«Между школьным звонком и свистком». (Укай Кейшин)

Для Китано Мэйко жизнь в выпускном классе Карасуно была похожа на марафон. Подготовка к экзаменам, бесконечные дополнительные занятия и… постоянное присутствие Дайчи Савамуры, её одноклассника и по совместительству капитана волейбольной команды, который вечно просил её «помочь с бумагами» или «занести отчет в спортзал». Мэйко не жаловалась. Наоборот, у неё была веская причина заходить в спортзал в конце каждой тренировки. И эта причина сейчас стояла у кромки поля, нервно потирая затылок и что-то крича Хинате и Кагеяме. Укай Кейшин. Молодой тренер с осветленными волосами, в неизменном спортивном костюме, от которого всегда едва уловимо пахло сигаретным дымом и свежим ментолом. — Китано, ты опять здесь? — Дайчи подошел к ней, вытирая лицо полотенцем. — Прости, что заставляю тебя ждать. Конспекты по литературе у меня в сумке. — Всё в порядке, Дайчи, — улыбнулась Мэйко, но её взгляд невольно скользнул мимо капитана. Укай заметил их. Он сложил руки на груди, прищурился и не спеша подошел к ребятам. — Опять Савамура использует своих одноклассниц в качестве курьеров? — хмыкнул он. Голос у него был низкий, с хрипотцой, от которой у Мэйко по коже пробежали мурашки. — Она сама вызвалась помочь, тренер! — Дайчи неловко рассмеялся и, почувствовав зов Сугавары, убежал в другой конец зала. Мэйко осталась наедине с Укаем. Между ними повисла пауза, наполненная скрипом кроссовок о паркет и ударами мячей. — Ты слишком поздно задерживаешься в школе, Мэйко-сан, — сказал Кейшин уже тише. Он больше не смотрел на неё как суровый тренер, в его глазах промелькнула усталость взрослого человека. — Экзамены — это важно, но идти домой одной по темноте… — Я не боюсь темноты, Укай-сан, — ответила она, чуть смелее глядя на него. — Тем более, я знаю, что здесь есть кому меня защитить. Укай отвел взгляд, доставая из кармана леденец (он пытался меньше курить, когда вокруг были дети). — Я тренер этой команды, а не твой телохранитель. — А я и не говорю про всю команду, — Мэйко сделала шаг ближе. — Вы выглядите измотанным. Дайчи сказал, вы сегодня опять до рассвета пересматривали записи матчей Некомы. Кейшин замер, так и не развернув конфету. Он посмотрел на эту девчонку — серьезную, умную, с книгами в руках, которая была всего на несколько лет младше него, но при этом казалась удивительно проницательной. Для него она была «взрослой» среди детей, но всё еще «ребенком» в его мире. — Савамура слишком много болтает, — проворчал он, но в уголках его губ промелькнула тень улыбки. — Ладно. Стой здесь. Я соберу вещи и провожу тебя. — Вы не обязаны, — вспыхнула Мэйко. — Обязан. Как взрослый — школьницу, — он подчеркнул это слово, будто напоминая самому себе о границах. Но потом добавил, уже выходя к дверям: — И как Кейшин — Мэйко. Они вышли из школы под стрекот цикад. Укай шел чуть впереди, засунув руки в карманы куртки. Когда они проходили мимо магазинчика Саканошита, он вдруг остановился. — Хочешь мороженого? — спросил он. — Но уже холодает... — Мороженое вкусно в любое время года, — отрезал он. Они сидели на скамейке у магазина. Кейшин курил, отойдя в сторону, чтобы дым не шел на неё, а Мэйко смотрела на звезды. — Укай-сан, — позвала она. — Когда я закончу школу... весной... вы всё еще будете тренировать Карасуно? Кейшин затянулся, глядя на темные очертания гор. Он понял, о чем она спрашивает. О том, что будет, когда исчезнет статус «тренер» и «ученица». — Я никуда не собираюсь уходить, Мэйко, — ответил он, не оборачиваясь, но его голос звучал твердо. — Дождись весны. Сдай свои экзамены. А потом... потом посмотрим, насколько ты настойчивая. Мэйко улыбнулась, чувствуя, как холодный ночной воздух становится теплее. Весна была уже не за горами.