От фантастических тварей к супергероям

Научный пыл Гермионы Хогвартс. Библиотека. Сумрак сгущается за окнами, отражаясь в стопках древних фолиантов. 18:00. Гермиона Грейнджер, идейный вдохновитель Клуба Единства, возвышалась перед доской, словно полководец перед картой сражений. На доске, словно причудливые трофеи, красовались: Гиппогриф, обведенный мелом и помеченный "Взаимодействие с магглами: мифы и ускользающая реальность" Гигантский кальмар, запечатленный чернилами, растекавшимися словно щупальца, "Сходства с криптидами, рожденными воображением магглов" Дракон, нарисованный углем, с вопросительным взглядом, полным вечного страха, "Почему пламя его ярости горит в сердцах всех культур?" — Сегодня мы разберем, как магглы, не ведающие истинной природы вещей, пытаются осмыслить существ, которых мы знаем как… живых, — начала она, касаясь пальцами переплета книги. — Возьмем, к примеру, гиппогрифа. В их мире, лишенном волшебства, он… Питер Паркер, словно пружина, заерзал на своем месте в первом ряду. Глаза его горели нетерпением. — А у магглов есть свои… волшебники? Типа… Мстителей? Тишина, словно заклинание, сковала библиотеку. Даже слизеринцы, чья скука обычно была столь же показной, сколь и презрительной, замерли, забыв о своих палочках. Гермиона уже открыла рот, чтобы вернуть разговор к академическим высотам, но тут в разговор ворвался Дин Томас: — Погодите, Мстители? Это кто такие? Питер Паркер вспыхнул, будто его поразили заклинанием Fulmen Revivisco: — Это же команда самых крутых маггловских героев! Там есть: ✔ Железный Человек – гений, заключенный в летающую броню, сотканную из технологий будущего ✔ Тор – почти бог, обрушивающий небеса своим молотом ✔ Капитан Америка – supersoldier, живая легенда, чьим щитом не пробить отчаяние" Гермиона отчаянно попыталась перехватить инициативу, словно укротить строптивого единорога: — Это все, конечно, увлекательно, но наша цель… — А Человек-паук! – выпалил Питер, словно случайно выболтал страшную тайну, и тут же залился краской. Все взгляды обратились к нему. — Он… э-э… очень ловкий. Драко Малфой, до этого хранивший молчание, выпустил ледяной смешок: — Звучит как жалкая попытка использовать заклинание 'Arachnida Maximus' без малейшего успеха. — Он спасает людей! – воскликнул Питер, в его голосе звенела обида. — Как трогательно – протянул Драко с ядовитой сладостью. Гермиона в отчаянии стукнула палочкой по столу, словно призывая тишину, но было уже поздно – аудитория раскололась, как зачарованное зеркало, на осколки жарких споров.

***

Кабинет директора Хогвартса словно застыл во времени: круглые стены, тихо позвякивающие диковинные приборы, и портреты бывших директоров, погруженные в вечную дрему в своих рамах. Профессор Дамблдор, устроившись за массивным столом, с безмятежным видом потягивал чай, подслащенный лимонной долькой, и просматривал свежий выпуск скандальной «Придиры». Внезапно дверь в кабинет, словно по волшебству, приоткрылась с легким скрипом, и в проеме появилась группа учеников, явно подталкивающих друг друга в нерешительности. Первым, словно на передовую, выдвинулся Гарри Поттер, смущенный, но решительный. Рядом с ним, переминаясь с ноги на ногу и излучая энергию, готовую вырваться наружу, стоял Питер Паркер. За их спинами, пытаясь раствориться в тенях, но от этого становясь лишь заметнее, жались Гермиона Грейнджер и Рон Уизли. А замыкал это необычное шествие Драко Малфой, вошедший с таким видом, будто его несли на плаху, и он лишь случайно заглянул по пути. — Профессор Дамблдор, простите, что отрываем, но это очень важно, — произнес Гарри, стараясь говорить уверенно. — Ну конечно, мои дорогие друзья! — отозвался Дамблдор, откладывая журнал и одаривая их улыбкой. Его голубые глаза за полумесячными очками загорелись любопытством. — Чай? Лимонную дольку? Недавно обнаружил, что они восхитительно шипят в горячем чае. Напомнило мне одну историю с фениксом… — Э-э, нет, спасибо, профессор, — поспешно отказался Рон, бросив на конфеты подозрительный взгляд. Инициативу тут же перехватил Питер Паркер, слова которого хлынули потоком, как из рога изобилия: — Профессор, понимаете, мы тут немного поговорили с ребятами… о, ну, о своей… необычной семье. О Мстителях. И о том, как мистер Старк использует науку вместо магии, а Капитан Америка – вообще живая легенда, и о том, как Брюс… ой, то есть Халк… э-э-э… в общем, все были в полном восторге! Гермиона, не выдержав, сделала шаг вперед, выпрямившись, словно перед ответом на уроке: — Профессор, мы считаем, что это замечательная возможность для межкультурного обмена! Ученики изучают магический мир, но почти ничего не знают о мире маглов, особенно о его… э-э… необычных защитниках. Статут о секретности, разумеется, важен, но мы говорим о точечном, контролируемом просвещении! Это мог бы быть своего рода открытый урок! Классный час! — Да! — подхватил Питер, захлебываясь от восторга. — Мистер Фьюри, он строгий, но справедливый! Ну, в основном строгий. Но если вы напишете письмо, профессор, он наверняка согласится! Я мог бы помочь с организацией! Показать, где у нас тут розетки, чтобы мистер Старк мог подзарядить костюм… Рон, набравшись храбрости, пробормотал: — А правда, что у них есть тот, кто стреляет лазерами из глаз? Я бы хотел на это посмотреть. — Это, наверное, круче, чем заклинание Петрификус Тоталус, — прошептал кто-то, зачарованно затаив дыхание. В этот момент со спины донесся голос, источавший ледяное пренебрежение. — Мой отец полагает, приглашение маглов в школу – верх несусветной глупости, – протянул Драко Малфой, брезгливо оглядывая складки своей мантии. – Но раз уж этой нелепости не избежать… то я, пожалуй, лично оценю их… гм… боевую пригодность. Исключительно для отчета отцу. Сугубо в академических целях, разумеется. Дамблдор слушал их, сложив кончики пальцев домиком и едва заметно покачиваясь в кресле. В глубине его глаз плясали озорные огоньки. — Так-так-так, — протянул он нараспев, наконец. — Просвещение. Межкультурный диалог. Оценка… «боевой пригодности», если я правильно понимаю? И, конечно же, лимонные дольки, которые так и остались нетронутыми. Иными словами, вы предлагаете устроить в стенах Хогвартса встречу с величайшими героями мира, чья сила заключена не в волшебных палочках? Он бросил взгляд на пылающие энтузиазмом глаза Питера, на решительное выражение лица Гермионы, на безуспешные потуги Драко изобразить скуку и на смущенную улыбку Гарри. — Знаете что? — произнес Дамблдор, и в его голосе зазвучали таинственные, веселые нотки. — Я считаю, что это просто блестящая идея. Безумная, конечно, как и все самые лучшие идеи. Восхитительно безрассудная и, вне всяких сомнений, чреватая несколькими незапланированными… кхм… последствиями. Но блестящая! Он извлек из ящика стола длинное гусиное перо и лист безупречно гладкого пергамента. — Мистер Паркер, будьте так любезны, продиктуйте мне точное наименование должности и адрес этого директора Фьюри. И… — он подмигнул Питеру, — как вы думаете, оценит ли он в качестве приложения небольшой мешочек волшебных конфет? Надо же с чего-то начинать эту сложную дипломатическую игру. Длинные, тонкие пальцы Дамблдора любовно вырисовывали изящные завитки: «Уважаемый директор Фьюри…» – и под приглушенный, благоговейный шепот портретов, взирающих со стен, рождалось судьбоносное приглашение.