Этого ещё не хватало

Утро выдалось хмурым. Серое небо нависло над долиной Пеликан, словно мокрая простыня, вывешенная сушиться между гор. Андрей Рожков шёл по главной улице, засунув руки в карманы потрёпанной джинсовой куртки. Вчерашний скандал в фургоне, слёзы Пенни, её хлопнувшая дверь – всё это вертелось в голове, как заезженная пластинка. Он даже не заметил, как ноги сами принесли его к магазину Пьера.

***

Дверь магазина звякнула колокольчиком. Внутри пахло свежим хлебом и сушёными травами. За прилавком, как обычно, стоял Пьер, что-то записывал в толстую книгу. — Андрей! – кивнул он. – Тебе что-то нужно? — Да нет, просто... – Рожков замялся, оглядываясь.

И тут он её увидел.

У полки с консервами, спиной к нему, стояла женщина в розовом платье. Светлые волосы, собранные в небрежную косичку, покачивались в такт её движениям. Она нервно перебирала банки с соленьями, то брала одну, то ставила обратно, будто не могла решиться. Андрей невольно задержал взгляд. Что-то в её позе, в том, как она сутулилась, словно стараясь стать меньше, задело его. — Джоди, ты уже выбрала? – раздался голос Пьера. Женщина вздрогнула, словно её поймали на чём-то запретном. — Да, я... – её голос дрогнул. – Мне ещё нужно... Она обернулась, и Андрей увидел её лицо. Глаза – чуть покрасневшие, будто от недавних слёз, губы плотно сжаты. На запястье, из-под рукава платья, выглядывал синеватый след – явно чьи-то пальцы сжимали её слишком сильно. Их взгляды встретились. Джоди мгновенно опустила глаза, поспешно схватила первую попавшуюся банку и направилась к кассе.

В этот момент дверь магазина распахнулась.

В проёме стоял мужчина в армейской куртке, со светлыми, коротко стриженными волосами. Его лицо было словно высечено из камня – ни одной эмоции, только холодные, стальные глаза. — Джоди, – произнёс он ровным голосом. – Ты долго. Женщина замерла, будто превратилась в статую. Её пальцы сжали банку так сильно, что костяшки побелели. — Я... я почти готова, – прошептала она. Мужчина – Кент, как догадался Андрей – медленно вошёл внутрь. Его шаги были чёткими, отмеренными, как на параде. Он прошёл мимо Андрея, даже не взглянув на него, и остановился рядом с женой. — Мы идём, – сказал он. Не приказ, но и не просьба. Констатация факта. Джоди кивнула, поставила банку на прилавок. — Только это, Пьер, – её голос звучал неестественно ровно. Пьер молча взял банку, начал пробивать чек. В воздухе повисло напряжённое молчание. Андрей стоял в стороне, чувствуя себя лишним. Его взгляд снова упал на синяк на запястье Джоди.

Не моё дело – подумал он.

Но почему-то это не помогло. Кент заплатил, взял пакет. — Пошли, – сказал он жене. Джоди кивнула, последовала за ним к выходу. Проходя мимо Андрея, она случайно встретилась с ним взглядом. Всего на секунду. Но этой секунды хватило. В её глазах он прочитал что-то, от чего сжалось сердце. Страх? Отчаяние? Просьбу о помощи? Дверь закрылась за ними. — Странный тип, – пробормотал Пьер, убирая деньги в кассу. – Вернулся с службы, а ведёт себя, будто всё ещё на войне. Андрей ничего не ответил. Он подошёл к окну, выглянул на улицу. Кент шёл впереди, не оглядываясь. Джоди – в двух шагах сзади, словно солдат, соблюдающий дистанцию. Она несла пакет. Не моё дело, – снова подумал Андрей. Но на этот раз мысли не давали покоя. Андрей вышел из магазина, так и не купив ничего. Небо по-прежнему было серым. Где-то вдали прогремел гром. Он посмотрел в сторону, куда ушли Кент и Джоди. Узкая тропинка вела к их дому – аккуратному, с зелёной крышей, но почему-то казавшемуся мрачным. — Чёрт, – прошептал Андрей, проводя рукой по лицу. Он повернулся и пошёл прочь. Но образ Джоди – её дрожащие руки, синяк на запястье, тот взгляд – не отпускал.

Не моё дело...

Но почему-то становилось его.