Глава 3

— Ты будешь охранником. — сообщил Джеймсон. Я чуть не уселся на мягкий ковер под ногами. Шутит старый, что ли? Какой еще, нахрен, охранник? Эдди первоклассный фотограф и тексты у него тоже выходили достойные. Перед тем, как отправляться на встречу, я же заценил портфолио. Он умел обращаться с клавиатурой, этого не отнять. Немножко перебарщивал с пафосом, поэтому иногда иногда за драматическими интонациями терялась суть, но в целом очень даже хорошо. Я со своим копирайтерским прошлым вполне могу об этом судить. И вот теперь старина Джей-Джей собирается вручить мне фуражку и фонарик. Нет, наверное, это правда такая неуклюжая подколка с его стороны. Вон как гадко ухмыляется в усы. — Вы это серьезно? — вытолкнул мой рот. Помимо воли, между прочим. Не надо брать связки под контроль и рубить без согласования. Это до добра не доведет. (не осуждай меня, я вообще возмущен до глубины души! этот мудак разбрасывается ценнейшими кадрами, все равно что забивать гвозди мьёльниром!) — Прости? — глаза Джеймсона стали жесткими. — Брок, я не из породы шутников. Сегодня твоя первая смена в качестве ночного охранника "Бьюгл". Более подробно с обязанностями тебя ознакомит Принс, начальник секьюрити, но кое-что я тебе сейчас все же очерчу. Будешь держать под контролем тридцатые этажи, включая этот. Получишь рацию, фонарик и портативный сигнал тревоги, чтоб вызвать подкрепление в случае чего. Ты парень крепкий… Я поскреб подбородок и почувствовал, как от желудка поднимается горячая волна. По ощущениям она была красного цвета и состояла из чистейшего негодования. Держись, блин, корпоративный Эдди, не теряй самообладания! — То есть вы предлагаете мне, опытному журналисту-расследователю с целой галереей успешных материалов за плечами и снимками, которые за секунду улетят в "Таймс" и "Форбс", бегать по этажам с радиотелефоном? Спасибо, в шпионов я уже наигрался в детстве. Джеймсон повертел ручку в пальцах и вальяжно откинулся на кресле. — Так что ж ты не пошел тогда в "Таймс" или "Форбс", Брок? Если они готовы с руками оторвать то, что ты накопал? А я скажу, почему — потому что никто не хочет иметь с тобой дел после того, что ты натворил! Ты разгромил ресторан, раскидал официантов и надавал по морде Тому Моргану! Да ты должен меня благодарить за то, что тебя вообще пустили на порог этого здания. Если б не память о прежних временах и не заступничество Робби, охрана уже намяла бы тебе бока. Робби, стоявший чуть поодаль, у стены с картинами в стиле модного абстракционизма, покосился на меня с укоризной. Джеймсон тем временем распалялся. — Сидит тут, нос воротит, фу ты-ну ты, какая важная птица. Разоделся в модный костюм, так подайте ему сразу должность главы отдела расследований, штат помощников и мини-бар с вискарем. Нет уж! Джеймсон свернул фигу и подставил мне под нос. (давай я ему отрежу нахер этот кулак! я очень быстро умею, старик даже ничего не почувствует. можно было бы и помучить, конечно, но ведь с другой стороны, он сказал, что костюм у тебя модный) — Если ты желаешь восстановить свое доброе имя, Эдди, тебе придется впахивать ради этого. Ничего в этом бизнесе не дается просто так. — проворчал он. — Оружие он захотел. Дать пистолет душевнобольному — верный рецепт катастрофы! Надеюсь, ты больше не разговариваешь сам с собой? (вот тут-то прежний Эдди и погорел на самом деле. мы с ним любили поболтать, но внутренний диалог у него то и дело выплескивался вовне, чел просто не умел себя контролировать. надеюсь, что у тебя с этим будет получше) — Я тоже надеюсь. — машинально произнес я. (чел, серьезно?) Джеймсон прищурился. — Это мое последнее слово, Брок. Согласен — работаешь, не согласен — выметайся. (может, лучше грабанем банк? я тут знаю парочку помельче, охранная система у них ни к черту, можем вскрыть по-быстрому, комар носа не подточит) Для героя ты подозрительно легко готов склониться на темную сторону. Нет, идея в вакууме ничего так, заманчивая, но я, пожалуй, задержусь в "Бьюгле". Джеймсон тот еще жучила, у него наверняка имеется дохрена компромата на местных воротил, мы в это вникнем и поймем, кто тут представляет наибольшую опасность. Плюс работа ночным охранником не самая пыльная, можно будет время от времени... отлучаться. Я протянул Джеймсону руку. — Работаем. *** Оформление бумаг и инструктаж надолго меня не задержали — мужик по фамилии Принс, громила с седым ежиком на голове и жуткими глазами дохлой рыбы, показал охранницкую каптерку, выдал форму, телескопическую дубинку и фонарик и рассказал про работу. Он был крайне немногословен, наверное, из бывших военных, так что говорил по сути. И из речи я понял, что почти во всем оказался прав. Работа с десяти вечера до шести утра. Раз в два часа обход вверенной территории, то есть этажей. Если замечу нештатную ситуацию — датчики движения сработают или шум появится — то сразу звоню на основной пульт и вызываю службу безопасности. — Никакого геройства, новичок. — вещал он голосом таким же бесцветным, как и его глаза. — Если засек то, чего в здании не должно быть, тут же извещаешь ребят и сваливаешь. На рожон не лезь, это не твои прямые обязанности. — Понял, сэр. — сказал я. (ты ведь не собираешься следовать этим тупорылым и трусливым указаниям, правда?) Естественно, нет. Но этому дядьке совсем необязательно знать, что я слишком хорошо подхожу для этой работы. Иначе у него разыграется паранойя, а у меня есть подозрения, что он и так не в себе. Когда все официальные мероприятия закончились, я отправился на первый этаж, в вестибюль. Там образовалось небольшое столпотворение — туда-сюда сновали люди, невероятно ДЕЛОВЫЕ с виду, постоянно звонили телефоны, люди на них раздраженно отвечали. Секретарша за стойкой одновременно с кем-то переговаривалась и вбивала данные в компьютер. Словом, жизнь бурлила.... и меня от этой всеобщей заряженности клонило в сон. Не люблю достигаторов, а это место кишело ими как аквариум золотыми рыбками. (ты, конечно, прав, но носом клюешь совсем не поэтому. у тебя сахар в крови упал, потому что с утра только кофе закинулся. давай поднимем его. купи вон газировку в автомате) Я покопался в кармане "брюк" и обнаружил там две вполне чистые пятерки. Подошел к автомату, сунул одну купюру в приемник и нажал на кнопку. Рядом со мной очутился паренек, щуплый такой, жилистый, смутно чем-то знакомый... что, конечно же, бред. Здесь я еще не успел ни с кем толком пересечься — незадачливые бандиты в мини-маркете не считаются. И тем не менее у меня в голове как будто лампочка зажглась. Паренек тоже подошел к автомату и принялся копаться в карманах джинсов в поисках мелочи. Ничего не нашел и выругался себе под нос. (пс-с, веди себя естественно, тут сейчас... знакомый) Где? Никого не вижу. — Парень, тебе помочь? — поинтересовался я. — Подкинуть на содовую? Он тут же оживился. — О, спасибо, очень выручии-и-и-и.... Как только паренек меня увидел, тут же изменился в лице, продолжая тянуть свою "и-и-и-и.". Потом его лицо расплылось в улыбке, но она получилась вымученной. Потому что до глаз не доходила. — Эдди! — бодро воскликнул он. — Какими судьбами ты здесь, старик? Уже вернулся из тю....то есть... эм-м-м... отдыха? Я усмехнулся. — Что-то вроде того. Знаешь... кхм… (питер. но мы его знаем под именем "ПАРКЕРРРР ГНУСНЫЙ ПАРКЕРРРРР") Серьезно? Тот самый? Который Человек-Паук. Вот этот вот штыбзик, похожий на Джейка Перальту? (он это, да. только не надо у него просить автограф, не позорься) Я и не думал. Просто почему-то казалось, что он будет выглядеть немного иначе. Более... по-геройски, что ли. Ну да хрен с ним, над этим еще успею подумать. Пауза затягивается. — ...Пит, в качестве реабилитации я теперь буду здесь работать. Улыбка с лица Паркера никуда не пропала, но стала еще более некомфортной. — Серьезно? Должно быть, кто-то подменил таблетки Джеймсона кислыми "скиттлз", если он согласился на эту идею. — Что? — Что? Между нами установилась пауза, которую заполняли чужие разговоры, писк компьютеров и негромкая музыка из динамиков под потолком. Паркер поглядывал на меня исподлобья, а я на него — в открытую. (вот пялится-то. он на мне дыру протрет) — Классный костюм, Эдди. — похвалил Паркер. (спасибо тебе за признание, дорогой, я теперь точно задумаюсь над тем, чтоб стать кутюрье!) — ....в какой ритуальной конторе ты его стащил? (беру свои слова назад, пошел ты на хер) — Забавно. — сказал я. — Не думал о том, чтобы пойти в стэндап? Да, придется некоторое время потаскаться по заплеванным клубам, зато потом сможешь записывать раз в год спешлы для Нетфликса и жить припеваючи. Клоун...то есть...комик из тебя может выйти добротный. Была еще мысль ответить про то, что прикид мне сшила его тетка, но это был бы удар ниже пояса, а парнишка и так на взводе. Автомат издал короткий писк и с грохотом вывалил в лоток банку. Я наклонился за ней. Паркер сделал то же самое. Ну уж нет, братец, это не твой "доктор пеппер". Я забрал банку и напоследок еще хлестнул его по руке симбиотической "ложноножкой". Несильно, но для острастки. Такая, вроде бы мелочь, но какой серьезный эффект произвела. Все показное дружелюбие сразу же пропало. Вместо него появилась брезгливость, будто дорогой друг Питер извозил штанины дорогих брюк в дерьме. Но хуже всего была... жалость? — Ты так и не избавился от... него. — заявил Паркер. — Нет. — сказал я прямо. — И даже не собираюсь этого делать. Я мог бы прикинуться, что не понимаю, о чем речь, но абсолютно не видел смысла ломать комедию. Мы оба находились на одной волне. Питер поправил галстук, небрежно болтавшийся на шее и подобрал свою банку спрайта. — Я так и понял. — задумчиво сказал он. — Чутье не подвело. Черт, я как знал, что надо было остаться дома. Поиграл бы в приставку, у меня до сих пор второй ласт оф ас висит в бэклоге… Музыке в динамиках под потолком прибавили громкости. Саксофон продолжал дудеть и дудеть бесконечные соло под развеселые латинские ритмы. С окружающей деловой обстановкой этот саундтрек совершенно не гармонировал. (это точно. щас бы заточить пару буррито с говядиной, зажевать чуррос, а потом пойти греть кости на пляже. но теперь нам эта роскошь недоступна... а ведь могли бы перебраться в сан-франциско) Паркер заговорил тише, но я все равно слышал его ясно и четко. — Что ты задумал, Брок? — В ближайшее время я собираюсь отработать свою первую ночную смену. — сообщил я. — К ней надо подготовиться — собрать контейнер с перекусом, потом книжек закачать на телефон, а то я сдохну со скуки в промежутках между обходами. — Не стоит юлить. — сказал он медленно. — Если ты что-то задумал… — Мои задумки пока не простираются дальше долгого утреннего сна. — сообщил я. — Ты чего так завелся, Пит? Не нервничай, на тебе и так лежит гигантский груз. Ну знаешь, большая сила — большая ответственность, и все такое. Он чуть не выронил полную банку. Сжал ее, отчего металл начал проминаться под пальцами. — Осторожнее, еще лопнет. — предостерег я. — Забрызгаешь хорошие шмотки. Он резко мотнул головой. — Я тебе не доверяю, Брок. — процедил сквозь зубы, чеканя каждое слово. — А я не нуждаюсь в твоем доверии. — парировал я. — Не знаю, что тут успел наворотить мой... кхм... то есть, хрен знает, в чем твоя проблема, Паркер, но только уясни вот что: пока ты ко мне не лезешь, я тебе не враг. Твою родню, друзей или девку я трогать не собираюсь — и в мыслях не было. Поэтому разойдемся миром — у тебя свои дела, у меня свои. И они никоим образом не пересекаются. Остынь. Он, конечно, не остыл. Я просто плеснул водой на угли, чтоб костер потух, но угли все еще тлели. — Ты совершаешь ошибку, Брок. Оно разъедает тебя. Да, понемногу, поэтому ты не замечаешь. Но в один далеко не прекрасный день ты проснешься и поймешь, что тебя уже нет. А есть только... это. Я думал, что смог показать, что ждет тебя в итоге, если останешься с симбиотом. Наверное, ошибся, в этом моя вина. — он со вздохом постучал костяшками пальцев по корпусу автомата. — Поступай как знаешь. Но запомни — я знаю, как остановить тебя и твоего приятеля, если до этого дойдет. С этими словами он вскрыл банку и выпил ее до дна, а потом зашвырнул в мусорное ведро. Это было так невыразимо пафосно, что я чуть не умер от передозировки на месте. Чувак буквально вышел из супергеройского кино. Как раз хваленая марвеловская формула, когда шутейки разбавляются драматическим моментом. А потом сверху на него наваливают еще шутеек. Вот зритель и качается на качелях до самых финальных титров. (если по твоей логике мыслить, то сейчас в вестибюль войдет утка Говард и попросит перетереть с начальством по поводу мудака, который подкидывает птицам в парке плесневелый хлеб) Но Говард не появился, а мы с Паркером разошлись. На этом я покинул "Дэйли Бьюгл", чтобы вернуться туда уже вечером. До смены оставалось чуть меньше шести часов. *** Остаток дня прошел в обычных для первого рабочего дня хлопотах — пришлось перерыть все документы, чтоб собрать полный набор для отдела кадров. Я судил только по опыту из своей прежней жизни, и опыт говорил, что там служат зверюги похлеще симбиота. Если они могут взять тебя за жопу, то непременно возьмут. Так что я просмотрел все бумажки Эдди. В медицинской карточке указывалось, что ему всего двадцать четыре, и я долго вглядывался в нее — не поддельная ли? Потому что роже, которая глядела на меня из зеркала, можно было с легкостью дать сороковник. (после того, как эдди потерял работу, отсидел и попал сюда, о правильном питании мы уже не волновались. плюс не забывай про рак — я борюсь с его влиянием, и это тоже подрывает внешний вид) Точно, рак. Спасибо, что напомнил. В заключении врач напихал много сложных слов, но из них я понял, что зараза сидит в правом легком уже давно. Это не обрадовало — одна из самых паршивых разновидностей опухолей. (вообще мне под силу с ней сладить, если б только ты меня получше кормил) Да покормлю, обязательно покормлю, не надо канючить! Завтра после смены закажу тебе курицу в орехах из китайской харчевни на углу. (курица в орехах хороша, но я бы предпочел другое мясо, более питательное) Я сперва хотел спросить, какое именно. А потом осознание пришло само по себе. Влепилось тугим комком в горло. Меня замутило. Нет уж, вольный ремейк фильма «Молчание ягнят» мы устраивать не будем, даже не думай. (пф-ф, я считаю, что «Молчание» переоценено. из киношек на эту тему мне куда ближе «Ад каннибалов») Его тоже не будет, даже не думай. Давай установим правила прямо на берегу, чтоб не было никаких взаимных претензий и терок. Мы не едим людей. (посмотрите, какой нежный. успокойся, я не буду их запихивать в твою пищеварительную систему, сам справлюсь) Все равно. Это неприемлемо. От моего плеча отделилась клыкастая морда и протянулась на тонкой, как стебель, шее к моему лицу. Глаза-полумесяцы расширились. Они ничего не могли выражать из-за особенностей конструкции, хех. И тем не менее выражали. Эта хитрая дрянь пыталась меня разжалобить. — Ох, тяжкое житье мне досталось. — запричитал симбиот. — Сначала один алкаш голодом морил постоянно, теперь вот второй достался, ничем не лучше прежнего. — Я не пью, кстати. — заметил я. — Значит, ты от природы жестокий. — Сказал тот, кто любит полакомиться человечинкой. Морда прислонилась к моему лицу вплотную. Я зажмурился с непривычки, но ощущение оказалось совсем не противным. Будто по коже провели дамской сумочкой. — Так я же не из собственных прихотей! — воскликнула морда. — А чтоб тебе, дураку, помогать! Чтоб исцеляющий фактор работал как надо, всякие приблуды на лету изобретались… На все энергия нужна, а много ли ее в курице? Я задумался. В словах симбиота имелся резон. Если верить тому, что я видел в фильмах по комиксам, в них дня не может пройти, чтоб тебе по дороге на работу не попался какой-нибудь суперзлодей, мегаломаньяк или просто террорист. Энергия мне однозначно понадобится. Но не слишком ли этот гаденыш перегибает палку? С другой стороны, мне не очень хочется узнать, что произойдет, когда энергия вдруг иссякнет. Я схватил Венома за шею. — Слушай меня внимательно. Два условия. Я НЕ должен чувствовать, что ты там делаешь. В мой пищевод продукты ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО происхождения не попадут, и ты об этом позаботишься, понимаешь? Морда с готовностью закивала, радостно скаля клыки. Отличное начало. — Второе. Ты не можешь бросаться на кого попало, иначе начнется хаос и по нашу душу явится какой-нибудь Железный Человек, Паркер или, что еще хуже, Соколиный Глаз. — А почему Соколиный Глаз хуже? — Потому что он хуже. В общем, хватаешь только тех, кого я разрешаю, это ясно? Несмотря на ограничения, которые я поставил, наш договор все равно обрадовал дорогого соседа. Он втянулся обратно и больше не докучал своими жалобами на жизнь. Но я все равно ощущал его присутствие постоянно. К моему оно как будто… примешивалось, что ли. Мозг все время фиксировал обрывки, отголоски мыслей и образов. В полноценную картинку они не складывались, да и не могли сложиться, наверное. Время стремительно катилось к вечеру, поэтому я урвал еще несколько часов сна. Потом встал по будильнику, приготовил нехитрый ужин (часть съел сразу, а часть оставил на ночной перекус) и отправился на службу. В поздний час жизни в «Daily Bugle» значительно поубавилось, оставшиеся сотрудники уже перешли в вечерний режим и потихоньку клонились к режиму спящему. Холл, который днем орал на разные голоса, сейчас стал удивительно тих. Вот лампы под потолком горели по-прежнему ярко. — Старомодные штуки. — сказал я. Секретарша — миловидная черноволосая латинка лет двадцати пяти, отложила томик в яркой неоновой расцветке. «ШЕСТОЙ ИГРОК» — кричали буквы на обложке. Девушка нахмурила густые брови. — Что? — Старомодные, говорю, штуки тут висят. — повторил я и ткнул пальцем в одну из ламп. От нее лилось желтое, приглушенное сияние.— Как будто я в отель заглянул или в варьете, честное слово. — У меня самой временами возникает схожее ощущение. — согласилась латинка. — Однако…главный настоял, чтоб здесь по вечерам зажигали именно такие. Мол, нужно поддерживать имидж. Я хмыкнул. Да, тщеславие вписывалось в образ Джеймсона, я не удивлен. — Не думал, что такими штуками определяется солидность издания. — Просто здание тут стоит чуть ли не сто лет, то ли с двадцатых, то ли с тридцатых, вот и стараемся по мере сил поддерживать дух…времени. В ее словах я энтузиазма уж точно не улавливал — от эпохи великолепного Гэтсби девушка была бесконечно далека. Впрочем, я тоже. — А вы кто? — решила проявить бдительность девушка. — В такой поздний час посторонних… — Эдди Брок. — представился я. — Я не посторонний, с сегодняшнего дня заступаю в охрану. На верхние этажи. Девушка оживилась. — Правда? Звучит здорово. У меня там подружка работает, Рианна… (WE'RE BEAUTIFUL LIKE DIAMONDS IN THE SKY) Сделай милость, замолчи. Я из-за тебя не слышу, что мне втирает эта симпатичная болтушка. (вот нету у тебя никакого уважения к чужому творчеству. я нуждаюсь в самовыражении, раз уж ты мне запрещаешь составлять мясные коллажи!) Секретарша, к счастью, не замечала моего оживленного внутреннего диалога. К тому же я весьма ловко состроил заинтересованное выражение и даже кивнул вовремя. Не люблю смолл-ток. — Принс уже три месяца не может найти туда охранника, а свои заглядывают постольку-поскольку. Поэтому Рианна говорит, что там вечерами жуть творится. Она иногда задерживается сверхурочно, когда выпадают особенно загруженные дни. И одной на этаже страшно. Мол, идешь по коридору и шаги свои слушаешь — не идет ли по пятам какой-нибудь призрак или демон. Ну, я бы сказал, что свои шаги услышать в такой ситуации лучше, чем чужие. К тому же призраки топать не могут — им банально нечем. Но не буду подливать масла в огонь. — В общем, хорошо, что теперь ты есть. Может, Рири не будет так пугаться. — Надеюсь на это. — сказал я и отправился к лифту. Никаких призраков и демонов я не встретил — возможно, они почуяли, что новичок явился не один, а с пассажиром, и благоразумно попрятались. Поэтому моим главным врагом в этот вечер стала скука. Когда прозвонил таймер, который я предварительно завел, то мы отправились на первый обход. Обход, к слову, оказался унылым. Я просто оглядывал пустые кабинеты и офисы. Открыл, посмотрел, посветил фонариком, буркнул в рацию "чисто", дождался подтверждения с поста — и потопал дальше. Некоторые из офисов подчиненный Принса зачем-то просил щелкнуть на камеру, и отправить ему. Хрен знает, зачем, но я отправлял — мало ли какую идиотскую отчетность выдумал самодур Джеймсон. Кругом стояла тишина и покой, так что я быстренько обошел всю вверенную мне площадь и отправился к себе в уголок читать книгу. Потянулись долгие и унылые минуты. К тому же кресло в служебном помещении было колченогое и под моим весом чуть ли не трещало. (зато внизу обстановка такая, что киномагнаты бы сдохли от зависти. и офис у этого усатого хрена понтовый) А на сотрудников денег пожалел. Начинаю понимать, почему старина Питер от него не в восторге. Еще два часа и двести страниц спустя я отправился на следующий увлекательный кружок. Снова повторилось все то же самое. На этажах в общем коридоре оставили свет, поэтому и в фонарике особой нужды не было. Зато насчет шагов Рианна была права — из-за акустики я слышал себя прекрасно. Но больше — никого. Наверное, у девчонки не очень хорошо с нервами. Ну кого здесь можно испугаться? Да и что воровать-то? Разве что у Джеймсона стол потрясти. Там наверняка может найтись что-нибудь постыдное, типа признания в любви к Пауку. К четырем часам утра я понял, что эта работа мне по душе. Спокойная, ненапряжная, все время предоставлен самому себе, никто не дышит в затылок и не делает мозги. Благодать. Напрягало только то, что музыку слушать нельзя. Логичный запрет, потому что мне было бы не очень радостно узнать, что мое предприятие обнесли, пока охранник тряс башкой под "Куклу колдуна", но тем не менее. (ты-то что жалуешься? у тебя в голове самый лучший на свете музыкальный автомат) Самый громкий еще не значит самый лучший. Ты так орешь, что я своих мыслей не слышу. (хорошо, не хочешь песен? есть другая идея. перед кабинетом усача я приметил замечательно натертый пол. как думаешь, ты смог бы проскользить по нему до самого окна?) Вообще это кошмарно безответственная затея. Но поскольку от уныния у меня съезжает набок челюсть, можем пойти и проверить. Там меня ждал сюрприз, потому что свет на этаже не горел. Густая чернота клубилась, обволакивая стены. На них скупыми отблесками падал лунный свет, он же бежал узкой дорожкой по полу. Неужели отрубилось электричество? Это вряд ли. Иначе все здание бы потухло. Лампы тоже не могли с такой синхронностью перегореть, ведь так? Я вооружился фонариком, прошел до конца коридора и щелкнул выключателем рядом со схемой пожарного выхода. Свет послушно зажегся. Тогда действительно странно. С моего наблюдательного поста все уголки хорошо просматриваются, и я заметил бы нарушителя. А если бы не заметил я… (то тебе на выручку пришел бы лучший детектив! мимо меня ни муха не пролетит, ни котлета) Давай все-таки отделять мух от котлет, братец. — На тридцать четвертом погас свет. — сообщил я в рацию. Устройство зашипело помехами, потом оттуда прорезался голос. — Бывает. В здании проводке триста лет в обед, она иногда собственной жизнью живет. — Пусть так... — сказал я. — но только он не вырубился. Коридорный выключатель был нажат. В рации хохотнули: — Думаешь на что-то сверхъестественное, Брок? Призрак мстительного журналиста, которого уволили ЗА ПРАВДУ? Вот блин, еще и шутника-тролля подкинули. — Ладно. Обойди там все еще разок на всякий пожарный и возвращайся. Отбой. — Отбой. — сказал я. После этого происшествия симбиот сменил тактику и начал развлекать меня иначе. Теперь он завывал как привидение, изображал демонический рык и бряцал воображаемыми цепями. Уже через пару минут мне стало казаться, что глухим на свете жить не так уж и плохо. (эдди...эдди... чтобы жить в темноте, тебе не нужны глаза... отдай их мне...) Очень смешно. (Я ПОЖРУ ТВОЮ ПЛОТЬ А ИЗ КОЖИ СОШЬЮ КРАСИВЫЙ СПАЛЬНЫЙ МЕШОК. ДИЗАЙНЕРСКИЙ КАК В ЛУЧШИХ МОДЕЛЬНЫХ ДОМАААААХАХХААХХАХА) Потрясающий талант, браво. (дзынь-дзынь... дзынь-дзынь. вероломная супруга приковала меня в подвале огромными кандалами, и теперь моя душа не найдет покоя...) Где бы мне от тебя покой найти… (погоди-ка) Наслаждаясь этим увлекательным представлением, я как раз шел мимо офиса Джеймсона. И от того, как резко мой напарник сменил настрой, я тоже остановился. (прислушайся) Сначала я не сообразил, в чем дело. Подумал, что симбиот затеял очередную разводку, но нет — он и сам притих. Тогда я, как старая сплетница, осторожно подкрался к двери и приложил к створке ухо. Оттуда и впрямь доносился шум! Отчетливый, прекрасно различимый скрежет, как будто кто-то водил ногтями по грифельной доске. На ум тут же пришли все сцены с охранниками из фильмов ужасов. Выживаемость у этих ребят низкая — если надо кого-нибудь на корм твари пустить, а главного героя пока не ввели, то выберут беднягу в форме. Так что сама статистика велела мне быть осторожным. Но мое знакомство с паранормальным закончилось в детстве на книжке "Монстры. Привидения. НЛО.". Поэтому я снял с пояса универсальный магнитный ключ и прилепил его к панели у двери. Замок щелкнул, дверь открылась. И я остолбенел. Но не от страха. Просто охренел. Потому что с той стороны окна висел ховерборд. Самый настоящий. Как в научной фантастике. А на ховере стояли два мужика. Один из них деловито выпиливал стекло лазерной пилой. Некоторое время мы просто стояли и смотрели друг на дружку. Пока мужик не закончил пилить. Тогда стекло с тихим звоном упало на пол, а эти двое деловито запрыгнули в окно. — А ты что еще за хер? — поинтересовался мужик с пилой. Я задумчиво почесал голову под форменной фуражкой. Какова вероятность, что именно со мной приключится какая-нибудь ерунда? В первый же, мать его, рабочий день. Что это за закон подлости? — То же самое я хотел бы у вас спросить, ребята. — наконец обрел я дар речи. — Если хотите во внештатники наняться, советую приходить в рабочие часы. Мужику с пилой мой ответ не понравился. — Здесь месяцами никого не было! — обозлился он. — Что поделать, — развел я руками, — все течет, все меняется. Мужик с пилой выпрямился и кивнул напарнику. Тот надвинул на лицо капюшон куртки и сунул руку за пазуху. (палить собирается. как неоригинально) — Не повезло тебе, парень. — с фальшивым сочувствием сказал мужик с пилой и нацелил ее на меня. (оооо, эдди, ну что, этих двоих можно? можно? МОЖНО?) Можно. Погрызи того с пушкой, а второго сильно не трогай, мы с ним пообщаемся. — Да нет. — ответил я, чувствуя, как спину и плечи покалывает теплыми иголками. — это вам не повезло.