Глава 21 "Действия имеют последствия"

С ​точки ​зрения ​Лорда ​Эддарда ​Старка ​ ​Он ​шел ​по ​обломкам ​некогда ​крепкого ​и ​прочного ​замка ​и ​смотрел, ​как ​одни ​люди ​утаскивают ​трупы ​Железнорожденных, ​а ​другие ​ликуют ​и ​празднуют. ​ ​Замок ​Пайк ​все ​еще ​продолжал ​стоять. ​Но ​все ​остальное ​сколь-либо ​ценное ​на ​этом ​острове ​исчезло. ​Порт, ​ведущий ​на ​этот ​остров? ​Разрушен. ​Портовый ​город, ​в ​котором ​жили ​торговцы ​этого ​острова? ​Сгорел ​дотла. ​И ​даже ​крепкие ​стены, ​защищавшие ​главный ​замок, ​были ​снесены ​по ​приказу ​его ​друга ​Роберта. ​ ​Похожая ​участь ​постигла ​и ​другие ​имения ​Железнорожденных. ​Все ​их ​главные ​города ​и ​порты ​были ​сожжены ​дотла. ​А ​все ​их ​верфи ​были ​преданы ​огню. ​ ​Тайвин ​даже ​дошел ​до ​того, ​что ​засыпал ​солью ​земли ​и ​обрушил ​шахты ​островов, ​на ​которые ​напал. ​ ​И ​самое ​главное, ​все ​жрецы ​Утонувшего ​Бога ​были ​преданы ​мечу. ​Роберт ​и ​лорды ​надеялись, ​что ​устранения ​жрецов ​Утонувшего ​Бога, ​а ​также ​вливания ​Веры ​в ​культуру ​Железнорожденных ​будет ​достаточно, ​чтобы ​положить ​конец ​их ​кровожадности. ​Но ​он ​скептически ​относился ​к ​тому, ​насколько ​успешной ​окажется ​эта ​мера. ​ ​И ​хотя ​лично ​ему ​все ​эти ​бессмысленные ​смерти ​и ​разрушения ​были ​несколько ​неприятны, ​он ​также ​мог ​понять, ​зачем ​это ​делается. ​ ​На ​этот ​раз ​Железнорожденные ​зашли ​слишком ​далеко. ​И ​сейчас ​они ​заплатят ​цену, ​которая ​покалечит ​их ​экономику ​на ​ближайшие ​десятилетия, ​если ​не ​столетия. ​ ​В ​его ​сердце ​было ​мало ​сочувствия ​к ​этим ​Железнорожденным, ​но ​он ​все ​равно ​не ​мог ​не ​думать ​обо ​всех ​детях, ​которые ​умрут ​в ​предстоящую ​зиму ​из-за ​отсутствия ​еды ​и ​крова. ​Его ​сердце ​обливалось ​кровью, ​и ​он ​задавался ​вопросом, ​зачем ​Бейлону ​было ​подвергать ​свой ​народ ​подобному. ​ ​Неужели ​слава ​и ​богатство ​для ​этих ​людей ​важнее, ​чем ​стабильное ​и ​мирное ​королевство? ​Неужели ​они ​начали ​эту ​войну ​и ​не ​понимали, ​что ​их ​действия ​будут ​иметь ​последствия? ​Или ​им ​просто ​все ​равно? ​ ​От ​размышлений ​его ​отвлек ​рыцарь, ​который ​подошел ​к ​нему ​и ​сказал. ​ ​- ​Милорд. ​Его ​милость ​вызвал ​вас. ​ ​Он ​кивнул ​и ​жестом ​велел ​мужчине ​вести ​его. ​ ​Они ​вошли ​в ​первую ​башню, ​и ​он ​увидел, ​что ​хотя ​трупы ​уже ​убрали, ​кровь, ​внутренности ​и... ​прочее ​все ​еще ​оставались. ​ ​Они ​пересекли ​три ​каменных ​моста ​и ​прошли ​еще ​через ​две ​башни, ​прежде ​чем ​наконец ​попали ​в ​Великий ​замок. ​Самая ​большая ​башня ​среди ​нескольких ​других, ​которые ​вместе ​составляли ​знаменитый ​замок ​Пайк. (Иллюстрации по ссылке снизу) Как и в предыдущих башнях, трупы из этой башни тоже убрали, оставив лишь пятна крови, говорившие об ожесточенной битве, которая здесь произошла. Безымянный рыцарь провел его по длинному коридору, пока они наконец не попали в Большой зал, где стояло печально известный Морской Трон. Черное кресло Железнорожденных - древних правителей. И трон, на котором восседал Бейлон Грейджой, правивший Железными островами в течение 15 лун своего пребывания на посту короля. Теперь ​на ​этом ​троне ​восседал ​не ​Бейлон, ​а ​Роберт ​Баратеон. ​Обычно ​веселое ​и ​шумное ​лицо ​Роберта ​сохраняло ​бесстрастное ​выражение, ​а ​на ​его ​пальцах ​плясала ​корявая ​корона, ​в ​то ​время ​как ​на ​коленях ​посреди ​Большого ​зала ​лежал ​осунувшийся ​мужчина ​средних ​лет, ​удерживаемый ​сиром ​Мэндоном ​Муром ​и ​сиром ​Престоном ​Гринфилдом ​из ​Королевской ​гвардии. ​ ​Оглядевшись, ​он ​заметил ​более ​дюжины ​лордов ​и ​рыцарей, ​стоявших ​полукругом. ​Лорд ​Станнис ​Баратеон, ​лорд ​Тайвин ​Ланнистер, ​сир ​Кеван ​Ланнистер, ​лорд ​Хостер ​Талли, ​сир ​Бриндан ​Талли, ​лорд ​Джон ​Ройс ​и ​несколько ​представителей ​армий ​Долины, ​Королевских ​земель ​и ​Штормовых ​земель. ​ ​Он ​подошел ​и ​встал ​рядом, ​пока ​Роберт ​разговаривал ​с ​Бейлоном. ​ ​- ​-не ​так-то ​просто ​подавить ​восстание. ​Хотя ​я ​признаю, ​что ​ты ​справился ​с ​этим ​лучше, ​чем ​большинство ​твоих ​предков. ​Или ​лучше ​сказать... ​твои ​братья ​хорошо ​поработали, ​пока ​ты ​прятался ​здесь, ​в ​безопасности ​своего ​замка. ​- ​Затем ​Роберт ​мрачно ​усмехнулся. ​- ​Король, ​который ​спрятался. ​Так ​тебя ​будут ​называть. ​ ​- ​Кто-то ​должен ​был ​править ​этими ​островами, ​пока ​мои ​братья ​отправились ​завоевывать ​славу. ​- ​сказал ​Бейлон, ​слова ​давались ​ему ​с ​некоторым ​трудом. ​Это ​был ​голос ​человека, ​который ​знал, ​что ​проиграл ​и ​теперь ​находится ​во ​власти ​своих ​победителей. ​Но ​в ​его ​глазах ​все ​еще ​был ​намек ​на ​вызов, ​когда ​он ​смотрел ​на ​Роберта. ​- ​А ​что ​насчет ​тебя, ​Демон ​Трезубца. ​Я ​не ​видел ​тебя ​на ​поле ​боя. ​Где ​ты ​был, ​когда ​твои ​люди ​сражались ​с ​моими. ​Был ​ли ​ты ​на ​передовой? ​Или ​ты ​прятался ​за ​спиной ​своих ​солдат, ​как ​трус, ​которым ​ты ​меня ​провозгласил? ​ ​Роберт ​долго ​смотрел ​на ​Бейлона, ​на ​его ​пустом ​лице ​появилось ​мрачное ​выражение, ​а ​затем ​он ​откинулся ​на ​спинку ​трона ​и ​скорчил ​гримасу. ​ ​- ​Не ​самый ​удобный ​стул. ​Почти ​такое ​же ​неудобный, ​как ​этот ​проклятый ​Железный ​трон. ​- ​объявил ​Роберт, ​прежде ​чем ​его ​взгляд ​снова ​упал ​на ​Бейлона ​Грейджоя. ​- ​Мы ​оба ​восстали ​против ​своих ​королей. ​Разница ​между ​мной ​и ​тобой, ​Бейлон, ​в ​том, ​что ​я ​сделал ​это, ​чтобы ​свергнуть ​тирана, ​а ​ты ​- ​чтобы ​твои ​люди ​могли ​изнасиловать ​и ​поработить ​весь ​Вестерос. ​ ​- ​Я ​не ​восставал ​против ​тебя! ​- ​сказал ​Бейлон, ​и ​Роберт ​поднял ​бровь, ​жестом ​приглашая ​его ​продолжать. ​- ​Ни ​один ​Грейджой ​никогда ​не ​присягал ​Баратеону. ​Ты ​можешь ​снести ​мою ​голову, ​но ​мятежником ​меня ​не ​назовешь. ​ ​Роберт ​бесстрастно ​смотрел ​на ​Бейлона ​в ​течение ​долгого ​времени, ​прежде ​чем ​издал ​смешок. ​- ​И ​это ​твоя ​защита? ​Что ​ты ​не ​присягал ​мне. ​Неужели ​ты ​думаешь, ​что ​это ​спасет ​тебя ​сейчас? ​ ​- ​Я ​делаю ​это ​не ​для ​того, ​чтобы ​спасти ​себя. ​- ​Бейлон ​зарычал, ​борясь ​с ​рыцарями, ​сдерживающими ​его. ​- ​И ​ты ​ошибаешься. ​ ​- ​В ​чем? ​- ​спросил ​Роберт, ​выглядя ​почти ​скучающим ​от ​продолжающегося ​неповиновения ​Бейлона, ​что ​еще ​больше ​разозлило ​Бейлона. ​ ​- ​Ты ​ошибаешься ​насчет ​различий ​между ​тобой ​и ​мной. ​- ​сказал ​Бейлон, ​- ​Единственная ​разница ​между ​тобой ​и ​мной ​в ​том, ​что ​ты ​победил, ​а ​я ​проиграл. ​Это ​все, ​что ​имеет ​значение ​в ​конечном ​счете. ​Если ​бы ​твой ​проклятый ​племянник ​опоздал ​на ​час, ​ты ​бы ​сейчас ​оплакивал ​своих ​детей, ​а ​мой ​брат ​взял ​бы ​твою ​королеву ​в ​жены. ​Ты ​бы ​проиграл. ​ ​Он ​увидел, ​как ​на ​лице ​лорда ​Тайвина ​появилось ​гневное ​выражение ​при ​напоминании ​о ​том, ​что ​едва ​не ​произошло. ​Но ​лицо ​Роберта ​не ​выражало ​никаких ​эмоций. ​Он ​долго ​смотрел ​на ​Бейлона, ​а ​потом ​кивнул ​сам ​себе, ​словно ​пришел ​к ​какому-то ​решению. ​ ​- ​Приведите ​его! ​- ​крикнул ​Роберт, ​и ​в ​зале ​воцарилась ​тишина, ​прежде ​чем ​дверь ​открылась, ​и ​два ​рыцаря ​Штормовых ​земель ​втащили ​в ​Большой ​зал ​молодого ​человека. ​ ​Юноша ​потерял ​правую ​руку, ​его ​лицо ​было ​распухшим, ​черно-фиолетовым, ​волосы ​растрепаны, ​одежда ​была ​в ​грязи, ​а ​ноги ​слабы, ​когда ​его ​подтащили ​к ​трону ​и ​поставили ​на ​колени ​рядом ​с ​Бейлоном ​Грейджоем. ​ ​Он ​нахмурился, ​пытаясь ​вспомнить, ​кем ​был ​этот ​молодой ​человек. ​Однако ​следующие ​слова ​Бейлона ​заставили ​его ​вспомнить ​имя. ​ ​- ​Марон. ​- ​Бейлон ​издал ​сдавленный ​вздох ​при ​виде ​того, ​кто, ​как ​он ​теперь ​понял, ​был ​его ​вторым ​сыном. ​ ​Марон ​либо ​не ​слышал ​своего ​отца, ​либо ​решил ​не ​обращать ​на ​него ​внимания, ​продолжая ​безучастно ​смотреть ​на ​землю ​перед ​собой. ​Потеря ​руки ​и ​последующее ​жестокое ​заточение, ​вероятно, ​лишили ​его ​всякой ​решимости, ​которую ​он ​когда-то ​мог ​проявить. ​ ​- ​Это ​твой ​сын. ​- ​сказал ​Роберт, ​вставая ​с ​трона ​и ​поднимая ​свой ​боевой ​молот, ​который ​он ​держал ​в ​руке, ​проходя ​по ​камням ​и ​становясь ​перед ​двумя ​Грейджоями. ​- ​Другой ​уже ​кормит ​рыб ​в ​Трезубце. ​ ​- ​Будь ​ты ​проклят ​за ​это ​Баратеон! ​Будь ​ты ​проклят! ​И ​будь ​проклят ​твой ​род! ​ ​- ​Ты ​проклинаешь ​меня? ​- ​спросил ​Роберт ​с ​мрачной ​усмешкой. ​- ​А ​я ​думал, ​что ​ты ​знаешь, ​что ​это ​ты ​проиграл, ​а ​я ​победил. ​Похоже, ​ты ​не ​совсем ​понимаешь, ​что ​это ​значит. ​Позволь ​мне ​объяснить ​тебе ​это. ​ ​Его ​глаза ​расширились ​от ​ужаса, ​когда ​он ​понял, ​что ​Роберт ​собирается ​сделать. ​Но ​прежде, ​чем ​он ​успел ​что-то ​сказать ​или ​сделать, ​Роберт ​уже ​сделал ​это. ​ ​Роберт ​поднял ​свой ​боевой ​молот ​по ​широкой ​дуге ​и ​обрушил ​его ​на ​голову ​Марона ​Грейджоя. ​ ​Молот ​пробил ​череп ​Марона ​и ​вонзился ​в ​его ​мозг. ​Череп ​Марона ​раскололся ​до ​такой ​степени, ​что ​его ​лицо ​стало ​похоже ​на ​ужасающее ​изображение ​детского ​рисунка ​человеческого ​лица. ​Глаза, ​нос ​и ​рот ​были ​на ​месте, ​но ​пропорции ​были ​искажены ​и ​неправильны. ​ ​Один ​глаз ​выскочил ​из ​глазницы ​и ​повис ​на ​лице, ​а ​труп ​Марона ​Грейджоя ​еще ​мгновение ​задыхался, ​его ​рот ​двигался ​вверх-вниз, ​как ​будто ​тело ​не ​понимало, ​что ​оно ​мертво, ​и ​все ​еще ​хотело ​сделать ​последний ​вдох. ​ ​Затем ​Роберт ​вынул ​свой ​молот ​из ​черепа ​Марона, ​причем ​часть ​мозгового ​вещества ​так ​и ​осталась ​прилипшей ​к ​молоту, ​а ​Марон ​упал ​на ​землю ​с ​отвратительным ​хлюпающим ​звуком, ​мертвый. Кровь ​начала ​литься ​на ​холодный ​твердый ​каменный ​пол, ​и ​он ​услышал, ​как ​одного ​из ​рыцарей ​стошнило ​от ​этого ​ужасного ​зрелища. ​Но ​все ​его ​внимание ​сейчас ​было ​приковано ​к ​Бейлону ​Грейджою. ​ ​Он ​выглядел ​так, ​словно ​его ​душа ​покинула ​тело. ​Он ​в ​полном ​отчаянии ​смотрел ​на ​своего ​сына, ​а ​потом ​поднял ​глаза ​к ​потолку ​и ​издал ​истерический ​вопль. ​Словно ​проклиная ​богов. ​Затем ​он ​снова ​посмотрел ​на ​труп ​своего ​сына ​и ​попытался ​дотянуться ​до ​него. ​Но ​королевская ​гвардия ​удержала ​его ​на ​месте, ​и ​он, ​наконец, ​сбросил ​с ​себя ​личину ​короля ​и ​разразился ​слезами... ​открыто ​оплакивая ​смерть ​своего ​второго ​сына. ​ ​Это ​было ​ужасное ​зрелище. ​Смотреть, ​как ​отец ​плачет ​о ​своем ​мертвом ​сыне. ​И ​как ​бы ​он ​ни ​ненавидел ​Железнорожденного ​короля, ​в ​тот ​момент ​он ​еще ​больше ​ненавидел ​Роберта ​за ​то, ​что ​тот ​заставил ​его ​пережить ​нечто ​столь ​жестокое. ​ ​Это ​было ​подобно ​тому, ​как ​ребенок ​отрывает ​ноги ​насекомому. ​Ненужная ​жестокость, ​без ​которой ​они ​все ​могли ​бы ​обойтись. ​ ​Бейлон ​рыдал ​над ​трупом ​своего ​сына, ​казалось, ​целую ​вечность, ​пока ​его ​плач ​не ​перешел ​во ​всхлипывания, ​а ​всхлипывания ​в ​конце ​концов ​не ​стихли, ​и ​в ​его ​глазах ​остались ​только ​слезы. ​ ​Тогда ​он ​поднял ​взгляд ​на ​Роберта. ​На ​лице ​Железнорожденного ​застыла ​гримаса ​ярости ​и ​ненависти. ​ ​- ​Убей ​меня. ​Убей ​меня. ​Убей ​меня!!! ​- ​закричал ​Бейлон. ​- ​Убей ​меня ​сейчас, ​Баратеон. ​Или ​я ​клянусь! ​Я ​буду ​преследовать ​тебя ​до ​конца ​света. ​Я ​убью ​тебя! ​Я ​убью ​твоих ​детей! ​Я ​изнасилую ​твою ​жену. ​Я ​уничтожу ​все, ​чем ​ты ​когда-либо ​дорожил. ​Я... ​ ​Слова ​Бейлона ​прервались, ​когда ​Роберт ​снова ​взмахнул ​своим ​молотом ​и ​разбил ​его ​голову ​с ​такой ​силой, ​что ​весь ​череп ​лопнул, ​как ​арбуз. ​Кровь, ​внутренности ​и ​мозги ​разлетелись ​по ​Большому ​залу, ​когда ​Железнорожденный ​король ​был ​повержен ​раз ​и ​навсегда. ​ ​Два ​королевских ​гвардейца, ​теперь ​уже ​сами ​покрытые ​кровью ​и ​внутренностями, ​наконец ​отпустили ​Железнорожденного ​короля ​и ​позволили ​его ​трупу ​упасть ​вперед, ​примостившись ​рядом ​с ​трупом ​его ​сына. ​И ​вдруг ​он ​оказался ​не ​в ​зале ​Пайка, ​а ​в ​Большом ​зале ​Красного ​замка, ​стоя ​перед ​Железным ​троном, ​когда ​Тайвин ​Ланнистер ​представил ​Роберту ​два ​крохотных ​трупа, ​укутанные ​в ​красные ​плащи ​Ланнистеров. ​ ​Желчь ​собралась ​в ​его ​горле, ​когда ​он ​уставился ​на ​два ​трупа, ​под ​которыми ​медленно ​растекалась ​кровь. ​Это ​вызвало ​у ​него ​еще ​одно ​воспоминание ​из ​прошлого. ​ ​Кровь ​растеклась ​по ​кровати, ​и ​он ​тихо ​прошептал ​слова: ​"Обещай ​мне, ​Нед. ​Обещай ​мне". ​ ​Его ​шок ​был ​настолько ​сильным, ​что ​он ​почти ​пропустил ​следующие ​несколько ​слов, ​сказанных ​Робертом, ​пока ​не ​услышал ​слова, ​которые ​окончательно ​вернули ​его ​в ​настоящее. ​ ​- ​-а ​дети? ​- ​спросил ​Роберт. ​ ​- ​Они ​на ​моем ​корабле, ​ваша ​милость. ​- ​ответил ​Станнис. ​- ​Я ​забрал ​их ​после ​того, ​как ​лорд ​Харлау- ​ ​- ​Приведи ​их ​в ​мой ​шатер. ​- ​сказал ​Роберт, ​прервав ​своего ​брата. ​- ​Я ​разберусь ​с ​ними ​там. ​ ​А ​затем ​он ​вытер ​рукоять ​своего ​боевого ​молота ​о ​тунику ​Бейлона ​- ​последнее ​оскорбление ​Железнорожденному ​королю ​- ​и ​вышел ​из ​зала. ​Королевская ​гвардия ​побежала ​за ​ним, ​чтобы ​догнать. ​ ​В ​зале ​воцарилась ​тишина ​после ​ухода ​короля, ​прежде ​чем ​Тайвин ​Ланнистер ​наконец ​заговорил. ​ ​- ​Это ​было ​необходимо. ​- ​В ​его ​глазах ​читался ​намек ​на ​одобрение, ​а ​на ​губах ​играла ​довольная ​улыбка. ​ ​- ​Да ​- ​сказал ​лорд ​Хостер. ​- ​Немного ​жутковато. ​Но ​это ​послужит ​хорошим ​примером ​для ​следующего ​человека ​с ​предательскими ​мыслями ​в ​сердце. ​ ​Он ​в ​ужасе ​уставился ​на ​своих ​собратьев-лордов. ​Его ​ужас ​усилился, ​когда ​он ​увидел, ​что ​другие ​лорды ​кивнули ​в ​знак ​согласия. ​ ​Только ​лорд ​Джон ​Ройс, ​похоже, ​был ​с ​ними ​не ​согласен, ​если ​судить ​по ​его ​мрачному ​выражению ​лица. ​ ​- ​Это ​было ​неправильно. ​- ​заговорил ​он, ​когда ​остальные ​лорды ​повернулись ​и ​уставились ​на ​него. ​- ​Это ​не ​было ​правосудием. ​ ​- ​Вы ​считаете, ​что ​король ​должен ​был ​пощадить ​Грейджоев? ​- ​спросил ​лорд ​Хостер ​с ​невозмутимым ​выражением ​лица. ​- ​После ​всего, ​что ​Грейджои ​сделали ​с ​Речными ​Землями? ​ ​- ​Нет. ​Их ​следовало ​казнить. ​Но... ​не ​так. ​ ​Тайвин ​насмешливо ​хмыкнул. ​ ​- ​Вы ​слишком ​мягки ​к ​своим ​врагам, ​лорд ​Старк. ​Молитесь ​о ​том, ​чтобы ​ваше ​сострадание ​не ​аукнулось ​вам ​в ​будущем. ​ ​Затем ​лорд ​Тайвин ​повернулся ​и ​вышел ​из ​зала. ​Кеван ​Ланнистер ​последовал ​за ​ним. ​Через ​мгновение ​то ​же ​самое ​сделали ​и ​другие ​лорды. ​ ​Через ​несколько ​мгновений ​весь ​Большой ​зал ​опустел, ​кроме ​лорда ​Джона ​Ройса, ​который ​встал ​рядом ​с ​ним ​и ​продолжал ​смотреть ​на ​трупы ​железнорожденного ​короля ​и ​его ​наследника. ​ ​- ​Что ​вы ​думаете, ​лорд ​Джон? ​- ​спросил ​он ​через ​мгновение. ​- ​Считаете ​ли ​вы, ​что ​поступок ​Роберта ​был ​правильным? ​ ​Лорд ​Джон ​долго ​молчал, ​прежде ​чем ​ответить. ​- ​Я ​не ​знаю. ​То, ​что ​сделал ​его ​милость, ​не ​было ​благородным. ​Но... ​война ​- ​это ​не ​благородно. ​На ​самом ​деле, ​зачастую ​благородство ​становится ​первой ​жертвой ​на ​войне. ​И ​кто ​я ​такой, ​чтобы ​судить ​короля. ​ ​С ​этими ​словами ​лорд ​Ройс ​повернулся ​и ​вышел ​из ​Большого ​зала, ​оставив ​его ​наедине ​с ​двумя ​трупами. ​ ​----- ​ ​- ​Роберт, ​ты ​не ​можешь ​говорить ​об ​этом ​серьезно! ​- ​крикнул ​он, ​и ​Роберт ​бросил ​на ​него ​взгляд. ​ ​- ​Я ​могу, ​и ​я ​серьезен. ​Род ​Грейджоев ​прервется ​сегодня. ​И ​это ​окончательно. ​ ​- ​Они ​же ​дети!!! ​Ты ​собираешься ​снова ​обесчестить ​себя ​кровью ​детей? ​ ​- ​Они ​не ​дети. ​- ​сказал ​Роберт, ​глядя ​на ​него ​с ​раздражением. ​- ​Девочке ​пятнадцать ​лет. ​А ​мальчику ​- ​двенадцать. ​Они ​достаточно ​взрослые, ​чтобы ​понимать, ​что ​хорошо, ​а ​что ​плохо. ​ ​- ​И ​достаточно ​взрослые, ​чтобы ​ты ​мог ​разбить ​им ​головы. ​Ты ​это ​хочешь ​сказать? ​ ​- ​Да! ​Достаточно ​взрослые, ​чтобы ​я ​разбил ​им ​головы. ​Вот ​так! ​Теперь ​ты ​доволен?! ​ ​- ​Нет! ​- ​крикнул ​он, ​но ​прежде ​чем ​он ​успел ​сказать ​что-то ​еще, ​заслонка ​большой ​палатки ​открылась, ​и ​сир ​Престон ​Гринфилд ​заглянул ​внутрь, ​чтобы ​проверить, ​все ​ли ​в ​порядке. ​ ​- ​Съеби! ​- ​сказал ​Роберт, ​бросив ​взгляд ​на ​своего ​королевского ​гвардейца, ​и ​Престон ​быстро ​выскочил ​из ​палатки, ​оставив ​их ​наедине ​препираться ​друг ​с ​другом. ​ ​- ​Ты ​же ​не ​хочешь... ​ ​- ​Заткнись, ​Нед. ​ ​- ​Роберт. ​Я ​не ​позволю ​тебе ​убить... ​ ​- ​Ох, ​ради ​всего ​святого. ​Заткни ​свою ​пасть ​хоть ​раз ​в ​жизни ​и ​послушай! ​- ​крикнул ​Роберт, ​и ​его ​тирада ​оборвалась, ​когда ​он ​посмотрел ​на ​своего ​друга. ​По-настоящему ​посмотрел ​на ​него. ​ ​Роберт ​выглядел ​уставшим. ​Не ​просто ​физически ​или ​умственно. ​Это ​была ​усталость, ​которая ​проникала ​глубоко ​в ​его ​душу. ​Как ​будто ​он ​хотел ​заснуть ​и ​никогда ​не ​просыпаться. ​ ​Роберт ​опустился ​на ​стул ​и ​достал ​два ​кубка, ​после ​чего ​налил ​в ​оба ​кубка ​Арборское ​золотое. ​ ​- ​Пей, ​- ​сказал ​Роберт, ​передавая ​ему ​один ​из ​кубков. ​ ​- ​Я ​не ​заинтересован ​в ​том- ​ ​- ​Пей! ​Твой ​король ​приказывает. ​ ​Он ​нахмурился, ​глядя ​на ​своего ​друга ​детства, ​затем ​вздохнул ​и ​выпил ​содержимое ​кубка, ​после ​чего ​снова ​уставился ​на ​Роберта. ​ ​- ​Вот. ​Теперь ​ты ​спокоен? ​- ​спросил ​Роберт, ​и ​его ​взгляд ​стал ​еще ​напряженнее. ​ ​- ​По-твоему, ​я ​выгляжу ​спокойным? ​ ​Роберт ​вздохнул ​в ​ответ ​на ​его ​вопрос. ​- ​Нет. ​Думаю, ​нет. ​- ​сказал ​он, ​допивая ​свой ​кубок. ​ ​Они ​сидели ​в ​тишине. ​Он ​ждал, ​когда ​Роберт ​скажет ​свое ​слово. ​Но ​проходили ​секунды, ​а ​Роберт ​продолжал ​смотреть ​на ​свой ​кубок, ​и ​наконец ​его ​терпение ​лопнуло. ​ ​- ​Тебе ​есть ​что ​сказать ​или ​ты ​просто ​выигрываешь ​время? ​- ​спросил ​он, ​и ​Роберт ​бросил ​на ​него ​взгляд. ​ ​- ​Отвали, ​Нед. ​Я ​думаю. ​- ​сказал ​Роберт, ​прежде ​чем ​выдохнул, ​вся ​решимость, ​казалось, ​покинула ​его, ​и ​он ​еще ​глубже ​опустился ​на ​стул, ​его ​глаза ​все ​еще ​были ​устремлены ​на ​кубок ​с ​пустым ​взглядом. ​ ​Между ​ними ​прошло ​долгое ​мгновение, ​прежде ​чем ​Роберт ​перевел ​дыхание ​и ​произнес. ​ ​- ​Я ​чуть ​не ​потерял ​свою ​семью. ​ ​Он ​кивнул ​в ​ответ ​на ​слова ​своего ​друга. ​Он ​по-прежнему ​находился ​в ​кампании ​в ​глубине ​Речных ​земель, ​когда ​происходила ​битва ​за ​Королевскую ​Гавань, ​поэтому ​он ​не ​знал ​точных ​подробностей. ​Но ​он ​слышал ​множество ​слухов ​о ​том, ​что ​произошло. ​Даже ​песню ​или ​две. ​ ​О ​том, ​как ​Железнорожденные ​ворвались ​в ​Красный ​замок. ​И ​о ​том, ​как ​они ​прорвались ​бы ​в ​Твердыню ​Мейгора ​и ​убили ​королевскую ​семью, ​если ​бы ​подкрепление ​чуть-чуть ​опоздало. ​ ​Когда ​он ​услышал ​об ​этом, ​он ​был ​рад, ​что ​Джон ​Аррен, ​как ​и ​все ​остальные, ​важные ​для ​королевства ​фигуры, ​остались ​в ​живых. ​Но ​он ​забыл ​учесть, ​как ​эта ​новость ​повлияет ​на ​его ​друга. ​ ​Оглядываясь ​назад, ​можно ​сказать, ​что ​он ​поступил ​глупо. ​Если ​бы ​он ​услышал, ​что ​одичалые ​ворвались ​в ​Винтерфелл ​и ​чуть ​не ​убили ​всю ​его ​семью, ​если ​бы ​не ​подкрепление... ​она ​даже ​не ​мог ​представить, ​что ​бы ​он ​почувствовал. ​ ​Какой ​же ​хреновый ​друг ​из ​него ​получился. ​Он ​даже ​не ​подумал ​о ​своем ​друге. ​Ярость ​Роберта ​и ​ужасные ​смерти ​Бейлона ​и ​Марона ​Грейджоев ​обрели ​больший ​смысл. ​ ​Но... ​он ​все ​еще ​не ​мог ​позволить ​Роберту ​убить ​детей. ​Да, ​поступок ​Железнорожденных ​был ​неправильным. ​Но ​если ​перемножить ​два ​неправильных ​поступка, ​из ​них ​не ​выйдет ​правильного ​поступка. ​ ​Он ​вздохнул ​и ​сел ​на ​стул ​рядом ​с ​Робертом, ​а ​затем ​взял ​кувшин ​и ​налил ​еще ​вина ​в ​оба ​кубка. - ​Теперь ​они ​в ​безопасности, ​Роберт. ​Твоя ​семья ​теперь ​в ​безопасности. ​- ​сказал ​он, ​когда ​они ​оба ​разом ​опустошили ​свои ​кубки. ​ ​- ​Ты ​так ​говоришь, ​Нед, ​но ​так ​ли ​это? ​- ​спросил ​Роберт, ​бросив ​на ​него ​косой ​взгляд. ​- ​Что ​случится ​с ​моей ​семьей ​в ​следующий ​раз, ​когда ​кто-то ​решит ​восстать ​против ​Железного ​Трона. ​Что ​будет, ​если ​Визерис ​Таргариен ​вернется ​в ​Вестерос ​с ​армией ​за ​спиной. ​ ​- ​Тогда ​я ​буду ​там, ​чтобы ​поддержать ​тебя. ​Как ​и ​все ​остальные ​верные ​тебе ​лорды. ​- ​сказал ​он ​убежденно. ​ ​Роберт ​усмехнулся ​его ​словам. ​ ​- ​Да. ​Никогда ​не ​меняйся, ​Нед. ​Ты ​дурак. ​Но ​ты ​также ​лучший ​из ​нас. ​Никогда ​не ​меняйся. ​ ​Он ​уставился ​на ​Роберта. ​- ​Значит ​ли ​это, ​что ​ты ​пощадишь ​детей? ​ ​Роберт ​вздохнул ​в ​ответ ​на ​его ​слова. ​ ​- ​Я ​не ​могу, ​Нед. ​Даже ​если ​бы ​я ​хотел ​пощадить ​их, ​я ​не ​могу. ​Я ​должен ​сделать ​из ​них ​пример. ​Чтобы ​другие ​поняли ​цену ​восстания ​против ​дома ​Баратеонов. ​ ​- ​Это ​слова ​Тайвина ​Ланнистера. ​ ​- ​Да. ​Но ​Тайвин ​знает, ​как ​держать ​своих ​вассалов ​в ​узде. ​- ​сказал ​Роберт. ​- ​Как ​ты ​думаешь, ​были ​бы ​его ​лорды ​так ​же ​почтительны ​к ​нему, ​как ​сейчас, ​если ​бы ​Тайвин ​пощадил ​Тарбеков ​и ​Рейнов. ​Если ​бы ​певцы ​не ​пели ​"Дожди ​в ​Кастамере" ​всем, ​кто ​будет ​слушать. ​ ​- ​Возможно, ​нет. ​Но ​он ​также ​не ​стал ​бы ​вызывать ​неприязнь ​у ​всех ​остальных. ​- ​сказал ​он, ​прежде ​чем ​положил ​руку ​на ​плечо ​Роберта. ​- ​Подумай, ​Роберт. ​Как ​ты ​полагаешь, ​встанет ​ли ​хоть ​один ​из ​его ​лордов ​на ​его ​сторону, ​если ​Дом ​Ланнистеров ​когда-нибудь ​придет ​в ​упадок? ​ ​- ​Встанут. ​Потому ​что ​они ​боятся ​Тайвина ​больше, ​чем ​своего ​врага. ​ ​- ​Это ​все, ​о ​чем ​ты ​сейчас ​думаешь. ​Страх. ​Что ​если ​ты ​напугаешь ​своих ​вассалов ​достаточно ​сильно, ​то ​они ​останутся ​верны. ​И ​это ​все? ​ ​- ​Что ​еще ​ты ​хочешь, ​чтобы ​я ​сделал, ​Нед?! ​ ​- ​Будь ​собой. ​- ​сказал ​он ​- ​будь ​человеком, ​который ​победил ​своих ​врагов, ​а ​затем ​вознес ​их ​рукой ​дружбы. ​Будь ​тем, ​кем ​ты ​всегда ​был. ​А ​не ​тем, ​кем ​тебя ​хотят ​видеть ​другие. ​ ​Роберт ​выглядел ​потрясенным ​его ​словами, ​и ​на ​краткий ​миг ​ему ​показалось, ​что ​он ​достучался ​до ​своего ​друга ​и ​вытащил ​его ​из ​бездонной ​ямы ​ненависти ​к ​себе. ​ ​Но ​потом ​глаза ​Роберта ​снова ​потускнели, ​и ​он ​покачал ​головой. ​- ​Я ​не ​могу, ​Нед. ​Я ​должен ​это ​сделать. ​Я ​должен ​довести ​это ​дело ​до ​конца, ​иначе ​во ​всем ​этом ​нет ​смысла. ​ ​Вот ​к ​чему ​это ​в ​конце ​концов ​свелось. ​ ​Он ​поднялся ​со ​стула ​и ​посмотрел ​на ​своего ​друга, ​который, ​казалось, ​намеренно ​избегал ​его ​взгляда. ​ ​- ​Роберт. ​Посмотри ​на ​меня. ​ ​Роберт ​так ​и ​сделал ​и ​холодно ​посмотрел ​на ​своего ​давнего ​друга. ​ ​- ​Ты ​помнишь ​тот ​случай ​7 ​лет ​назад. ​Когда ​мы ​добрались ​до ​Железного ​Трона, ​и ​Ланнистеры ​подарили ​тебе ​те ​плащи. ​ ​- ​Такое ​трудно ​забыть. ​ ​Он ​кивнул. ​- ​Ты ​помнишь, ​как ​я ​был ​разгневан ​смертью ​тех ​детей? ​ ​- ​Они ​были ​драконьими ​отпрысками, ​Нед... ​тебе ​нужно... ​ ​- ​Ты ​помнишь, ​что ​я ​сказал ​тебе ​перед ​отъездом? ​ ​Роберт ​облизал ​губы, ​но ​кивнул. ​- ​Да. ​Помню. ​ ​- ​Я ​простил ​тебя ​тогда, ​Роберт, ​потому ​что ​я ​потерял ​сестру, ​а ​ты ​потерял ​любимую ​женщину. ​Мы ​вместе ​оплакивали ​ее ​смерть. ​И ​я ​простил ​тебя. ​ ​Роберт ​молчал ​в ​ответ ​на ​его ​слова, ​поэтому ​он ​продолжил. ​ ​- ​Это ​дети, ​которых ​ты ​хочешь ​убить ​прямо ​сейчас, ​Роберт. ​Я ​присоединился ​к ​тебе, ​потому ​что ​это ​был ​мой ​долг. ​Потому ​что ​я ​дал ​тебе ​клятву. ​И ​потому ​что ​я ​хотел ​защитить ​эти ​земли ​от ​Железнорожденных. ​Я ​пришел ​сюда ​не ​для ​того, ​чтобы ​убивать ​детей. ​ ​- ​Они ​не ​дети, ​Нед. ​ ​- ​Я ​простил ​тебя ​однажды, ​Роберт. ​Но ​на ​этот ​раз ​прощения ​с ​моей ​стороны ​не ​будет. ​Убей ​этих ​детей, ​и ​ты ​уничтожишь ​любое ​подобие ​нашей ​дружбы. ​Сделай ​это, ​и ​ты ​потеряешь ​право ​когда-либо ​называть ​меня ​другом, ​не ​говоря ​уже ​о ​том, ​чтобы ​называть ​братом. ​ ​Роберт ​уставился ​на ​него, ​а ​он ​в ​ответ ​уставился ​на ​своего ​друга, ​полный ​решимости. ​ ​Они ​продолжали ​смотреть ​друг ​на ​друга, ​пока ​не ​открылась ​створка ​шатра ​и ​в ​комнату ​не ​вошел ​Станнис ​с ​двумя ​детьми ​и ​несколькими ​стражниками. ​ ​- ​Ваша ​милость. ​- ​сказал ​Станнис, ​и ​только ​тогда ​они ​прервали ​свою ​напряженную ​битву ​взглядов, ​чтобы ​взглянуть ​на ​командующего ​Королевским ​флотом ​и ​двух ​детей, ​стоявших ​рядом ​с ​ним. ​ ​Как ​и ​говорил ​Роберт, ​дети ​не ​были ​совсем ​детьми. ​Девочка ​была ​уже ​достаточно ​взрослой, ​чтобы ​быть ​выданной ​замуж. ​А ​мальчик ​был ​достаточно ​взрослым, ​чтобы ​служить ​оруженосцем. ​ ​Но ​это ​не ​означало, ​что ​он ​будет ​потворствовать ​их ​смерти. ​Или ​позволит ​Роберту ​убить ​их, ​не ​столкнувшись ​с ​его ​недовольством. ​ ​В ​шатре ​снова ​воцарилась ​тишина, ​когда ​Роберт ​уставился ​на ​двух ​детей. ​ ​Старшая ​девочка ​смотрела ​вызывающе, ​несмотря ​на ​то, ​что ​находилась ​в ​окружении ​врагов. ​Нет, ​она ​была ​готова ​встретить ​свою ​смерть ​и ​изо ​всех ​сил ​старалась ​скрыть ​страх, ​который ​испытывала, ​а ​также ​пыталась ​укрыть ​от ​них ​своего ​младшего ​брата. ​ ​Младший ​мальчик ​был ​не ​таким ​храбрым, ​как ​его ​сестра, ​и ​на ​его ​лице ​был ​заметен ​страх, ​так ​как ​он ​старался ​ни ​на ​кого ​не ​смотреть ​подолгу. ​ ​Роберт ​встал ​со ​стула ​и ​поднял ​свой ​боевой ​молот, ​после ​чего ​подошел ​к ​детям. ​ ​Напряжение ​в ​комнате ​возросло, ​когда ​Роберт ​поднял ​свой ​молот... ​ ​и ​осторожно ​опустил ​его ​на ​плечо ​девушки. ​ ​Прошло ​мгновение ​молчания, ​прежде ​чем ​Роберт ​вздохнул. ​ ​- ​Хорошо, ​почтенный ​ты ​дурак. ​Я ​пощажу ​детей. ​ ​Девочка ​облегченно ​вздохнула ​при ​этих ​словах, ​когда ​Роберт ​повернулся ​к ​нему ​лицом. ​ ​- ​Но ​я ​не ​могу ​просто ​так ​отпустить ​их ​без ​соответствующего ​наказания. ​Так ​скажи ​мне, ​какое ​наказание ​ты ​бы ​предложил ​для ​этих ​двоих. ​ ​Он ​посмотрел ​на ​двух ​детей ​и ​обдумал ​варианты, ​пока ​не ​остановился ​на ​наказании, ​которое ​не ​было ​настоящим ​наказанием, ​но ​оно ​должно ​было ​выполнить ​свою ​задачу ​достаточно ​хорошо. ​ ​- ​Ты ​можешь ​отправить ​детей ​в ​качестве ​подопечных ​к ​другим ​лордам, ​пока ​они ​не ​достигнут ​совершеннолетия. ​- ​сказал ​он. ​- ​Жизнь ​под ​крышей ​одного ​из ​вестеросских ​лордов ​может ​привить ​им ​чувство ​чести. ​А ​когда ​они ​достигнут ​совершеннолетия, ​они ​смогут ​приехать ​и ​править ​этими ​Железными ​островами. ​ ​- ​Править? ​- ​сказал ​Роберт, ​глядя ​на ​двух ​детей, ​и ​кивнул. ​- ​Очень ​хорошо. ​Ты ​можешь ​взять ​мальчика. ​ ​Он ​моргнул, ​а ​затем ​указал ​на ​себя. ​- ​Я? ​ ​- ​Да. ​Все ​это ​- ​твоя ​чертова ​идея. ​Так ​что ​ты ​должен ​довести ​дело ​до ​конца. ​- ​сказал ​Роберт ​- ​Ты ​возьмешь ​мальчика ​с ​собой. ​Посмотрим, ​сможешь ​ли ​ты ​сделать ​из ​него ​благородного ​человека. ​А ​когда ​придет ​время, ​он ​сможет ​вернуться ​и ​править ​этими ​проклятыми ​скалами, ​как ​захочет. ​ ​Он ​обдумал ​это ​предложение ​с ​мгновение, ​прежде ​чем ​кивнул. ​ ​- ​Я ​польщен ​этим ​заданием ​и ​выполню ​его ​в ​лучшем ​виде. ​ ​Затем ​Роберт ​повернулся ​к ​девушке ​и ​вздохнул. ​- ​А ​что ​делать ​с ​тобой? ​ ​Девушка ​невозмутимо ​посмотрела ​на ​Роберта. ​- ​Я ​хочу ​остаться ​с ​братом. ​ ​- ​А ​я ​хочу ​жениться ​на ​Лианне, ​а ​не ​на ​той ​стерве, ​с ​которой ​я ​сейчас ​связан. ​- ​ответил ​Роберт. ​- ​Разве ​наш ​мир ​похож ​на ​тот, ​где ​мы ​получаем ​то, ​что ​хотим? ​Нет. ​Ты ​не ​пойдешь ​со ​своим ​братом. ​ ​- ​Тогда ​куда ​вы ​хотите ​меня ​отправить? ​- ​спросила ​девушка. ​ ​Вместо ​ответа ​Роберт ​повернулся ​и ​посмотрел ​на ​него. ​- ​Ну, ​что ​ты ​предлагаешь, ​Нед? ​ ​Он ​обдумал ​все ​варианты, ​которые ​у ​них ​были. ​ ​Он ​не ​станет ​отправлять ​девушку ​к ​Тайвину ​Ланнистеру. ​Он ​сомневался, ​что ​Тайвин ​опустится ​до ​того, ​чтобы ​причинить ​вред ​собственной ​подопечной. ​Но ​он ​все ​равно ​не ​чувствовал ​себя ​спокойным, ​отправляя ​девушку ​в ​залы ​Тайвина. ​ ​Он ​мог ​бы ​отправить ​девушку ​к ​лорду ​Хостеру ​Талли, ​но, ​несмотря ​на ​то, ​что ​тот ​был ​его ​тестем, ​он ​никогда ​не ​доверял ​этому ​человеку. ​И, ​несмотря ​на ​то, ​что ​говорили ​о ​его ​семье, ​он ​сомневался, ​что ​Хостеру ​Талли ​есть ​дело ​до ​семьи ​или ​чести. ​Нет, ​девушка ​не ​пойдет ​к ​этому ​человеку, ​раз ​уж ​у ​него ​есть ​право ​голоса. ​ ​Он ​мог ​бы ​отправить ​девушку ​к ​лорду ​Джону ​Ройсу. ​Но ​каким ​бы ​почтенным ​ни ​был ​этот ​человек ​и ​как ​бы ​хорошо ​он ​ни ​руководил ​армией ​Долины ​в ​этой ​войне, ​лорд ​Джон ​Ройс ​не ​был ​лордом ​Великого ​Дома. ​А ​послать ​дочь ​Великого ​Дома ​к ​лорду ​Малого ​Дома ​другого ​королевства ​было ​бы ​равносильно ​оскорблению. ​ ​Ему ​и ​в ​голову ​не ​приходило ​отправить ​девушку ​к ​Тиреллам. ​Поскольку ​они ​такие ​же ​амбициозные, ​хваткие ​и ​бесчестные, ​как ​его ​тесть ​Хостер ​Талли. ​ ​Он ​также ​решил ​не ​отправлять ​ее ​в ​Дорн. ​Они ​даже ​не ​участвовали ​в ​этой ​войне. ​Так ​что ​отправка ​к ​ним ​Аши ​Грейджой ​может ​обернуться ​катастрофой, ​которую ​будет ​невозможно ​предотвратить. ​ ​В ​итоге ​единственным ​вариантом, ​который ​пришел ​ему ​в ​голову, ​был ​Штормовой ​Предел. ​Истоки ​дома ​Баратеонов. ​И ​место, ​где ​девушка ​будет ​под ​защитой ​Великого ​Лорда. ​ ​Единственной ​проблемой ​здесь ​было ​то, ​что ​Ренли ​был ​молодым ​человеком. ​И ​посылать ​девушку ​из ​вражеского ​дома ​к ​такому ​молодому ​лорду... ​он ​чувствовал, ​что ​это ​неуместно. ​ ​Что ​же ​делать... ​ ​Тут ​он ​взглянул ​на ​стоическое ​лицо ​лорда ​Станниса ​Баратеона ​и ​понял, ​что ​перед ​ним ​еще ​один ​вариант. ​ ​Конечно, ​лорд ​Станнис ​не ​был ​великим ​лордом, ​но ​он ​был ​братом ​короля, ​что ​в ​некотором ​смысле ​являлось ​даже ​более ​значимым ​положением. ​ ​К ​тому ​же ​лорд ​Станнис ​не ​был ​молодым ​человеком, ​так ​что ​ему ​не ​нужно ​было ​беспокоиться ​о ​том, ​чтобы ​отправить ​молодую ​женщину ​в ​его ​дом. ​ ​Подумав ​еще ​немного, ​он ​кивнул ​и ​посмотрел ​на ​Роберта. ​ ​- ​Что ​же, ​вот ​что ​я ​думаю... ​ ​-----