Глава 4. Путь правды или лжи?

Арья сидела за столом в маленькой кухне, обхватив кружку горячего чая обеими руками. Тепло напитка слегка размягчало холод, который всё ещё витал в комнате, словно напоминание о ее ночной выходке. — Подожди… Ты правда это сделала? — недоверчиво переспросила Камилла, глядя на Арью, как будто искала подтверждение в её глазах. — Уточняй, про что ты спрашиваешь! — усмехнулась брюнетка. — Про то, что я, как шпион, проникла на ночь глядя в чужую комнату? Или про момент, когда, поймав меня на горячем, я сказала, что это просто сон? — Хранительница хотела провалиться в бездну, вспоминая, как жалко прозвучал тогда ее хриплый голос. — «Да, но это все во сне, помнишь? Это сон. Тебе это снится», — на что она только надеялась? Поверить в это мог только идиот. Ее действия говорили громче, чем слова, и Лео наверняка это знал. Не мог не знать. Кошмар, какая же она идиотка. Камилла нервно хмыкнула, но в голубых глазах лишь заблестело любопытство. Она запустила руки в свои длинные блондинистые волосы, как будто пыталась уложить их в порядок и одновременно упорядочить мысли. — Допустим. И зачем ты это сделала? — наконец спросила она, наклонившись ближе к подруге. Арья вздохнула, чувствуя, как тепло чая постепенно проникало сквозь пальцы и согревало её изнутри. В этой тишине кухни, залитой утренним светом, казалось, что мир замер, ожидая её ответа. Но слова застряли где-то глубоко внутри, и ей потребовалось несколько секунд, чтобы подобрать нужные слова. — Хотела узнать больше о Маркусе, — тихо произнесла она, опустив взгляд на свою кружку. — Иногда... иногда ты чувствуешь, что что-то идёт не так, и тогда нужно действовать. Даже если это кажется безумством. Камилла внимательно смотрела на неё, пытаясь прочитать между строк. Они были подругами уже много лет, и она знала, что за внешней невозмутимостью Арьи скрывается целый океан эмоций. Девушка редко делилась своими переживаниями, предпочитая держать всё в себе, но сейчас было видно, что эта ночь оставила на ней глубокий след. — Ты ведь понимаешь, насколько это было рискованно? — наконец сказала Камилла, голос которой звучал мягко, но тревожно. — Если бы тебя поймали... — Но меня не поймали. Практически…, — перебила Арья, поднимая голову и встречаясь взглядом с подругой, но, не выдержав долгого зрительного контакта, хранительница тяжело вздохнула, зажмурившись. — «Бездна. Как теперь смотреть ему в глаза? Как вести себя, словно ничего не было?», — Арья хотела бы, чтобы время остановилось. Чтобы хотя бы несколько дней не нужно было думать об учебе, погроме в секции, о Маркусе… и теперь ещё и о его соседе. Она могла бы позволить себе не выходить целыми днями из своей спальни. Или прятаться где-нибудь в Академии, где ее никто не найдет. Могла бы взять перерыв, чтобы разобраться в себе без нужды объясняться перед кем-либо. Но это не казалось хорошей идеей. Резкая перемена в ее поведении явно бы вызывала вопросы. А близкие отношения с пропавшим парнем и так делали ее открытой мишенью для обсуждений. — Хорошо, — Камилла тяжело вздохнула, — Что же ты узнала? — осторожно спросила блондинка, вытаскивая подругу из самобичевания. Ками очень не нравилась вся эта ситуация. Но раз она согласилась вникнуть во всю эту историю, она должна была знать подробности. Тем более, ответ мог оказаться гораздо важнее, чем сама попытка проникновения. Арья какое-то время молчала, собираясь с мыслями. Затем, наконец, заговорила: — Вон там весит. Куртка... — она кивком указала на кресло, где аккуратно лежала кожаная вещь. — Она была на Маркусе в ту ночь и в кармане, ну… Хранительница запнулась, пытаясь найти слова, которые не приходили. Камилла нахмурилась, почувствовав, как напряжение в воздухе становилось почти осязаемым. Внутри неё поднялся неприятный зуд предчувствия. Блондинка восприняла сигнал подруги и, не раздумывая, поднялась с места. Подойдя к креслу, она осторожно схватила куртку и, заглянув в карман, замерла. Внутри оказались окровавленные бинты, вдобавок, перепачканные какой-то черной непонятной жидкостью. Ткань на запах была очень… специфичной. Будто нечто затхлое смешали с чем-то металлическим. — Арья, что здесь происходит? — уже серьезным тоном спросила Ками, не отрывая взгляда от находки. Брюнетка, чувствуя, как её охватывает паника, через стол наклонилась к соседке, стараясь говорить спокойно. — Я не знаю, но… когда Маркус возвращался той ночью, он выглядел иначе, чем обычно. Как будто что-то произошло. Там. В секции. Камилла взглянула на подругу, в её серых, сейчас почти белых, глазах читалось смятение и страх. — Что ты имеешь в виду? — Не уверена, — прошептала Арья, — я просто не могу понять... Он не стал рассказывать, что произошло. Соседка глубоко вздохнула и, не отрываясь от бинтов, начала соединять факты. Она прекрасно знала, что Арья не остановится, пока не доберётся до истины. И хотя её беспокоило, во что это могло вылиться, она тоже понимала, что вмешиваться и останавливать девушку было бесполезно. Оставалось только поддержать подругу, даже если путь планируется тернистым. — Если говорить серьезно, нам нужно выяснить, где Маркус сейчас. Если он в беде... Мы не можем оставить это так. — Тогда… разберёмся вместе? — предложила брюнетка, протягивая руку через стол. — Вдвоем справимся быстрее. Камилла кивнула и, положив куртку обратно на кресло, крепко сжала ладонь подруги. Арья улыбнулась, впервые за всю беседу. Разговор с Ками помог немного отвлечься и собраться с мыслями. Положение у нее было по-прежнему шаткое, но рядом был человек, которому она могла довериться. И это было самое важное.

***

Маркуса не было уже вторые сутки. Исчерпав все надежды найти парня в каком-нибудь укромном углу особняка, они нашли только одну зацепку — таинственное вещество. Странная жидкость из секции – черная, липкая, как смоль, но с оттенком химической едкости, вызывающей мурашки по коже. Обсудив за чашкой горячего чая все детали произошедшего, девушки отказались спускаться на общий завтрак, решив провести это время более полезным для них образом. — У нас есть несколько часов до занятий, — начала блондинка, присев чуть ближе, чтобы поделиться своим планом. Арья идею одобрила мгновенно, и уже через минуту они вместе с Камиллой направлялись туда, куда привело их первое же предположение о месте, где можно было бы отыскать хоть какие-то сведения о таинственной субстанции. Их путь лежал в библиотеку хранителей — хранилище мудрости, способное пролить свет даже на самые сокровенные загадки двух миров: Кловера и Заграничья. Помещение до самого потолка было заполнено книгами и древними свитками. Воздух здесь давно пропитался ароматом старой бумаги, чернил и вековой пыли. Высокие стеллажи, заставленные древними фолиантами, тянулись вдоль стен, образуя настоящий лабиринт. Шаги девушек эхом разносились по пустым коридорам, усиливая ощущение одиночества и напряжения. Молчаливые, погруженные в собственные размышления и тревоги, они двигались вперед. Арья следовала за Камиллой, стараясь не отстать. Ее мысли вновь и вновь возвращались к Маркусу и Лео. Нужно было сосредоточиться на помощи другу, но недавнее ночное «недоразумение» с шатеном никак не давало ей покоя, мешая сконцентрироваться на своей основной миссии. Длинный дубовый стол, заваленный старинными книгами, стоял перед ними, словно островок знаний среди бескрайнего моря неизведанного. Камилла ловко перелистывала страницы, ее голубые глаза быстро скользили по строкам, выискивая малейший намек на информацию о странном веществе. Погружаясь в чтение, девушки делились своими находками и мыслями, но чего-то конкретного они найти так и не смогли. Время текло медленно, каждая минута казалась вечностью. Арья старалась сосредоточиться на задаче, но её разум снова и снова возвращался к Маркусу. Где он сейчас? Почему он до сих пор не вернулся? Что могло произойти в той секции? Вопросы кружились в ее голове, словно бесконечный мотив, лишавший покоя. С каждой минутой тревога лишь возрастала. Она пыталась взять себя в руки, но холодная дрожь беспокойства продолжала проникать в самое сердце. — Нет, ну так мы будем вечность искать нужную информацию, — простонала Камилла, уткнувшись головой в стопку толстых книг. После нескольких непрерывных часов поисков в её голосе явственно слышалась усталость. — И что ты предлагаешь? — с интересом спросила Арья, окидывая взглядом переполненное помещение библиотеки. Камилла слегка замешкалась, словно специально нагнетая напряжение. — Если хочешь быстрых результатов, нужно искать в правильном месте, — она сделала драматичную паузу, словно готовящаяся к великому открытию. — Там, где собрана максимальная информация, она уже отсортирована, лаконична и по делу. Думаю, пора заглянуть в Архив, Арья. — Тихо, — предостерегающе прошептала хранительница, — если мне пару раз позволяли заходить туда ради помощи с отчётами, это вовсе не означает, что я могу свободно войти и забрать половину секции. — О, да брось! Раньше тебе и в голову не приходило стесняться подобных вещей! — с усмешкой заметила Камилла, вспоминая две последние ночи из рассказов подруги. — Расслабься, ты ведь уже многому научилась! — Эй, ты должна была сражаться со злом, а не присоединяться к нему! — возмущённо воскликнула брюнетка. — Ну, я всего лишь предложила, — виновато подняв руки, оправдывалась блондинка. Однако договорить ей не удалось: массивные двери помещения скрипнули, открывшись, пропуская внутрь высокую статную женщину. — Арья Эленор! Вас просят пройти в приёмную директора, с вами желают поговорить. Хранительница бросила беспокойный взгляд на подругу и получила легкий ободряющий кивок в ответ. Быстро собрав свои вещи, Арья покинула библиотеку, проследовав за сопровождающей. Вышагивая по каменным коридорам Академии, Арья пыталась разгадать причину вызова к директору. Брюнетка старалась сохранять спокойствие, но тревога все равно пробивалась сквозь маску уверенности. В голове крутилось множество сценариев: от недавнего прогула с Алеком до странных обстоятельств с Маркусом. Ни одна из версий не внушала оптимизма. Сопровождающая молча вела её мимо классов, где ученики готовились к занятиям. Эхо шагов отдавалось гулким стуком в пустующих коридорах. Арья внимательно изучала фигуру женщины впереди — она была облачена в строго выутюженный брючный костюм, завершённый остроконечными туфлями на низком каблуке. Темно-каштановые волосы были собраны в аккуратный пучок. Арья отметила, что хотя встречала многих преподавателей и сотрудников академии, эту женщину она видела впервые, однако её уверенная осанка и безупречный внешний вид говорили сами за себя. Наконец, они достигли двери приёмной директора. Сопровождающая деликатно открыла дверь, приглашая Арью войти. Кабинет директора не отличался уютом и теплом. Свет был приглушен, а тяжелые бордовые шторы плотно задернуты, не пропуская солнечный свет внутрь. Брюнетка прошла вперед, обходя небольшой кофейный столик из темного мрамора, присаживаясь на кожаный диван позади, ожидая… В приёмной царило необычное ощущение пустоты, словно здесь никто и не работал. Никаких бумаг, минимальное количество личных вещей, а на книжных рядах ровным слоем лежал толстый слой пыли. Похоже, Директор Зальцман не проводил здесь много времени, вопреки ожиданиям Арьи. Вскоре тяжёлая дверь вновь распахнулась, впустив запыхавшегося Алека. Парень облегчённо выдохнул, встретив знакомый взгляд в этой строгой атмосфере. Скрестив руки на груди, сноходец неспешно приблизился к девушке, остановившись всего в нескольких шагах. — Ты тоже здесь? — больше как уточнение, нежели вопрос задала хранительница. — Забрали прямо с фехтования, у нас сегодня были дополнительные тренировки, — пояснил кудрявый. — Какие у тебя ставки: отчитают за прогул или предстоит «увлекательный» допрос о Маркусе? — тихо поинтересовалась Арья, заметив, как при упоминании имени друга лицо Алека напряглось. — Сна мне не видать, ставлю на оба варианта разом! — усмехнулся парень, но привычной искры веселья в его карих глазах Арья не уловила. — Удалось что-нибудь узнать? Алек опустил взгляд, словно ему было неудобно отвечать. — Увы, ничего конкретного, — признал он. — Лишь слухи. Говорят, что Маркус вычистил секцию и исчез. Арья понимающе кивнула, принимая новость. Она и сама прекрасно осознавала, насколько нелепо выглядела вся эта история со стороны. Гадкие сплетни неизбежно должны были всплыть. Они сидели рядом, каждый погружённый в собственные раздумья. В лаборатории что-то произошло. Что-то странное. Но никто даже предположить не мог, что казалось бы безобидная шутка обернётся таким переполохом. — Мисс Элинор. Мистер Дайвуд, — прозвучал глубокий голос директора Аларика Зальцмана, заставивший обоих подростков мгновенно обернуться. Мужчина появился из небольшого помещения в глубине кабинета, предположительно архивной комнаты. В руках он бережно держал толстую папку. Девушка едва заметно кивнула, наблюдая, как директор неторопливо направляется к ним, держа папку с характерным хрустом бумаги. Взгляд его холодных серых глаз, усиленных широкими линзами очков, пронизывал насквозь. Казалось, его глаза излучали холодное белое сияние. — Благодарю вас за то, что нашли время прийти на беседу, — директор опустил папку на стол с легким хлопком, после чего занял своё место. — Вы попросили нас зайти, — нарушила молчание Арья, ощущая, как под взглядом директора по коже бегут мурашки. — Верно. Знаете, Академия всегда беспокоится о благополучии своих студентов, особенно тех, кто демонстрирует выдающиеся способности. И вы тоже всегда были в их числе, — продолжил Аларик Зальцман, снова сверкая своими ледяными глазами. — Итак, — начал он после короткой паузы, тщательно артикулируя каждое слово, — скажите, пожалуйста, когда вы в последний раз видели мистера Брейна? Вопрос повис в воздухе, вызывая легкое подрагивание века у Арьи. Её горло внезапно пересохло, и слова застряли в нём, отказываясь выходить наружу. Вместо ответа она лишь опустила глаза, избегая прямого зрительного контакта с директором. — Я не видел его с последнего раза, — неожиданно взял инициативу в свои руки Алек, демонстрируя уверенность. — Когда именно это было? — уточнил директор, продолжая наблюдать за юношей. — В последний раз, — повторил Алек, сохраняя полный контроль над выражением лица. Несмотря на внешнее спокойствие, он также ощущал нарастающее напряжение. Весь диалог до сих пор носил характер вводной подготовки к гораздо более серьёзным и провокационным вопросам. Признание всей правды означало бы признание в соучастии с Маркусом, а это подвергло бы их риску отчисления — перспектива, которой Алек явно опасался. Аларик прищурился, пытаясь разглядеть истинные эмоции, скрытые за уверенной маской юноши. — Это не игра, — строго заметил он. — Для нас крайне важно знать, что произошло. Если вы что-либо знаете, лучше поделиться информацией сейчас. Алек громко вдохнул воздух, чувствуя, как холод пробирает его тело с каждым словом. Арья же не могла поднять голову, концентрируясь на отпечатках своих кроссовок на полу. Им следовало рассказать всю правду, но страх буквально разрывал ее сердца. — Не помню, — наконец прошептала Арья, заметив в глазах директора тень сомнений. — Мы были с ним вечером, два дня назад, а потом он ушёл... — Ушёл? — перебил её директор, наклоняясь вперёд. — И вам не пришло в голову выяснить, куда он отправился? Брюнетка, чувствуя, как её версия событий теряет стройность, крепко сжала края своего свитера. Ответом на её внутреннее напряжение стало внезапное наступление тишины, когда все взгляды обратились на неё. Алек внимательно следил Арьей, понимая, что решение должно быть принято незамедлительно. Рассказать правду и оказаться в центре этого конфликта или попытаться скрыть увиденное? — Мы не знали, — еле слышно сказала она, поднимая взгляд на мистера Зальцмана. — Всё произошло... спонтанно. Он просто ушёл, и мы... мы не предполагали, что всё зайдёт так далеко... Взгляд учителя оставался непреклонным. Он не спускал глаз с молодых людей, пытаясь прочитать их эмоции. На миг в его глазах промелькнула неуверенность, но затем он снова надел маску строгого руководителя. — Арья, это не просто «не знали», — его голос стал ещё более резким. — Сейчас требуются ваша искренность и откровенность. Если вы что-то скрываете, это может привести к опасным последствиям. Лаборатория перевернута вверх дном, а студент бесследно исчез. Чувство вины стремительно росло внутри девушки. Она повернулась к Алеку, чьё лицо оставалось равнодушным, но в глазах ясно читалось одно — «Молчи!». Сноходец слегка качнул головой, его голос был почти неразличим. — Мы не замечали ничего странного... По крайней мере, тогда. Клянусь. Молчание Арьи подтвердило его слова. Однако в воздухе витала неопределённая угроза — ложь легко рассказывалась, но последствия могли оказаться непредсказуемыми. — Мы видели его примерно в восемь вечера, — добавил кудрявый, пытаясь сохранить уверенность. — Просто гуляли по кампусу, а потом разошлись по своим комнатам. Аларик нахмурил брови, явно сомневаясь в достоверности их слов. Он внимательно посмотрел на юношу, а затем перенёс взгляд на Арью. — И вы подтверждаете слова вашего друга? Хранительница с трудом сглотнула накопившийся комок в горле и едва слышно ответила: — Да, я тоже видела его тогда. Мы просто немного поговорили, а потом разошлись. Преподаватель ещё пару мгновений продолжал изучать их лица, словно пытался проникнуть в самые глубины их мыслей. Затем, тяжело вздохнув, сказал: — Ладно. Если вспомните что-то ещё, немедленно сообщите мне. Нам нужно найти Маркуса, пока не стало слишком поздно. Друзья встали со своих мест и направились к выходу. Но прежде чем покинуть кабинет, директор задержал Арью: — Ах да, мисс Элинор, постарайтесь выбирать для ваших прогулок по территории Академии более подходящее время... и более подходящие места. Услышав эти слова, девушка молча кивнула и поспешно покинула помещение.