Часть 7

Извините что пропала, были дела Приступим к следующий часте Приятного чтения) Глава 7 Проведя остаток воскресенья за повторным чтением книги об Альфах, которую ей дала Нарцисса, Гермиона проснулась спокойной. Её сон был тихим. Драко, конечно, в нём присутствовал, но, вместо того чтобы быть эротичным и захватывающим, он был умиротворяющим и спокойным. Она просто лежала в его объятиях, его тело обвивалось вокруг неё, тёплое и успокаивающее. И когда она открыла глаза, то почувствовала удовлетворение. Она потянулась, закидывая руки за голову, в тишине раздались щелчки позвонков, возвращающихся на место, и позвоночник приятно распрямился. Гермиона сонно улыбнулась, наслаждаясь чувством безмятежности, ощущением того, как спокойно она спала рядом с Драко из сна. Она и не осознавала, под каким давлением находилась с момента, как узнала о своём статусе. А ещё больше — какое давление она оказывала на Драко. Она думала, что после их встречи в поместье всё само собой сложится. Его реакция на неё, бездонная синь его глаз, когда он смотрел на неё, ощущение его прикосновений, когда он медленно опускал её на пол… Всё это говорило о влечении, но, может быть, она ошибалась. Может, это была просто обычная мужская реакция — Альфа он или нет. Гермиона вздохнула и скинула с себя одеяло. Это был новый день, и она не собиралась начинать его с паники из-за того, что не в силах контролировать. Она решила последовать совету Паркинсон и довериться своим инстинктам. Драко либо найдёт её, либо нет. Гнаться за ним она больше не собиралась. Она могла быть не такой крупной и сильной, как он, но, увидев и почувствовав его реакцию на себя, она поняла — у неё над ним немалая власть. И несмотря на его резкие слова и вспышку, она знала — он любопытен. В этом он был слишком на неё похож. Он захочет знать почему… и как. Она и сама хотела знать все эти «почему» и «как», но этому ещё предстоит время. Она вскочила с постели и принялась за своё обычное утреннее распорядок, остановившись лишь на мгновение, когда начала тереть шрам. Она уставилась на руку. Грязнокровка. Грязь. Кровь. Грязная. Простолюдинка. Нечистая. Слово больше ничего не значило, и она напомнила себе, что ничто из этого к ней не относится. Мир изменился, и с неё довольно. Её кожа останется со шрамом, и с этим уже ничего не поделаешь. Пора перестать жить прошлым, взять контроль в свои руки и сосредоточиться на том, чего она действительно хочет. Покачав головой — звучишь так, будто читаешь одну из лжепсихологических речей Луны, — Гермиона продолжила утро, полная энергии от нового настроя и даже не заметив, что больше не прикасалась к своему шраму. — Ого! — воскликнула Ханна вместо приветствия, когда Гермиона вышла из камина в помещении книжного магазина. — Тебя снова заколдовали? — Почему ты так думаешь? — Гермиона остановилась у прилавка и усмехнулась Ханне. От той пахло свежестью — как от молодых листьев и только что вскопанной земли. Наверняка снова помогала Невиллу. — С каких это пор ты так одеваешься? — Решила попробовать что-то новенькое. Гермиона бросила взгляд на свой наряд. С новым настроем пришёл и новый образ… ну, или слегка заколдованный старый. Обычно она носила простую комбинацию брюк и рубашки или юбки с блузкой, а по пятницам они с Ханной обе позволяли себе джинсы и свитера. Но, уставившись на себя в зеркало, пытаясь понять, что не так, она пришла к выводу, что её привычные наряды можно смело отнести к гардеробу бабушки. Она разделась, но, стоя перед шкафом, поняла, что остальные варианты ничем не лучше. Подняв с пола брошенную блузку, она закрыла глаза и решила, что её «лунинское» вдохновляющее напутствие было не таким уж и глупым. Простая белая блузка превратилась в скромное платье с запахом. Однако, снова посмотрев на себя в зеркало, она всё равно ощутила ту же скуку. — Гермиона, ну же, — укорила она своё отражение. — Ты можешь лучше. Махнула рукой — и вырез стал чуть глубже, подол чуть короче. Сжав губы в раздумье, она взмахнула ещё раз — ткань облегла фигуру плотнее, узел на бедре затянулся, подчеркнув талию. Она выбрала туфли на невысоком каблуке — не доверяла себе на шпильках на весь день — и распустила волосы, пригладив буйные кудри заклинанием. И, очевидно, не прогадала. — Выглядишь потрясающе, — сказала Ханна. — Чай и круассан? Надеюсь, желудок выдержит. — Спасибо, — ответила Гермиона, улыбнувшись их традиционному завтраку по понедельникам. — Со мной всё в порядке. Просто… Она замолчала, не зная, как продолжить. Гермиона доверяла Ханне как себе, но это было слишком серьёзно, и чем меньше людей знали, тем лучше. — Пожалуй, я правда переборщила в прошлые выходные. — Ага, — согласилась Ханна. — Не давай Джинни и Паркинсон на себя влиять. — Думаю, уже начала , — вздохнула Гермиона, взяла чай и круассан и, сославшись на дела, ушла в свой кабинет. Ей не нравилось врать Ханне, но сейчас это было необходимо. Гермиона села за свой стол и снова посмотрела на завтрак, который купила для неё Ханна. Затем перевела взгляд на сам стол. Он был чист, как с иголочки, а вся документация и отложенные заказы, с которыми она ожидала повозиться после четырёх выходных, были аккуратно сложены в стопку с надписью «готово». Ханна и Джинни позаботились обо всём. Она могла провести всё утро в зале магазина — а ведь ей всегда хотелось иметь больше времени именно на это. Гермиона снова улыбнулась. Её это не удивляло. Ханна была умницей, а Джинни, несмотря на резкость и склонность к грубости, всегда готова помочь, если её попросить. Они справились с её работой даже не моргнув глазом, а теперь она могла заняться тем, что любила — говорить о книгах и продавать их. Но, что ещё важнее, она почувствовала, как Альфа внутри неё говорит: пора доверять своим инстинктам — и своей команде — чаще. — Всё в порядке? — спросила Ханна, когда Гермиона вернулась за прилавок. — Всё идеально, — заверила её Гермиона. — Ты и Джинни проделали блестящую работу. Мне нужно будет позже отправить пару сов, но сейчас я могу провести утро здесь. Ханна покраснела. — Я просто делала свою работу. Гермиона сжала ей плечо. — Нет, ты позаботилась обо всём за меня. Спасибо. — Да пустяки, Гермиона, правда. — Никогда так о себе не думай, Ханна, не смей считать, что ты недостаточно хороша. Принимай комплимент так, как он был сказан. Просто скажи спасибо — и иди дальше. — Тебя бы почаще заколдовывали, — рассмеялась Ханна. — Мне нравится эта новая ты. — Мне плевать, кто ты, ты не можешь… Гермиона вскинула голову, услышав голос Ханны. Та никогда не кричала в магазине и уж точно не ругалась с покупателями. Но когда дверь её офиса распахнулась, Гермиона поняла, в чём дело. — Всё в порядке, Ханна, — она подняла руку, давая знак не вмешиваться. — Он не виноват, у него тяжёлая форма хронического отсутствия воспитания, несмотря на происхождение. — Ага, ну так он просто грёбаный хам, — рявкнула Ханна и с грохотом захлопнула дверь. Гермиона уставилась на дверь, и ироничная улыбка расползлась по её лицу. Она всегда нравилась ей, а теперь — нравилась ещё больше. И после утренней работы рядом с ней, Гермиона поняла, что сделала правильный выбор. Покупатели её обожали, и, казалось, некоторых она знала по именам. Но Гермиона заметила и кое-что ещё — как Ханна менялась, когда была рядом с ней. Её энергия будто искрилась, улыбка становилась ярче, а общение с клиентами — ещё свободнее. И Гермиона знала, что дело не только в комплименте, который она ей сказала. Всё дело было в её присутствии. Ей хотелось мысленно дать пощёчину своему эго за такие мысли, но всё внутри подсказывало, что она права. И, в который раз, Нарцисса оказалась права: людей к ней тянуло. Возможно, именно поэтому он и был здесь. — Драко, — протянула Гермиона, откидываясь в кресле. Она закинула одну ногу на другую и мысленно похвалила себя за навыки трансфигурации. Подол её платья сдвинулся вверх, и взгляд Драко тут же скользнул к обнажённому бедру. — Уверена, тебе очень приятно меня видеть. Он снова взглянул ей в глаза, и она увидела бурю — радужка меняла цвет. — Какого хрена ты натворила, Грейнджер? Гермиона крутила перо в пальцах и, прикусив нижнюю губу, провела пушистой частью по груди. — Не понимаю, о чём ты, Драко, — голос её стал низким, с хрипотцой, и она заметила, как это повлияло на него. Его глаза расширились, бурый серый начал светлеть до почти бирюзового. — Я ничего не делала. — Ни одна женщина не подходит ко мне, — он кипел от ярости, и она ощущала его гнев, будто горячие волны Адского пламени. — О, нет, — Гермиона театрально прижала руку к груди и ахнула. — Бедненький Драко, — её взгляд скользнул к его брюкам, — все эти пустоголовые куколки были с тобой злы? — Это всё из-за тебя, — процедил он. — Ты меня пометила. — Пометила тебя? — рассмеялась она, нарочно надменно, зная, как это его разозлит. — И как же я, по-твоему, могла это сделать? Есть только один способ, Драко. И учитывая, что твоя чистокровная надменность всё ещё считает меня недостойной, не думаю, что это когда-нибудь произойдёт. Челюсть Драко напряглась, и она ощутила всплеск гордости от того, что снова оставила его без слов. Она обвила пальцами пояс на талии и улыбнулась про себя, заметив, как его взгляд последовал за её рукой. Она почти могла прочесть его мысли: связать ей руки… наклонить её через стол… взять сзади… Она слегка сдвинулась на стуле, сжав бёдра, когда тело отозвалось на образы, промелькнувшие в голове. Ещё пару недель назад такие мысли и в голову бы не пришли, но теперь… теперь она всерьёз задавалась вопросом, каково это было бы… связанные запястья… наклонённая… Драко позади неё… Раздавшийся отчетливый звук, словно кто-то втянул носом воздух, заставил её поднять глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Драко подходит к её столу. Он положил руки на тяжёлую деревянную поверхность и наклонился вперёд, одна бровь приподнята, на лице — знакомая самодовольная ухмылка. Это была альфа-демонстрация чистого доминирования, от которой в ней снова вспыхнул жар. — Похоже, ты забыла, с кем имеешь дело, — произнесла Гермиона, прокашлялась и, взяв себя в руки, тоже встала, повторяя его позу. Он всё ещё возвышался над ней, и банальный взгляд в вырез её платья должен был бы её разозлить, но ей было всё равно. — Я не одна из твоих слащавых дурочек. Я не просто наравне с тобой, Драко. Я всегда была. И не стану преклоняться перед твоим высокомерием. — О, а мне кажется, ты как раз слащавая, Грейнджер, — он снова втянул воздух, и его ухмылка стала шире. — Я думаю… нет, я точно знаю… ты встанешь передо мной на колени. Я чувствую запах твоей сладкой киски, насквозь пропитанной желанием. Гермиона вскинула руку, чтобы ударить его по лицу, но он с молниеносной скоростью перехватил её запястье своей большой ладонью. — Ну-ну, Грейнджер, — его голос был сладок, как мёд. — Играй по правилам. — Ты не единственный, кто способен чувствовать, Драко, — раздражённо напомнила она. — Я тоже чувствую, как сильно ты меня хочешь. Удивительно, как ты ещё стоишь — должно быть, у тебя там всё каменное. — Я не возбуждён из-за тебя, — прорычал он. — А из-за кого же тогда? — усмехнулась Гермиона. — Другие женщины ведь к тебе не подходят, верно? Драко зарычал и, удерживая её запястье, резко притянул к себе, прижавшись губами к её рту. Она выдохнула от неожиданности, но по позвоночнику пронеслась не злость, а волна облегчения, когда его губы скользнули по её. Его поцелуй был идеальным сочетанием твёрдости и мягкости, а карамельная сладость, с которой она теперь навсегда будет его ассоциировать, затопила все её чувства. Этот поцелуй не был похож ни на один другой. В нём было столько желания, нужды, тоски — той самой, что будила её среди ночи. Свободной рукой она коснулась его груди, почувствовав бешеный стук сердца под плотными мышцами. Не раздумывая, она потянулась к вороту его рубашки, грубо отдёрнула его в сторону и провела пальцами по чувствительной железе. Он громко застонал, отпуская её запястье, и зарывался пальцами в её волосы, удерживая её губы прижатыми к своим. Сквозь неё пронеслась дрожь возбуждения, и Гермионе захотелось поглотить этот звук, сохранить его в себе и слушать снова и снова, зная, что это её заслуга. Он отстранился, глядя на неё в тумане желания. Его глаза стали сине-зелёными — нереально яркими. — Это было ошибкой. — Огромной, — согласилась Гермиона, и по выражению его лица она поняла, что и её глаза изменились. — Я ненавижу тебя, — тихо произнёс Драко. — Ты не должна существовать. — Пошёл ты, Драко, — прошептала Гермиона, заворожённая переменой цвета его глаз. — Я — Альфа. Его губы снова прижались к её. Поцелуй стал медленным. Жар, с которым он целовал её в первый раз, немного угас, но теперь в поцелуе было больше глубины, больше силы. Его пальцы медленно описывали круги у неё на коже головы, губы и язык были горячими и настойчивыми. Гермиона мысленно прокляла стол между ними. Ей хотелось почувствовать его рядом, ощутить, как он реагирует на неё. Хотелось показать, что если он готов — то и она тоже. Он снова отстранился, тяжело выдохнув, лоб к лбу, дыхание неровное. — Почему ты пометила меня? — тихо спросил он. — Я не помечала, — нахмурилась Гермиона, прижавшись к нему. — Я не кусала тебя, Драко, я просто прикоснулась. — Этого было достаточно. — Он поцеловал её в лоб. — Прости, — прошептала она. — Я не знала. Они стояли в тишине полминуты, его губы всё ещё касались её кожи. Она закрыла глаза, сосредоточившись на звуке его сердца, тепле его дыхания, вдыхая глубоко. Его запах был невероятен — ей хотелось поймать его в бутылку и купаться в нём каждый день. — Ты — не та, кого я хочу. Мутное наваждение Гермионы рассеялось мгновенно, и она подавилась воздухом. Он издевается? После такого поцелуя? Он медленно разжал пальцы в её волосах, и она не пропустила, как он провёл запястьем по её шее, задевая своей ароматической железой её. Любой самец, что подойдёт к ней в ближайшие дни, почувствует его метку. Ей захотелось врезать ему. — Зачем ты это сделал? — прорычала она сквозь стиснутые зубы, когда он окончательно отстранился, слегка растерянный. — Ты меня не хочешь, но и другим меня не отдашь? Драко взглянул на своё запястье, потом на её шею, и Гермиона увидела, как его выражение сменилось с удивлённого на самодовольное, когда до него дошло, что он только что натворил. — Может, теперь ты узнаешь, каково это, — ухмыльнулся он. — Хотя сомневаюсь, что за тобой вообще кто-то гоняется. — Зато те, кто гоняется, не заразят меня венерическим заболеванием. — А откуда, чёрт возьми, тебе знать, какие женщины за мной гоняются? Гермиона рассмеялась: — Ты шутишь? Ты и твоя “женщина недели” известны всему миру. Твоё раздутие эго просто не даёт никому забыть, кто ты такой. — Значит, следишь за мной? — хмыкнул он, но Гермиона уловила лёгкий отблеск неуверенности в его глазах. Она была уверена, Нарцисса говорила ему то же самое. — К несчастью, Пэнси настаивает, чтобы мы читали шестую страницу за бранчем каждое воскресенье, — с наигранной заботливостью поправляя платье, ответила она и одарила его приторной улыбкой. — Мне всегда так грустно, когда я слышу про “Альфу-плейбоя Драко Малфоя”, который никак не может удержать рядом ни одну женщину. Мышца на его щеке дёрнулась, и Гермиона наклонилась вперёд, слегка коснувшись пальцем его подбородка: — Но не переживай из-за этих мерзких статеек. Просто продолжай перебирать женщин, может, однажды найдёшь ту, которая тебя удовлетворит. — И что, по-твоему, ты знаешь об удовлетворении? Сомневаюсь, что такая ханжа, как ты, когда-либо удовлетворила мужчину. Гермиона втянула воздух носом. Воздух был густой от ванили и арганы — тех запахов, что она уже чувствовала на нём, но теперь их перебивал мускусный аромат возбуждения. — Очередной раз твоё эго говорит за тебя, и, как обычно, оно совершенно не в курсе, что происходит вокруг. Может, если бы ты хоть раз посмотрел на настоящую женщину, жалкие истории о тебе перестали бы появляться. Она села и закинула ногу на ногу, нарочно позволяя платью приподняться выше бедра. — Ты спросил, что я знаю об удовлетворении мужчины? Ну что ж, я точно знаю, что ты не хочешь уходить из этого кабинета неудовлетворённым. Она улыбнулась и перевела взгляд на выпуклость у него в брюках: — …но, к сожалению, раз уж ты считаешь, что я ничего не умею — так и будет. — Да пошла ты, Грейнджер! — взревел он. — Держись от меня подальше, сука! — Напомню, это ты сюда пришёл, — спокойно напомнила она, хотя внутри всё кипело. — И это ты меня поцеловал. Лицо Драко исказилось от отвращения, он с раздражением провёл тыльной стороной ладони по губам: — Я сюда больше не вернусь! — Прекрасно! — улыбнулась Гермиона, но как только дверь с грохотом захлопнулась, она схватила чернильницу и швырнула её в ту сторону. Звук разбившегося стекла отдался в ушах. Она запрокинула голову и уставилась в потолок. Её дыхание было тяжёлым, всё тело дрожало от ярости. Как он смеет! Как он посмел так её поцеловать? Как он смеет так пахнуть? Как он смеет так на вкус… Она крепко зажмурилась, пытаясь прогнать его образы из головы. Бесполезно. Всё в нём было именно тем, чего она жаждала. Даже властность. А особенно — властность. …что привлекало её больше всего. И именно это сбивало с толку сильнее всего. Она должна была ненавидеть его — за то, как он с ней разговаривал, за то, как врывался в её кабинет, сбивал с ног, а потом выкидывал, как вчерашний мусор. Но… был ещё и его поцелуй. Эта искра между ними, когда их губы соприкоснулись, — её невозможно было подделать. Его руки, удерживающие её рядом. Его стон, когда она коснулась его. И то, что он позволил ей снова прикоснуться. Она знала: всё, что он сказал, было ложью. Всё в нём кричало о том, что он лжёт. Что он жаждет её так же, как она его. Её взгляд вернулся к двери, и она с улыбкой посмотрела на чернила, медленно растекавшиеся по полу. Что ж, мистер Малфой. Если ты любишь играть в игры — тогда игра начинается. Интересная получилась часть Как вам ? Пишите свои отзывы и так же ошибки если видите