Часть 1

— Катара, я серьёзно. Брось эту затею. Это было так похоже на Сокку — отмахнуться от здравого смысла в пользу традиций. Катара сильнее вдавила пестик в ступку с ледяным корнем, но не могла отвести взгляд от своего глупого брата, который стоял в дверях, такой самодовольный и праведный. — Люди постоянно гибнут на войне, Катара. Если ты пострадаешь, нас с папой это убьёт. — А как же буду чувствовать себя я, если пострадаете вы? За океаном пройдут месяцы, прежде чем я вообще услышу об этом. И что я смогу сделать? Петь траурные песни с другими женщинами? Шить погребальный саван для человека, который не вернулся домой? Катара вздрогнула и швырнула пестик у очага. Содержимое ступки было мелким, словно мука, и она поставила маленькую каменную чашу прежде, чем поддалась желанию бросить и ее. — Нет, Сокка. Мне нужно идти с тобой на фронт. Я сойду с ума, если ты оставишь меня сидеть здесь с пра-пра, пока сам отправишься сражаться в самое опасное место в мире. — Весь этот спор — безумие! Чем ты вообще будешь полезна в бою? Ударишь магов огня сковородкой? Напугаешь их своим взглядом до смерти? Обрызгаешь волшебной водичкой? — Сокка вскинул руки в воздух. — Да здравствует великая Катара, могучая воительница с Юга! — Я умею драться, — отрезала Катара. Она ведь говорила правду. Почти. Катара, безусловно, была сильной от всей той работы, которую выполняла, и достаточно смекалистой, чтобы ловко ловить рыбу с помощью магии воды. Ей просто не хватало тренировок. Сокка бросил на неё испепеляющий взгляд. Катара непреклонно продолжила: — И я наконец-то смогу научиться покорению воды в том тренировочном лагере, о котором вы всё время говорите. Разве ты не говорил, как Бато упоминал, что мастер покорения прибыл с беженцами с Севера? — Он тренирует только мальчиков, Катара. Только мужчины идут на войну. Ты не можешь просто… — он взмахнул руками, словно пытаясь подать ей сигнал издалека. — Просто делать всё, что тебе вздумается! Есть действительно веские причины, по которым женщины не могут воевать. Катара скрестила руки на груди. — Что ж, а у меня есть веские причины пойти. Так что, когда папа приедет, я пойду с тобой. Сокка усмехнулся, и, казалось, собирался что-то съязвить, но Катара протиснулась мимо него в дверь и вышла в сияющее утро тундры. Она слышала его голос, когда шла между хижинами: — Папа никогда этого не допустит! Потому что он не сумасшедший! Катара? Катара миновала последние хижины и направилась туда, где откололась льдина и океан плескался у неровного белого края. Вода темная, кроме тех мест, где отражалось небо и далёкое туманное солнце, висевшее в это время года совсем низко. Во время своего визита два месяца назад, Бато сказал им ожидать корабль Хакоды со дня на день после луны лисицы-совы, и с каждым днем ожидания ​​Катара волновалась все сильнее и сильнее. Отец приплывёт на день, чтобы доставить припасы и новости, а потом заберёт Сокку на войну. Потому что он, наконец, стал достаточно взрослым, говорил Бато, им нужны были такие люди, как он. Когда Хакода наконец прибудет, у Катары будет всего один день, чтобы убедить его взять и её тоже. Ну, конечно, её отца можно было бы заставить прислушаться к ней. Ей почти семнадцать, и она никогда не покидала Южный Полюс. Она так по-настоящему и не освоила искусство покорения воды, хоть и придумала несколько собственных трюков в те редкие минуты, когда ей удавалось отвлечься от домашней рутины. Это было просто несправедливо. Сокка всё твердил, что Катара не может сражаться, но кто в этом виноват? Он целыми днями охотился и тренировался, а она выполняла всю тяжёлую работу по дому. Сокка показал ей несколько боевых приемов, чтобы она могла помогать ему тренироваться, но теперь, когда его юные ученики-воины подросли, он перестал учить её. Катара знала, родной брат не стал бы намеренно устраивать саботаж против неё, но порой ей было трудно не думать об этом. Катара смотрела на айсберги, ползущие вдоль горизонта. Они все величественно возвышались над водой, но Катара знала, что это ничто по сравнению с их подводной частью — огромной перевёрнутой ледяной горой, что скрывалась там, за тёмной толщей воды. Все всегда обращали внимание лишь на верхушку айсберга, которая отражает розовый утренний свет и луну. Она была той частью, что иногда отражалась в океане, и казалось, что лед под ней точно такой же, как и наверху. Однако Катара знала, что это далеко не так. Чтобы по-настоящему что-то понять, нужно заглянуть в самую глубину. Внезапно между двумя айсбергами, за которыми наблюдала Катара, проплыл корабль. Это было изящное судно Племени Воды, быстро скользившее к деревне. Сердце Катары забилось. Она развернулась и побежала обратно в деревню, чтобы сообщить всем, что вождь Хакода вернулся домой.

***

В нескольких милях к западу, вдоль кромки того же поля айсбергов — плыл потрёпанный пароход. Он был меньше, чем большинство современных кораблей Нации Огня, устаревшая модель, которая тем не менее ещё могла послужить Королевскому флоту верой и правдой. Старенькая рухлядь, дарованная пять лет назад Хозяином Огня своему недостойному сыну в день его изгнания. Этот сын стоял высоко на смотровой башне, разглядывая в подзорную трубу бескрайнюю пустынную равнину южных пустошей. Хвост Феникса Зуко больно хлестал его по затылку, но он совершенно не замечал этого. Здесь было так холодно, холоднее, чем два года назад, как помнилось Зуко. Ветер скользил по льду, обжигал каждый дюйм обнаженной кожи, доводя её до болезненного покраснения. В прошлый раз Зуко не мёрз так. Он часами стоял на ветру, всматриваясь в ослепительно-белый пейзаж, пока у него не начинала кружиться голова, а потом тренировался в магии огня, сжигая всё дотла. Зуко молчал, почти до онемения, пока внутри него все сгорало. — Принц Зуко, — раздался дружелюбный голос его дяди из-за двери капитанской рубки. — Вы здесь уже давно. Не желаете ли зайти на чашечку горячего чаю? Раньше Зуко часто злился на дядю за то, что тому было плевать на его поиски Аватара. Теперь он почти потерял надежду. Человек может столько раз объехать земной шар, прежде чем признает, что то, что он ищет, невозможно найти. По крайней мере, в этом убеждал его Айро. В тот раз Зуко поспорил с ним и приказал взять курс на Южный полюс. Он даже не знал почему, просто чувствовал, что так будет правильно. Это было несколько месяцев назад, после падения Северного Племени Воды. Зуко провёл большую часть года, прочёсывая эти ледяные берега, наблюдая издалека, как флот народа Огня сжигает ледяные стены и мосты этого города. Он не видел его до начала боя, но ему пришло в голову, что, вероятно, когда-то это место было очень красивым. Предположение Айро о том, что Аватара, возможно, никогда не найдут, часто приходила ему в голову во время долгого путешествия на юг, когда он смотрел вдаль и видел только горизонт. Он был уверен: Аватар где-то там, и в конце концов он покажется, и Зуко будет там, Зуко схватит его. Зуко вернётся домой, и его честь будет восстановлена. Время не притупило его уверенности, в отличие от Азулы. По пути на север Зуко получил известие от своей сестры, что Мэй вышла замуж. Зуко сказал ей, что ему всё равно, но новость потрясла его, и Азула знала об этом. Ему уже больше не тринадцать. Ему почти девятнадцать. Взрослый мужчина по любым меркам. Его старая подруга, девушка, которую он, возможно, действительно любил, вышла замуж за какого-то ковыряющего в носу аристократа, а он до сих пор прозябает в бессрочном кругосветном путешествии. Нелепый поиск того, чего возможно уже давно не существует. Это терзало его, как колючий ветер. — Зуко? Он повернулся и увидел, что Айро стоит рядом с ним у перил, глядя на него оценивающим взглядом. — Конечно, дядя, — ответил Зуко. Он снова бросил взгляд на воду. — Горячий чай — звучит неплохо. Когда Зуко замер и умолк, Айро ушёл и вернулся со своими любимыми крошечными чайными чашками. Сначала поверхность чашки обжигала пальцы Зуко, но потом ему стало приятно держать фарфор. Айро снова стоял рядом с ним, вдыхая пар от своего чая и глядя на ледяную равнину. — Почему мы снова здесь, племянник? Разве ты не предпочёл бы искать Аватара в тропиках? — Если бы Аватар прятался в тропиках, кто-нибудь бы его уже нашел. — Зуко принюхался к своему чаю, затем глубоко вздохнул. — Кроме того. Я думал, ты не веришь в Аватара, дядя. — Дело не в том, что я не верю в его существование, Зуко. — Старик внимательно посмотрел на него и, казалось, принял какое-то решение. — Дело в том, что, возможно, тебе не суждено его найти. Зуко резко повернул голову, чтобы сердито посмотреть на него. — И какова моя судьба, дядя? — спросил он своим самым холодным тоном. — Томиться в изгнании, пока Азула забирает мою корону? Умереть без чести и навсегда остаться в памяти как неудачник? Это что, новая семейная традиция, которую ты начал? Айро продолжал смотреть на воду и потягивать чай, пока Зуко кипятился. Затем он тихо произнёс: — Судьба — не вопрос успеха или неудачи, принц Зуко. Судьба — это дорога, по которой ты идёшь, проходя мимо всех побед и поражений в своей жизни. — Его проницательный взгляд остановился на Зуко. — Мудрый человек поймет, когда он пытается идти по пути, который приведёт его туда, куда он на самом деле не хочет идти. С этими словами Айро встал и ушёл обратно в капитанскую рубку, тихо закрыв за собой дверь. Зуко на мгновение нахмурился, глядя вслед старику, а затем швырнул свою чашку за борт. Горячий чай обжёг ему пальцы, а затем сразу же остыл. Чашка летела, пока не ударилась о огромный айсберг. Звук разбившегося фарфора был тихим и глухим, и Зуко стало стыдно.

***

Когда население маленькой деревни вышло на лёд, чтобы поприветствовать возвращающихся воинов, Катара не могла не заметить, как сильно постарел её отец. В бороде сияла седина. И он хромал, чего раньше не было, но быстро выровнял шаг, чтобы скрыть это. Хакода спускался по трапу во главе горстки мужчин, которые спустя столько лет вернулись, чтобы снова увидеть свои семьи. Немногие счастливчики, кому повезло выжить. Это было радостное воссоединение для всех. Хоть Катаре и не терпелось поговорить с Хакодой о своём плане, её, конечно же, попросили помочь с приготовлением пира. Она оставила отца и брата сидеть вместе в их маленькой хижине — давая ему шанс поведать об охотах и славных битвах — и ушла в другую хижину к другим женщинам, которые тушили чернослив, жарили зайцев-бизонов и выбирали кусочки разной маринованной рыбы и капусты. Катаре поручили постоянно помешивать морской чернослив, чтобы он не слипался. Казалось, это продолжалось часами, и запах пара был едким, неприятным. Она продолжала украдкой поглядывать на дверь хижины всякий раз, когда та открывалась, хоть и не знала, что хочет увидеть. — Будь осторожна, Катара, — сказала бабушка, заметив, что её ложка для перемешивания замерла. — Ты же не хочешь, чтобы они подгорели. — Прости, пра-пра, — извинилась Катара. Она продолжила помешивать и постаралась не выглядеть такой задумчивой, а старушка устроилась рядом с ней и начала тушить ледяной горошек, который всю зиму сушился в стручках. Позже всё племя собралось в самой большой хижине, набившись туда, чтобы сидеть на полу, есть и рассказывать истории. О войне можно было рассказать так много историй. — Если бы мы знали, что будет затмение, — рассказывал Хакода, — мы могли бы сделать гораздо больше. Даже штурмовать саму столицу Нации Огня. Сокка наконец сделал вдох между едой. — Что ты сделал? — Что ж, это интересная история. Бато отправился в этот крошечный портовый городок, чтобы обменяться новостями со знакомым информатором, и мы ждали его на причале, когда вокруг нас бросили якоря три парохода Народа Огня... Катара слушала, как её отец рассказывает историю, и пыталась представить себя на его месте, в окружении солдат Народа Огня. Она задалась вопросом, хватит ли ей когда-нибудь смелости и сил противостоять врагам так, как это делает её отец. Сжав ложку в пальцах, Катара приняла твёрдое решение. Да. Да, ей хватит. Она сможет сражаться. Ради Сокки, даже если он не нуждается в её защите. Ради самой себя. — Катара? Вынырнув из своих мыслей, она поняла, что в хижине переговаривались все, кроме её отца и Сокки, которые пристально смотрели на неё. В глазах Хакоды появился нежный блеск, и он улыбнулся. — Ты кажешься рассеянной, моя маленькая покорительница воды. Всё в порядке? — Да, — буркнула в ответ Катара, глядя в свою миску. Это прозвище кажется ей столь странным. Она так давно его не слышала. — Я просто… Есть кое-что, о чем я очень хочу с тобой поговорить... Улыбка Хакоды исчезла. — Да, Сокка уже упоминал мельком. Мы обсудим это позже, — отрезал он, а затем повернулся на звук своего имени, снова улыбаясь. Катара долго смотрела на него, пораженная резкостью его тона. Ей не нужно было обсуждать это с Хакодой, чтобы понять, как он относится к её участию в войне. — Мне жаль, Катара, — тихо сказал Сокка. Он положил руку ей на колено, пытаясь успокоить. — Я не хотел говорить ему раньше тебя. У меня это просто вырвалось. Ты напугала меня всеми этими разговорами о… Катара посмотрела на него, и Сокка замолчал, его лицо исказилось от боли. Что бы он не увидел на её лице, Сокка, кажется, ощутил себя виноватым. Но чувство вины ничего не исправит. Одним плавным движением Катара вскочила на ноги и, словно опомнившись, уронила свою миску на колени Сокке. Взвизгнув, он едва успел поймать её. Когда она выходила из хижины, перешагивая через людей, чтобы добраться до двери, на неё было устремлено множество взглядов. Люди спрашивали, куда она идёт, а потом замолкали, когда она не отвечала и не смотрела на них. На улице было лучше. Воздух пронзил её насквозь, очищая голову от жара и тесноты. Солнце всё ещё садилось, а это долгий процесс в это время года. И хотя бродить по тундре одной ночью было небезопасно, Катара отправилась навстречу закату. Она побежала. Она бежала, пока не начали гореть лёгкие, а ноги не стали подкашиваться. Катара покинула равнину и поднялась на холм к другой равнине, следующему участку побережья. Океан пылал огнём заходящего солнца, оранжевым и ярким, и все тени на снегу тянулись к ней, словно синие зубы неведомого, но диковинного чудовища. Это, обычно прекрасное зрелище, внушающее трепет, нынче приводило Катару в ярость Она использовала простое, придуманное ей движение, чтобы укрепить нисходящий склон, а затем поехала по нему, как на лыжах, пока не наткнулась на неровный участок и не упала. Внизу, тяжело дыша, Катара поднялась и продолжила путь. Она больше не могла бежать, но всё еще могла использовать свои способности. Она резко двигала руками и плечами. Лед трескался и откалывался непредсказуемыми кусками. Было приятно видеть, как родная стихия откликается на её призыв. Катара так усердно работала, чтобы стать такой сильной. И пусть это были неуклюжие и грубые приемы, но они были мощными. И теперь, после жёсткого ответа отца, и предательства Сокки, что так сильно ранило её в самое сердце, ей нужно было почувствовать хоть какую-то силу.

***

Со смотровой площадки своего парохода, стоявшего на якоре на ночь, Зуко наблюдал за самым странным проявлением магии воды, которое он когда-либо видел. Он видел, как несколько захваченных северных магов воды работали над внешними стенами своего города, но их движения были изящными и точными. В них чувствовались характерные приливы и отливы, присущие Племени Воды. Поскольку покоритель находился на дальнем конце ледяной пустоши, это куда больше походило на драку двух бешеных животных в бочке с водой. Там были приливы и отливы, а также много чего ещё. Зуко повернул подзорную трубу, чтобы лучше рассмотреть покорителя, но всё, что он смог разглядеть, — это длинную парку с капюшоном. Кто бы это не был, он обладал внушительной силой. Хорошо, что между ними было такое большое расстояние. Зуко опустил подзорную трубу и уже собирался отдать приказ отплывать подальше, когда по равнине разнёсся оглушительный треск. Он в ужасе наблюдал, как огромный кусок льдины откололся и неумолимо приближался к его качающемуся на волнах пароходу. — Заводите двигатели, — закричал Зуко. — Поворачивайте обратно! Он услышал, как его команда засуетилась в рубке управления у него за спиной, двигатели с рёвом ожили, якорь с лязгом поднялся, но корабль двигался недостаточно быстро. Льдина продолжала приближаться. Один из дозорных закричал, и Зуко оглянулся, только чтобы увидеть, что несколько айсбергов, между которыми они прошли, сомкнулись. Им придётся идти вперёд и надеяться, что они смогут выбраться из-под льдины и других окружающих их айсбергов. — Полный вперёд! Мы должны прорваться! Но даже сейчас Зуко понимал, что это невозможно. Пространство сжималось слишком быстро. Он должен был что-то предпринять. Зуко соскользнул по трапу на главную палубу и помчался к носу корабля. Корабль был спроектирован так, чтобы проходить сквозь лёд, но удары с боков могли его повредить. Зуко начал бросать сгустки огня по ближайшим выступам на приближающейся льдине.

***

Катара отпрянула назад и в изумлении и ужасе уставилась на зияющую трещину во льду, которая разделила два огромных пласта. Должно быть, она наткнулась на какую-то трещину во льду, потому что раньше такого никогда не случалось. Катара прижала руки в варежках к лицу и оглянулась через плечо на деревню. Конечно, всё произошло на возвышенности, так что никто не видел, что она сделала, но они, возможно, почувствовали это. Катара отчего-то подумала, что это еще аукнется ей позже. Когда Катара обернулась, то увидела, что над поверхностью поднялась огромная глыба льда. Точнее, пузырь изо льда. Он был круглым, закрученным и, казалось, слегка светился изнутри. Внутри была тёмная фигура, и, когда Катара наклонилась ближе, чтобы рассмотреть её, фигура открыла большие светящиеся глаза. Это был ребёнок! Застрявший во льду! Катара не принимала решение, нужно ли ей открывать пузырь. Она не особо задумывалась о чем-то, кроме того, что там был кто-то, кто нуждался в помощи. Она сделала широкий взмах рукой... И была отброшена назад примерно на пятнадцать футов, когда взрыв белого света ударил прямо в небо.

***

Зуко, стоявший в шеренге магов огня, присоединившихся к нему вдоль планшира, уже занёс кулак для удара, когда в небе вспыхнул свет. Он на секунду прикрыл глаза, а затем уставился на него, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Это был Аватар. Не могло быть иначе. Внезапно та его часть, которая спала, с ревом ожила. — Дядя, — крикнул Зуко, не отрывая взгляда от света. Он даже не был уверен, что Айро поднялся на палубу во время чрезвычайной ситуации, но не мог сдержать ликования. — Похоже, ты всё-таки ошибся насчёт моей судьбы, старик! Позади него не было слышно ни звука, и Зуко никак не мог знать, что сердце его дяди одновременно упало и воспарило. Айро прикрыл глаза от света и наблюдал, как меняется поза его племянника, как наконец разглаживается скорбный изгиб его шеи. Для Зуко это был момент внутреннего катарсиса. Аватар был прямо там, в пределах его досягаемости. Он схватит его и отправится домой. Он наконец-то сможет вернуться домой. Всё, что ему нужно было сделать, это подчинить одного сумасшедшего, непредсказуемого покорителя воды. Должно быть, именно поэтому Аватара до сих пор никто не нашел — он уже переродился в Южном племени Воды. Судя по тому, что он мог видеть, Аватар выглядел довольно молодым и энергичным. Возможно, Зуко нашел его до того, как он смог обучиться другим элементам, что означало бы более легкий бой. — Дядя, подготовь отряд к вылазке. Мы должны захватить Аватара, пока он не сбежал! — Принц Зуко, вы уверены, что ситуация на корабле не требует вашего внимания в первую очередь? Свет померк, и Зуко уставился на огромную ледяную глыбу, которая стремительно надвигалась на его корабль. Он поспешно выпустил ещё несколько огненных шаров в лёд, но было слишком поздно. Льдина столкнулась с айсбергом впереди его корабля, и пространство открытой воды по обе стороны от корпуса сузилось. Кто-то крикнул: — Приготовиться к столкновению! Зуко собрался с духом, но удар оказался несильным, корабль качнуло вправо, пока наблюдательная башня не заскрежетала по айсбергу. Пароход с металлическим лязгом слегка осел, а затем остановился. Зуко осмотрел свою команду и, не найдя никого серьёзно раненным, оглянулся на источник света. Он ничего не мог видеть за массивными глыбами льда, которые теперь загораживали обзор, но Аватар не мог уйти далеко. — Дядя, — сказал он. — Приготовь солдат сейчас же. — Конечно, принц Зуко... Но, возможно... Зуко резко повернулся.

— Что? Айро пожал плечами и сделал выражение лица "я-то-старый-ничего-не-знаю-но-вот-что-я-бы-сделал". — Возможно, было бы более разумно сосредоточить людей на том, чтобы сначала откопать корабль, поскольку в настоящее время мы не можем добраться туда пешком. Зуко резко обернулся, чтобы посмотреть ещё раз. К его отвращению, Айро был прав. Лёд, удерживающий их на месте, полностью отделился от материка, оставив между двумя массами воды широкие проёмы. —Грр! Отлично! Все вы, — прорычал Зуко, властным жестом указывая на покорителей огня на палубе. — Начинайте растапливать весь этот лёд. Никаких перерывов, пока этот корабль не будет свободен!

***

Застонав, Катара села и потёрла лицо рукавицей. Когда её зрение прояснилось, она заметила тощего мальчишку, вылезающего из-под айсберга. Он выглядел таким же ошеломленным, как и она сама. И странным. У него были синие стрелки, вытатуированные на лбу и на руках, а на голове не было ни единого волоска. Когда его глаза остановились на Катаре, он широко и глуповато улыбнулся и сказал: — Привет! Я Аанг! Катара улыбнулась в ответ, немного озадаченная, но довольная, что мальчик не пострадал. — Привет, Аанг. Я Катара. — Это Южный полюс? Катара поддалась вперёд и моргнула, не уверенная, что правильно его расслышала. — Да, Южный полюс. Мы здесь живём! — Ух ты, — сказал он, щурясь и глядя мимо неё на холм и дальше, на горы. — Так красиво. Катара обернулась и обнаружила что лучи заходящего солнца окрасили вершины в оранжевые, розовые и холодно-голубые цвета. Она оглянулась и увидела что мальчик встал, потягиваясь. На нём была странная жёлтая одежда с оборками. Катаре стало холодно от одного взгляда на него. — Ты в порядке? — спросила она. — Да, просто немного не в себе, — ответил он, начав громко откашливаться и разглядывая разбитый пузырь: — Вау! Интересно, сколько я там пробыл! — Внезапно на его лице появилось выражение беспокойства, и он невесомо прыгнул обратно в айсберг. — Аппа! Катара с трудом поднялась на ноги и подошла ближе. Она была как-то не уверена, что сможет перепрыгнуть со льдины на айсберг, поэтому просто встала на цыпочки и попыталась заглянуть внутрь. — Эй! Что там происходит? Внезапно из-подо льда показалась чудовищная косматая голова. Катара закричала и отпрянула, пока не поняла, что зверь не преследует её, и что Аанг взгромоздился на макушку этого существа. Он выглядел обеспокоенным. — Что это? — спросила она. Она старалась говорить менее неуверенно, чем чувствовала себя на самом деле. — Это Аппа! Он мой лучший друг! Катара изо всех сил старалась улыбнуться. — Он выглядит как хороший друг. — Он такой и есть! Мы с Аппой везде ходим вместе, да, мальчик? Существо громко фыркнуло и начало выбираться из пузыря. Катара отошла назад, чтобы посмотреть. Аанг что-то взволнованно бормотал, но она почти не слышала его, слишком сосредоточившись на том, каким огромным был Аппа. И сколько у него было ног. Так что насчет этого? Что случилось? — спросил Аанг, спрыгивая с Аппы на льдину рядом с Катарой. Он был невысокого роста, лет десяти или одиннадцати, если бы кто-то спросил Катару. — На счет чего? Прости, я не… — Катание на пингвинах! Я прилетел сюда, чтобы покататься на пингвинах. Ты отведёшь меня? — Я уже немного старовата для катания на пингвинах. Может быть, кто-нибудь из детей в деревне тебя покатает, — сказала Катара, потирая затылок. — Подожди, ты сказал, что прилетел сюда? — Ага! Аппа — летающий бизон, — ответил Аанг, поглаживая Аппу по лохматой голове. Он с надеждой посмотрел на Катару. — Если он покатает нас, тогда ты возьмешь меня покататься на пингвинах? — Летающий бизон? — скептически хмыкнула Катара. Неужели этот мальчишка решил её разыграть? — Я думала, они вымерли сто лет назад… Аанг звонко засмеялся, как будто Катара сказала нечто смешное. — Молодец, Катара. Но серьёзно, где все пингвины?

***

Зуко первым сошёл с корабля, когда тот остановился у ледяного берега. Солнце село больше часа назад, но ночь была ясной, и звездный свет отражался от снега, так что было легко разглядеть, куда он идет. Он не бросился к скоплению айсбергов, откуда исходил свет, но пошёл быстрым шагом, его люди следовали за ним двумя короткими рядами. Все они были измучены. В глубине своего сознания Зуко слышал голос, очень похожий на голос Айро, который отчитывал его за то, что он слишком сильно давит на своих людей. Потребовалось больше часа, чтобы очистить судно из этого ледяного плена, и ещё больше времени ушло на то, чтобы вернуться на буксире через айсберги на материк. Покорители были истощены. Зная это, Зуко взял их с собой больше для вида, чем для чего-либо еще. Если ему повезет, Аватар все еще будет поблизости, и Зуко сможет запугать его — и они тихо вернутся обратно на судно. Но Зуко никогда не везет. Определить точное происхождение этого света было непростой задачей. Земля была повсюду изрыта, куски льда разлетелись в таком большом радиусе, что Зуко даже не был уверен, где он заканчивается. Однако он сразу понял, что Аватар давно исчез. Он наблюдал за движением в подзорную трубу, пока не стало слишком темно, чтобы что-то разглядеть, но никаких признаков не было. — Разделяемся, — скомандовал он, указывая на запад и восток. На юге были только горы, вздымающиеся к небу. Зуко повёл людей на восток и начал медленно подниматься по плотному снегу на холм. Он не мог потерять Аватара. И даже если след остыл, на этом континенте было всего несколько деревень. Кто-то должен был что-то знать. — Да, — убеждал себя Зуко, поднимаясь. — Кто-то что-нибудь да знает, и я, так или иначе, выжму из них информацию.

***

Катара привела Аанга в деревню незадолго до восхода луны. Бизон вырыл себе нору в сугробе на ближней стороне холма, скорбно пыхтя, как будто не мог сделать больше ни шагу. Аанг шёл достаточно бодро, постукивая своим посохом на ходу. — Не волнуйся, — подбадривал он. —Аппа просто устал. Он скоро снова будет летать. — Конечно, Аанг. — Катара всё ещё не была уверена, верит ли она, что Аппа вообще может летать. Это объяснило бы, как Аанг попал на Южный полюс, но Катаре всё ещё было трудно поверить, что это возможно. Ей было очень трудно поверить во многое из того, что говорил Аанг. — Южный храм Воздуха? — снова спросила она. — Верно. Весной он так красив, Катара. Все деревья и кусты цветут, и залы наполняются тёплым солнечным светом. — Аанг, тебе не нужно придумывать истории, чтобы убедить меня в том, что ты мне нравишься, хорошо? Он моргнул, глядя на неё, а затем слегка рассмеялся. — Зачем ты так говоришь, Катара? — Просто трудно поверить, что люди снова живут в Воздушных Храмах. После того, что Народ Огня сделал с Воздушными Кочевниками, кажется, что было бы неуважительно просто так переехать в их храм. Аанг остановился. Слабый свет, доносившийся из деревни, мягко падал на половину его лица. Он выглядел испуганным. И, может быть, немного виноватым.  — Что ты имеешь в виду? Что сделал Народ Огня? Катара подошла ближе и заглянула ему в лицо.  — Да ладно, Аанг. Все знают эту историю. Ты не мог продержаться во льду так долго... Когда он не улыбнулся, она посерьёзнела.  — Нация Огня уничтожила воздушных кочевников около ста лет назад. Все воздушные храмы разрушены. Аанг сделал шаг назад, потом ещё один.  — Нет. Нет, это невозможно. Катара протянула к нему руку.   — Аанг... — Это невозможно, — задушено просипел он. А затем ударил своим посохом по льду, и тот раскрылся, став широким красный планером. Аанг подпрыгнул в воздух... И взлетел. Действительно взлетел. Катара ошеломленно смотрела, как он улетает в ночь. Аанг был покорителем воздуха. Это вообще было возможно? Покорители воздуха живут где-то тайно, скрываясь от посторонних глаз? Или он действительно был заперт во льду на сто лет? Катара стояла, уставившись на то место, где исчез Аанг, даже не уверенная, что поверила в то, что увидела. Через несколько мгновений она услышала шаги, доносящиеся из деревни. — Я беспокоился о тебе, — сказал Хакода, подойдя к ней. — Это было ребячеством — убегать вот так, Катара. Катара моргнула и посмотрела на суровое лицо своего отца. Ей показалось, что она видела Аанга? Неужели она ударилась головой об лёд и и ей всё привиделось? Если это правда, возможно, лучше не рассказывать о нём отцу. Катара закрыла рот и тяжело сглотнула.  — Прости, папа. Мне просто... нужно было немного подышать. — Похоже, там была лавина. Мы как раз собирались организовать поисковую группу, когда я заметил тебя, идущую по склону. Катара хотела было спросить, не видел ли он Аанга, но ей не понравился его обвинительный тон. — Тебе не о чем беспокоиться, папа. Это была всего лишь я. Я попала в слабое место во льду или что-то в этом роде и... — Катара, — Хакода положил руку ей на плечо и посмотрел на неё своими знакомыми голубыми глазами. Такими знакомыми, но такими... далёкими теперь. Прошло много лет с тех пор, как Катара смотрела в глаза своему отцу. Что-то изменилось, и она чувствовала себя в ловушке под его рукой и его взглядом. — Ты уже почти взрослая женщина, — сказал он, — но ты всегда будешь моей маленькой девочкой. Я всегда буду беспокоиться, потому что так поступают отцы. — А Сокка? — Катара постаралась, чтобы её голос не звучал горько, но ничего не смогла с собой поделать. — Ты и о нём беспокоишься? — Конечно. Может быть, даже больше. Услышав его ироничный тон, Катара позволила себе слегка улыбнуться. Рука на её плече уже не казалась такой тяжёлой, но всё равно давила.  — Позволь мне пойти с ним, папа. Как только слова слетели с её губ, Хакода отпрянул.  Катара продолжила:  — Мы будем заботиться друг о друге, как всегда! Позволь мне прийти в тренировочный лагерь и по-настоящему научиться покорять воду. Прошу. — Катара, нет. — Его решительный тон оборвал её на полуслове, а эмоции в его голосе ошеломили её. — Я скажу это один раз и больше не хочу слышать, как ты об этом говоришь. Тренировочный лагерь — не место для молодой женщины, а война — тем более. Дух твоей матери будет преследовать меня до конца моих дней, если я позволю тебе пойти на войну. К своему стыду, Катара почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Разочарование, шок, изнурительный день — что бы это ни было, слёзы потекли по её щекам. Она отвернулась от Хакоды, надеясь, что он не заметит. Он вздохнул и заговорил более мягко.  — Катара, ты не представляешь, в какую опасность напрашиваешься, куда пытаешься сунуть свой нос. Я слышал об ужасных вещах, происходящих с девушками в приграничных городах, и это касается не только Народа Огня. Есть много плохих людей, которые хотят воспользоваться хаосом войны, как только смогут. Это было бы... Это бы убило меня, если бы с тобой что-нибудь случилось... Здесь ты в гораздо большей безопасности. Катара посмотрела на огромную белую пустоту перед ней. О, конечно, звезды были бриллиантами, а снег - бархатом. Конечно, в тундре не было ни капли синего. Но не было ещё и целого ряда других вещей. Катара пыталась придумать, как выразить это словами, когда Хакода похлопал её по плечу. — Иди домой, Катара. Здесь холодно. Катара запнулась. Она даже не знала, как с ним теперь разговаривать.  — Дай мне минуту, — пробормотала она, потирая щёки. Её варежки царапали потрескавшуюся кожу. Она прислушалась к паузе Хакоды, а затем к его уверенным шагам, когда он возвращался к хижинам. Только когда звуки его шагов затихли, она двинулась с места.

***

Зуко выглянул из-за холма и увидел ещё одну широкую заснеженную равнину. Вдалеке виднелась крошечная деревушка, притулившаяся под защитой снежной стены. В деревне мерцали огоньки, и в их свете, а также в свете восходящей луны он увидел фигуру, которая наклонилась, схватила две пригоршни снега и швырнула его дальше, чем казалось возможным для не-покорителя. Зуко улыбнулся. Там был он. Аватар. Что он делал? Это была какая-то новая техника? Далекая фигура пнула последний кусок льда на полпути к океану и, наконец, зашагала в деревню. Зуко не мог с уверенностью сказать, в какую палатку он вошел, так что ночной набег будет более сложным... В голове Зуко раздался раздражающий голос, который звучал как его дядя. Лучше атаковать с рассветом, когда ваши силы будут на пике, а ваши люди хорошо отдохнут. Зуко неохотно признался самому себе, что это правда. Он также заметил часового, стоявшего на вершине плохо построенной стены, и, присмотревшись, увидел военный корабль Племени Воды, пришвартованный у берега. Итак, повстанцы вернулись домой, чтобы забрать спрятанного Аватара. Зуко внезапно обрадовался, что не поддался порыву. Там могли быть десятки воинов, а у него было только четыре истощённых покорителя огня. Нет, лучше атаковать на рассвете.