Вверх, где не плачет камень

“Караулить офис” Алина отказалась наотрез, словом, утром группа решила разделиться на три партии. Рейо, Тыква и Тамара с Вуалеткой сторожили девочку, при чем Тыква заранее подъехал к месту фестиваля, а Вуалетка, дождавшись отхода семьи, поднялась в заброшенный чулан. Там она осталась наблюдать за опустевшей квартирой, на случай если они вернутся или если кто-то в их отсутствие будет вертеться около квартиры. Алина, Венера и Рина отправились в офис Альфиона. При этом Венера почти всю дорогу отговаривала Алину и в итоге партия прибыла на место довольно нервной. До этого вечером Рейо встретил полицию, которая внимательно его выслушала. Один офицер поднялся в офис и второй сообщил, что “ждать его не нужно”, Рейо покорно улицу рядом с офисом врагов покинул. Партия, помня о том, что объект слежки надо защищать, вооружилась как могла: Рейо нес за спиной огромный чехол в котором покоилась старая резиновая гитара, тугая и побитая жизнью. Ей он собирался как щитом загораживать девочку, если на нее бросится с ножом здоровяк или помятый. Тыква щегольнул настоящим кастетом. Где он его достал не сказал, пространно намекнув что может “собрать такое своими руками”. Тамара несла кухонный нож в офисной папке. Папка покоилась в кармане, Тамара снаружи беспокоилась до дрожи в коленках, хотя с оружием она обращаться умела. Другая партия шла менее подготовленной. Рина от оружия отказалась за его отсутствием. Алина в качестве оружия несла “медальон и себя”, Венера же ничего не говорила, сумрачно глядя на подруг и держа руки в карманах. Утро было ярким, как плафон с лампочкой внутри, солнце ровным светом пробивало все уголки и улочки. И свет, казалось, настраивает на бегство и как-то сушит, как в больнице. - Есть у меня чувство, - сумрачно говорила Тамара, когда вся партия еще планировала утренний поход. - Что полиция тоже догадалась, что убийцы сначала били по всем подряд, а потом переключились на одну жертву. И они ловят на живца, так как у них нет навыка. Только они не знают, что живец это ты. Алина вспомнила эти слова стоя перед дверями в уютный, наверное, атриум, за которым находилось логово её врага. Само здание высилось кривоватой стеклянной сосулькой, которую кто-то оторвал от карниза и поставил вертикально на асфальт. Только в районе десятого этажа была заметная выемка - там собирались сделать станцию монорельса, но линию сюда так и не довели. Сосулька выглядела так, будто её кто-то укусил, оставив следы зубов на холодной поверхности стекла. Три девушки встали перед стеклянными дверьми, которые равнодушным, как кухонная посуда, стеклом поблёскивали на солнце. - Ну и лучше было бы нам или караулить здесь, или идти отсюда туда, к сцене, и соединиться там с другими. Ну что ты пытаешься доказать? Думаешь, он бухнется перед тобой на колени? - Я иду, - повторила Алина. Девушки вошли в атриум, где вообще ни одного человека не было. В углу стоял диван и на полу виднелись следы от кадок с цветами, но сами кадки кто-то, видимо,унёс. За стойкой рецепшена ( действительно, на клинику похоже, подумала Алина ) никого не было. - Оставайся здесь, мы с Риной пойдем. Две девушки вошли в лифт и Алина нервной рукой провела по экрану, где надо было вывести этаж. Алина нацарапала ногтём тридцать четыре и лифт закрылся и двинулся вверх. Венера с упавшем сердцем смотрела, как закрываются двери, чувствуя будто бросает в пропасть котёнка. Чувство, будто происходит что-то неправильное, но как это остановить непонятно. - Ты какой этаж-то набрала, - в тишине, где только кабина деловито шуршала в своей трубе, голос Рины раздался буднично и как-то даже весело. Ей, похоже, страшно не было и Алине стало как-то менее гадко, и ощущение внутри чёрное, как натянутая резинка на рогатке, чуть-чуть ослабилось. - Сорок четвёртый. Десять этажей мимо проехали. - Извини, пожалуйста, - нервно хихикнула принцесса. Дверь открылась и на них посмотрел сидящий за столиком клерк. Он, почему-то, держал во рту карандаш, глядя на клипборд в руке. - Извините, мы не к вам! Клерк кивнул, дверь закрылась. Лифт двинулся вниз. На сорок первом дверь открылась и в нее вошел мужчина в коричневом костюме и коричневой же шляпе. На локтях у него заплатки, отметила принцесса. С чуть вытянутой нижней губой и лицом, похожим на собачье, мужчина как-то сонно оглядел лифт и кивнул принцессе, приподняв шляпу. - Ваше Величество! - Пробулькал он. - Доброе утро, - отвечала Алина. - Чудесная погода, не находите? - Да, просто фантастическая. Лето. - Жду с нетерпением Вашей коронации. - Спасибо, я тоже её очень жду. - Всего доброго! - И вам того же! Двери открылись и мужчина вышел на тридцать пятом. - Это что за мужик? - Спросила Рина. - Он, вроде, не из ваших? - Без понятия, впервые его вижу. Тридцать четвертый. Девушки вышли в коридор и сразу заметили единственную открытую дверь. В кабинете за пустым столом устало глядя перед собой сидел взлохмаченный брюнет. Алина достала медальон и показала его, держа на вытянутой руке. - Вы меня искали? Я то чудовище, которое вы хотите убить. И вот это оно, тоже. Мужчина поднял голову и с какой-то привычной обидой глянул сначала на Алину, потом на Рину. Потом на медальон. На него он смотрел чуть дольше, скривился и снова перевел глаза на принцессу. - Зачем вы это делаете? Почему? Медальон покачивался на вытянутой руке, как маятник. - Делаю что? - Глухим голосом спросил брюнет. Тот самый голос. Тот, с которым говорил Мстислав. - Вы стольким людям причинили страдание. Вы в омут, где всё на всё завязано, бросаете свои камни тяжелые. Кто вас об этом просил? Зачем? Брюнет снова покосился на медальон. - Послушай, ты же видишь… - начала было Рина, но Алина сделала ей знак рукой - подожди. - Пусть он скажет, зачем. - Зачем, - каменным эхом отозвался брюнет. - Причина. Должна же быть у всего причина. Наверное… наве-е-ерное, я просто не нахожу для себя ничего другого. Ничего другого нет. - Дай-ка я ему по башке тресну… - Вот эта штуковина, видите, она вторая половина чудовища, которое вы видели на своих приборах. Оно собрано из нас двоих. Мы проверяли на ваших же арках. Оно такое же, как я. Это то, что вы пытаетесь прогнать? Брюнет как загипнотизированный смотрел на медальон. - Проверьте. Сами. Как-то механически дёрнувшись, брюнет вдруг открыл рот и оттуда, как из тоннеля метро, послушалось нарастающее, болезненное какое-то: - А-а-а-а-а!... И тут дверь скрипнула и в проеме появилась гигантская фигура мужика с короткой белёсой копной волос. Копна просвечивала в свете ламп у него за спиной. Сама фигура ничего не выражала. Девушки встали спиной друг к другу. - Иди куда шел, - просипел брюнет с нотками отчаяния в голосе. Но здоровяк его как будто не слышал. Девушки не видели его лица, но как-то почувствовали что он пытается сосредоточиться на одной цели. Он и в самом деле бросил беглый взгляд на Рину, затем на Алину, которую ему почти не было видно, потом чуть дольше потаращился на медальон и снова на Рину. И тут он побежал. Вернее ломанулся - на Рину. Не мешкая ни секунды Рина быстро ударила здоровяка в лицо кулаком и отскочила в сторону, прежде чем мощный кулак последнего её задел бы. Здоровяк пошатнулся и оперся на офисный стол, встав прямо напротив своего начальника. Последний вжался в кресло и уже, видимо, не знал, какие команды отдавать, и будут ли их слушать. Здоровяк развернулся и снова попытался выбрать цель. - Беги, я им обоим накостыляю, а ты беги за помощью! - Бойко сказала Рина становясь во что-то вроде стойки. Алина хотела что-то ответить, но поймала на себя взляд громилы, ощутив предельно ясно, что он погонится за ней. Бросив взгляд на Рину она молча побежала к двери. Даже не оборачиваясь ( и услышав при этом короткий “АХ!” Рины ) Алина поняла, что угадала. Ждать лифта, очевидно, времени не было. Где-то в таких зданиях всегда есть лестница-другая. Алина неслась по коридору пустующего этажа и слышала неповоротливый грохот мчащегося за ней ополоумевшего здоровяка. Лестница! За похожими на больничные дверьми бежала вниз лестница, частично освещенная. Алина перепрыгивала через ступеньки и перила, срезая путь где могла, шаги позади то приближались, но отступали, но следовали за ней неотступно. Иногда за окнами дверей, между пролётов и напротив огромных глухих стен, мелькали люди и слышались голоса. Нормальная, наверное, жизнь шла своим чередом и Алина частью своего сердца хотела вывести чудовище туда, чтобы сама жизнь его ослепила и оглушали, чтобы люди его остановили. Пахло краской. Девушка помнила атаку в метро и понимала, что ничьё внимание его не остановит. Окна оставались позади, зато… Пролёты стали больше и сама лестница, крутым манёвром, шире: спустя двадцать этажей чуть живая Алина увидела не привычные скромные створки а огромные двери от полу до потолка, сплошь стеклянные. Тут должна была быть станция монорельса. Сейчас тут никого нет. Алина выбежала, с силой распахнув огромную как ширма в несколько этажей дверь, на так и не достроенную станцию. Сразу видно было, что офисные служащие станцию облюбовали: тут и там валялись обертки и прочий мусор. Стояли какие-то мешки. Часть конструкций так и не убрали. Пол остался цементным, впереди зияла пустота. Можно было прыгнуть от отчаяния и девушка была уверена, что никакого генератора нет, чтобы её поймать. Но принцесса искала, куда спрятаться, бежать дальше сил не было. Здоровяк просто прошел сквозь стекло и отупело замер, озираясь вокруг. То ли свежий воздух его затормозил, то ли внезапно открывшееся пространство. Прятаться было поздно и Алина сделала самое злое, на то была способна и что только пришло в голову: исчезла и мгновенно материализовалась у здоровяка над головой, всем телом упав на него и осыпав своей пыльцой. Сложно сказать, кому было больнее. Алина ударилась боком и покатилась по полу. Здоровяк схватился за голову и со всей силы пытался стряхнуть с себя сиреневую пыль. С каким-то странным стрекотанием его тело отозвалось на внезапную атаку, он сунул руку в карман, извиваясь в непривычном жесте и достал машинку перемещений а затем с силой бросил её об пол. Алина поднялась и подошла к самому краю. Более нижний этаж чуть выдавался вперед и внизу виднелись не то мешки с мусором, не то какие-то тряпки. Недолго думая, принцесса прыгнула вниз.