достоинство

***

      Руби с самого начала знала, что эта ночь пойдёт по пизде когда Мэйсон забрал её на своей тачке и предложил сгонять на тусовку к левому челу за бесплатным бухлом.         Вечеринка сразу показалась ей странной - слишком много старших парней, слишком много девчонок, которые вели себя так, будто им тут место. Руби не была тупой. Она знала, как это всё работает. Она не какая-то глупая девочка, которую нужно спасать.         Но даже она понимала, что в этот раз переборщила.         Музыка гремела так, что у неё в голове пульсировало, какой-то парень - взрослый, минимум двадцать - ржал над каждой её фразой, сидел слишком близко, его рука потихоньку сползала ей на бедро.         Руби это замечала. Просто ей было похуй.         Или, по крайней мере, она сама себя в этом убеждала.         Пока кто-то ещё это не заметил.         — Йоу, друг, съеби отсюда.         Руби поморгала, пытаясь сфокусироваться. Рука парня исчезла. В комнате повисло напряжение.         Она повернула голову.         Ебучий Джексон.         Стоял в дверном проёме, капюшон натянут, лицо каменное.         Руби застонала.         — Ой, да ёб твою мать…         — Я тебя, блядь, в доспехах не спасаю, — Джексон даже не посмотрел на неё, взгляд был намертво прикован к тому парню.         Тот фыркнул, подняв руки.         — Расслабься, бро. Никто твою маленькую телочку не трогает.         — Она мне не телочка, — Джексон лениво оттолкнулся от стены, делая шаг вперёд. — Но ты всё равно съебёшь отсюда.         Руби фыркнула, откидываясь на спинку дивана. Всё это было такой хуйнёй. Она же нормально сидела.         А потом этот парень правда не съебался.         — И что, ты думаешь, мне страшно, маленький уличный бандит? Пиздуй отсюда, чел.         Руби была пьяная, но даже она заметила, как у Джексона чуть дёрнулся уголок рта.         Ох.         Ох, ну этот долбоёб доигрался.         Джексон едва заметно усмехнулся.         — Ну всё, базар окончен.         И втащил ему.         Один удар - чёткий, быстрый, без предупреждения. Парень даже не успел отреагировать, как уже валялся на жопе, держась за челюсть, будто пытался её обратно на место вставить.         Комната замерла.       На секунду - тишина.         Потом кто-то заорал, и начался полный пиздец. Друзья того парня рванулись вперёд, Джексон уже пятился к выходу, и Руби, каким-то образом, тоже вскочила на ноги.         Джексон схватил её за запястье, проходя мимо.         — Вали отсюда, принцесса.         — Не называй меня так, блядь.         Но она пошла.         Они вылетели на улицу, быстро свернули за угол.         Руби только сейчас почувствовала холодный воздух, трезвящий, почти обжигающий.         — Ты вообще нормальный? — заорала она, вырывая руку.         Джексон просто шёл вперёд, засунув руки в карманы.         — Пожалуйста.         — Я ТЕБЯ НЕ ПРОСИЛА МЕНЯ СПАСАТЬ.         Он остановился.         Развернулся.         И впервые за вечер посмотрел на неё без злобы.         — Ты думаешь, я это для тебя сделал? — фыркнул он. — Да мне просто захотелось прописать тому уёбку.         Руби сжала кулаки.         — Ты реально думаешь, что лучше меня, да?         Джексон закатил глаза.         — Руби…         — Ты ходишь тут весь такой холодный, тебе похуй на всех, но ты такой же, как я. Ты потерянный, ты ебанутый, так что ты не имеешь права смотреть на меня сверху вниз.         Джексон помолчал секунду.         Потом, лениво, почти с отвращением:         — Ты - это я через три года, если не возьмёшься за ум.         Тишина.         У Руби внутри всё перевернулось.         Она даже не думала - просто действовала.        Толкнула его - жёстко. Он даже не двинулся. Она толкнула его снова, стиснув зубы, ненавидя это жгучее ощущение в горле.         — Иди нахуй.         Джексон ухмыльнулся.         — Уже был там.         Руби замахнулась - он увернулся - она промахнулась - он рассмеялся, что взбесило её ещё больше.         — Да иди ты нахуй, Джексон!         — А я куда, блядь, должен пойти? В то же место, что и ты? Ах да, у тебя же его нет.         Ещё один толчок.       — Ты нихуя обо мне не знаешь.         — Знаю достаточно.         Она ненавидела это. Ненавидела его. Ненавидела, что он мог так легко надавить на каждую её кнопку, будто всю жизнь её изучал.         Голова всё ещё кружилась. Остатки адреналина уходили, оставляя только пустоту и какую-то злость без причины.       Джексон вздохнул.         — Пошли.         — Куда?         — Хуй знает. Просто иди.         Она не двинулась.         Джексон устало выдохнул, достал сигу, прикурил, затянулся. Потом молча протянул ей.         Руби секунду смотрела на него.         Потом выхватила.         Они пошли дальше.         Было два часа ночи. Улицы пустые. И никто больше не говорил ни слова, поэтому они долго шли молча. Просто курили, делая вид, что им не похуй друг на друга.         Ночь была холодная, воздух резал лицо, но тело ещё кипело после всей этой заварушки. Руби не знала, почему всё ещё идёт рядом с ним. Но и не знала, где ещё хотела бы быть.         Джексон заговорил первым.         — Так. Все эти слухи правда?         Руби выпустила дым.         — Какие именно?         — Те, из-за которых тебя шлюхой называют.         Она ухмыльнулась, но в глазах веселья не было.         — Ты хочешь, чтоб я тебе ещё раз вмазала?         Джексон даже не моргнул.         — Не первый раз.         Руби фыркнула, пнула камень.         Потом решила - а хули.         — Ага.         Джексон приподнял бровь.         — Ага, что?         — Ага, слухи правда.         Сказала так, будто ей вообще похуй.         Джексон молчал, ждал.         Руби закатила глаза.         — Несколько месяцев назад. Нужны были деньги. И пару косяков.         Ноль реакции.         Вот в этом он и бесил. Никогда не показывал, что у него в голове.         Она посмотрела на него.         — Что, никаких комментов? Не скажешь, что я мерзкая?         — А что ты хочешь услышать?         — Не знаю. Может, чтоб ты сказал что-то ебанутое, чтобы мне не было так хуёво говорить это вслух.         Джексон задумался.         — Ну, это забавно. За пару косяков? Надо было больше запросить. Хотя бы фунтов 500?       Руби хрипло рассмеялась.         — Охуенная поддержка, спасибо.         Он взглянул на неё.         — Ты вообще жалеешь?         Руби подумала.         Она вспомнила его лицо. Как он даже не посмотрел на неё нормально, просто кинул деньги и ушёл.         Вспомнила, как шла домой после, прикуривая косяк, надеясь, что станет хоть чуть-чуть легче.       Выдохнула.         — Не. Достоинство - переоценённая хуйня.         Джексон ничего не сказал. Просто шёл рядом.         И почему-то, в этой тишине, Руби впервые за долгое время не чувствовала себя одной.