День 1 Сад (пропущенная сцена)

      Было настораживающе тихо. Роксу не в первый раз пробирался в это место один или с группой. Но, пожалуй, впервые с начала апокалипсиса он ощущал такую тишину и это безмерно пугало. Заставляло напрячь все чувства до предела в попытке уловить хоть какой-то звук, кроме поскрипывания железной двери. Тишина не сулила ничего хорошего. Особенно для экосистемы с двумя конкурирующими видами монстров. Да, с началом апокалипсиса многие животные и насекомые если не вымерли, то научились скрываться, сохраняя тишину, но их звуки с лихвой заменили визги, бряцанье хитина, стук когтей, шелест волочения тяжёлых тел по раздолбанным дорогам. Это было хоть что-то. Информация, на которую можно ориентироваться. Предположить местонахождение врага и чего от него ожидать, где спрятаться. Тишина сулила наибольшую из опасностей — неизвестность.       Единственное, что остаётся, строить предположения. На данный момент есть два варианта. Первый: популяции примерно равны и замерли в ожидании бури, сигнала. Возможно, камня, брошенного в пруд, чтобы им, затронутым колыханием волн, сорваться в беспощадный бой на выживание. И Роксу очень не хотел становиться этим камнем. Ведь от повода всегда избавляются в первую очередь.       Второй вариант был немногим лучше. Сверххищник. Новая переменная. Правитель. Монстр, который подавил остальных, заставив затаиться. И если с «коренными» жителями оранжереи стратегия была ясна, то новый обитатель был тёмной лошадкой, которая может походя растоптать невнимательного исследователя.       Исследовать оранжерею в поисках еды теперь не казалось хорошей идеей. Роксу сжал руками ноющий от голода живот и пошатнулся. Поблизости больше не было мест, где можно добыть еду. Автоматы с газировкой и напитками, как и близлежащие торговые точки, разграбили ещё в первый год катастрофы. Сейчас, на третий, вокруг оставались лишь разбитые зевы витрин, скалящиеся тьмой за зубастыми остатками стёкол и обгоревшие, искорёженные остовы автоматов.       Продолжая оценивать обстановку, Роксу заглянул в приоткрытую дверь оранжереи. В лицо неприятно пахнуло спёртым влажным жаром с ароматами прелой листвы и прочих радостей тропического леса. Воздух практически дрожал от жара и рассеянных солнечных лучей, проникающих через мутную стеклянную крышу ботанического сада. Август в целом «радовал» духотой испаряющихся последствий муссонов, длившихся прошлые два месяца, но замкнутое освещённое пространство возвело ощущение жары и влажности в кубическую степень.       Проморгавшись и привыкнув к изменившемуся освещению, молодой человек продолжил осмотр. Сквозь бурно разросшуюся растительность можно было заметить нити паутины, поблескивающие от сконденсировавшейся на них влаги. В убежище предупреждали об обосновавшихся справа пауках третьего ранга, главное было не тревожить нити. Эти членистоногие твари обычно не высовывались без необходимости. Роксу нравилось думать, что их тонкие длинные ножки едва выдерживают вес круглых, надутых тел. В той же стороне было несколько плодовых деревьев, которые уже должны были дать урожай.       Роксу бесшумно снял рюкзак со спины и протиснулся через приоткрытую дверь в духоту оранжереи, сразу осматривая левую часть помещения, прежде скрытую от глаз. Тело почти мгновенно покрылось потом, заставляя одежду неприятно липнуть и создавать слишком много звуков при движении. В окружающей тишине каждый шорох и скрип, сопровождающие движение, отражались дрожью в костях. К счастью высокая влажность глушила звуки, преломляя и поглощая их, не давая точно определить его местоположение. К несчастью, это же мешало отслеживать приближение монстров.       Не отходя от двери и продолжая держать рюкзак в руке, парень вгляделся в разросшуюся растительность. По прошлым данным, там обосновались ящерицеподобные монстры, что-то вроде гигантских комодских варанов с крокодильей приплюснутой головой. На задворках сознания промелькнуло, что для холоднокровных существ это идеальная среда обитания, и что бороться с ними стоит, предварительно выманив в более прохладное место. К сожалению, сейчас, летом, тепло было везде. Нужно будет подкинуть в убежище идею проредить их, когда похолодает. Всё же клыки, кости, паутина, как и ядовитые железы, были полезными ресурсами и собирать урожай летом будет безопаснее, если контролировать популяцию.       Так и не заметив опасности, Роксу убедился в доступности импровизированного оружия в виде заострённой арматуры и переложил пару сумок в один из множества карманов, вернув рюкзак за плечи.       Теперь стоило выбрать, куда идти. Безопасней было пробраться к паукам, но фрукты менее сытны, чем корнеплоды. Самое время поспеть дайкону и батату, растущим слева, у ящериц. Впереди же, в глубине оранжереи, можно было найти заросли малины, шиповника и чёрной смородины. Последний пункт может казаться незначительным, но наблюдая за состоянием людей, Роксу не исключал возможность появления цинги и это тоже нужно было учитывать. Даже если его миссией была, по большей части, разведка, вернуться с пустыми руками он не мог. Потребуется время, чтобы потрёпанная команда сбора пришла в себя, прошлая вылазка была не слишком удачной, а запасы уже на исходе.       Просчитав варианты, первостепенными всё же оказались фрукты. С ними он в любом случае не уйдет с пустыми руками. Если всё сложится удачно, можно пройти к корнеплодам и если удача не отвернется от него в процессе, дойти до ягод. Примерный план был готов, осталось воплотить его. Роксу уверенно приближался к цели, передвигаясь короткими рывками. Четыре быстрых, бесшумных шага, внимательный осмотр окружения, и ещё четыре шага, осмотр, справа нити паутины, впереди корень, четыре шага, перешагнуть переливающуюся радугой капель нить на уровне колен, четыре шага, замереть, слева будто мелькнула бурая чешуя.       Странно, здесь не должно быть ящериц. Переждать. Задержать дыхание. Убедиться, что опасность миновала. Четыре шага, обойти подозрительную нору. И так до первых плодовых деревьев.       Запах персиков и яблок раздражал рецепторы, и без того ноющий желудок взвыл сиреной. Это был лишний риск. Не голод. Не жадность. Нельзя быть жадным, не сейчас. Ближайший персик отправился в рот, шоком ударив по отвыкшим от яркого вкуса рецепторам, за ним второй, третьим пошло яблоко, с семечками и даже веточкой, слишком расточительно терять что-либо. Убедившись в спелости фруктов и молчании желудка, Роксу принялся за сбор. Быстро, но продолжая постоянно прислушиваться и осматриваться, он заполнил рюкзак и двинулся в сторону импровизированного огорода. До сих пор от пауков были видны лишь норы и паутина.       «Неужели все же новый монстр?» Не преминув по пути собрать немного перцев и знакомых съедобных трав Роксу поддерживал все тот же ритм. Четыре шага. Остановка. Четыре шага. Даже если, с заходом на территорию ящериц, он сбивался чаще: замеченной на грани восприятия чешуёй или тупой крокодильей мордой и страхом смешанным с радостью, что у этих тварей отвратительное зрение и реагируют они больше на движение и запах крови.       А вот и огород. Самое время для сбора. Бочки́ рядов дайкона гордо выглядывали из-под земли уже на несколько сантиметров, а ботва батата склонилась к земле и пожухла. Рядом пышно зеленела морковь. Осталось только выкопать.       «Как хорошо, что ящерицам не интересны посадки».       Рюкзак с фруктами примостился на расстоянии вытянутой руки, а заостренная арматура послужила лопатой. Особенно удобно ей доставался длинный дайкон. Вонзить её поглубже, упереться ногой, приподнять грунт и вытащить из рыхлой земли вытянутое, плотное тело овоща. В такой момент отступило даже неприятное ощущение липнущей к влажному телу одежды. Кажется, сбор урожая действительно неплох. Конечно же неплох, особенно когда к тебе со спины не подбирается длиннохвостая полутораметровая ящерица с крокодильей пастью!       Роксу порадовался, что успел ее заметить до броска, быстро прокрутил в памяти уязвимые точки («У ящериц крайне прочный череп, который практически нереально пробить, но к глазным дугам кости истончаются, при точном ударе позволяя нанести смертельные повреждения»), резко вытаскивая арматуру из земли, нацелился твари в глаз и всем своим небольшим весом рванул вперед, одним ударом пронзая мозг. В схватке с более сильным противником эффективность превыше всего. С предсмертным хрипом и звуком опадающих комьев земли ящерица пару раз дёрнулась и замерла.       Теперь счет шел на минуты. Звук уже должен был привлечь внимание, но пока оружие в ране запах крови не столь силен. Быстро надеть рюкзак, собрать овощи в сумки и только потом, опершись ногой на морду, вернуть свое оружие. Три раза ткнуть в землю, очищая от крови, и со всех ног рвануть к примеченному заранее разлапистому дереву. Оказавшись в относительной безопасности, адреналин схлынул. Буквально в ста метрах от него ящерицы пожирали своего неудачливого соплеменника, одними лишь звуками рвущейся плоти заставляя сердце Роксу заходиться в ужасе. Тишина разлетелась в клочья с рёвом и довольным порыкиванием голодных тварей.       «Почему они так голодны?»       Ответ не заставил себя ждать. Безмолвие опустилось внезапно, сменив громкие звуки пиршества ящериц на шелест огромного чешуйчатого тела и шипение раздвоенных языков. Трехголовая змея толщиной в четыре Роксу точным броском заглотила двух зазевавшихся ящериц и поспешила за следующей.       Не став дожидаться окончания погони, парень как можно быстрее и тише рванул к сердцу оранжереи. В голове, как тараканы под дихлофосом, метались мысли. «Это сверххищник. Дышать медленнее. Сверххищник. Следить за шагами. Не перемирие. Надо предупредить убежище. Нужны ягоды. Хватит ли наших сил? Скорей всего она обосновалась в центре. Какие убежища будут готовы прислать подкрепление? Значит, сейчас змеи там нет. Нужно ли нам подкрепление? В центре чаша фонтана, под ее размер. Можно ли ее контролировать? И рядом ягоды. Если да, если можно отвлечь и использовать. Без ягод всех скосит цинга. Змея будет контролировать популяции. Нельзя потерять к ним доступ. Какой же тяжелый рюкзак. Значит нужно принять решение. Какого она ранга, второго? Нужно осмотреться. Нет, первого! Фонтан уже рядом. Следить за дыханием. ФОНТАН! Точно первого, мы должны справиться.»       Последняя ветка резко хлестнула по щеке, открывая вид на зеленую, поросшую мхом чашу фонтана, вокруг которой пышно разрослась колючая поросль смородины и шиповника. На которой ныне был ясно виден примятый след от змеиного тела. Бегло осмотревшись и убедившись, что монстр был здесь один, Роксу спешно собирал как можно больше ягод в заранее подготовленное лукошко, тревожно прислушиваясь к далеким звукам боя. Раздалось стрекотание, пауки тоже вступили в игру. Руки Роксу ускорились, уже не обращая внимание на мелкие порезы и уколы. Время было на исходе. Последние ягоды он срывал уже с ветками и листьями, пойдут на чай.       Визг ящерицы раздался совсем близко.       Пора бежать.        Быстрее.        Напрямик, пока никому до него нет дела.       На подходе к выходу из удушающего ада Роксу замедлился. Ад снова звучал разноголосьем тех, кто так же как и он, боролся за свое существование. Отовсюду раздавались визги и стрекотание. Битва была далека до своего завершения. Через некоторое время нужно будет вернуться сюда снова, узнать итоги и выяснить возможную пользу этой ситуации для них. Вот и выход. Не издав ни единого звука, разведчик проскользнул через приоткрытую дверь. Он выполнил свою задачу. Обстановка выяснена и никто не умрет от голода в ближайшие дни. Осталось лишь составить план. Довольная улыбка промелькнула на раскрасневшемся потном лице со впалыми щеками. Он все еще был жив.