46. Ты - жертва или хищник?

Новый день – новые неожиданности. Приятного чтения🍃 04.09.2018. Осталось 46 дней. Адам Телефон лежит в руке тяжелым грузом. Словно граната, готовая прямо сейчас рвануть. Экран треснул после вчерашнего разговора. Но его нет смысла менять. Сейчас я хочу просто уничтожить этот проклятый мобильный. Я бешусь, смотрю на звонок. Имя, которое не видел годами, снова всплыло — Дерроу. — Дерроу в городе, — голос на другом конце звучит напряжённо. — И не один. Он пришёл не просто заявить о себе. Он пришёл брать. — Если он посмел ступить в Веридию, то знал, на что идёт. Сукин сын! Мой кулак прилетает прямо в стену. Боль в костяшках отдает неприятным жжением и желанием бить дальше. Ещё и ещё. — Он говорит, у него есть кое-что на тебя. Ценные записи. Свидетели. Серьёзные люди... Я отхожу от стены, проходя по кабинету с медленным звериным шагом. Щёлкает кнопка зажигалки. Пламя на секунду освещает моё лицо. Сигара трещит в пальцах. — Я заплачу вдвое. Но если он заговорит – ты умрёшь первым. Я отключаю вызов. Смотрю в окно. А за ним всё, что я строил годами. И всё, что может рухнуть от одного слова... Алисия Я просыпаюсь с лёгкой болью в висках. Сны были странные, несмотря на то, что уснула я спокойно. Слишком много видений, полутонов, криков, телефонных разговоров сквозь стены. Я чувствовала – Адам во что-то вляпался. Внизу гремит посуда. Я тянусь к комоду, натягивая на облегающую ночнушку тонкий кардиган, и спускаюсь по лестнице. Он в кухне. Не замечает меня сразу. Рубашка расстёгнута у горла, галстук болтается. Глаза красные, дикие. — Ты плохо спал. — констатирую я. — А ты слишком много наблюдаешь, — жёстко отрезает он, оскалившись. Я замедляюсь, но не ухожу. Он разворачивается ко мне, медленно подходит. И вдруг ощущение пальцев на подбородке. Холодный, быстрый поцелуй в лоб... Даже от такого действия я не почувствовала ничего теплого. Это выглядело словно простой жест, чтобы заткнуть мой рот. — Остаться дома сегодня – не лучший из вариантов. — Что-то случилось после вчерашнего звонка? И я не должна об этом знать, верно? Он молчит. Лишь одобрительно кивает. Затем быстро разворачивается. Берёт ключи от машины и уходит. Я остаюсь стоять одна посреди светлой кухни. Как обычно. Адам Я мчался по трассе. Сократив расстояние в два часа почти на половину. Приехал в старый промышленный район Веридии. Здесь, по моим сведениям, состоится встреча. В этом месте уже давно не ступала нога закона. Злые собаки, запах ржавчины и бензина. Бомжей – и тех не было. Дерроу уже стоит в ожидании, прислонившись к бронированной машине. Всё тот же взгляд. Всё та же едкая ухмылка. — Ого-го! Не ожидал, что приедешь лично, Адам. Наверное всё та-а-к серьезно, что запахло жареным и ты соизволил явиться? — Если бы я хотел тебя убить прямо сейчас, придурок, ты был бы уже мёртв. — Ты мог хотя бы попытаться, — сымитировав грусть он медленно достал папку. — Но я предлагаю выгодную сделку. Ты же любишь сделки?) Дерроу враждебно ухмыльнулся, сделав шаг навстречу. Мои руки невольно сжались в кулаки. Я был очень зол. — Либо ты возвращаешь мне моё, Адам, либо это уходит в прессу. И не только туда... Я смотрю на его руку. Папка в ней – ключ к разрушению моей жизни. Он всё ещё игрок. Всё ещё гад. — Ты совершил ошибку, придя сюда один. — отвечаю я привычно холодно. — А ты – создал слишком много врагов, друг... Алисия Я провожу день сначала в бассейне, затем в тренажерном зале, в библиотеке и даже в мини кинотеатре особняка. Странно, но сегодня мне ничего из этого не хочется. Я брожу бесцельно по дому в поисках чем себя занять. Тогда в моей памяти вспыхивает рояль. Я прохожу в комнату, сажусь за инструмент. Он мне не чужд, но именно сейчас мне сложно с ним совладать. Пальцы дрожат вместо привычного напряжения. Решаю для разогрева сыграть простую мелодию. Но и она звучит неправильно. Как будто дом выучил мою тревогу. И повторяет её в аккордах. Решаю не бросать это дело. Всё равно мне нужно убить время до прихода мужа. Раз за разом я бьюсь над звучанием. Корректирую и исправляю ошибку за ошибкой. Через несколько часов игры понимаю, что лучше звучать не стало, а вот мои пальцы познали предел. Пора отдохнуть. ... В 7 часов вечера домой ворвался Адам. Запах дыма от одежды. Сигарета. Агрессия. Он кидает пиджак на кресло. Забегает в комнату и с грохотом захлопывает за собой дверь. Я, до этого стоящая почти у входа в спальню, пулей влетаю туда и тоже закрываю дверь. Пора бы выучить простое правило: когда Адам зол – стоит сидеть в тени и не высовываться. ... Через 2 часа на улице стемнело окончательно. Я тихо сижу в своей комнате и занимаюсь разными делами. Читаю, рисую, разбираю одежду. 20 минут назад ко мне заходила Мария, чтобы забрать стирку. Всё как и всегда. Без суеты. Но вдруг, привычную тишину нарушает стук в дверь. — Алисия. Я могу войти? Я округляю глаза. Адам. Уже собираюсь впустить, как вдруг понимаю, что стою в одном белье. Начинаю судорожно искать одежду, чтобы прикрыться, но вспоминаю, что Мария всё забрала. А чистая ночнушка находится на верхней полке шкафа. Без стула не дотянуться. Тем временем стуки в дверь продолжаются. — Алисия? — Да, да! Секунду! Я быстро подставляю стул и запрыгиваю на него. Но неожиданно дверь в спальню начинает медленно открываться. — Алисия, я... Пауза. Адам неуверенно заглянул в комнату. Мы удивленно смотрим друг на друга. Он – ошарашен моим видом. Я – тем, что меня в нем увидели. Вдруг, удивление заменяется на крик: — Отвернись! Он покорно поворачивает голову в бок, закрывает глаза и продолжает стоять в проеме. Я судорожно хватаю первую попавшуюся одежду, слезаю со стула и набрасываю её поверх белья. — Можешь повернуться обратно...— почти шепотом произношу и Адам слушается. Я невольно краснею. Замечаю, что он стал тяжелее дышать. И прежде, чем я успела задать интересующий меня вопрос, замечаю его стеклянный взгляд. — Адам, ты...пьян? — Я... Муж подходит ближе. Мне в нос стойко ударяет запах виски. Я чувствую, как он странно напряжен рядом со мной. — Ты такая красивая в одном белье, — говорит спокойно муж, слегка улыбнувшись. Это звучало очень искренне. Будто в том, как он меня застал – и правда не было ничего такого. — Ты даже когда пьяный выглядишь опасно. — Я всегда опасный. С этими словами муж неожиданно хватает меня за талию и грубо притягивает к себе. Быстро. Жестко. Его взгляд изучает мое тело, словно на мне до сих пор ничего нет. Неожиданно для себя, чувствую странное уплотнение в его брюках. Он что...? Холодный янтарь в глазах. Блеск. И всё же, дрогнувшее дыхание на моей шее – как клеймо, чтобы настырный жест наверняка отпечатался в памяти. — Алисия... ты же хорошая девочка... Молчание. Долгая пауза, которая заставляет нервничать ещё больше. Я невольно сглатываю. — Ты не должна вмешиваться в мои дела. Не пытайся понять ничего. Я вижу...ты просто не готова. Его голос – почти рычание в ухо. Басистое, грубое. Но очень внятное, как для человека, который наверняка не мало выпил. — Но ты сам даешь мне возможность это сделать, Адам! Теперь мы стоим молча. Лицом к лицу. Он наклонен так, что мы сейчас на одном уровне. Стеклянный взгляд, но слишком ясный. Это заставляет задуматься, пьян ли он вообще. — Завтра всё может очень измениться. — А если уже изменилось? Пауза. — Что если... изменились не только обстоятельства... А я сама стала другой? Он не отвечает. Только внимательно смотрит в глаза, пытаясь угадать, говорю ли я правду. У меня же возникает ощущение, что выпила так много я, а не он. И теперь это меня пытаются раскусить. — Ты должна ещё раз всё взвесить, глупая лилия. «Что он только что сказал? Глупая лилия?» Я невольно приоткрыла рот от удивления. Но вновь не успела ничего сказать, потому что Адам резко отпустил меня, развернулся и пулей вылетел из комнаты. — И что это сейчас было?... Спрашиваю я у себя, понимая, что никто мне не ответит. ... Ещё через 2 часа, уже перед тем, как лечь спать, прокручиваю в голове события вечера. Взгляд, жесты, мысли. Его... возбуждение. Видно было, что Адам перебрал с алкоголем, но тогда почему у него такие ясные глаза? Вспомнит ли он на утро, что было между нами? Или это просто нелепое совпадение и мне нужно об этом забыть? Я откидываюсь на кровать, предварительно погасив свет. Мысли скачут, как кони. Я же и не пытаюсь их приручать. С каждым днём я всё ближе к пропасти, но и всё ближе к Адаму. Быть мотыльком у костра – это обязательно сгореть в его огне. Но что делать, если я хочу быть этим огнем? Что делать, если я сама хочу жечь, а не обжигаться? Я живу с человеком, которого боится мир. С человеком, которого боюсь я – и всё же ищу глазами каждое утро, гадая, чего же сегодня ожидать. Что если это всё – и есть те самые ходы, которые он разрешает разгадывать? В любом случае нужно перестать думать об этом и скорее заснуть. К тому же, из слов Адама я поняла, что завтра стоит ожидать большого сюрприза. А я так ненавижу сюрпризы.

...