Машка

Машка.     Раньше мы с подругой Катей думали, что люди бывают либо хорошие, либо плохие. И различать их очень просто: как в сказках, кто добрый и красивый, тот и хороший, и обязательно счастливый сам, и умеет делать счастливыми других, всегда приходит на помощь и не бросает в беде. А кто злой, тот и плохой, уродливый и несчастный. Вот так и жили в нашем воображении хорошие и плохие люди, никогда не смешиваясь, как вода и масло, делая нашу жизнь простой и понятной.     Но был человек, который вносил смуту в наши детские понятия — это Катин отец. В нашем небольшом городе он был скандально известен; о нём вечно шептались наши мамы, называя его непонятными для нас словами: «но какая харизма и невозможная сволочь». Когда в доме собирались гости, Катин отец всегда был в центре внимания, его хотелось слушать, так интересно он говорил. Но потом он обязательно напивался пьяным и с кем-нибудь ссорился, иногда дело доходило и до драки. Так вот, мы дружили с Катей и её младшей сестрой. Я часто бывала у них дома. Девочки боялись отца до дрожи. Он не бил дочерей, но от этого им было не легче. Поскольку мы много времени проводили вместе, то и мне частенько от него доставалось. Он никогда не кричал, говорил ровным спокойным голосом, но уже через минуту ты начинал чувствовать себя неправильным, бесконечно виноватым во всём и ненужным. Это было мутно, душно, тяжело, невыносимо. Но рассказать я хочу о другом.     Отец Кати любил бывать на природе, хорошо ориентировался в лесу, был знатным грибником. И часто брал с собой дочерей и меня. Он умел быстро обустроить пространство вокруг, сделать наш маленький мир уютным. Всегда, даже в дождь, обязательно разжигал костерок, сооружал небольшой шалашик для нас. Мы пекли картошку, пили чай и болтали. Бывали счастливые дни, когда, пребывая в хорошем настроении, он рассказывал всякие истории, чаще всего пересказывал книжки о приключениях. Слушать его мы могли часами.     В один такой день, в самом конце сентября, мы последний раз перед зимой пошли на речку. На лодке переправились на ту сторону, нашли подходящее место и стали обустраиваться. С нами была их сиамская кошка Машка. Всё было, как обычно. Мы у костра, Машка то с нами сидела, то шарилась по кустам. Завечерело, и мы стали собираться. И тут поняли, что Машки нет, исчезла. Долго её искали, уже и темно, и дождь пошёл. Вернулись домой одни. Расстроенные, убитые. Потом началась учебная неделя, и Катя посетовала, что отец, вроде как, забыл об этом случае. Но в воскресенье он стал куда-то собираться, надел сапоги.     Мама спросила, куда это он? Он сказал, что пойдёт Машку поищет. Искал и не нашёл. И каждое воскресенье отец Кати ходил искать Машку, но всё безрезультатно. Прошёл октябрь, снег первый выпал. Все решили, что пропала кошка и сильно горевали. Подошло очередное воскресенье, но в этот раз отец Кати собрался идти с друзьями в баню; он сказал, что уже холодно, лодочная станция закрыта, у него сильно болит спина, да и вообще шансов найти Машку уже никаких. Катя в слёзы, давай его просить: мол, папочка, ну пожалуйста, последний раз, вдруг она живая и ждёт нас. Побурчал отец, но всё же пошёл. Вернулся с Машкой: грязная, тощая. Рассказал, что сидела она на старом нашем кострище. Как же мы все были счастливы и благодарны этому человеку.     Вскоре родители Кати развелись. Прошло много лет, но каждый раз, когда мы с ней встречаемся и вспоминаем наше детство и юность, Катя всегда говорит о том, как отец учил её читать, как носил на плечах по лесу и показывал съедобные грибы, объяснял, как их собирать, как строил дом на дачном участке и как спас Машку, а всё остальное, больное, тяжёлое осталось там, в прошлом, и его затянуло дымкой времени.