Глава 2

Я не помню, как добрался до своей квартиры. На самом деле даже не своей — моя съемная двушка в спальном районе так и осталась далеко, за пределами досягаемости. По ту сторону. То ли мышечная память сыграла свою роль, то ли голос в голове знал свое дело, но до места я добрался без происшествий. Повезло, что не нарвался на копов. За всей прогулкой я наблюдал как будто со стороны. Чувствовал себя в этот момент героем шутера или РПГ от первого лица, у которого в катсцене отобрали управление. Сейчас я буквально себе не принадлежал, и если бы у ДРУГОГО появилось желание меня убить... (не беспокойся, уж в чем-чем, а в твоей кончине я заинтересован сейчас меньше всего) Я хмыкнул. Не могу сказать, что это сильно обнадеживает, но все же есть в положении и плюсы. (о, этих плюсов гораздо больше, чем ты думаешь. ну что, как в хату заходить будем — красиво или скучно) — Скучно. — пробормотал я под нос. — Мне пока хватит острых впечатлений. (вот и эдди такой же был... поначалу. где в вас дух авантюризма? неужели обезьянье любопытное начало совсем закисло? ну да черт с вами. мы почти на месте. второй этаж, вторая дверь справа) Дом, в котором жил Эдди, к числу элитных точно не принадлежал. Из стен едва ли не вываливались кирпичи, их испещряли сплошь и рядом граффити и матерные надписи, а несколько окон третьего этажа были криво заколочены досками. В подъезде было темно и сильно несло кошачьей мочой, о лифте и говорить не приходилось. Я миновал один пролет и поднялся на лестничную клетку. (тебе в двести двадцать четвертую) Руки нашарили в кармане брюк ключ. Я достал его и повертел в руках. Эдди навесил на него смешной брелок в виде гамбургера с глазами. Если нажать на него, гамбургер смешно пучил эти самые глаза и показывал "язык". (смешная штука, я выбирал. можешь восхититься моим прекрасным чувством юмора) Я сдержанно улыбнулся. Тем более, что больше поводов для восхищения не нашлось. Должно быть, это даже не Эдди переживал сейчас не лучшие времена. Это не лучшие времена ПЕРЕЖЁВЫВАЛИ его. Я зашел внутрь, запер дверь сразу на ключ — с соседями знакомиться раньше времени совсем не хотелось — и осмотрелся. А темно здесь. Почти как в анекдоте. (выключатель справа от тебя, ща, я сам) Блестящий черный канат, похожий на щупальце, отделился от моего плеча и осторожно нажал на кнопку. Под потолком зажглась люстра. Я почти сразу понял, что кроме копеечной стоимости аренды, достоинств у этой хаты нет. Она выглядела, как типичная риэлторская наживка. Формально здесь имелись две комнаты, кухня, ванная и кладовая. Заезжай, блин, и живи. А дальше уже начинались нюансы — спальня походила на монашескую келью, куда кроме кровати мог вместиться разве что письменный стол. Гостиная оказалась немногим лучше — более просторная, но почти без отделки, обои порвались, а ковер на полу пожрала моль. На этом скорбном фоне выделялись дорогой плазменный телевизор и ноутбук на допотопной тумбочке. Закончив с обходом своих новых владений, я сел на продавленный диван и потер переносицу. — Знаешь, а для парня, которого только что постиг перенос сознания, ты довольно неплохо держишься. — отметил голос. Теперь он стал громче и звучал уже не внутри моей головы, а снаружи. Я откинулся на спинку дивана. — А чего мне переживать? Давай логически подумаем. Скорее всего, я так и не добрался до магазина. Я собирался это сделать, все так, но потом прилег на диван после того, как покурил, и задремал. Сейчас досмотрю этот безумный сон, а потом очнусь. Жалко только, что скорее всего, просплю, и магазин уже закроется, пива не куплю... ну да ладно. — Вынужден тебя разочаровать. — с тоской произнес голос. — Но это все не сон, не выдумка, не алкогольный бред. И нежданный приступ сумасшествия тебя тоже не поразил. Тот самый черный свитер, который по пути домой успел трансформироваться в куртку с капюшоном, снова изменился. Вернее, он вообще перестал быть одеждой. Превратился в блестящую, студенистую, постоянно шевелящуюся массу. Совсем как желе. Со вкусом асфальта. Только вот желе себе, как правило, тентакли не отращивает. — Ты просто не пробовал местные шедевры из категории товаров народного потребления. Там такая вкуснятина встречается, что даже я поостерегусь пробовать. А я пробовал жрать ядерные отходы. Ничего так на вкус, сладенькие и немного жгучие... — Давай по порядку. — попытался вклиниться я. — Кто ты такой? На самом деле я уже примерно представлял, кто. Все же как и всякий ребенок, который застал телевидение нулевых, я знал, что есть такой канал "джетикс", по которому показывают мультсериалы. И в вечернем блоке там очень любили запустить олдового "Человека-Паука". Арка симбиотов там освещалась прекрасно. Но ведь то были мульты... Над ними работали сценаристы, аниматоры, постановщики, актеры озвучки, чтоб воплотить на экране плоды чужого воображения. А теперь я сижу тут и болтаю с одним таким плодом как со старым приятелем. — И ничего я не плод! — сказал голос с обидой. — На вот, смотри. Масса потекла по моим рукам и превратилась в прут длиной примерно в палку для селфи. Только вместо мобильника на этой палке проступила знакомая морда. Глаза-кривые полумесяцы, клыки и длиннющий язык. — Здорово. — радушно поприветствовала морда. — Хочешь, я тебе леща дам, чтоб ты понял, что это все по-настоящему? Я могу! — Лучше не надо. — сказал я. — После твоих ударов те ребята в магазине так больше и не встали. — Так ведь это же прекрасно! — восхитился мой собеседник. — Район сразу сделался безопаснее. А вот если бы ты еще позволил откусить им бошки... — Ответь на мой вопрос. — прервал я поток мечтаний. Морда раздосадованно выдохнула прямо мне в лицо. Я чуть не задохнулся — в ноздри ударил аромат крови, тухлятины и отчего-то сырой земли. — Я немного подкрепился из цветочного горшка. — созналась морда. — Все ты виноват, между прочим! На таком голодном пайке держишь, что я уже землю жрать начал! — А пахнет так, как будто из ночного. Ты опять отвлекаешься. — заметил я. — Давай так: ты мне все рассказываешь, а потом жрешь все, что найдешь для себя пригодным в этой халупе. — Вот так бы сразу! — обрадовался мой собеседник. — Смотри. Я — Веном. Вернее, это мы с тобой вместе Веном. То есть не с тобой, конечно, а с Эдди, но... короче... Я происхожу из расы Клинтар. Название симпатичное, но очень похоже на "клитор" при написании, поэтому мы им пользоваться не будем. В общем, нас создал один хрен, и мы расселились по планете. Житие мое там было, прямо скажу тебе, не сахар. Когда приходится все время делиться с шестнадцатью миллионами родственничков, для себя нихрена не остается. Однаждый, когда мы с ребятами катались на комете, нас сцапал какой-то из ваших шаттлов. Вот, я упал, потом добрался до Эдди, то-се-пятое-десятое... и в общем, вот я здесь. Понятно? — В общих чертах. — сказал я. Да, обтекаемо. Но такой сумбурный пересказ кого угодно введет в замешательство. Даже аннотации с вебновеллам, переведенным с китайского машинным переводчиком, иногда дают больше ясности. — Это предыстория, тебе ее все равно особо знать не нужно, ни к чему. Теперь о важном: мы с Эдди вроде как местные герои. — Местные герои? — переспросил я. — Ага. — с готовностью закивала черная голова. — "Смертоносный Защитник". Правда, пока актив невысокий, мы только одно доброе дело успели совершить. Тут поблизости в подворотне один торчок хотел у бабки сумку и серьги отобрать , чтоб сдать в ломбард за дозу. Ну мы и вписались. Я ему сначала руки спилил, чтоб было неповадно брать чужое, а потом откусил башку. Эдди говорил, что не надо, а я считаю, что надо! Чтоб он больше ничего не украл, эта скотина. Перевоспитывать таких пустое дело — отлежится в рехабе и снова возьмется за старое. Я тоже взялся. За голову от всего услышанного. Что за маразм! Какой Эдди? Эдди Брока не может существовать. Просто потому, что его выдумали пятьдесят лет назад в комиксах! И тем не менее, выдумка сейчас висела передо мной как ни в чем не бывало. И продолжала болтать. Моим, кстати, голосом. — Бабка там от сердечного приступа и померла. А ограбление мини-маркета должно было стать нашим вторым делом... — Погоди-ка. — остановил я. — А ты можешь голос сменить? Голова чуть склонилась на бок. Полумесяцы прищурились. — А зачем? — Затем, что меня слегка коробит тот факт, что мой же собственный голос исходит от другого существа. Сразу чувствую себя последним шизофреником. Голова слегка понурилась. — Ну... не знаю, блин. Эдди все устраивало. — Если я все правильно понимаю пока что, Эдди здесь больше нет. Этот аргумент показался моему новому спутнику достаточно весомым. Он картинно откашлялся. Голова пошла рябью. — Как тебе такое? Кхм-кхм "ТОВАРИЩ, ВЕРЬ, ВЗОЙДЕТ ОНА — ЗВЕЗДА ПЛЕНИТЕЛЬНОГО СЧАСТЬЯ!" — продекламировал он сочным баритоном. Я отмахнулся. — Не, не то. Не хочу, чтоб все мои действия комментировал диктор Центрального Телевидения. — Справедливо. — согласился он. — Тогда... ПОЧЕМУ БЫ ТЕБЕ НЕ ВЗЯТЬ ЖОПУ В ГОРСТЬ И НЕ УБРАТЬСЯ НАЗАД В СВОЙ УСТЬ-МУХОСРАНСК, ЧЛЕНОСОС НЕДОЕННЫЙ, ЕПТ? — Если это пожелание, то я бы с радостью, но не знаю, каким образом. А так не слишком аутентичный гопник получился, над лексиконом надо поработать. — отметил я. — Он у тебя вышел больше похож на Гуфи. — Вот все тебе не нравится. — проворчала морда. — а как насчет... эй, красавчик, я, между прочим, могу укусить! В качестве третьей личности он предложил... девчонку. По крайней мере, голос стал отчетливо женским — приятным, чуть хрипловатым меццо. Он даже обошелся без странных булькающих призвуков, как будто доставшихся от постобработки. — Симпатично... но не стоит. — решил я после недолгих раздумий. — Если я буду воспринимать тебя как девчонку, которая постоянно сидит в моем мозгу, это будет странно. — А пришелец безо всякого пола, который сидит в твоем мозгу — это, конечно, в порядке вещей. — съязвила морда. — Дальше меняй, умник. — сказал я. — Но это твое умение может нам однажды пригодиться. — Как мило! — осклабилась морда. — Ты уже воспринимаешь нас как друзей! Он начал фальшиво мурлыкать опенинг из этого олдового сериала. Слюна с клыков летела мне в лицо и пришлось заслоняться от шквала кулаками. Параллельно продолжал думать дальше, но ничего на ум не шло. Какой образ мне бы не надоел через пару дней... Гомер Симпсон? Картман? Билли Бутчер? Шегги? Хранитель Склепа? Все не то. — А что ты бы сам предпочел? Чудовище замолкло на некоторое время, даже застыло, потому что щупальца перестали колыхаться. Я испытывал огромное желание легонько ткнуть его в белесый глаз. Остановило только то, что он тоже мог меня ткнуть... и скорее всего, убить. — Давай на этом остановимся. Очень гармонирует с моим мироощущением, а еще связки напрягать не приходится. — наконец заявил он радостно. Голос был молодой, принадлежал парню не старше двадцати. А еще тон прямо-таки сочился энтузиазмом. — Заметано. — согласился я. — Не очень угрожающе, но хороший вариант. Теперь, когда с этим покончено... скажи, а как я сюда попал? — В душе не ебу. — с тем же энтузиазмом поведал мой новый сосед. — Это ж все-таки происшествие эзотерического толка, а я в таких делах не очень шарю. Надо к экстрасенсу идти или к колдуну. Давай погуглим, их в Нью-Йорке хоть жопой ешь! Кстати, о еде… Жрачку он очень кстати упомянул, у меня как по сигналу заурчало в животе. Поэтому я направился к холодильнику — кашляющему агрегату, на вид ровеснику моей покойной бабки. Внутри зияла пустота. Удручающее зрелище. У Эдди не имелось в запасе ничего, кроме банки консервированных бобов. — Я так понимаю, за продуктами вы в магазин не ходили? — Так не на что. — ответил сосед. — Мы совсем на мели, работы нет, канал на Ютубе застрайкали недоброжелатели... но есть и положительные стороны! — Например? — поинтересовался я. — В ящике над раковиной есть шоколадные колечки. Я открыл этот самый ящик и действительно нашел там пачку сухого завтрака. От одного взгляда на улыбчивого шоколадного зайца на упаковке потемнело в глазах. Я вскрыл упаковку и запихнул сразу пригоршню в рот. Судя по вкусу, колечки лежали в ящике лет семь, не меньше. Но я не останавливался, пока не схрупал половину. Мерзкий вкус прочно поселился в глотке... ох, как нехорошо-то. Кажется, сейчас грядет срочная эвакуация. Я влетел в туалет и захлопнул за собой дверь. Но колечки наружу не пошли — удержались. Так что посидев для верности пару минут спокойно, я встал и подошел к зеркалу. Оттуда на меня глянул мужик лет тридцати пяти с одутловатым лицом, покрытым жесткой темной щетиной. Красные прожилки на щеках и в белках глаз говорили о двух вещах. Либо он гипертоник, либо прибухивает периодически. (к сожалению, второе, потому что за первым я приглядываю. кстати, должен сообщить, что у тебя рак) — Чего? — я чуть не навернулся на пол. (да, соре, что так резко. но ты не беспокойся, я его уже отовсюду почти вымел, кроме правого легкого. все никак руки не дойдут. то есть... ну те штуки, которые у меня вместо них. как-нибудь займусь. если ты, конечно, будешь стабильно подкармливать) — Уже прибегаешь к шантажу? (какой шантаж, брат! я же для тебя стараюсь, все в наших общих интересах!) Я пока еще не был уверен, что наши интересы совпадают, если честно. Но сейчас это меня не слишком заботило. Так, сведем половые органы с дыхательными. Что у меня имеется? Я почти бомж, обитаю в самом настоящем клоповнике, в холодильнике повесилось столько мышей, что хватит на японский "лес самоубийц", работы нет и не предвидится, так что даже это отвратительное жилье можно потерять. Да что там — мое тело и то С ЧЕРВОТОЧИНКОЙ. А еще оно мне не принадлежит. Такой ворох проблем, что не знаю, за что и браться. Глаза разбегаются в разные стороны. Я просто выбрался из туалета и вернулся на диван. Щас бы хорошо лечь и поспать часов двенадцать-четырнадцать, но что от этого изменится? Ни-хре-на. Проблемы по мановению волшебной палочки... или волшебной черной жижи не растают. Их надо решать. По одной вылавливать, как яблоки из бочки. Нужен план. Перво-наперво не помешает привести себя в порядок. Никто не захочет брать на работу чувака, который выглядит так, будто льет себе пиво в утренние хлопья. Потом уже можно приступать к поискам. Если мне не изменяет память, Эдди вроде как был журналистом или фотографом. Или обеими этими личностями на полставки. Так что обязательно прошерстить мобилу и посмотреть какие там есть интересные контакты. Я, конечно, никого из них не знаю, но ведь ты же подскажешь, кто есть кто, не так ли? (а то! там, конечно, процентов на девяносто семь засранцы, которые считают, что их дерьмо не воняет, а о человека, попавшего в сложную жизненную ситуацию, можно вытереть ноги. но я скажу, с кем можно иметь дело) Тогда так и поступим. (отлично! новая жизнь Эдди и Венома официально начинается с завтрашнего дня! Мы вернулись в седло, детка, и будем шпилить этот город в позе наездницы, дааааа, сученька) От этого радостного возгласа у меня будто бы загудел колокол в башке. Даже зубы слегка заныли. (может, в честь этого все-таки доедим колечки? пропадут же. жалко оставлять крысам) Я вздохнул. Ну конечно же, здесь есть крысы. Разве могло быть иначе? В таких трущобах они наверняка разгуливают нагло, как у себя дома. Хотя почему как? Наверное, тут уже веками селятся целые поколения, и это ОНИ позволяют мне жить поблизости. (подойди к зеркалу) Зачем? Я там уже был, и увиденное мне не очень понравилось. (подойди, говорю) Я слез с дивана и снова направился в ванную. От пола по ногам дуло сильным сквозняком. Лишь бы не простудиться. Я встал перед зеркалом. Вновь скептически оглядел собственную рожу. (смари чо могу) Мелкие черные щупальца поползли от груди к рукам. Ощущение было странное, но отвращения не вызывало, потому как щупальца оказались теплыми. Сантиметр за сантиметром тело Эдди обрастало... смокингом. Вполне приличным костюмом свободного покроя., из-под которого выглядывала белая рубашка. Чуть погодя явились брюки и даже ботинки. Веном действительно умел хорошо — если не приглядываться, сложно отличить этот смокинг от настоящей шмотки из модного дома. Разве что ткань чересчур ловит отблески света. — А это круто. — оценил я. — Молодец. (ну так еще бы. фирма веников не вяжет. только чистые трусы завтра постарайся надеть, их я предпочитаю не касаться) Сомневаюсь, что я найду здесь хоть что-то чистое. Но поскольку спать в свинарнике мне не позволит врожденное самоуважение... Я направился в спальню, в ее угрюмую спартанскую обстановку. Открыл платяной шкаф в углу. Наверху в стопке обнаружился комплект постельного белья. То, что нужно. В итоге на подготовку к первой ночи на новом месте у меня ушло немало времени. Пока перестилал простыни, пока матрас скинул — не хотелось бы проснуться ночью и обнаружить, что по мне стройными рядами маршируют клопы. В общем, через полчаса управился и улегся. Сунул руки под голову и уставился в потолок. Куда я влип? Что будет завтра? (эй, за всей этой возней совсем забыл. тебя как звать-то?) Там, в далеком параллельном мире, в паспорте стояло имя "Андрей". (андрей... хм. странно. восточноевропейский колорит. это ж по-нашему эндрю, да?) — Как это будет по-вашему, я не знаю. — хмыкнул я. — Никогда не бывал на Клинтаре. Что-то чувствительно кольнуло меня в бок. Я потер место и тут же обнаружил там маленькую черную колючку, похожую на собачий ус. (да иди ты в жопу, остряк. ты понял, о чем я. эндрю, он же энди, верно я мыслю?) — Ну... да. — осторожно признал я. (а энди — это же почти как эдди. значит, ты быстро привыкнешь!) — Что ж, раз уж мы перешли к финальной стадии знакомства — а как твое имя? — зачем-то сказал я вслух. (в вашем языке нет возможности произнести его во всей полноте. причем я имею в виду не знаковую систему, а тот язык, который у тебя за зубами. но щас ты поймешь хотя бы приблизительно) Тут мозг наводнили картинки — узоры, похожие на японские иероглифы. Катакана или хирагана — совсем в этом не шарю. Они плясали по желтому бумажному листу, перетекали друг в друга, потом снова расползались, как чернильная клякса, пока наконец не сложились во вполне человеческие буквы. Неожиданно на кириллице, лол. — Бенедикт? — так же вслух удивился я. (эй, не вздумай смеяться, я же говорю, что это только очень приблизительное соответствие) Значит, ты Веня, все понятно. Будем знакомы. Я перевернулся на бок и уставился в окно. Снаружи на меня равнодушно глядел диск луны. И ей, и всем ее обитателям, если они существовали, было абсолютно наплевать на абсолютно дикий выверт судьбы, который зашвырнул парня из центра России в чертов Нью-Йорк. Но в одном симбиот по имени Бенедикт прав. Я привыкну. Человек умеет адаптироваться. *** Музыка из лифтов всегда действовала мне на нервы. Не могу сказать, почему. Может, потому что раздражали звуки саксофона или ее беззубый успокаивающий настрой. Нет. Дело было в том, что ничего, кроме стресса, она не предвещала. А сейчас я как раз ехал в лифте — просторной кабинке с зеркальным потолком — к источнику стресса. Путь лежал аж на тридцать четвертый этаж, почти на самую крышу здания Гудмэна. Там располагалась редакция одного из самых известных таблоидов Нью-Йорка — Daily Bugle. Готов спорить, у любого фаната Человека-Паука от звуков этого имени начинается несварение и зубовных скрежет. Хорошо, что я к таковым не относился. Но все равно чувствовал себя слегка дискомфортно. Отражение в блестящих поверхностях показывало мне довольно приличного мужика. Немножко потрепанного жизнью, но все еще сохранившего достоинство. Я облизнул пересохшие губы и еще раз одернул галстук. (эй, не тыркай так сильно. я тебе не какая-нибудь тряпка, которую можно жмякать как заблагорассудится) Я убрал руки. Надо же, как бывает. Гарри Дюбуа вел беседы с галстуком и я тоже веду беседы с галстуком. Но есть нюанс. У ревашольского детектива болтливость галстука имела не инопланетное происхождение. (че-то у тебя давление подскочило. сто пятьдесят на сто. давай я немного успокоительного в кровь тебе добавлю, м?) Лучше не надо, а то отключусь еще прямо во время собеседования. А я его добился с трудом. С самого утра прошерстил список контактов и обнаружил там Джозефа "Робби" Робертсона. Веном сказал, что он славный дядька и с ним можно побазарить насчет работы. Мы созвонились, и я вкратце описал свою нынешнюю жизненную ситуацию. Сгущать краски не стал, чтоб Робби еще не начал меня жалеть, чего доброго. Напротив, сделал упор на то, что кризисы и штормы позади, и я готов вернуться к работе. По голосу он мне не поверил, конечно. Но на встречу согласился. Так и начался квест с трудоустройством. С Робби мы встретились на втором этаже. Он сразу мне понравился. Невысокий темнокожий мужик лет пятидесяти пяти. Хотя он выглядел моложе, но шапка волос с проседью и сеть морщинок вокруг глаз выдавала. Наверное, он часто улыбается. Мы поговорили немного обо всякой ерунде. Про семью, про дела. Вроде бы обо всем и ни о чем одновременно. Он как будто проверял меня на благонадежность — не поеду ли я крышкой, не начну ли разглагольствования про теории заговора или нашествие пришельцев. Наконец Робби вздохнул и сказал. — Ладно, Эдди. Я услышал все, что хотел услышать. — Это означает, что я могу приступать? Робби развел руками. — Если бы все было так просто, мы жили бы в прекрасном мире. Но без ведома Джей-Джея здесь ничего не делается, так что твоим финальным утверждением займется он. Поэтому сейчас ты отправишься наверх, тридцать четвертый этаж. Я сейчас зайду в редакторскую, раздам там пару указаний, а потом присоединюсь к вам. Ступай. И сейчас я ехал в лифте на встречу с будущим боссом. Великим (сомнительно) и ужасным Джеймсоном. (порви его, чемпион. а хочешь, можем вместе порвать. даже не метафорически!) От костюма отделилось небольшое щупальце и превратилось во всамделишный тесак. Я быстро схватил его, смял и прилепил обратно к костюму. (корпоративный эдди мне нихрена не нравится. где твой дух бунтарства?) Бро, если ты хочешь, чтоб у нас в холодильнике было что-то лучше, чем древние шоколадные колечки, придется временно затолкать дух бунтарства в твои симбиотические глубины. (ладно-ладно, волчара с уолл-стрит. соберись) Раздался звон электронного колокольчика. Створки лифта разъехались с мягким шорохом. Передо мной открылся светлый коридор с рядом дверей. И табличка на одной из них гласила просто "Джей Джона Джеймсон". — Войдите. — донеслось из-за нее. *** Я выбил два из двух — этот разговор тоже прошел как минимум неплохо. Джеймсон показался совсем не таким славным, как Робби — он как раз был из породы желчных стариков, которые всем вечно недовольны. Но я держался молодцом. Заблаговременно захватил с собой все прежние материалы, которые раскопал у Эдди на ноутбуке, даже рассказал о проектах, которые нашлись у него на ноутбуке. Джеймсон слушал и только крякал в усы, так что я приободрился. А уж когда появился Робби, и вовсе воспрял духом. — Что ж, Брок... — наконец сказал местный владыка, постукивая ручкой по файлику с моим именем. — Похоже, ты действительно твердо намерен расхлебать ту кашу, которую сам же и заварил. И это достойно уважения. Мы в "Бьюгле" считаем, что все достойны права на второй шанс... разумеется, кроме этого чертова ползуна!... Но сейчас речь не о нем. И я дам тебе это право… (как насчет открыть шампанское и хорошенько накидаться вечером? полагаю, мы это заслужили. ну или хотя бы выжрать бутылку кленового сиропа. я люблю сладенькое!) Уймись пока. Ты заглушаешь усача. — С сегодняшнего дня. — сказал Джей-Джей медленно. Как будто нарочно растягивал фразы. (у нас будет собственный кабинет, может, даже секретарша. с большими буферами!) — ...ты можешь заступить на службу… (и полный соцпакет! медицинская страховка! да, я могу лечить тебя и самостоятельно, но бля, когда есть бонусы, это же круто!) —...потому что у меня есть должность, которая подходит для тебя как нельзя лучше.