Глава 1. Новое начало.

15 августа 1943 год. Тревожные тени войны коснулись даже отдаленных уголков волшебного мира. Марлин Куинни Смит стояла перед массивной дубовой дверью с табличкой "Директор Армандо Диппет". Величественный замок, купаясь в багрянце закатного солнца, отбрасывал длинные тени на ее невысокую фигуру. Локоны, обрамляющие лицо, казались сотканными из блестящей меди. Зеленые глаза Марлин, искрящиеся, словно два изумруда, внимательно изучали резную табличку на двери. В них читалась смесь волнения и любопытства, характерная для юного волшебника, стоящего на пороге чего-то нового и неизведанного. Кожа Марлин отличалась светлым, молочным оттенком, с еле заметной сеточкой капилляров на щеках. Она легко краснела от любого прикосновения или сильного переживания, выдавая все её эмоции без слов. Загар, каждый раз, ложился неровно, оставляя светлые пятна, поэтому летом она старалась держаться в тени. Высокие скулы и прямой нос придавали ее лицу аристократическую утонченность, а россыпь едва заметных веснушек – детскую непосредственность. Она была высокой и стройной, с грацией, присущей спортсменам, что неудивительно, ведь в Ильверморни она играла в квиддич. Отец Марлин, Кристоф Смит, был американским инженером, обладавшим аналитическим складом ума и неутолимой жаждой знаний. Мать, Куинни, англичанка с мягким сердцем и талантом к врачевательству, работала медсестрой, а в свободное от работы время подрабатывала иллюстратором детских книг. Именно из-за работы отца они когда-то переехали в Америку, где Марлин и обнаружила в себе волшебные способности. Поначалу они с родителями испугались, когда она случайно заставила цветы в вазе закружиться в воздухе. Оба ее родителей были не-магами, как их называли в Америке. И тогда стало ясно – она волшебница. К счастью, вскоре в их жизни появились представители Ильверморни, североамериканской школы чародейства и волшебства, и Марлин отправилась учиться туда. Школа, расположенная на горе Грейлок, была совсем не такой, как она себе представляла, читая старые книги о европейских школах магии. В Ильвермони, основанной ирландской ведьмой и не-магом, царил дух свободы и новаторства. Вместо традиционных факультетов Хогвартса, названные в честь их основателей – Годрика Гриффиндора, Салазара Слизерина, Пенелопы Пуффендуй и Кандиды Когтевран, на которые студентов распределяла заколдованная шляпа, созданная одним из основателей, учеников Ильверморни ждало совершенно другое распределение. В начале обучения в школе Америки, новоприбывший ученик занимал место на Гордиевом узле, расположенном в центре главного зала. Перед ним возвышались массивные деревянные статуи, символизирующие четыре факультета. Эти статуи, наделенные магической силой, могли выражать свою волю, если желали принять ученика в свои ряды. С балкона, опоясывающего зал на верхнем этаже, за церемонией распределения молча наблюдали старшеклассники. Реакции статуй были разнообразны: кристалл на лбу Рогатого Змея начинал светиться, Вампус издавал рычание, Громовая Птица взмахивала крыльями, а Пакваджи поднимал свою стрелу. Каждый из факультетов отличался своей уникальностью и принципом обучения студентов: Пакваджи – дом для тех, кто обладает не просто даром целительства, но и глубоким состраданием, кто чувствует боль других как свою собственную. Ученики Пакваджи всегда готовы прийти на помощь, утешить и исцелить раны, как физические, так и душевные, видя в каждом страдающем не просто пациента, а человека, нуждающегося в поддержке и заботе. Они обладают невероятной эмпатией, позволяющей им понять природу болезни и найти наиболее эффективный способ исцеления, будь то лекарства, магия или просто доброе слово. Марлин, с ее добрым сердцем и искренним желанием помогать другим, сразу же была избрана этим факультетом, словно Пакваджи почувствовал ее потенциал еще до поступления в школу. Попав в этот дом, она почувствовала себя как дома, окруженная единомышленниками, разделяющими ее стремление к добру и милосердию. Она с упоением изучала целебные травы, училась варить сложные зелья и с готовностью помогала больным, не жалея времени и сил, чтобы облегчить их страдания и вернуть им радость жизни. В Пакваджи она не только получила знания и навыки, но и нашла свое истинное призвание. Громовая Птица – дом для тех, в ком горит неутолимая жажда приключений, кто превыше всего ставит справедливость и не боится погружаться в океан новых знаний. Громовые Птицы смелы, решительны и всегда готовы бросить вызов любым трудностям, видя в них возможность для роста и самосовершенствования. Их энергия заразительна, а любознательность не знает границ. Именно поэтому из них получаются не просто отличные лидеры и исследователи, а настоящие первопроходцы, способные вести за собой других, вдохновляя на подвиги и открытия. Они ищут неизведанные пути, не боятся рисковать и всегда готовы отстаивать то, во что верят. Рогатый Змей – дом для тех, кто стремится к мудрости и глубокому пониманию магии, видя в ней не просто набор заклинаний, а ключ к пониманию мироздания. Рогатые Змеи – истинные интеллектуалы, пытливые ученые и неутомимые исследователи, которые не боятся задавать самые сложные вопросы и кропотливо искать ответы, порой скрытые в глубинах древних знаний. Они ценят знания превыше всего, ищут истину в самых сложных теориях и не боятся оспаривать общепринятые догмы. Их ум остер и проницателен, позволяя видеть связи и закономерности, недоступные другим. Они – хранители мудрости, стремящиеся расширить границы познания и поделиться своими открытиями с миром. Вампус – дом для тех, чье сердце бьется в унисон с идеалами силы, храбрости, благородства и честности. Словно магнит, он притягивает тех, кто готов стоять на страже справедливости, не просто защищая закон, но и борясь за высшие моральные принципы. Говорили, что Вампус благоволит воинам, ведь в их глазах отражается отвага, а в руках – сила, способная творить добро, не только разрушая зло, но и созидая мир и порядок. Они – не просто солдаты, а рыцари без страха и упрека, воплощение тех качеств, которые лежат в основе самой души Вампуса. Его залы наполняются эхом их подвигов и славы, шепотом рассказов о самопожертвовании и верности идеалам После распределения ученика приводили в большой зал, где его ещё раз выбирали, на этот раз с помощью волшебной палочки. Все благодаря закону, принятому президентом Соединённых Штатов- Эмили Раппапорт. Ее закон был направлен на полную изоляцию мира магии от мира маглов. Он запрещал волшебникам и ведьмам любые близкие отношения с не магическим населением, включая браки и дружбу. Допускались лишь минимальные контакты, необходимые для решения бытовых вопросов. Нарушителей ждали строгие санкции. Для строгого соблюдения закона, волшебники и ведьмы могли использовать свои волшебные палочки вне школы только по достижении семнадцати лет. Палочки выдавались ученикам при поступлении в школу чародейства и волшебства Ильверморни, но на время каникул их нужно было сдавать обратно. Кроме того, все американские волшебники должны были иметь разрешение на ношение палочки и всегда носить его с собой. После окончания школы, волшебные палочки юных магов изымались. Отучившийся студент должен был купить свою палочку самостоятельно. Марлин не чувствовала какого-либо принижения из-за закона. Напротив, большинство ее знакомых были обычными людьми, что нисколько ее не смущало. Воспитанная двумя не-магами, девушка была твердо убеждена в глупости этого закона. Но, если быть до конца честно, то в школе Ильверморни найти настоящих друзей у девушки так и не получилось. Все же, большая половина учеников старалась придерживаться соблюдения закона, но не сказать, что Марлин была изгоем или что-то вроде этого. Просто жила сама по себе, ограничиваясь малым кругом знакомых. Правда глубоко в душе, девушка тосковала от накрывающего одиночества в стенах школы и все это могло продолжаться, пока тревожным звоном над жизнью миллионов не нависло двойное проклятие: в мире не-магов разразилась Вторая мировая война, а в тени этой катастрофы, словно желая слиться и прикрыть свои злодеяния всеобщей трагедией, темный волшебник Грин-де-Вальд усилил свое влияние, дестабилизируя положение во Франции. Из-за разгорающейся войны, семья Смит решила вернуться в Англию. Как бы долго они ни прожили в Америке, домом для Куинни и Кристофа оставалась Англия. Мать Марлин, несмотря на долгое нахождение в Штатах, тосковала по родным берегам дождливой Англии, а отец, считал, что его знания в области инженерии и науки могут пригодиться в военных разработках. Он искренне верил, что его вклад, может быть полезен. Марлин же была вынуждена оставить любимый Ильверморни и перевестись в Хогвартс, где ей, предстояло столкнуться с более строгими правилами и традициями, где магл, как их называли в Британии, даже в роли родителя, оставался лишь сторонним наблюдателем. Она с готовностью на бурную реакцию, думала о том, как будет объяснять новым одноклассникам, что ее отец и мать не волшебники, и надеялась, что это не станет причиной насмешек или отчуждения. На самом деле, Марлин не столько боялась откровенных насмешек, сколько переживала из-за скрытых предрассудков. Ей казалось невероятным, что даже в свободной и прогрессивной Америке полукровки и маглорожденные порой сталкивались с неприязнью. Если уж там, где ее родители чувствовали себя вполне комфортно, она замечала косые взгляды и шепот за спиной, то как же примут их в консервативной Англии? Эта мысль, словно ледяной комок, поселилась у нее в животе, заставляя сердце биться чаще. Она ничуть не стыдилась своих родителей, любимых и самых близких людей, но никому не захочется становиться изгоем в новой школе. Ссориться с однокурсниками в первый же день в ее планы точно не входило. Нет, этого девушка точно не допустит, никаких насмешек и смешков за ее спиной не будет. Собравшись с духом, Марлин постучала в дверь. Ей оставалось только надеяться, что в Хогвартсе ее примут и дадут ей шанс стать частью этого волшебного мира, несмотря на ее американское прошлое и маглорожденные происхождение. *** Тихий стук эхом разнесся по кабинету, словно потревожив сон вековых стен. Марлин, приготовившись, повернула ручку и вошла. Ожидая увидеть только директора, она слегка запнулась, заметив еще одного человека в комнате. Кабинет директора Диппета оказался именно таким, каким она себе и представляла: высокая, просторную круглую комнату со множеством окон, сквозь которые пробивался тусклый свет заходящего солнца, освещая пыльные полки с книгами и странными артефактами. Старый, массивный стол из темного дерева был завален свитками и бумагами. На стенах расположились многочисленные движущиеся портреты мужчин и женщин. “Бывшие директора Хогвартса”- мысль быстро пронеслась в голове. Она читала об этом в “В история Хогвартса”. Девушка перевела взгляд за спину старика и увидела, что портрет с изображением предшественника нынешнего директора висит позади его рабочего стола. Этот портрет является самым большим в помещении. При смене очередного директора (директрисы), портрет его (ее) предшественника уменьшается в размерах и переносится в другое место. Позади директора же расположился портрет Финеаса Найджелуса Блэка, с холста, взирающий на нее старик, скривил рот в противной гримасе и отвернул голову сторону другого портрета, что-то буркнув. Девушка мысленно фыркнула и перевела взгляд на старца. Директор Диппет, высокий, иссохший старик с морщинистым лицом и проницательными голубыми глазами, сидел за столом, опираясь на руки. Рядом с ним стоял мужчина совершенно иного типа: чрезвычайно тучный, с пышущим здоровьем лицом и большими, рыжеватыми, похожими на моржовые, усами. - Ох, простите! Я не знала, что вы заняты, я могу подождать за дверью, мистер Диппет, – пробормотала Марлин, смутившись от того, что прервала их беседу. Директор Диппет же мягко улыбнулся,- Ничего, дорогая моя, ничего. Как раз заканчивали. Марлин Куинни Смит, полагаю? Добро пожаловать в Хогвартс! Мы с нетерпением ждали вашего прибытия,- Его голос был тихим, но твердым и доброжелательным. Тучный мужчина, рядом с ним, тут же оживился,- Ах, мисс Смит! Какая честь! Меня зовут Гораций Слизнорт, профессор зельеварения и декан факультета Слизерин. Рад познакомиться!- Он протянул свою пухлую руку для рукопожатия, сверкнув золотыми часами и массивным перстнем на мизинце,- Я читал ваше досье, мисс Смит. Ильверморни... Пакваджи... весьма впечатляет! Вы, должно быть, очень талантливы. Был бы несказанно рад видеть такую перспективную юную волшебницу на Слизерине! Марлин слегка опешила от такого напора. Она привыкла к более сдержанному приветствию в Ильверморни,- Большое спасибо, профессор Слизнорт, – вежливо ответила она, не зная куда деть себя от столь бурного знакомства. Слизнорт, словно, не заметив ее легкого замешательства, продолжал сиять,- Уверяю вас, мисс Смит, на Слизерине вы найдете не только отличные возможности для развития своих талантов, но и.… скажем так... достойную компанию. Мы умеем ценить выдающиеся способности. Что ж, мне пора. - Надеюсь, еще увидимся, мисс Смит!- Слизнорт бросил лукавый взгляд на Диппета и, чуть поклонившись Марлин, поспешно покинул кабинет. Когда дверь за Слизнортом закрылась, Диппет снова улыбнулся пришедшей,- Профессор Слизнорт, конечно, весьма... увлеченный. Не обращайте внимания на его чрезмерный энтузиазм. Он всегда ищет талантливых учеников для своего факультета. Теперь, присаживайтесь, мисс Смит. У нас есть несколько вопросов, которые необходимо обсудить перед принятием Вас в наши ряды, до начала учебного года остались считанные недели,- Диппет указал на кресло напротив своего стола. Марлин немного расслабилась и подошла к креслу,- Спасибо, директор Диппет, – произнесла она, присаживаясь и с любопытством глядя на старого волшебника. - Итак, мисс Смит, – начал Диппет, сложив руки перед собой, - Я получил ваше письмо и рекомендацию от вашего профессора травологии, а также профессора по уходу за магическими существами и зельеварению из Ильверморни. Ваши оценки более чем впечатляют. Однако, в связи с вашим переводом из другой школы, нам необходимо удостовериться, что вы соответствуете нашей программе обучения. Расскажите мне, пожалуйста, о вашем опыте в области защиты от темных искусств. Какие заклинания вы изучали? Марлин слегка поежилась под пристальным взглядом директора Диппета. Его вопросы были четкими и точными, направленными на проверку не только знания заклинаний, но и понимания их применения. Девушка не знала сколько прошло времени, но по ощущениям она была, как выжатый лимон, словно прошло больше часа точно. Диппет крайне ответственно подходил к опросу нового ученика для своей школы. - Мисс Смит, последние пару вопросов, расскажите мне, пожалуйста, о различиях между заклинаниями "Экспеллиармус" и "Протего"." – Диппет поправил съехавшие на нос круглые очки в золотой оправе и вновь пристально посмотрел на девушку. Вопрос оказался легким, видимо под конец старец решил пожалеть девушку. Девушка же собралась с мыслями,- Заклинание "Экспеллиармус – это обезоруживающее заклинание, предназначенное для того, чтобы выбить палочку из рук противника. Оно основано на принципе обезоруживания, лишения возможности атаковать. "Протего", напротив, это защитное заклинание, создающее невидимый щит, отражающий большинство простых заклинаний. Однако, стоит помнить, что "Протего" не защитит от всего, особенно от заклинаний более высокого уровня. Диппет кивнул, одобряя ее ответ,- Верно. А что вы можете сказать о проклятии "Петрификус Тоталус"? Как его можно снять? - Проклятие "Петрификус Тоталус" – это заклинание полного связывания тела. Оно парализует противника, лишая его возможности двигаться. Чтобы снять это проклятие, необходимо использовать контрзаклинание "Финте Инкантатем". Однако, эффективность контрзаклинания зависит от силы заклинания и опыта волшебника, наложившего проклятие, – ответила Марлин, вспомнив сложные тренировки в Ильверморни. - Превосходно, мисс Смит. И последний вопрос: как вы думаете, какие контрмеры можно предпринять против воздействия дементоров? Марлин нахмурилась, вспоминая уроки защиты от темных искусств,- Дементоры вызывают сильное чувство отчаяния и лишают человека положительных эмоций. Лучшая защита от них – это заклинание "Экспекто Патронум", вызывающее Патронуса, который отпугивает этих существ. Для успешного применения этого заклинания необходимо сосредоточиться на самом счастливом воспоминании. Однако, это очень сложное заклинание, требующее большой силы воли и концентрации. Диппет откинулся на спинку кресла, удовлетворенно кивнув,- Впечатляет, мисс Смит. Ваши знания защиты от темных искусств на высоком уровне. Судя по вашим ответам, вы хорошо подготовлены к программе Хогвартса. Что ж, пожалуй, мы можем перейти к практической части... Марлин внезапно стушевалась,- Эм... директор Диппет, простите, но я боюсь, что не смогу сейчас выполнить практическое задание. Диппет поднял брови, ожидая объяснений. - Дело в том, что в Ильверморни при выпуске у учеников забирают их палочки, они выдают исключительно тренировочные палочки для обучающихся. Считается, что после окончания школы каждый волшебник должен самостоятельно выбрать себе палочку, которая подходит именно ему. Я еще не успела приобрести новую, так как недавно прибыла в Англию, – смущенно пояснила Марлин. Диппет задумался на мгновение, затем улыбнулся,- Разумеется, разумеется! Я и не подумал об этом. Это вполне разумная практика. В таком случае, мисс Смит, мы перенесем практическое задание на два дня. Это даст вам время подготовиться и приобрести все необходимое к началу учебного года, которое состоится первого сентября. Он щелкнул пальцами и как по команде около него появилось перо , которое тут же стало писать не пергаменте директора на столе,- Вот, мисс Смит, список всего, что вам понадобится к первому сентября. Вам необходимо приобрести учебники для вашего курса, мантии для теплой и холодной погоды, а также выбрать себе питомца – сову, кошку или жабу. Это традиция Хогвартса. Все это вы сможете найти в Косом переулке. Директор взмахом руки отправил пергамент к ней. - Большое спасибо, директор Диппет, с нетерпением жду этого дня, что бы вновь оказаться здесь, но уже в качеству ученицы. – поблагодарила Марлин, принимая список, бегло пробегаясь по нему глазами. -Желаю вам удачи, мисс Смит. И добро пожаловать в Хогвартс, – улыбнулся Диппет. Марлин, сжимая в руке пергамент со списком, почувствовала, как волнение постепенно отступает, уступая место предвкушению. Директор Диппет оказался вполне доброжелательным, и теперь у нее было время подготовиться. - Мисс Смит, Вы можете воспользоваться моим камином для перемещения обратно домой, - кивком головы директор указал на камин позади него - Благодарю директор, – сказала она, чуть смутившись, - но камин моей семьи не подключен к общей сети. - Ах, это не проблема, дорогая моя, - Директор усмехнулся в бороду, поправив очки, - мы обеспокоились решением этого вопроса заранее, можете спокойно переместиться домой, - Диппет по-доброму улыбнулся и указал на камин приглашающим жестом. Подойдя к камину в кабинете директора, Марлин взяла горсть мерцающего изумрудного порошка и, отчетливо произнеся: "Дом Смитов, Ледбери-роуд, 25," бросила его в огонь. Пламя тут же вспыхнуло, окрашиваясь в ярко-зеленый цвет. Марлин решительно шагнула в камин и почувствовала, как ее затягивает в вихрь тепла и дыма. Уже через несколько секунд она вывалилась из камина в гостиной своего дома в Ричмонде. Она закашлялась, отряхивая сажу с одежды,- Марлин, дорогая! Ты вернулась! – Куинни Смит, ее мать, тут же подбежала к ней, с тревогой рассматривая ее лицо. Ее пшеничные волосы всколыхнулись от бега,- Как все прошло? Тебя приняли? Что сказал директор? Девушка улыбнулась, видя заботу в голубых глазах матери,- Все хорошо, мам. Меня приняли. Директор Диппет оказался очень приятным. Он задал мне кучу вопросов по разным предметам, но я справилась. - Ох, слава богу! Я так волновалась! – Куинни обняла дочь,- Рассказывай все по порядку. Хогвартс был , каким ты его себе представляла? А что насчет профессоров? Успела познакомиться с кем-то? Марлин с удовольствием начала рассказывать матери о своем визите в Хогвартс. Она описала величественный замок, строгий кабинет директора и неожиданную встречу с профессором Слизнортом. Куинни слушала ее с замиранием сердца, перебивая вопросами и восклицаниями. - Пойдем на кухню, дорогая. Там теплее. И, думаю, папа скоро вернется с работы, – предложила Куинни, взяв Марлин под руку. На кухне пахло свежеиспеченным малиновым пирогом и душистым чаем. Они уселись за стол и продолжили разговор. Марлин показала матери список покупок, который дал ей директор Диппет. - Ох, столько всего нужно купить! – воскликнула Куинни, изучая список,- Нам нужно обязательно найти тебе подходящую волшебную палочку. И питомца! Ты всегда мечтала о сове. Вскоре вернулся Кристоф Смит, отец Марлин. Он был высоким, крепким мужчиной с добрыми глазами и коротко стрижеными рыжими волосами. Легкая щетина пробивалась на лице мужчины. Отец всегда ухаживал за ней, зная, как она нравится его жене. - Марлин! Моя дорогая! Как все прошло? Поступила в Хогвартс? – Кристоф подхватил дочь на руки, крепко обнимая. Отец был очень светлым человеком. Его зеленые глаза сияли от гордости за дочь, хотя результатов он даже не знал Марлин рассмеялась, обнимая отца в ответ,- Да, пап! Меня приняли. Все прошло хорошо. Но нужно дождаться первого сентября, там произойдет официальное распределение Вечером, за ужином, Марлин подробно рассказала родителям о своем визите в Хогвартс и о списке покупок. - Мы обязательно поедем с тобой в Косой переулок завтра, – сказал Кристоф,- Я хочу убедиться, что ты получишь все самое лучшее. Куинни кивнула,- Я тоже хочу пойти. Выбрать питомца – это очень важное дело. И, конечно, я хочу помочь тебе с выбором мантий. Нужно, чтобы они были теплыми и удобными. Марлин почувствовала тепло в сердце, глядя на своих любящих родителей,- Спасибо, мам, пап. Я знала, что могу на вас рассчитывать. После ужина Марлин обняла и поцеловала родителей, поблагодарив их за поддержку. Затем она поднялась в свою комнату и легла в кровать. Мысли о Хогвартсе, новых друзьях и волшебных приключениях не давали ей уснуть. Но в конечном итоге усталость взяла верх, и Марлин погрузилась в сон, полный грез о предстоящем учебном годе. Она знала, что впереди ее ждет много нового и интересного, и она была готова к этому. *** Яркое солнце заливало Косой переулок, наполняя его шумом и суетой. Марлин шла между родителями, широко раскрытыми глазами разглядывая диковинные лавки и магазины. Атмосфера магии и волшебства ощущалась здесь в каждом уголке. - Ох, здесь так здорово! – воскликнула Марлин, с восторгом разглядывая витрину магазина "Все для квиддича", заставленную блестящими метлами и защитным снаряжением. - Помню, как мы в первый раз собирали тебя в Ильверморнию, навеивает воспоминание, – улыбнулась Куинни, с любовью глядя на дочь,- Это действительно особенное место. Первым делом они зашли в "Флориш и Блоттс" и купили все необходимые учебники. Марлин была рада, что сможет наконец-то углубиться в изучение зелий, трансфигурации и истории магии. Затем они направились в "Мадам Малкин, Одежды на все случаи жизни", где Марлин подобрала себе несколько мантий, подходящих для любой погоды. - Эта мантия с подогревом просто находка! – воскликнула Куинни, ощупывая мягкую ткань,- А эта, с водоотталкивающими чарами, идеально подойдет для дождливых дней. После покупок одежды пришло время выбрать питомца. Марлин с детства мечтала о сове, поэтому они направились в "Волшебный зверинец". Внутри магазин был полон самых разных животных: клетки с грифонами и нюхлерами, эти вороватые зверьки всегда вызывали отклик теплых чувств у девушки, террариумы со змеями. Но Марлин интересовали только совы. Она долго ходила между клетками, рассматривая сов разных пород и размеров. Были здесь и величественные филины, и маленькие сычи, и гордые полярные совы. Но ни одна из них не затронула ее сердце. - Может быть, возьмешь с собой нашу кошку? – предложил Кристоф, видя ее замешательство,- Дэйзи хоть и старовата, но я уверен послужит тебе хорошо. - Нет, пап. Я всегда мечтала о сове, – ответила Марлин, немного расстроенно. Ее предыдущий питомец, Виргинский филин Оскар, скоропостижно скончался за пару недель по переезда семьи. Марлин с печалью вспоминает о нем, он был достаточно старым, но девушка надеялась, что он сможет отправится в Хогвартс вместе с ней. Девушка уже собирались пройтись по магазину еще раз в надежде найти кого-то, но случайно забрела в дальний угол магазина. Там, в небольшой клетке, сидела сипуха-альбинос. Она была необыкновенно красива, с белоснежными перьями и пронзительными янтарными глазами. Когда Марлин проходила мимо, птица вдруг громко ухнула и протянула лапку сквозь прутья клетки. Марлин замерла, пораженная. - Вот это да!" – воскликнул продавец, подошедший к ним,- Она впервые так реагирует на кого-то. Обычно она очень тихая и сторонится людей. Марлин протянула руку и осторожно погладила мягкие перья птицы. Сова тут же прижалась к ее руке, доверчиво прикрыв глаза. В этот момент Марлин поняла, что это – ее сова. - Я беру ее, – твердо сказала она продавцу, переведя на него полный надежды взгляд, - Можно же купить ее? - Конечно мисс, отличный выбор! Сипухи отличаются невероятной общительностью и контактностью с людьми, они обожают внимание и все что с ним связано, так что уделяйте ей должно внимание, мисс, – улыбнулся продавец, доставая сову из клетки. Птица тут же взлетела и уселась Марлин на плечо, прижавшись к ней головой. Марлин почувствовала тепло и нежность. - Как ты ее назовешь? – спросила Куинни. аккуратно дотрагиваясь до крыла совы, та, на удивление, спокойно продолжала сидеть на плече девушки. Марлин задумалась на мгновение, глядя на белоснежную птицу,- Люна, – ответила она, нежно проводя кончиками пальцев по головке сипухи, -Я назову ее Люна. Она похожа на лунный свет. После того, как Люна удобно устроилась на плече Марлин, они направились в магазин Оливандера, чтобы выбрать волшебную палочку. Сова отказалась залезать в клетку-переноску, поэтому Марлин разрешила ей остаться на плече. Люна вела себя очень спокойно и не мешала. *** Сердце Марлин учащенно забилось, когда они вошли в лавку Оливандера. Атмосфера здесь была пропитана древней магией и тихим ожиданием. Внутри царил полумрак, и стены, от пола до потолка, были заставлены высокими стеллажами с узкими продолговатыми коробками. Казалось, что тысячи волшебных палочек, словно спящие воины, ждут своего часа. Марлин огляделась, пораженная количеством палочек,- Здесь их, наверное, целая куча, – прошептала она, пораженно оглядывая, в буквальном смысле, башни из коробок с палочками. На небольшом прилавке стоял старинный колокольчик. Марлин робко позвонила в него, и в ту же секунду из дальнего прохода, словно из ниоткуда, появился седовласый старик с пронзительными серебристыми глазами. Это был сам мистер Оливандер. Родители Марлин остались немного позади, чтобы не мешать процессу выбора палочки. - Добрый день, – произнес Олливандер тихим, скрипучим голосом, внимательно разглядывая Марлин,- Очень необычно... обычно я встречаю будущих волшебников в возрасте одиннадцати лет, перед поступлением в Хогвартс. Девушка немного смутилась, но тут же объяснила ситуацию с переводом из Ильверморни и потерей палочки. Олливандер кивнул, понимающе нахмурившись,- Понимаю, понимаю... Тогда приступим,- Он подошел к одному из стеллажей и принялся вытаскивать коробки, одну за другой. - Итак... попробуем это. Ясень, сердечная жила дракона, одиннадцать дюймов. Попробуйте взмахнуть ею, мисс Смит. Марлин взяла палочку и неуверенно взмахнула ею. В тот же миг с полки упала стопка коробок, осыпав их пылью. Девушка виновата взглянула на старика, но он будто не обратил на это внимания. - Нет, нет... явно не она, – пробормотал Олливандер, забирая палочку,- Что ж, попробуем это. Бук, перо феникса, двенадцать с половиной дюймов. Жесткая,- Марлин снова взмахнула палочкой, и внезапно погас свет. - Нет, мисс Смит, эта палочка слишком капризна для вас, – сказал Олливандер, вновь зажигая свечу и забирая у Марлин эту палочку. Так продолжалось довольно долго. Марлин перепробовала множество палочек, но ни одна из них, казалось, не подходила ей. То из палочки вылетали искры, то начинала дрожать мебель, то в воздухе появлялись странные запахи. - Я уже не знаю, что и пробовать, – вздохнул мастер палочек, почесывая подбородок. - Может быть, я сама могу выбрать? – робко предложила Марлин. Олливандер покачал головой,- Нет, мисс Смит. Это не волшебник выбирает палочку, а палочка выбирает волшебника. Это магия, которую невозможно объяснить. Он задумался на мгновение, а затем подошел к самой дальней полке и достал оттуда старую, запыленную коробку. - Что ж, попробуем последний вариант. Может быть... именно эта палочка ждала вас. Он открыл коробку и достал из нее изящную палочку, сделанную из красного дерева. Деревко казалось теплым и живым. Марлин взяла ее в руки, и в тот же миг по телу пробежала дрожь. Эта палочка из тёмного, полированного дерева излучала тихую силу. Её форма была необычна – она сужалась к острому кончику, словно вытянутая слеза, а по всей длине шла спиральная резьба, придавая ей вид изящной, танцующей лозы. Рукоять была толще, с округлым набалдашником, который удобно ложился в ладонь. Казалось, будто она сама стремилась попасть в руки владельца, обещая мощь и послушание. Цвет дерева, глубокий и насыщенный, намекал на связь с самой природой, а гладкая поверхность так и манила прикоснуться. В этой палочке чувствовалась история, будто ее растили веками, ожидая своего часа и своего волшебника. Она почувствовала, как палочка вибрирует в ее руке, словно живое существо. В воздухе вспыхнули искры, и теплый свет наполнил лавку. Люна на плече Марлин издала тихий, довольный ух. Олливандер широко улыбнулся,- Да, да! Именно она! Красное дерево, волос единорога, одиннадцать дюймов. Прочная. Очень хорошая комбинация. Красное дерево всегда ищет тех, кто честен, добр и отзывчив. Уникальность волоса единорога в том, что он дарует палочке невероятную стабильность и устойчивость к любым помехам. Палочки с такой сердцевиной практически не поддаются влиянию Тёмных искусств. Их преданность владельцу не знает границ, и они сохраняют эту связь, даже если волшебник не достиг вершин мастерства. Эта палочка, мисс Смит, станет вашим верным союзником,- закончил старик запаковывая коробочку от палочки. Марлин взмахнула палочкой, и из ее кончика вырвался сноп искрящегося зеленого света. Она чувствовала себя так, словно нашла давно потерянную часть себя. - Она выбрала меня, – прошептала Марлин, не веря своему счастью. Олливандер кивнул, протягивая ей коробку,- Именно так, мисс Смит. Палочка выбрала вас. Теперь вы готовы к новым открытиям. Выйдя из лавки Оливандера, Марлин крепко сжимала в руке свою новую палочку. Люна, устроившаяся на ее плече, довольно ухнула. Марлин чувствовала себя счастливой и взволнованной. Все было готово к первому сентября. Она была готова к Хогвартсу.