Часть 2

Я тихо выхожу из комнаты, чтобы не перебить сон, а на пороге меня встречала немного пьяная Вика и целует в губы. Она сначала смотрит на меня, а после, испугавшись, извиняется. - Прости, Райан, - бурчит она. - Ты так похож на Виктора. Когда я вспоминаю его то представляю всегда тебя. Ещё раз прости. - Тебе не за что извиняться, - я чмокаю её в щёчку.            А после собираюсь уходить. Вика провожала меня до дверей. - Соседи думают, что ты ко мне приходишь. А я и не опровергаю. Странно было бы если бы ко мне никто не ходил, - проговорила она. - Ты можешь приходить когда угодно. Мой дом всегда открыт. - Пока, - я говорю и выхожу за дверь. Я вспоминаю слова Жазиры, о том что я тусуюсь с тёлками. И мне немного неудобно. «Поцелуй ведь это не измена», сам себя убеждаю я. Но совесть передавливает. «Пора найти для Вики парня», думаю я, садясь в каршеринг. «Прости Виктор, она одна почти 4 года. Всё рано или поздно должно уйти. Вот и ты ушёл. Нет, ты не ушёл, а остался жить в её малышке. Стоишь там небо держишь на каменных плечах хэ-хэ». Я улыбаюсь, подъезжая к дому. Подходя к своей квартире и чувствую в кармане вибрацию телефона. - Алё, - мгновенно беру трубку, ведь звонит Жазира. «Почувствовала сучка, что я с другой поцеловался», подумал я и улыбнулся. - Ты дома? Может приедешь? А то мне скучно, - сюсюкалась Жазира в трубку. - Конечно, хоть сейчас, дай только выгулять собачку. - Блин, у тебя ж собака. Нахрен она нужна? Только гулять её каждый день. – Не говори так, Тиран мой лучший друг. - И это странно, - нахмурилась Жазира. – А может сходим в клуб? Сегодня приезжает столичный диджей. - А как же твоя простуда? - Не очень я ходок по клубам. - Я выпила лекарство. Скорей гуляй свою собаку и приезжай, целую, жду, - строго добавила она. - Люблю, целую, - я отвечаю в трубку и открываю дверь. - Ко мне, дурак, идём гулять, - зову собаку, а он не идёт. Тиранчик сутки дома сам, но он встречать меня не вышел. - Ты где там подевался? - Хожу я по квартире, ищу своего пса. Как обнаруживаю его в том самом месте где оставил. Он всё так же лежит на покрывале, поджав ушки. Он радостно виляет хвостиком, но встать не может. - Идём гулять! Скорей! - Пытаюсь подзадорить я собаку. - Ау-ау-ау-ау! - Постанывает он, но не встаёт. - Идём скорей, меня там ждут, - по-быстрому цепляю на него ошейник и тащу за собой. - Ау-ау-ау-ау, - собака поднимается, но не идёт. Стоит как вкопанный, волочит ноги. - Пошли, сказал! - В моём голосе звучит сталь. И пёс болезненно ковыляет за мной. Я никогда его таким не видел. Пока мы дошли до двери он трижды выл. С какой-то дикой болью переступил порожек. Я потянул его сильнее. - А-а-а-а-а-а! - Он заорал, как человек. И весь затрясся. В его глазах я вижу боль. Я поднимаю его на руки, спускаю вниз и ставлю на газон. - Быстрее кончай свои дела, - и он как будто бы меня услышал. Согнулся весь, и помочился прямо под себя. Потом понюхал то что получилось и стал закапывать своим огромным носом, сдирая на нём кожу до крови. - Не надо здесь закапывать, пошли, - тяну я псину за собой. И в эту же секунду, как некстати, приходит сообщение от Жаз. «Не опаздывай», и поцелуйчик. - Давай быстрей, Тиран, - настаиваю я. Собака ходит еле-еле, всё время за собой волочит ноги. Чуть что так сразу стонет. Минуты идут одна за другой, а он всё никак не может посрать. И наконец он сел на уголочек клумбы. Я взял пакетик и собрал собачий гумус, а после бросил в урну. - Ну а теперь пошли домой, - тяну его за поводок, собака не идёт, а только стонет. - Ау-ау-ау-ау! - Чтобы это было в последний раз. И только потому, что меня там ждёт Жазира. Беру его на руки и отношу домой. Кладу на его место и ставлю корм, к которому он за день так и не прикоснулся. Я забегаю в душ. Мне надо на свидании хорошо пахнуть. Я чищу зубы целый час. Не как обычно, а реально тщательно и долго. С отбеливателем. Не дай Бог Жазира разглядит во мне неидеальность. После душа я тщательно вытираюсь полотенцем и уже хочу одеваться, когда внезапно кафель уходит из-под ног. Я не понимаю, как это происходит. Как будто я стою на скейтборде и он куда-то уезжает, а я остаюсь. Всё случается так быстро, и через мгновение я уже на полу. Лежу и смотрю на медленно текущую воду из открытого крана. Я пытаюсь встать, но рука намертво затекла, она не двигается, зато по ней болезненно растекаются покалывающие импульсы. «Что случилось? Меня ударило током? Я потерял сознание? Я поскользнулся? Что?» Ничего не понимая, пытаюсь встать, пошатываясь иду в комнату. Там телефон разрывается. Беру его дрожащими руками. Я только сейчас понимаю, как сильно трясутся руки. Голова раскалывается. Я прикасаюсь к затылку и нажимаю кнопку принять вызов. - Алло, - произношу я не своим голосом. - Ты где пропал!? Ты что там от меня морозишься!? По-моему мы договаривались всегда брать трубку. Заметь, это ты говорил, а не я. - Я был в ванной. - Целый час?! Ты что там с кем-то трахался!? Весь день с какими-то тёлками провёл, а сейчас домой их притащил!? - Я был у Вики, ты её знаешь, - бормочу в ответ, а сам не понимаю что творится. Перед глазами всё плывёт. Трясутся руки. - Сюда, сказала! Быстро! - Беленеет от ярости Жазира. – Одна нога здесь другая там. - Сейчас, - кладу я трубку и тут же начинаю одеваться. В глазах двоится. Всё внутри гудит. Какое-то необъяснимое ощущение. «Что со мной случилось? Что произошло?» Пытаюсь я понять но не нахожу ответа. Надеваю новое бельё, рубашку, брюки, Оурен Бласы. А в голове как будто что-то тикает и отдаёт в висок. Не застегнув рубашку, подхожу к зеркалу. В глазах я вижу кровь, порвались капилляры. - Вот это навернулся, нужно быть осторожней, - пытаюсь улыбнуться, но не получается. Достаю капли для глаз. Я часто ими пользуюсь, после бессонной ночи. Закапываю в глаз, он вроде как становится светлее. - Что это было, блядь!? - Я подхожу к окну, беру графин отстоянной воды и поливаю плутонианский фикус. Я помню как его купил. - Когда найдёте себе дом где захотите провести остаток дней, посадите его у порога. Он принесёт вам счастье, - сказал мне ушлого вида продавец. А я тогда подумал. «Зачем цветы, я подарю Жазире фикус». И подарил. Припёрся с ним вместо букета. По правде Жаз не заценила. Она конечно же сказала мне спасибо, но поставила его в тёмном углу комнаты. За месяц он почти зачах, и я забрал его себе. Здесь он расцвёл на отстоянной воде из крана. Я даже никаких удобрений ему не приносил. Не зря говорят, что плутонианская растительность самая стойкая в галактике. Вот и сейчас он здесь стоял как напоминание о нашем с Жаз будущем доме. Его нужно только поливать. Главное не забывать. Я надеваю туфли из кожи вуратора и тёмные очки. Я в них всегда хожу даже ночью. Тем более у меня сейчас в глазу какая-то фигня. Не хочу пугать свою девушку. Я подхожу к двери и слышу пронзительной собачий вой. Я поворачиваюсь и смотрю на Тирана. Пёс дрыхнет, но ему больно и он скулит во сне. - Завтра повезу тебя к ветеринару, если за ночь не оклемаешься, - говорю ему и закрываю дверь. Внизу меня уже ждёт каршеринг. Я заказал подгон к подъезду, чтоб Жаз не слишком заждалась. Моя малышка ненавидит ждать. А кто любит? Сажусь за руль и еду сразу к ней. А по пути звоню. - Алло, - я слышу в трубке её пафосный голос. Не люблю когда она такая. - Я подъехал, - говорю, хоть мне ещё квартала три. - А кто это? - Ты знаешь кто, спускайся. - Ладно, - так отвечает, будто делает мне одолжение. Я знаю, моя бусечка не может долго злиться. Но хорошо бы ей понять и мою ситуацию. Ведь я же не нарочно споткнулся в ванной. «Надо будет купить туда коврик, чтобы она так не споткнулась». Едва я подъезжаю к её подъезду, дверь открывается и на пороге появляется она. Жазира великолепна, как всегда. Пышная укладка каштановых волос, сверкающих в лучах неонового света. Белоснежная улыбка, оттеняемая её огромными глазами и шикарными ресницами, словно опахала. Жас не выходит из дому не накрасившись. На ней 3 тонны штукатурки. Белая блузка с глубоким декольте и меховая накидка. Эт я ей подарил. В ней она как натуральная принцесса. Короткая джинсовая мини, и бесконечные ноги на высоченных шпильках. Каждый раз, когда я вижу её ноги, у меня замирает сердце. Её пухлые, влажные от блеска, слегка приоткрытые губы. На них нет улыбки, лишь холодное чувство собственного достоинства. Я выхожу из машины во всё ещё не до конца застёгнутой рубашке. Но лёгкая небрежность мне к лицу. Я улыбаюсь ей на все 32 зуба. А после открываю для любимой дверцу. - Присаживайся, - беру её за ручку и слегка целую в щёчку. Жазира в образе. Из которого него она никогда не выходит. Она пафосно ставит в машину свою шпильку и лишь потом садится. Я оббегаю машину по кругу и сажусь со стороны водителя. - Ты где так долго был!? - Звучит её вопрос. Она не улыбается, вопрос серьёзный. - Споткнулся в ванной. Вот, смотри, - спускаю очки и показываю ей глаз с лопнувшим капилляром. - Жесть, - присматривается ко мне Жаз, а после добавляет. - Надеюсь ты в порядке? - В полном, - я завожу авто, и мы срываем с места. С ней рядом меня тянет погонять. А ей нравится постоянно сидеть в своём смартфоне. Мы ни о чём не говорим, мы только едем. - Ты забронировал? - Интересуется она. - Конечно, всё как ты хотела, – отвечаю. – Вот только столик у сцены оказался в два раза дороже. - И что!? - Психует Жаз. - По-твоему я наряжалась ради того, чтобы сидеть под стеночкой в углу? Чтобы все думали, что я лохушка? - Никто не будет думать так, это пафосное место, - я говорю и добавляю мысленно. – «Как раз для таких как ты». - Вот именно, все эти соберутся, и станут обсуждать меня. - Я думаю тебя никто не станет обсуждать, - отвечаю я. Она опять обиженна. А мне что делать? Я веду машину. Мы подъезжаем к пафосному месту. И Жазира опускает набок голову. - Не тормози здесь, давай выйдем дальше, пли-и-и-из. - Эт почему? - Не понимаю я. - Ну сам подумай, все на своих тачках. А мы на конченом каршеринге. - Послушай Жаз, ведь ты сама настаивала, чтобы я продал свою тачку, - я начинаю злиться. Иногда она становится невыносимой. - Райан пожалуйста, просто отъедь в сторонку. Я умоляю тебя, а я тебе потом за это… - она мне строит глазки и говорит без звука одними пухлыми губами. – «Отсосу». «Ты и так мне отсосёшь», мысленно улыбаюсь я и заезжаю за угол. - Спасибочки, спасибочки, спасибочки, люблю тебя, целую, - она меня целует в щёчку и, не дождавшись пока я открою дверцу, мигом покидает тачку. Она пытается отойти от каршеринга как можно дальше, прежде чем я её догоню. - Ты же сама говорила, что тебе не нравится моя тачка, говорила будем ездить на каршеринге, - с трудом догнав её, я начинаю выяснять. - У тебя была стрёмная малолитражка, а не тачка. Лучше никакой чем такая. Купи себе что-нибудь поприличнее, - мы проходим мимо эксклюзивного кабриолета и она кивает в его сторону. - Типа того. Из кабриолета выпрыгивает лысый тип на полголовы меня ниже. На заднем сидении две полуобнажённые блондинки с силиконовыми губами и сиськами, они весело визжат и хихикают. - Они похоже с кабриолетом шли в комплекте, - улыбаюсь я. - И не говори, - смеётся Жаз и вновь меня целует. Когда мимо нас проходит этот пафосный типок, обнимающий близняшек, она буквально вешается на меня и трётся об мой пах коленом. Мне не понять такого. Не то чтобы девчонки стрёмные, просто всё это ненормально как-то. Если у него их две, кого ж из них он любит? А если никого, то нахрена такая жизнь? «К примеру я люблю одну», целую Жазиру в щёчку. На входе в клуб стоит фейс-контроль. И Жаз легко его проходит, а мне приходится платить за нас двоих. Но у меня есть блат. - Мы забронировали столик, - я говорю охраннику, перекрикивая гремящую музыку. Охранник вынимает штампик и нежно берёт Жаз за ручку. Она вся расплывается в улыбке. Жазира строит ему глазки, хоть я стою прямо за ней. Пусть это выглядит немного странно, но по-другому она просто не умеет. Стоит кому-нибудь сказать ей комплимент и моя девочка сразу счастлива. Охранник ей подмигивает и пропускает мимо. Поглядывая в сторону её мини-юбки. Но глянув на меня, становится суровым. Я просто на него смотрю и протягиваю руку. Он шлёпает мне на тыльную сторону ладони ультрафиолетовую печать и произносит: - Следующий. Мы вместе с Жаз заходим в коридор. Там вроде как темно, но всё сияет. Со всех сторон нас заливает ультрафиолет. Люминесцентная одежда сверкает ярко белым. Её зубки, белки глаз, колечки на пальцах и ноготочки. Вся Жаз такая идеальная в этом свете. Я тоже ничего, смотрю на своё отражение и криво ухмыляюсь сам себе. Мои зубы белее белого, можно было не отбеливать. «Эй чувак, - говорю я мысленно себе. - Смотри какую ты отхватил принцесску». Я обнимаю Жаз за попу, но она меня отдёргивает. - Не здесь же, - строго говорит Жазира. - Хочешь, сначала зайдём в туалет. Напомню, ты обещала мне минет. - Не здесь, - повторяет Жаз, и мы заходим в зал. Там всё сияет. А тёлки в одних трусиках и коротких топах танцуют в ритме музыки. Здесь так красиво как в раю. И если бы не дым кальянов… Мы подходим к столику, и Жаз бросает на сиденье свою люминисцирующую накидку. - Закажешь мне кальян и что-то выпить, - мурлычет Жаз и вновь целует меня в щёчку. - Конечно, - падаю за столик. Я так устал за целый день, мне бы вздремнуть. Тем временем она вливается в тусовку. Жазира двигается великолепно. Изящное загорелое тело, стройные ноги, пышные волосы, её силуэт вызывает меня жгучее желание. И, надо сказать, не только у меня. Какие-то парни буквально вьются вокруг неё со всех сторон. Но смотрит она только на меня. А я гляжу на неё слипающимися глазами. Тут она падает ко мне. Горячая, запыхавшаяся, хватает принесённый официантом коктейль и буквально вливает его в себя одним залпом. - Когда кальян будет!? - Перекрикивает она синтезатор. - Официант сказал сейчас, - я так устал что и забыл как с ним общался. Я кладу ей руку между ног и глажу её по трусикам. Они такие беленькие на ультрафиолете. - Сейчас приду, - мурлыкает она на ушко и снова отправляется потанцевать. А я сижу и допиваю свой коктейль. И тут я представляю Вику. Она танцует рядом с Жаз, а после залазит ко мне под столик и там… Я просыпаюсь. Передо мной стоит кальян. А рядом с ним сидит Жазира, щебечет с какой-то тёлочкой, у той белоснежная каре люминисцирующего цвета. Она машет мне рукой и улыбается. - Хай! - Кричит блондиночка и курит после Жаз. Я фантазирую как они целуются. И снова закрываю глаза. «Зачем я хожу сюда?» Каждый раз задаю себе один и тот же вопрос. «Смотреть как она танцует?» Но такой ответ меня не удовлетворяет. «Тогда зачем?» Ответ простой как 5 копеек. «Потому что так хочет Жаз».            Внезапно слышу её голос и улыбаюсь не открывая глаз. - Прикинь, она нам предложила секс втроём, - сёрбает свой коктейль из трубочки Жазира. - Она сказала, что заплатит. - А ты ей что? – Я говорю на автопилоте. - Ты чё дурак!? – Она мне в шутку даёт пощёчину. - Ты же сам говорил, что секс втроём не для тебя. «С тех пор многое изменилось», думаю я, но не отвечаю. - Ты говорил, что это уничтожит наши отношения. Что я не смогу тебя простить. А на второго мужчину ты никогда не согласишься. - Конечно не соглашусь, - резко просыпаюсь я. Во мне всё поднимается. Я выпиваю свой коктейль, закуриваю кальяном, и кладу руку между её прекрасных ножек. - Райан не сейчас! - Округливает глазки Жаз. Обожаю когда она такая. Это моя любимая эмоция. - А когда? - Оглядываюсь по сторонам. И, пока никого не видит, массирую её лодыжку. - Здесь же куча камер, - говорит Жазира. И сама же предлагает. - Идём в туалет. Мне дважды предлагать не надо. Мы выскакиваем из танцевального зала и буквально пробиваемся в туалет. Здесь тусклое освещение, но ярко светит ультрафиолет. Заваливаемся в кабинку и жадно начинаем целоваться. Сосаться и кусаться. Мои руки на её груди. Сжимаю её чувственные соски. Её рука в моей ширинке. Там давным-давно уже всё поднялось. - Ого! – Округливает глазки Жаз. - А сколько ты терпел? - Пока ты танцевала. Она спускается на корточки, и упирается в меня своими острыми коленками. А после стягивает с меня штаны, и гладит мой член через ткань трусов, и в это время смотрит на меня снизу вверх. Вот только взгляд у неё повелительный, а не покорный. - Знаешь что я думаю, - говорит Жазира, стянув с меня трусы. Её зрачки расширились, когда она увидела головку. Она взяла мой член рукой и натянула шкурку. А я уже почти кончаю. - Что? - Переспрашиваю я. - Ты думаешь, что на коленях я в твоей власти. Но всё не так, то ты в моей власти, пока твой член в моих руках. И она заглатывает головку. А после начинает плавно раздеваться и ласково сосать мою уздечку. Я изо всех сил держусь, чтобы не кончить. Но Жас умеет мне доставить наслаждение, немного наблатыкалась за эти годы. Она держит мой член левой рукой, а правой дрочит и сосёт. Шлёпает себя им по щекам, ласкает язычком. Она буквально кайфует от того, как я стараюсь, чтобы не кончить. - Кончишь мне на лицо? Я знаю, что ты мечтаешь измазать эту красоту своей спермой. Смелей давай, - она открывает ротик и высовывает язык, при этом непрерывно дрочит. И я кончаю. Несколько горячих потоков спермы. Я попадаю на её язык и в горло, потом на губы, волосы и на лицо. А она радуется и целует мой член. Мы покидаем туалет также быстро как пришли. Жазире нужна парочка минут и влажные салфетки. А мне не нужно ничего, хочу вернуться за свой стол и докурить кальян. Но вынужден стоять и ждать её под туалетом. Наконец она покидает туалет и вертится передо мной в ультрафиолете. - Не видно ничего? - Высовывает Жаз язык. - Да вроде на лице не видно. Всё что попало в рот ты проглотила. Жазира гордой походкой победительницы возвращается на за наш столик. А я же волочусь за нею следом. Мне хорошо, мне не нужны ничьи восхищенные взгляды. Хоть парочка девчонок косится на меня.            Я падаю на своё место и закуриваю кальян, а Жас запивает всё коктейлем и снова отправляется потанцевать. Внезапно у неё портится настроение и она мне сообщает: - Поехали отсюда, мне здесь скучно. - Что случилось? - Не понимаю я, ведь я уже почти уснул. - Просто поехали и всё, не задавай вопросов. Я вновь встречаюсь взглядом с той блондинкой. Мне кажется она мне подмигнула. У неё просто крышесносная талия. Такой я раньше никогда не видел. Сомневаюсь что это пластика. Здесь только малолетоки. Мы покидаем клуб и падаем в каршеринг. Жазира больше не стесняется моей машины. А прямо в тот момент когда я за рулём, начинает ко мне приставать. Гладит меня по груди и под рубашкой, целует меня и жадно кусает ушко. Ногами трогает мой пах. Я обожаю её ноги. От их прикосновений у меня всегда встаёт. И вот мы уже с ней сосёмся. «Вроде она промыла рот», напоследок вспоминаю я. Я так её люблю, что не побрезгую ничем. Пусть даже Жаз напьётся моей спермы. Хоть это вряд ли. Мы тормозим недалеко от дома. Я вижу свои окна, но не спешу покидать машину. Ведь Жаз начинает меня раздеваться. Сначала она сбросила накидку, а после стягивает с меня пиджак. Расстёгивает на мне рубашку, и покрывает поцелуями мою грудь и пресс. - Ты такой сильный, - мурлычет Жаз и трётся ножками об мой живот. Беру её ногу и расстёгивал на ней босоножку. А после начинаю целовать её лодыжку. Но она забирает у меня правую ножку и даёт мне левую прямо в руки. Я целую на ней каждый пальчик прежде чем снять с неё босоножек. А после Жаз расстёгивает на мне ремень и начинает мять своими пяточками мой член. И тот встаёт мгновенно. Она немножко помогает себе губами, чтобы он быстрее встал. А после дрочит его ногами. - Ты же не кончишь прямо сейчас? - Мурлычет Жаз. - Зависит от тебя. Я сдерживаюсь из последних сил, но силы на исходе, - отвечаю. - Ну-у-у-у-у, так нечестно, - моя малышка надувает губки. - Ты дважды кончил, а мы же так и не потрахались. Она смотрит через окно машины на мою квартиру. - Пошли, - киваю я, застёгивая ремень на штанах. А Жаз отказывается надевать босоножки. - Неси меня, - мурлычет мне Жазира. Я беру её на руки и поднимаю на свой этаж. Попутно мы целуемся, сосёмся. Она так томно дышит, как будто кончила уже не раз. Хотя мне кажется она ни разу не кончала. Не всем дано кончать и это правда. Я открываю дверь в квартиру и только здесь я ставлю Жаз на ножки. Она становится на носочки и продолжает со мной целоваться. Я закрываю за собою дверь и обнимаю её за талию и попу. Знали бы вы, какая же у неё красивая попа. Если Господь что и создал действительно совершенным, то это её попка. Пусть она никогда не занималась спортом, но Жаз совершенство. Сжимаю её двумя руками. Жазира пятится к моей кровати. И тут я слышу. - Ау-ау-ау! - на всю квартиру. Жаз вздрагивает и пугается. А я включаю свет. Дружок стоит как ослик посреди квартиры и стрёмно хэкает. Его ноги слегка присогнуты. Он смотрит на меня печально и точно так же воет. - Ау-ау-ау! - Что с ним?! - Пугается Жазира, изо всех сил прижавшись ко мне. Я обожаю когда она чего-то боится. Всегда можно её защитить и успокоить. - Приболел дружок, - я отвечаю. - Наверно просится гулять. - Почему ты его не выгулял раньше!? - С упреком смотрит на меня Жазира. - Я погулял недолго, но я же говорю он приболел. Наверно выведу его пока он кучу тут не наложил. Беру поводок и пристёгиваю Тиранчика. А недовольная Жазира заходит в комнату и там ложится на кровать. - Быстрей давай, - ворчливо провожает меня Жас. Дружок ожил, но всё равно хромает. Он еле-еле переступает через порог. А после точно так же медленно спускается со мной на первый. Я смотрю на свои окна, пытаюсь разглядеть них Жаз. Но там её не видно, наверное она в кровати. Приняла душ и ждёт меня одна. Мы выходим с собакой на газон. Он еле-еле ходит, весь трясётся. А после писает и начинает плакать. - Ау-ау-ау-ау! - Ну что ещё!? - Психую на него. Конечно, он же наломал мне вечер. Но он в ответ лишь прижимает ушки. Мы с ним гуляем ещё 5 минут. Он в туалет не хочет. Собака просится домой. И я его беру на руки и тащу на свой этаж. Когда я захожу в квартиру, то вспоминаю, что Жазира меня ждёт в кровати. Она лежит вся голая под тоненькая простынкой. Откинув её в сторону, показывает мне свою обнаженную попу. - Сейчас, только руки помою после собакена, - ещё на 5 минут отпрашиваюсь я. - Быстрей, - психует Жаз и продолжает меня ждать. А я укладываю собаку на его подстилку и подливаю ему воды. Пусть он не ест, но воду всё же пьёт. Потом спешу в душ. Я там по-быстрому раздеваюсь и включаю воду. - Не надо мыться! – Кричит Жазира. - Ты чистый, я ж тебе сосала. «Смешная формулировка», улыбаюсь я и в одних трусах захожу в комнату. Она вновь отодвигает одеяло и раздвигает свои ножки. А я сажусь её ногах и начинаю целовать и мять её щиколотки и пальчики. Я плавно поднимаюсь вверх, целую ей коленки. А после я целую ей животик. Мои шустрые пальцы касаются её влажно щёлки и проникает внутрь. - А-а-ах! - Томно постанывает она. - Ты изнутри такая мягенькая, - мурлычу и целую ей лобок. - Ау-ау-ау-ау! - Печально воет пёс. - Нет, это невозможно, - психует Жаз, а я ей отвечаю. - Не обращай внимания, - и вновь целую её чувственную щёлку. - Ау-ау-ау-ау! – Он воет снова. - На это невозможно не обращать внимание.             Я понимаю, что дела не будет, и по-быстрячку в нее вставляю. Жазира стонет обхвати меня ногами. Руками я сжимаю её грудь. Мы трахаемся и сосёмся под аккомпанемент собачьего воя. Я кончаю Жазире на живот. Она кончает вряд ли. Пока ищу салфетки, она лежит и смотрит в потолок, скрипя зубами. И всё это под звуки: - Ау-ау-ау! Так и не найдя салфетки я мою руки и, надев трусы, иду к собаке. - Ну что, ну что дружок, ну что ты плачешь? - Чешу ему я шею, собака просыпается и продолжает выть. Он смотрит на меня, в глазах печаль. Он рад что я его погладил, ему очень плохо. - Блядь, - психую вслух, хватаю телефон, звоню ветеринару. Но прежде чем в трубке раздаётся ответ после гудков, я слышу голос Жаз. - Мне ещё долго ждать салфетки? - Минуту! - Строго отвечаю я и слышу в трубке сонный голос. - Алло, ветеринарная клиника. Вы что-то хотели? - Да, да, моей собаке плохо, он воет всю ночь. Не знаю что с ним. - Давно? - Ещё с утра ему поплохело. Я думал отлежится и всё пройдёт, но не проходит. - Ау-ау-ау, - подвывает пёс. - Понятно, его надо посмотреть. Дежурный врач на выезде, вы можете подъехать к нам. - Еду, - кладу я трубку и смотрю на Жаз. - Надо подъехать, а то Тирану натурально плохо. - Езжай, - сердится она. - Могу домой тебя закинуть по дороге. - Похоже, я никогда не дождусь салфетки, - Жаз вытирается простыней и встаёт. А после собирает её и забрасывает в стирку. А сама отправляется в душ. Автомобиль каршеринга под домом. Не дожидаясь Жаз, беру дружка на руки, закутываю в покрывало и спускаю вниз по лестнице. Собака не скулит, а терпит, чтоб не разбудить соседей. Внизу я ставлю его на газон. - Давай, сходи пока есть возможность, - говорю. Но он трясётся и не ходит. - Понятно. Я подгоняю машину и стелю на заднее сиденье покрывало. А после аккуратно кладу на него собаку. - А-а-а-а-а-а! - Визжит он почти как человек. - Я понимаю, больно, но терпи. Сейчас тебя посмотрит врач и станет легче. – Я знаю, что он меня понимает. Хотя бы не слова, а интонации. И потому он сразу замолкает. Он закрывает глазки, почти что засыпает. Я поднимаюсь за Жазирой. Она уже оделась и как раз подводит губки. Сейчас она такая, как я люблю. Любящая и понимающая. - Так жалко твоего друга, - говорит она. - Не надо мне домой, поехали в ветеринарку. - Спасибо за понимание, - я обнимаю Жаз и глажу по спине. - Ты знаешь это же мой лучший друг. - А как же я? - Округливает она удивлённо глазки. - Ты лучшая подруга… что за бред, ты моя девушка, - опомнившись добавляю я. - Не забывай об этом, - говорит мне Жазира и первой покидает квартиру. Я закрываю дверь на ключ и быстренько спускаюсь вслед за ней. На каблуках она не очень быстро ходит. И мне приходится её немного ждать. Вот мы в машине, а за рулём она. Я всю дорогу успокаиваю Тирана. Мне кажется ему легче, когда его чешут за ушком. - Сейчас, сейчас доедем, немножечко осталось, потерпи, - я приговариваю размышляя вслух. – А может клещ? Тем временем Жазира за рулём. Я обожаю как она ведёт. Как ставить свои ножки на педали. И как при этом смотрит на дорогу. Так держится за руль. Я всё в ней обожаю, особенно величественный профиль. «Моя принцесса», думаю о ней. - Ау-ау, - от судорог дёргается мой дружок. Мы подъезжаем к ветеринарке. Я выбегаю и, забыв о Жаз, беру на руки своего друга. Тиран всё терпит, он всё понимает. Такого понимания как у него я у людей не видел. Несу его к порогу ветеринарки и тарабаню в дверь. Тем временем Жазира, так меня и не дождавшись, покидает машину каршеринга. Она конечно недовольна тем, что я о ней забыл. На притворяется, что всё в порядке. В конце концов, не ей же сейчас плохо. - Там надо заднее сиденье немного подмести, осталась шерсть, - говорит она, становясь рядом со мной. - Ага, ага, - киваю я, держа Тирана на руках. Дверь открывается сама и мы заходим. Там в коридоре несколько больных. У кого-то в клетке кролик. А у кого-то кошка выпавшая из окна. И прямо там, при нас ей ставят диагноз. - Кототравма, - говорит врач. - А она выживет? - Не сдерживает хозяйка слёз. - Тут 50 на 50, как при любой кототравме. Мы положим её в стационар и будем наблюдать. - А можно мне остаться? - Нет, нельзя, - качает головой ветеринар. Кошку кладут в специальный бокс. Она лежит на боку и тяжело дышит. Ей делают какой-то укол и капают лекарство на язык. - Всё, масечка, держись, - щипает кошечку хозяйка за нос. - С утра я у тебя. Ты только постарайся выжить… Мне тяжело смотреть на эти слёзы. Тем более мой пёс и сам в подобном состоянии. За кошкой идёт кролик. А я кладу Тирана на пол, и выхожу чтобы убрать каршеринговую тачку. Благо у меня есть влажная салфетки. Жазира недовольна тем что я её оставил там одну. Но вот я возвращаюсь и вижу её сидящую на корточках и гладящую Тирана по холке. На её глазах блестят слёзы. Мне жалко не Тирана, а её. Я обнимаю Жаз и глажу по спине. - Он выживет? - Спрашивает меня она. «Не знаю», думаю я, но отвечаю вслух. - Конечно, здесь же лучшие ветеринары. Пусть здесь дороговато, зато лечат. Выходит медсестра и смотрит на меня. - Тиран Мактавиш это вы? - Мактавиш это я, Тиран мой пёс, - показываю собакена. - Идём со мной, - говорит она и входит в кабинет.