"Терпение на грани"

Ланда стоял в центре комнаты, его взгляд был хладнокровен и безразличен. Он снова вернулся к привычной манере — изящно и хитро пудрить может окружающим. — Хм… как-то холодно, — произнес он, будто бы невзначай, его голос был мягким, как шелк, но с оттенком того самого насмешливого умысла, который так часто звучал в его речи. Он посмотрел на Рейна, затем перевёл взгляд на Донни, при этом не меняя выражения лица. — Вы, конечно, ребята, знаете, как делать приятное, но неужели вы не чувствуете, как холод проник сюда? — добавил он, словно вовсе не осознавая, как его слова могут подстёгивать ситуацию. Донни застыл на месте, его лицо и без того покрасневшее от злости, теперь приобрело оттенок ярости. Он наблюдал, как Ланда расслабленно стоит напротив Рейна, и чем больше тот говорил, тем больше начинало кипеть в груди сержанта. Это была его слабость — несправедливость. И Ланда был воплощением этой несправедливости. Взгляд Донни метнулся к Альдо, который не заметно стиснул челюсти, не желая вмешиваться, но в его глазах была та же борьба, что и у Донни. Они оба знали, что Ланда играет свою игру, и каждый из них пытался изо всех сил сдерживать себя. Ланда продолжал: — Ну, правда же, какой же странный вечер. Не то чтобы я жаловался, но… Это все же не самая теплая обстановка. И вот, как по какой-то невидимой команде, Донни не выдержал. Он сделал несколько шагов вперед и, не ожидая даже реакции от Рейна, размахнулся и врезал Ланде подзатыльник. Весь зал буквально замер. Звук удара эхом прокатился по комнате, и несколько секунд, казавшиеся вечностью, висели в воздухе. Ланда, ошарашенно повернув голову, слегка покачнулся, но быстро вернул свою осанку, не теряя ни капли уверенности. Он не сказал ни слова, лишь изогнул бровь, как будто был удивлен таким проявлением агрессии. Альдо сразу же отскочил от стола, подхватив Донни за плечо, чтобы удержать его от дальнейших действий. Он развернул сержанта, пытаясь вернуть его к разуму, но его собственное лицо было темным от ярости. Он не ожидал, что ситуация выйдет из-под контроля так быстро. — Донни! — рявкнул Рейн, сжав кулак на плече сержанта. Донни рычал, его лицо пылало от гнева, но он не вырвался из рук Альдо. — Этот немец — сука! Ты слышал, что он сказал?! Про холод! Про нас?! Он думает, что я этого не замечаю что он издевается?! Ланда улыбнулся, сдержанно и иронично, не скрывая своей удовлетворенности. Его взгляд был сосредоточен, и даже слегка насмешлив. — Ну, ну, сержант. Вижу, вы не любите холода. Я, конечно, не виноват, что вы чувствуете такие эмоции... но понимаю, что порой невзначайно сказанное может сильно задеть. Альдо резко толкнул Донни назад, оставив его остывать. Он посмотрел на Ланду с холодным, изучающим взглядом. — Не делай из этого шоу, Ланда. Ты знаешь, что с тобой будет, если продолжишь так говорить. Ланда кивнул, не теряя своей спокойной осанки. Он пожал плечами, как будто ни о чём не жалея. — Ах, я понимаю. Это ведь не такие уж важные вещи, правда? Мы все здесь просто играем роли. Но когда роль заходит слишком далеко, у нас начинают появляться проблемы, не так ли? Альдо прищурился и шагнул ближе, его голос стал более глубоким и угрожающим. — Будь уверен, Ланда. Ты не хочешь, чтобы это стало твоей проблемой. Полковник молчал, но его взгляд не покидал Рейна, как если бы он уже знал, что всё в его руках. Молчание снова повисло в воздухе, словно Ланда ждал, когда Рейн наконец-то начнёт уступать. Но Рейн не собирался уступать. Не сегодня.