Часть 4

      Неделя моего наказания тянулась мучительно долго. Свободное время я проводила сидя на ветках деревьев старого персика или на вершине забора, который к моему удовольствию был достаточно покат и широк. Задумавшись о несправедливости жизни, я не сразу услышала, как меня зовут по имени со стороны улицы. К моему удивлению, именно ему я и приписываю цепь следующих событий, позвавшим меня был Янь Линь. Попытавшись поклониться (чем я думала?!), я чуть не свалилась с того самого забора, вызвав смех у нежданного гостя. Интересно, почему в присутствии представителей семейства Янь, я веду себя как клоун? - Слезай уже, пока не свернул себе шею!       Не до конца понимая что и зачем я делаю, я спрыгнула и попала в крепкие руки Янь Линя, обхватившего меня за талию. Талия, к слову, как и все находящееся выше, была перетянуты толстым слоем ткани. По сему, волноваться, что меня могли разоблачить, не было смысла. Но этот вполне дружелюбный жест смутил меня…. Одернув платье, я поклонилась, точно вымерив угол наклона. - Ну, хватит уже! Мне вполне хватило твоего поклона верхом на заборе! – сказал Янь Линь, продолжая смеяться.       Я смутилась еще больше, хотя куда больше не представляю! В этот момент мозг наконец-то проснулся. До меня начало доходить, что я по ту сторону забора, одна, наказанная за предыдущий проступок, спрыгнула, потому что меня просто позвали. Что на меня нашло? Как и чем объяснить мой «побег» (хотя бы самой себе)?             Видя мое замешательство, Янь Линь сжалился и предложил проводить до ворот. Раскланявшись, я юркнула обратно в поместье, надеясь что охрана не проболтается обо мне дяде. В конце концов я успокоилась – всегда можно сказать правду, ну или полуправду, что я свалилась с забора. Оно ведь почти так и произошло, почти… . Врать я не любила, но и отбывать новое наказание мне не хотелось, еще это не закончилось. Засыпая вечером того дня, я подумала что пора перестать вести себя как шут из цирка.       Следующая наша встреча с семейством Янь состоялась через месяц. Не подозревая о гостях, Лю Чже обучал меня очередным приемам боя во внутреннем дворе. Ну как обучал? Я вяло отбивалась, к тому моменту мой пыл по угас, и восторг от занятий первых дней давно забылся. Не ожидавший нас увидеть дядя опешил, но вспомнив что я «14 летний юноша», облегченно вздохнул.       Этот вздох не остался незамеченным Янь Му. Неверно растолковав он попытался разрядить обстановку: - Я вижу наука боя нелегко дается Ли Цзе Миню. Не стоит отчаиваться. Он еще молод. У него все получится. Может Янь Линю стоит присоединиться к тренировкам? Сказать по правде мы давно не упражнялись, неплохо было бы размяться…       Хорошо что в этот момент Янь Му смотрел на меня, ибо его явно озадачила бы палитра чувств, промелькнувшая на лице дяди. Для отказа последний не смог найти причину и лишь коротко кивнул головой в знак согласия, повернувшемуся к нему генералу. Янь Линь, пожав плечами, взял шест и без предупреждения начал меня атаковать со скучающим выражением лица: удары сыпались один за другим, большую часть из них я отбивала, но несколько раз получала вполне ощутимые удары. Ощутимые для девушки, но не для 14 летнего юноши. Несправедливость ситуации (хотя в чем она заключалась, я бы не смогла ответить) так меня раззадорила, что, исхитрившись, я смогла достать противника. Не знаю, правда, намеренно ли он подставился или нет. Но впервые за долгое время во мне проснулся азарт. Янь Линь и вида не подал, что как-то заметил мой удар, но я не расстраивалась: лень и уныние быстро ушли, оставив место какой-то непонятной радости и азарту.       Все происходящее очень позабавило генерала. И он предложил услуги сына для наших тренировок, отмечая, как я оживилась. И опять дядя не смог найти причин для отказа.       После ухода гостей было принято решение о том, что тренировки всегда будут проходить в присутствии телохранителя, и обязательно в защитных латах. С этого момента 3-4 раза в неделю, предварительно обговорив время, к нам в поместье приходил Янь Линь. Он постоянно подначивал меня, иногда обзывал девчонкой (!!!), провоцируя во мне дух соперничества. Но по настоящему, я на него не обижалась. Меня саму ставили в тупик мои эмоции. Рядом с ним мне было очень…уютно? Почему я так рада его видеть? Все дело в банальной скуке? Наверное, да…или нет….или да? Кого я вижу в его лице: брата-наставника или молодого мужчину? Но мне же и правда нравится с ним тренироваться, даже Лю Чже заметил прогресс. Я запуталась.       Иногда семейство Линь приглашали нас на ужин. Дядя рассказал что дела их наладились, они смогли снять небольшой дом, правда меньше нашего, но то не главное. У них была крыша над головой, достойная еда, опрятная одежда и хоть какое-то подобие стабильности. Кто и как помогал семье, дядя не знал. Да, их образ жизни был далек от того, что был в столице. Но он мог быть намного хуже.       Дядя очень гордился своей дружбой с генералом. Часто они засиживались вдвоем допоздна, играя в го, обсуждая знакомых, политику, книги или дела минувших дней. В общем и целом дядя доверял семье Линь как членам своей семьи. Так прошло несколько месяцев.       Иногда после тренировок Янь Линь оставался на чай. Мне казалось что ему нравится проводить со мной время. Конечно же такие чаепития проходили в присутствии кого-то из домашних. В этот раз за нами приглядывала Хэ Су. - Мин, ты делаешь успехи, несмотря на свои девчачьи руки! Я ни разу не видел мальчишек твоего возраста с такими маленькими руками и ногами...Хотя и ростом ты не вышел тоже…ты карлик? - пошутил он - Как ты можешь такое мне говорить?! - попыталась обидеться я, замерев с чашкой чая в руке. Но вся правда заключалась в том, что права то на это у меня не было. Опять скатившись в самоанализ, я не заметила как пролила горячий чай на свое ханьфу.       Заметив это к нам бросилась Хэ Су, но ее опередил Янь Линь: он схватил салфетку и начал промокать ей пятно от чая, чуть ниже ключицы, в районе груди… Я округлила глаза, Хэ Су также опешила. Именно эту картину и увидел дядя со своей наложницей, заглянувшие к нам. Взяв себя в руки он сухо поздоровался с нами. Почуяв неладное, Янь Линь поспешил удалиться, а дядя устроил мне нагоняй. - Ты вообще понимаешь что произошло? Он же трогал тебя за…(тут дядя поперхнулся) он же мог понять, что ты девушка! Видел бы тебя отец с матерью! А ты куда смотрела, Хэ Су? Ты для того тут и находишься, чтобы не допускать подобных вещей! - кричал он.       Понимая всю серьезность ситуации, я молчала, и даже не пыталась как-то оправдаться. Наложница порхала рядом, пытаясь успокоить дядю. Через какое-то время гнев утих. Я объяснила что на мне несколько мотков ткани, из-за которой я не почувствовала ни горячего чая, ни чужих прикосновений, и что Янь Линь вряд ли мог что-то узнать. В глазах дяди то было слабым оправданием. В итоге он решил что нужно рассказать генералу кто я на самом деле.       В ту ночь я не спала. Я очень переживала, что моя жизнь сильно изменится после этого «разоблачения» и я не смогу как раньше видеться с Янь Линем. За время дружбы между нашими семьями наши отношения стали напоминать братские, как бы странно это не звучало. В какой-то момент я решила что буду относиться к нему как брату, не родному, но близкому. Это решение успокоило мои метания, попытки самоопределения (кто я? кем я себя ощущаю?) и позволило мне принять ситуацию как есть. Однако решение дяди должно было перевернуть все.       Наши тренировки продолжались, но сразу после Янь Линь уходил домой. Он явно почувствовал неудовольствие дяди в тот день. Все эти несколько дней я встречала дядю с немым вопросом, он на меня злился, но отвечал, что пока не рассказал. Я не сомневалась, что в ближайшее время он исполнит задуманное, но судьба распорядилась иначе.       Однажды Янь Линь не пришел, а вечером я узнала что их семья уехала. Куда и зачем мы не знали. Дядя получил короткую записку от генерала Янь, из которой мало что можно было понять. Слухов ходило много, разных. Но все они сходились в одном – перед их исчезновением видели, как генерал разговаривал с молодым человеком, богато одетым, по внешности напоминавшего ученого мужа.       Вот так и разрешился вопрос с моим «разоблачением». Где-то через пол года до нас дошли слухи о том, что генерал возглавил войско и пошел штурмом на столицу. В этот момент дяде приходилось несладко, его начали сторониться, даже поток больных в лекарскую уменьшился. В любой момент мы готовились к самому худшему. Но через несколько месяцев выяснилось, что это был не мятеж, что войска понадобились для сражения с Юэ, а потом и с предателем Дин Гогуном, который вознамерился убить императора и присвоить власть семье Сюэ. После нескольких месяцев страданий, вся наша семья наконец-то смогла облегченно выдохнуть. А я…мои переживания о будущем семьи вытеснили чувство утраты. Когда же все разрешилось я призналась себе что это была детская привязанность, которой больше нет места в моем сердце. Да и надежд на встречу тоже нет, где я, а где великие герои империи Цзян?