне пришлось изворачиваться вовсю, чтобы никто не мог разгадать мою роль в твоих успехах. Дамблдор непременно заподозрил бы что-то, если бы ты слишком легко справился с заданиями. Как только ты забрался бы в лабиринт — да еще раньше остальных — тогда у меня был бы шанс избавиться от других участников и расчистить тебе дорогу. Но мне приходилось еще и бороться с твоей тупостью. Второе задание... тогда я больше всего опасался провала. Я следил за тобой, Поттер. Я знал, что ты не разгадал тайну яйца, и поэтому мне пришлось сделать тебе еще одну подсказку… — Это не вы, — хрипло возразил Гарри. — Это Седрик мне подсказал... -— А кто подсказал Седрику открыть яйцо под водой? Я. Я был уверен, что он сообщит об этом тебе. Порядочными людьми легко манипулировать, Поттер.» —В этом я согласен,—кивнул Рудольфус. —Дольф, а вдруг это ты?—засмеялся Нотт. —Ты идиот? —Барти,тебя не прорезают кое-какие сомнения?—спросила Аллин. —Я умер через год Азкабана,—закатил глаза Крауч. —Все может быть,—не сдавалась Аллин. —Как Барти может там оказаться?—спросила Селвин. —В кабинете Снегга лазал человек по имени Барти Крауч, потом Снегг говорил, что украли ингредиенты для оборотного зелья,—хмыкнула Ирэн. «Палочка Грюма была по-прежнему нацелена Гарри прямо в сердце. В висевшем на стене за спиной Грюма Проявителе Врагов мелькали неясные тени. — Ты так долго просидел в озере, Поттер, что я уж подумал, ты утонул. Но, к счастью, Дамблдор принял твой идиотизм за благородство, и дал тебе самый высокий балл. Я снова вздохнул с облегчением. Сегодня в лабиринте тебе, конечно, было легче, чем остальным, — продолжал Грюм. — Это потому, что я патрулировал лабиринт, видел все сквозь стены и убирал препятствия с твоего пути. Я оглушил Флер Делакур и с помощью заклятия Империус заставил Крама покончить с Диггори. Путь для тебя к Кубку был расчищен. Гарри оторопело смотрел на Грюма. Он просто не понимал, как это могло случиться... друг Дамблдора, знаменитый мракоборец... поймал так много Пожирателей смерти... это бессмысленно... совершенно бессмысленно... Туманные тени в Проявителе Врагов становились четче. За плечом Грюма Гарри видел, как три человека подходят все ближе и ближе. Но Грюм не замечал их, он смотрел на Гарри.» —Враги этого Лже-Грюма движутся,—хмыкнула Марлен. —Жесть,—выдохнул Сириус. —Интересно, сколько у него магической силы если он смог обмануть Кубок Огня?—задумчиво спросил Ремус. «Нормальный глаз Грюма был выпучен, а волшебный глаз уставился на Гарри. Дверь была заперта на засов, и Гарри знал, что ему не успеть вытащить свою палочку… — У нас с Темным Лордом много общего, — Грюм нависал над Гарри, беспрерывно скалясь, и выглядел совершенно безумным. — Нас обоих разочаровали наши отцы... совершенно разочаровали. Мы оба, к сожалению, носим их имена, Гарри. И оба мы получили огромное удовольствие... неизъяснимое удовольствие... убив наших отцов, чтобы обеспечить наступление Темного Порядка!» —Все же ты Барти,— поджал губы Рабастан. —Говорилось же, что он умер через в Азкабане,—не поняла Виттория. — Может он что-то придумал,—пожал плечами Регулус, смотря на друга. —Что-то мне плохо,—поджал губы Барти. —Сохраняй достоинство и каменное лицо, Крауч,—обратилась к нему Аллин.—Не время жалеть себя под столькими взглядами. —Какое великое учение,—хмыкнул Рабастан. —Все же Барти Крауч-младший,—подтвердила свои слова Алиса, глядя на список. —Зачем Беатрис с ним встречаться?—шепнула Леди Селвин супругу. —Ты её знаешь, Эмма, она его не бросит,—поджал губы Лорд Селвин. «Он вошел в кабинет и ногой перевернул лежащего на полу Грюма на спину. Вслед за ним прошел Снегг и посмотрел в Проявитель Врагов, где еще виднелось его собственное разгневанное лицо. Профессор МакГонагалл подошла прямо к Гарри. — Пойдемте, Поттер, — прошептала она. Губы ее дрожали, так что казалось, она вот-вот заплачет. — Пойдемте... В больничное крыло... — Нет, — резко возразил Дамблдор. — Дамблдор, он должен... посмотрите на него... он перенес сегодня столько... — Он останется, Минерва, потому что ему нужно понять, — прервал ее Дамблдор. — Понимание — это первый шаг ктому чтобы принять случившееся, и только после этого он сможет прийти в себя. Ему нужно знать, кто и зачем вовлек его в тяжелейшие испытания сегодняшней ночи.» —Ему нужна помощь!—возмутилась Лили. —Все можно узнать потом,—согласилась Дорея. «— Грюм, — произнес Гарри, который все еще не мог прийти в себя от изумления. — Как Грюм мог все это сделать? — Это не Аластор Грюм, — тихо сказал Дамблдор. — Ты никогда не знал Аластора Грюма. Настоящий Грюм никогда не увел бы тебя от меня после того, что произошло сегодня. Как только он ушел с тобой, я сразу все понял... и отправился следом. Дамблдор наклонился над безвольно лежащим Грюмом, запустил руку в карман его мантии и вытащил оттуда фляжку и связку ключей. Обернувшись к профессору МакГонагалл и Снеггу, он сказал: — Северус, принесите, пожалуйста, самое сильное зелье правды, которое у вас есть, а потом сходите на кухню и приведите эльфа по имени Винки.» —Интересно, а откуда он знает, что тут замешана Винки?—подняла бровь Лита. —А я всегда говорил, что Дамблдор что-то скрывает,—фыркнул Ричард. «Дамблдор подошел к сундуку с семью замками, вставил ключ в первый замок, повернул его и откинул крышку. Внутри лежала гора книг. Дамблдор запер сундук, вставил второй ключ во второй замок и снова открыл сундук Книги исчезли, и их место занимала теперь целая куча сломанных вредноско-пов, пергамента и перьев, а сверху лежало что-то серебристое, напомнившее Гарри мантию-невидимку. Гарри как зачарованный смотрел, как Дамблдор открывает один задругам третий, четвертый, пятый, шестой замки и всякий раз в сундуке оказывается что-нибудь новое. В конце концов Дамблдор отпер седьмой замок, откинул крышку, и у Гарри вырвался крик удивления. Перед его глазами было что-то вроде небольшого подземелья глубиной футов десять. На полу крепко спал совершенно истощенный настоящий Грозный Глаз Грюм. Деревянной ноги у него не было, глазница, где должен быть волшебный глаз, провалилась, а неровно выстриженные клочья седых волос торчали в разные стороны. Гарри, не в силах совладать с изумлением, перевел взгляд с Грюма, который лежал в подземелье, на Грюма, который лежал на полу кабинета.» —Ужас,—выговорила Алиса, кидая взгляд на Крауча-младшего. Тот показательно закатил глаза. —А кому сейчас легко?—развел руками Регулус. «Перед Гарри лежал бледный, слегка веснушчатый мужчина со светлыми волосами. Гарри знал, кто это. Он видел этого человека в Омуте Дамблдора, видел, как дементоры тащили его прочь из зала, а он при этом пытался убедить мистера Крауча, что ни в чем не виноват... но сейчас вокруг глаз у него залегли морщины, и он выглядит гораздо старше... В коридоре послышались быстрые шаги. Первым в кабинет вошел Снегг, за ним Винки, а за ней профессор МакГонагалл. — Крауч! — остолбенел от изумления Снегг. — Барти Крауч! — Боже мой! — профессор МакГонагалл замерла в дверях и не сводила глаз с лежащего на полу человека. Грязная, растрепанная Винки выглянула из-за ног Снегга и тут же пронзительно взвизгнула: — Мастер Барти, мастер Барти, что вы здесь делать? Она бросилась на грудь Краучу с воплями: — Ты убить его! Ты убить его! Ты убить сына моего хозяина!» На Крауча обратились множество взглядов. —Да, Трис,—начал Регулус.—У тебя конкурентка. —Не поняла,—посмотрела на него Селвин. —В любви к Барти,видишь какая преданная эльфийка,—улыбнулся Блэк. Аллин и Ирэн хихикнули. —Идиот,—синхронно закатили глаза Беатрис и Барти. — Давайте мы дальше послушаем,—закатила глаза Виттория.—Мне интересно как Барти выбрался из Азкабана и смог обмануть Кубок Огня и весь Хогвартс. —Кстати да,—кивнул Рабастан. «Снегг вручил Дамблдору маленький пузырек с совершенно прозрачной жидкостью — Сыворотку Правды, которой он однажды на уроке пригрозил напоить Гарри. Дамблдор склонился надлежащим на полу, подтащил его к стене и прислонил к ней в сидячем положении прямо под Проявителем Врагов, из которого все еще смотрели разъяренные лица Дамблдора, Снегга и МакГонагалл. Винки, спрятав лицо в ладонях, так и осталась на коленях. Ее всю трясло. Дамблдор открыл рот Крауча и влил ему три капли сыворотки. Затем он указал палочкой на грудь Крауча и произнес: — Оживи! Сын Крауча открыл глаза. На лице его не было никакого выражения, глаза смотрели в одну точку. Дамблдор стал перед ним на колени, так чтобы их лица находились на одном уровне. — Ты слышишь меня? — тихо спросил Дамблдор. Мужчина моргнул. — Да, — так же тихо ответил он. — Я хотел бы, чтобы ты рассказал нам, — спросил Дамблдор, — как ты оказался здесь. Как ты бежал из Азкабана? Крауч судорожно вздохнул и монотонно заговорил: — Меня спасла мать. Она знала, что умирает. Она упросила отца спасти меня ради нее. Он любил ее так, как никогда не любил меня. Он согласился. Они пришли навестить меня. Дали мне Оборотное зелье с волосом матери. А она приняла зелье с моим волосом. Мы обменялись внешностью. Винки, все еще дрожа, яростно затрясла головой: — Ни слова, мастер Барти, ни слова больше, вы причинить беду вашему отцу! Но Крауч лишь судорожно вздохнул и все так же монотонно продолжил: — Дементоры слепы. Они ощутили, что в Азкабан вошли один здоровый человек и один умирающий. Они ощутили, что вышли один здоровый и один умирающий. Отец вывел меня, переодев в платье матери, на случай, если сквозь решетку нас видели другие заключенные. Мать умерла вскоре после этого. Она принимала Оборотное зелье до самой смерти. Она похоронена под моим именем и с моей внешностью. Все были уверены, что она — это я.» —Маму жаль,—печально поджал губы Барти. —Себя бы пожалел,—поджала губы Элизабет. —Насколько же сильна любовь матери,—подняла брови Лили. —Получается не Сириус первым сбежал из Азкабана, а ты,—усмехнулся Регулус. —Да лучше бы он вообще в этот Азкабан не попал,—буркнула Ирэн. —Вот именно,—кивнула Селвин. «Крауч снова моргнул. — А что сделал отец, когда доставил тебя домой? — спросил Дамблдор. — Инсценировал смерть матери. Тихие, семейные похороны. Эта могила пуста. Наш эльф выходила меня. Потом меня скрывали. Меня нужно было контролировать. Отец использовал множество заклинаний, чтобы управлять мной. Когда я выздоровел, я думал только о том, чтобы отыскать своего хозяина... чтобы вернуться к нему на службу. — Как твой отец управлял тобой? — задал вопрос Дамблдор. — Заклятие Империус, — ответил Крауч. — Я находился под контролем отца.» —Год Азкабана и примерно,—начала считать Виттория. —Тринадцать лет империуса,—подал голос Ричард. —Неудивительно, что ты психом стал, друг,—фыркнул Рабастан, положив руку на плечо Крауча. —Вы и сейчас психи,—закатила глаза Ирэн. —Ауч,ты ранила нас в самое сердце, милая,—поморщился Лестрейндж, положив другую ладонь на сердце. —Вам не кажется, что мысли у вас странные?—прервал их Сириус. —А какие должны быть?—не понял Регулус.—Мы плакать должны или Барти осуждать? —Лично я осуждаю,—решительным тоном заявила Алиса. —Молодец,Стоун,—презрительно фыркнула Беатрис.—Как Хагрида защищать или кого-то из гриффов, то «ничего еще не было, все можно исправить»—передразнила она Лили довольно похожим голосом.—Как нас осуждать то сразу же. —Это называется лицемерие,—продолжила за неё Виттория, услышав дрогнувший голос Беатрис.—Кто говорил, что гриффиндорцы благородные? —Вы все просто лицемерное стадо Львов,—согласился Рудольфус. —Так, хватит!—осадил их директор Дамблдор. —Перешли на оскорбления гриффиндорцев и сразу же хватит,—хмыкнула Беллатриса. —Дамблдор главный лицемер всего Гриффиндора, поверь,—фыркнул Нотт. —Каждый заступается за друзей и близких,—защищалась Марлен. —Мы делаем точно также, почему вы лезете в это!?—повысила голос Беллатриса. —Остановите этот конфликт!—повысила голоса Леди Селвин, не отрывая глаз от дочери. —Давайте читать дальше,—устало вздохнул Дамблдор. «— Стало ли кому-нибудь известно, что ты жив? — тихо спросил Дамблдор. — Знал ли об этом кто-нибудь, кроме твоего отца и домашнего эльфа? — Да, — ответил Крауч, и снова моргнул. — Знала колдунья в департаменте моего отца. Берта Джоркинс. Она пришла к нам домой с бумагами для отца. Его не было дома. Винки проводила ее в дом и вернулась на кухню, ко мне. Она подслушала. Она услышала достаточно, чтобы понять, кто прячется под мантией-невидимкой. Отец пришел домой. Она обвинила его. Он наложил на нее мощное заклятие памяти, чтобы она забыла все, что ей удалось разузнать. Слишком мощное. Он сказал, что теперь ее память повреждена навсегда. — Зачем она явилась, стала совать нос в дела моего хозяина? — продолжала горестно всхлипывать Винки. — Почему она не оставить нас в покое? — Расскажи мне о Чемпионате мира по квиддичу, — сказал Дамблдор.» —Самое интересное,—хмыкнул Долохов. Напряжение можно было прощупать пальцем после недо-ссоры. —Давайте слушать,—поджала губы Леди Блэк. «— Это Винки уговорила отца, — все так же монотонно продолжал Крауч. — Она убеждала его полгода. Я не выходил из дому уже несколько лет. Я любил квиддич. Пусть он посмотрит, говорила она. Он будет в мантии-невидимке. Пусть он вдохнет немного свежего воздуха. Она говорила, что этого хотела бы моя мать. Она говорила отцу, что мать умерла, чтобы освободить меня. Она спасала меня не для того, чтобы я жил в заключении. Он в конце концов согласился. Все было тщательно спланировано. Отец с самого утра отвел меня и Винки в верхнюю ложу Винки должна была говорить, что держит место для моего отца. Я, невидимый, должен был сидеть на нем. Мы собирались уйти после того, как все покинут ложу. Все будут думать, что Винки идет одна. Никто ничего не узнает. Но Винки не знала, что я набираю силу. Я начал сопротивляться заклятию Империус, наложенному моим отцом. Были времена, когда я становился почти таким же, как раньше. Были короткие периоды, когда ему, похоже, не удавалось меня полностью контролировать. Это случилось там, в верхней ложе. Как будто я очнулся от глубокого сна. Я оказался в толпе, в самой середине матча, и увидел волшебную палочку, которая торчала из кармана мальчишки прямо передо мной. Мне не разрешалось иметь волшебную палочку с момента заключения в Азкабан. Я украл ее. Винки не знала. Винки боится высоты. Она закрыла лицо руками.» —Вот почему ты так смотрела,—Аллин посмотрела на Литу, которая кивнула. —Из-за кулона я не видела человека под мантией, видела какую-то ауру что-ли,—пояснила Лита. —Вот кто украл палочку Гарри,—хмыкнул Сириус. —Никого не убили,—фыркнула Виттория. —Всего-то черную метку вызвали,—язвительно напомнила Марлен. —Мелочи,—ухмыльнулся Ричард, проводя пальцем по волосам. «— Мы пошли обратно в палатку, — ответил Крауч. — Потом мы услышали их. Мы услышали Пожирателей смерти. Тех, кто никогда не был в Азкабане. Тех, кто ни минуты не страдал ради моего хозяина. Они повернулись к нему спиной. Они не были порабощены, как я. Они могли искать его, но они этого не сделали. Они просто развлекались с маглами. Их голоса разбудили меня. Мое сознание стало ясным, как никогда. Я был разъярен. У меня была палочка. Я хотел напасть на них за то, что они предали моего хозяина. Отец вышел из палатки, он поспешил на помощь маглам. Винки испугалась, увидев, как я разгневан. Она использовала свою собственную, эльфовскую магию, чтобы привязать меня к себе. Она вытащила меня из палатки и уволокла в лес, подальше от Пожирателей смерти. Я старался задержать ее. Я хотел вернуться к лагерю. Я хотел показать этим Пожирателям смерти, что такое истинная преданность Темному Лорду, и наказать их за ее отсутствие. Я использовал украденную палочку, чтобы запустить в небо Черную Метку. Появились волшебники из Министерства. Они разбросали оглушающие заклятия повсюду. Одно из заклятий прошло между деревьями, за которыми прятались мы с Винки. Связь между нами была разорвана. Мы оба были оглушены. Когда Винки нашли, отец знал, что я должен быть неподалеку. Он обыскал кусты рядом с тем местом, где нашли ее, и обнаружил меня. Он дождался, пока остальные волшебники из Министерства разойдутся. Он снова наложил на меня заклятие Империус и отконвоировал домой. Он уволил Винки. Она подвела его. Она дала мне возможность завладеть палочкой. Она почти дала мне возможность убежать. Винки издала вопль отчаяния.» —Ясно и странное поведение Винки во время мятежа,—хмурился Сохатый, смотря на слизеринок. Беатрис смотрела в одну точку и сжимала руку Крауча. —Жесть одна,—поджал губы Регулус, посмотрев на друга. — Я бы выразился отборнее,—выдохнул Рабастан. «— Мы остались в доме вдвоем с отцом. И тогда... и тогда... — голова Крауча качнулась, и по его лицу расползлась безумная улыбка. — За мной пришел Темный Лорд. Он прибыл к нам поздней ночью на руках у своего слуги Хвоста. Лорд выяснил, что я еще жив. Он схватил Берту Джоркинс. Он пытал ее. Она многое ему рассказала. Она рассказала ему о Турнире Трех Волшебников. Она сказала ему, что старый мракоборец Грюм будет преподавателем в Хогвартсе. Он пытал ее, пока не разрушил заклятие памяти, наложенное моим отцом. Она рассказала ему, что я бежал из Азкабана. Она рассказала ему, что отец держит меня взаперти, чтобы помешать мне вернуться к Лорду. Так мой Лорд узнал, что я остаюсь его верным слугой — может быть, самым верным из всех. Лорд задумал план на основе информации, полученной от Берты. Ему был нужен я. Он прибыл к нам около полуночи. Отец открыл дверь. Улыбка на лице Крауча стала еще шире, будто бы он вспомнил самый приятный момент своей жизни.» —Разделяю эти чувства,—широко улыбнулся Ричард. —Семья безумцев,—шепнула Марлен Алисе. Стоун согласно кивнула, глядя на Краучей. —Нет, а что вы хотите?—фыркнул Барти.—Хуже отца , чем мой не найдете. —Могу поспорить,—подняла руку Вероника. —Ник,—одернула сестра Джинни. —Что? Может для тебя он и отец, для меня всю жизнь примерами отца были Билл и Чарли,—пожала плечами та. —Настолько все плохо?—усмехнулся Люциус, глядя на растерянных Уизли. —Это пятая книга, Никс забегает вперед,—остановил подругу Гарри. —Ой, я хотел послушать про отвратительных Уизли,—печально вздохнул Люциус. «— Все случилось быстро. Лорд наложил заклятие Империус на моего отца. Теперь под контролем оказался отец. Лорд заставил его заниматься своими делами как обычно, как будто ничего не случилось. А я был освобожден. Я очнулся. Я снова стал самим собой, снова ожил впервые за долгие годы. — И что лорд Волан-де-Морт велел тебе сделать? — спросил Дамблдор. — Он спросил меня, готов ли я рискнуть всем ради него. Я был готов. Он сказал, что ему нужен верный слуга в Хогвартсе. Слуга, который незаметно проведет Гарри Поттера через Турнир Трех Волшебников. Слуга, который будет следить за Гарри Поттером. Обеспечит его победу. Превратит Кубок в портал, который отнесет первого, кто его коснется, к моему хозяину. Но сначала... — Вам нужен был Аластор Грюм, — прервал его Дамблдор. Голос его был спокоен, хотя глаза метали молнии. — Мы с Хвостом сделали это. Мы заранее приготовили Оборотное зелье. Мы пробрались к нему в дом. Грюм сопротивлялся. Был шум. Нам удалось вовремя одолеть его. Сунуть его в одно из отделений его собственного волшебного сундука.» —Да в тебе много силы, Крауч,—присвистнул Рудольфус.—Кубок Огня обманул, Грюма одолел. —Уважаю,—кивнула Беллатриса и одобрительно кивнула Барти. —Поблагодари, не каждый день похвалит Беллатриса Блэк, — громко прошептала Лита. Беллатриса кинула на неё недовольный взгляд, а сам Барти тихо рассмеялся вместе с друзьями. «Выдернуть несколько волосков и бросить их в зелье. Я выпил его, я стал двойником Грюма. Я взял его ногу и глаз. Я был готов встретить Артура Уизли, который прибыл утихомиривать маглов, услышавших шум. Я заставил мусорные бачки двигаться по двору. Я сказал Артуру Уизли, что слышал, как кто-то влез ко мне во двор и заколдовал мусорные бачки. Затем я упаковал одежду Грюма и его приспособления в его же сундук и отправился в Хогвартс. Я держал его живым, постоянно под заклятием Империус. Мне нужно было расспрашивать его. О его прошлом, о его вкусах и привычках, так чтобы я мог обмануть даже Дамблдора. И еще мне были нужны его волосы, чтобы делать Оборотное зелье. Добыть остальные ингредиенты было легко. Шкуру бумсланга я взял у Снегга. Когда профессор зелий застал меня в кабинете, я сказал, что мне приказано обыскать его комнаты.» —Умно,—кивнул Лорд Поттер. —Оцениваешь действия Пожирателя смерти?—хмыкнула Леди Селвин. —Эмма,—одернул её супруг и шепнул дальше.—Беатрис нам не простит если мы будем запрещать ей с кем встречаться. —Я не хочу такой судьбы для своей дочери,Роберт,—в ответ отчаянным шепотом ответила Эмма. —Я тоже, но я не хочу чтобы она сбежала из дома из-за нас, а ты её знаешь,—окончил дискуссия Лорд Селвин. «— Хвост вернулся в дом моего отца, чтобы заботиться о Лорде и следить за моим отцом. — Но твой отец ускользнул, — продолжил Дамблдор. — Да. Через некоторое время он стал сопротивляться заклятию Империус, точно так же как и я. Были моменты, когда он прекрасно понимал, что происходит. Лорд решил, что отец больше не должен выходить из дома. Вместо этого он заставил его писать письма в Министерство. Он заставил его написать, что он болен. Но Хвост не выполнил свой долг. Он утратил бдительность. Отец бежал.Лорд догадался, что он направляется в Хогвартс. Отец собирался рассказать обо всем Дамблдору. Признаться. Он собирался признаться, что вызволил меня из Азкабана. Лорд сообщил мне о побеге отца. Он приказал мне остановить его любой ценой. Я ждал и наблюдал. Я использовал карту, которую забрал у Гарри Поттера. Карту, которая едва не разрушила весь план.» —Карта нужна была, чтобы его никто не разоблачил,—догадалась Марлен . —Умничка, МакКинон, — съязвил Регулус. —Придержи язык,—предупреждающе ответил Сириус брату. —А то что?—издевательски поднял бровь младший Блэк. —Сириус! Регулус!—остановил сыновей Орион. Регулус фыркнул и отвернулся от брата. «Целую неделю я ждал, когда же отец явится в Хогвартс. Наконец однажды вечером карта показала, что отец добрался до школы. Я надел мантию-невидимку и спустился к нему. Он шел по краю Запретного леса. Потом появились Поттер и Крам. Я ждал. Я не мог напасть на Поттера. Моему хозяину он был нужен живым и невредимым. Поттер побежал за Дамблдором. Я оглушил Крама. Я убил своего отца. — Не-е-е-е-е-ет! — горестно завопила Винки. — Мастер Барти, мастер Барти, что вы говорить?! — Ты убил своего отца, — тихо повторил Дамблдор. — И что ты сделал с телом? — Отнес его в лес. Прикрыл мантией-невидимкой. Со мной была карта. Я увидел, как Поттер побежал в заме ж. Он встретил Снегга. К ним присоединился Дамблдор. Я видел, как Поттер выходит из замка вместе с Дамблдором. Я вышел из леса, обошел их сзади и догнал их. Я сказал Дамблдору что Снегг сообщил мне, куда идти. Дамблдор велел мне искать моего отца. Я вернулся к телу отца. Посмотрел на карту. Когда все ушли, я трансфигурировал тело отца. Превратил его в кость... Я надел мантию-невидимку и зарыл кость на свежевскопанной грядке перед хижиной Хагрида.» —Ты хочешь , чтобы наша дочь встречалась с таким человеком?—вновь начала Леди Селвин. —Дорогая, сейчас он вполне вменяемый и мы пока не знаем, что случилось с Беатрис,—напомнил ей супруг. —Это же ненормально,—воскликнула Алиса в ужасе. —Я конечно понимаю, что ты ненавидишь своего отца, но не до такой же степени,—удивился Рабастан. —В этой книге я вообще безумен,так что без комментариев,—фыркнул Барти. —Ты и сейчас безумный,—подала голос Беатрис. —Спасибо за оценку,—обратился к ней Барти. —Всегда пожалуйста, обращайся,—ухмыльнулась Селвин. «В комнате повисла гробовая тишина, которую; нарушали лишь судорожные всхлипы Винки. Потом Дамблдор произнес: — А сегодня вечером... — Я вызвался отнести Кубок в лабиринт, — прошептал Барти Крауч, — и там превратил его в портал. План моего хозяина сработал. Он вернул себе силу, и я буду вознагражден так, как никто из волшебников не смеет и мечтать. Лицо его снова озарилось безумной улыбкой. Рядом с ним, не переставая всхлипывать и причитать, сидела на полу Винки. —Зачем тебе все это?—вдруг спросила МакГонаггал. Крауч посмотрел на неё и Гарри показалось, что его взгляд обрел ясность. Но его лицо вновь озарило безумство. —Лорд обещал вернуть её… Договорить он не успел, поскольку вырубился.» —Целый год убеждал его, что никто не способен вернуть никого из мертвых, и где результат?—проворчал Ричард. —Я так понимаю , речь о Беатрис,—поджала губы Ирэн. Ричард медленно кивнул. —Почему все мертвы? Что за фигня!?—возмутилась Виттория. —Не удивлюсь если и мы мертвы,—фыркнула Элизабет. —Мне морально тяжело слушать все это,—закрыла лицо руками Аддамс. —Мне кажется, что он тупо делал вид, что слышит нас,—покачала головой Лита. —Эй!—обиделся Барти. —Только без обид,—улыбнулся Ричард. —Мне грустно за них,—вдруг призналась Лили. —Что?—спросил Гидеон. —Посмотрите на них,—сказала Эванс друзьям.—Они слушают про свою ужасную судьбу и пытаются улыбаться. Они понимают, что натворили много ужасного, но почти раскаиваются. —Не факт, они продолжают говорить о мне и Фрэнке много чего,—поджала губы Алиса. —Я согласен с Лили,—хмыкнул Ремус. —И я,—кивнул Сохатый. —Глава закончилась,—объявила Элизабет и передала книгу Беллатрисе. «Глава 36. Пути расходятся»