та же хрень, другая тусовка

***

      Когда Руби добралась до вечеринки, там уже было весело. Какой-то неплохой дом недалеко от набережной - достаточно приличный, чтобы у родителей была нормальная работа, но при этом достаточно засратый, чтобы их сын барыжил таблетками. В общем, стандарт.         Музыка херачила из дешёвой колонки в углу, какой-то придурок уже вырубился на диване, обнимая банку Strongbow, а девчонка с неудачными губами орала на своего бывшего возле кухни. Руби ухмыльнулась. Она даже войти не успела, а там уже дурдом.         — Гляньте, кто пожаловал, — крикнул Мэйсон, перекидывая руку ей на плечо. — Думал, ты так и останешься сидеть на своей лавке.         — Ну, не могу же я вас оставить одних с этим справляться, — буркнула она, заходя внутрь.         Она сразу просканировала ситуацию. Группки людей, которые ей неинтересны, парни, косящие глазами в её сторону, девки, шепчущиеся. Всё как всегда. Она не была популярной, но и незаметной тоже.         И ей было абсолютно плевать.         Она направилась прямиком к напиткам. Какой-то идиот смешал водку с апельсиновым сиропом, будто делал лабораторную работу по химии. Но она всё равно плеснула себе двойную дозу.         — Ты хоть сегодня без приключений? — спросил Мэйсон, ухмыляясь.         Руби сделала глоток, облизала губы.         — Не обещаю.         Прошло полчаса, и она уже начала социализироваться.         Какой-то мажористый парень - типичный из Jack Wills, - решил умничать, бросив какую-то хреновую шутку про её «тусовку со взрослыми парнями».         Руби даже глазом не моргнула.         Она повернулась к нему, склонила голову, будто правда обдумывала его слова.         А потом улыбнулась.         — Ой, котик, ревнуешь? — сказала она мило. — Не переживай, ты всё равно не в моём вкусе. Я люблю парней с нормальной щетиной и без синдрома «мама, купи».         Комната взорвалась. Кто-то захохотал, кто-то начал снимать на телефон. Парень покраснел, пробормотал что-то про то, что она «тупая шалава», и свалил.         Руби просто осушила остатки напитка. Легковес.         — Бля, Руби, ты чистый дьявол, — смеялся Мэйсон.         — Ну, — пожала она плечами, — если не хочешь сгореть, не подноси спичку.         Она отошла, затерялась среди толпы. Алкоголь уже приятно разливался по телу. В углу какая-то девушка целовалась с парнем, который точно был не её бойфрендом. Другой чувак крутил косяк на журнальном столике.         Та же хрень, другая тусовка.         Она вышла на балкон. Внизу грохотали волны. Было холодно, но ей нравилось. Хоть какое-то ощущение живости.         Телефон завибрировал. Опять сообщение от какого-то придурка. Она смахнула его.         Руби была тут не ради этого.         Честно говоря, она вообще не знала, зачем она здесь.         Может, потому что это лучше, чем сидеть одной. Может, потому что если напиться как следует, можно забыть - забыть соцслужбы, забыть маму с её мутными глазами, забыть папины пустые обещания.         Но правда в том, что Руби никогда не забывала.         Сколько бы ни пила, сколько бы ни целовалась, сколько бы ни дралась - её прошлое всегда висело у неё за спиной, как запах дешёвых сигарет.         И глубоко внутри она знала, что так будет всегда. Хоть Руби и никогда не была из тех, кто отступает. Не в споре, не в драке, и уж точно не тогда, когда какая-нибудь двуличная сука начинает чудить на публику.         Она сидела на балконе, закинув ноги на перила, с полупустой бутылкой дешёвой водки в руках. Внутри вечеринка продолжала кипеть, но здесь, на улице, холодный воздух кусал кожу, не давая окончательно улететь.         Телефон снова завибрировал. Она проигнорировала.         Вместо этого её мысли унеслись назад - в прошлый год. В школьные коридоры, в шёпот за спиной, в эти взгляды.