52. Выстрел

Внимание! Начиная с этой главы, дальнейшее повествование будет вестись так же от лица Адама. 29.08.2018. Осталось 52 дня. Я проснулась резко. Ощущение, будто кто-то вырвал одеяло, а в груди всё жгло. Это была не просто тревога, это была какая-то глубокая, первобытная паника. Я не могла избавиться от звуков вчерашнего разговора с Адамом, они эхом отдавались в голове. Села на кровати, оглядывая комнату. Рука машинально потянулась к тумбочке, но дневника там не было. Удар по груди. Сначала я подумала, что ошиблась. Оглянулась под подушку, проверила все на ощупь – пусто. В горле что-то замерло, и я почти не почувствовала, как вскочила и начала лихорадочно искать его. В шкафу, ящиках, бельевом комоде... Он исчез. Мир исчезал. Паника нарастала. Я не могла подумать о том, что я могу потерять то, что для меня было важнее всего. Где он?! — Нет, нет, нет... — я шептала, почти вырывая коробки с полок, шаря под креслом. Где он?! Мой дневник был единственным местом, где я могла быть собой, единственным убежищем. Мои самые потаённые страхи, чувства, мысли... И теперь его нет. В груди что-то пронзило, и в одно мгновение я поняла: это он. Это Адам. — Нет, не может быть... — я прошептала, но внутри уже знала. Он забрал его. Он читал меня. Я развернулась и побежала, едва не поскользнувшись на ковре. Сердце билось в груди, словно сейчас вырвется наружу. Кабинет. Дверь слегка приоткрыта. Он сидел в кресле, держал мой дневник в руках, пальцы лениво перебирали страницы. Его взгляд скользил по буквам с интересом, но не поднимался ко мне. Я остановилась на пороге, не в силах двигаться. Я ощутила, как сжимаются кулаки. — Ты... — голос подкашивался от ненависти, — Как ты мог?! Он поднял взгляд только когда я заговорила. Его лицо было спокойным, почти безэмоциональным. Но глаза — в них было что-то тёмное, скрытое. — Уже проснулась? — сказал он, голос звучал сухо и с холодной издёвкой. — Хорошо, что ты пришла. Я как раз дочитывал твои восторженные воспоминания о дне. Мои глаза быстро наполнились слезами. Это было хуже, чем если бы он ударил меня. — Отдай! — я бросилась к нему, но он удерживал дневник высоко, так что я не могла дотянуться. — Любопытное чтиво, — насмешливо произнёс он, не сводя взгляда. — Особенно о том, как ты ненавидишь меня и мечтаешь убежать. Ты такая милая, когда плачешь. Прямо как в своих записках. У меня все потемнело в глазах. Он знал все мои секреты. Всё, что я скрывала. Всё, что я так отчаянно пыталась скрыть от него. — Ты... мерзавец! — ярость взорвалась внутри, и я не смогла сдержаться. Замахнулась и ударила его по щеке. Звук был резким. Он дернулся, но не двинулся. Только сжал челюсти. — Ты говоришь о предательстве? — его голос стал опасно низким. — Забыла, как ты оказалась здесь? Твои родители продали тебя, Алисия. Ты моя, понимаешь? Мне стало трудно дышать. Его слова разрывали меня изнутри. Я пыталась ответить, но не могла. Он подошёл ко мне, его ладонь обхватила моё запястье и притянула меня к себе. Я едва держалась на ногах. — Ты думала, что можешь что-то скрыть? — он наклонился, его дыхание было мне слишком близко. — Ты не можешь меня обмануть. Я читаю тебя. Лучше, чем ты сама. Я замерла. Он наслаждался этим. — Отдай... — выдохнула я, не в силах даже выкрикнуть это. Он наклонился ближе, его губы коснулись моего уха. — Проси. Проси по-настоящему... Я почувствовала, как дрожу не от страха, а от ярости. От того, что я не могу взять контроль. Я не могла понять, что со мной происходит. Это было больнее, чем всё, что он мог бы мне сделать. — Ты чудовище. — Эти слова были словно последний выстрел. Он тихо засмеялся, его улыбка была холодной. — Я знаю, Алисия, — его губы прошлись по моей коже, и я не могла больше сдерживать ни чувства, ни ярость. — Но скажи мне, каково это — знать, что ты всегда раскрыта для меня? Что я читаю тебя, как открытую книгу? Я больше не могла терпеть. Мгновенно вырвала дневник из его рук и, не думая, выбежала из кабинета, захлопнув дверь так сильно, что вся обстановка затряслась. Руки всё ещё дрожали, но теперь не от гнева. Я понимала, что мне нужно что-то делать с этим. Он был в моей голове. Он знал меня лучше, чем я сама. Коридоры как будто стали длиннее, каждый шаг отдавался болью в груди. В голове осталась одна мысль: «Он украл мою душу. Мои тайны.» ... Остаток дня я не могла отойти от шока. Дневник был спрятан, но тревога не отпустила. Я знала, что это не конец. Время шло, и я понимала: между нами была установлена новая черта. И этот момент был не только его, но и мой выбор. Адам Я чувствовал её ярость. Она впервые ударила меня. Но в её глазах я видел не только гнев — я видел её страдания. Те, что она прячет. Слёзы, что она не позволяет себе пролить, её отголоски боли. Я мог бы остановить её. Я мог бы что-то сказать. Но я ничего не сделал. Я сидел в кресле, ощущая жар от её удара. Моё лицо горело, но я не чувствовал боли. Вместо этого я пытался понять, почему мне всё это не так уж и безразлично. Всё, что она делала, казалось мне частью какого-то более глубокого процесса. Я знал её, знал её слабости, даже прежде чем она стала моей. Но теперь... теперь я не знал, что с этим делать. Она была продана мне. Это было сделано давно. Я изучал её ещё до нашей встречи. И теперь, я знал, что могу делать с ней всё, что захочу. Я думал, что я её контролирую, но... Я был сбит с толку её взглядами. Сломлен тем, что она может уничтожить меня, даже не прикасаясь. Я чувствовал, как её слова тронут меня. И мне это было... невыносимо. Я поднялся и проводил рукой по лицу. Это было не просто чувство пустоты. Это было нечто большее. Я знал одно. Что-то изменилось. И в тот момент, когда она отвернулась — я понял, что для меня это была не просто игра. Это стало чем-то гораздо более опасным. То, без чего невозможно дышать.

Продолжение следует...