Часть 9

Когда Сайран, наконец, погрузилась в сон, Ферит, крадучись, покинул комнату. Он не смел форсировать события, не хотел вновь обрушить на нее лавину страха. Ему было необходимо время, чтобы она привыкла к его присутствию, чтобы хрупкое доверие, едва пробившееся сквозь пелену безумия, окрепло. А утром… утром их ждала доктор Гюзель. Он прошел в свои покои, но объятия Морфея остались недосягаемыми. В голове, словно встревоженный рой пчел, метались мысли, тревога острыми когтями сжимала сердце. Он боялся за Сайран, за ее истерзанную душу, за ее будущее, окутанное туманом. Он должен быть скалой, ее несокрушимой опорой, должен помочь ей вырваться из этого кошмара, сотканного из боли и отчаяния. Утром, как и было условлено, они переступили порог кабинета доктора Гюзель. Ферит, скрупулезно, не упуская ни единой детали, поведал о вчерашнем дне, о проблесках узнавания в глазах Сайран, о ее последующей реакции, полной ужаса и непонимания. Доктор, с вниманием достойным лучшего ювелира, вслушивалась в каждое его слово, ни разу не прервав его повествование. – Господин Ферит, тот факт, что госпожа Сайран вспомнила вас – это луч света в темном царстве, это огромный шаг вперед, – наконец произнесла она, откладывая ручку в сторону. – Но вы должны осознавать, что шизофрения – недуг, который не отступает по мановению волшебной палочки. Позвольте мне предупредить вас: ваш образ, в сознании госпожи Сайран, долгое время служил спасительным якорем, оплотом надежды. Сейчас, когда вы рядом, реальный, а не призрачный, ее могут преследовать фантомы тех, кто причинил ей боль, воплощения ее самых сокровенных страхов. Я намеревалась выписать препараты, которые помогут стабилизировать ее сознание, вернуть его в привычное русло, но, к сожалению, на данный момент они отсутствуют в наличии. Ожидаются только через неделю. Как только они поступят, я незамедлительно их вам пропишу. – Хорошо. Благодарю вас, доктор, – ответил Ферит, чувствуя, как внутри, словно змея, свивается тревога, отравляя собой все его существо. Остаток дня, вопреки его мрачным предчувствиям, прошел на удивление спокойно. Сайран держалась тихо и немного отстраненно, но, казалось, ощущала себя в безопасности, находясь рядом с Феритом. Они разделили скромный обед, неспешно прогулялись по саду, утопающему в зелени, а вечером, сидя плечом к плечу, посмотрели какой-то незамысловатый фильм. Ферит старался быть рядом, окружать ее заботой и теплом, но не давить, не пугать. Ночью, когда Ферит, убаюканный тишиной, уже начал проваливаться в объятия сна, его оглушил крик. Крик, пронзенный ужасом и невыносимой болью. Охваченный леденящим страхом, он мгновенно сорвался с кровати и, словно стрела, пущенная из лука, помчался в комнату Сайран. Картина, представшая его взору, острым осколком вонзилась в самое сердце. Сайран, сидя на кровати, обхватив голову руками, лихорадочно мотала ею из стороны в сторону. Слезы, словно драгоценные жемчужины, ручьями текли по ее щекам, не в силах остановить этот поток отчаяния. – Нет! Пожалуйста, не надо! Умоляю! – кричала она, не видя и не слыша ничего вокруг, словно находясь в эпицентре бушующего урагана. – Сайран! Сайран, моя красавица! Посмотри на меня! – говорил Ферит, стараясь не спугнуть ее, осторожно приближаясь к ней, словно к испуганной лани. Он коснулся ее руки, и она вздрогнула, словно ее поразил разряд тока. Но затем, словно узнав его голос, она подняла на него заплаканные глаза, полные боли и потерянности, и бросилась к нему в объятия, ища защиты и утешения. Ферит, нежно и успокаивающе, гладил ее по спине, чувствуя, как дрожит все ее тело, словно осенний лист на ветру. – Тарык… он здесь… он хочет убить меня… – шептала она, зарываясь лицом в его рубашку, ища в нем спасение. – Нет, Сайран. Тарыка здесь нет. Его здесь нет, – повторял Ферит, стараясь говорить как можно спокойнее, словно успокаивая маленького ребенка. – Нет, он здесь! Почему ты мне не веришь?! – начала кричать она, отстраняясь от него, в ее глазах плескалось отчаяние. – Хорошо, я верю тебе, красавица. Но ты не бойся. Он не сможет тебя тронуть. Я тебя защищу, хорошо? А сейчас иди сюда, я полежу с тобой. Сайран, словно обессиленная птица, осторожно положила голову ему на грудь, ища в нем защиты. – Вот умница, – успокаивающе сказал Ферит, ощущая, как все еще дрожит ее тело. Он нежно поглаживал ее волосы, стараясь передать ей свое спокойствие и уверенность, словно целитель, передающий энергию жизни. Так прошло несколько томительных минут, наполненных тревогой и ожиданием. Дыхание Сайран постепенно выравнивалось, но Ферит чувствовал, что она все еще напряжена, словно натянутая струна. – Ферит, – тихо произнесла она, словно боясь нарушить хрупкое равновесие. – Да, красавица? – Я не могу уснуть. Мне страшно. – Хорошо. Тогда я расскажу тебе свой стих. – Стих? – удивленно спросила она, приподнимая голову, словно впервые видела его. – Ты что, пишешь стихи? – Недавно начал. Закрывай глаза и слушай. Ферит откашлялся и начал читать тихим, спокойным голосом, словно завораживая ее своими словами: В ночи кромешной, страх как тень, Пытается тебя пленить. Но я здесь, с тобой, весь день, И не позволю тьме царить. Твой разум – хрупкий, нежный сад, Где расцветают вновь цветы. Я буду рядом, словно брат, И защищу от пустоты. Пусть прошлое останется вдали, Где боль и страх навек живут. Мы вместе к свету поплывем, И новый мир для нас найдут. Сайран слушала, не перебивая, словно завороженная. Ферит чувствовал, как ее тело постепенно расслабляется, уступая натиску сна. Когда он закончил, она тихо сказала: – Красиво. – Спасибо, – ответил Ферит, улыбаясь ей. – А теперь попробуй уснуть. Я буду рядом, оберегая твой сон. Сайран, словно маленькая девочка, снова положила голову ему на грудь и закрыла глаза. Ферит продолжал нежно гладить ее волосы, пока она, наконец, не заснула, убаюканная его теплом и заботой. Но покой оказался обманчив. Проспав всего три часа, Сайран снова проснулась в ужасе. Ее глаза были широко открыты, в них плескался неподдельный страх, словно она увидела саму смерть. Она тяжело дышала и смотрела в темноту, словно видела там что-то ужасное, что было невидимо для других. – Ферит… – прошептала она, хватаясь за его руку, словно за спасательный круг. – Он здесь… я чувствую его… Ферит мгновенно проснулся, сердце бешено колотилось в груди, словно птица, попавшая в клетку. Он обнял Сайран крепче, пытаясь успокоить ее дрожь, унять ее страх. – Кто здесь, красавица? Кто тебя пугает? – тихо спросил он, стараясь не повышать голос, чтобы не спугнуть хрупкое спокойствие. Сайран молчала, ее взгляд был прикован к темному углу комнаты, словно она видела то, что скрыто от других глаз. Она словно видела то, чего не видел Ферит, то, что существовало лишь в ее истерзанном сознании. – Тарык… он смотрит на меня… я чувствую его взгляд… – прошептала она, ее голос дрожал от страха, словно тонкая нить, готовая оборваться в любой момент. Ферит сжал ее руку, стараясь передать ей свою силу и уверенность. Он знал, что Тарыка здесь нет, что это лишь плод ее больного воображения, призраки прошлого, которые преследовали ее в ночи. Но он понимал, что для Сайран этот страх реален, и он должен помочь ей справиться с ним, стать ее щитом и ее опорой. – Сайран, посмотри на меня. Тарыка здесь нет. Это просто сон, кошмар, игра воображения. Ты в безопасности, я рядом, я здесь, чтобы защитить тебя. Я не позволю ему причинить тебе вред, – говорил он, глядя ей прямо в глаза, словно пытаясь загипнотизировать ее своим взглядом. Он взял ее лицо в свои руки и нежно поцеловал в лоб, словно благословляя ее на исцеление. – Посмотри вокруг. Здесь только мы. Никого больше нет. Ты в безопасности, я обещаю, – продолжал он, стараясь убедить ее в своей правде, словно заклинание, которое должно было развеять морок. Сайран медленно перевела взгляд с темного угла на Ферита, словно выбираясь из глубокого колодца. В ее глазах все еще был страх, но в них появилось и немного доверия, словно луч света пробился сквозь густую тьму. – Ты… ты правда здесь? – прошептала она, словно боясь поверить в свое спасение. – Я всегда буду здесь, красавица. Всегда, – ответил Ферит, крепче обнимая ее, стараясь согреть ее своим теплом. Он включил ночник, и комната наполнилась мягким, теплым светом, словно отгоняя злых духов. Ферит знал, что темнота усиливает страх Сайран, поэтому старался избегать ее, как огня. – Давай я расскажу тебе еще один стих, – предложил он, надеясь отвлечь ее от кошмарных мыслей, увести ее сознание в другую реальность. Сайран кивнула, прижимаясь к нему ближе, ища в нем утешение и защиту. Ферит начал читать тихим, успокаивающим голосом, словно напевая колыбельную: Ночь темна, и страх велик, Но я рядом, мой родник. Свет любви развеет тьму, И подарит тишину. Не бойся тени, что вокруг, Я твой щит, я твой друг. Вместе мы преодолеем все, И к счастью путь найдем себе. Пусть кошмары отступят прочь, И наступит мирная ночь. Я буду рядом, оберегать, И от зла тебя спасать. Когда Ферит закончил, Сайран тихо всхлипнула, словно освобождаясь от груза, который давил на ее душу. – Спасибо, – прошептала она. – Мне стало немного легче. – Всегда пожалуйста, красавица, – ответил Ферит, нежно поглаживая ее волосы, словно гладя маленького котенка. Он понимал, что это лишь временное облегчение, что кошмары могут вернуться в любую минуту, подкрасться незаметно и снова напугать ее. Но он был готов бороться за Сайран, готов быть ее щитом и ее опорой, ее ангелом-хранителем. Он обнял ее крепче и тихо запел колыбельную, стараясь убаюкать ее своим голосом. Сайран прижалась к нему и постепенно начала успокаиваться, словно умиротворенная его близостью. Ферит не сомкнул глаз до самого утра. Он боялся, что если заснет, кошмары вернутся и снова напугают Сайран, что он не сможет ее защитить. Он просто лежал рядом с ней, обнимая ее и шепча ей слова любви и поддержки, словно оберегая ее сон от злых духов. Когда рассвело, Сайран все еще спала, утомленная пережитым ужасом. Ферит осторожно встал с кровати, стараясь не разбудить ее, словно она была хрупким цветком. Он пошел на кухню и приготовил ей завтрак, стараясь выбрать самые полезные и вкусные продукты. Он знал, что ей нужно хорошо питаться, чтобы иметь силы бороться с болезнью. Он вернулся в комнату и тихонько поставил поднос на тумбочку, стараясь не шуметь. Сайран проснулась и сонно посмотрела на него, словно не понимая, где она находится. – Доброе утро, красавица, – прошептал Ферит, целуя ее в лоб, словно приветствуя новый день. – Я приготовил тебе завтрак, чтобы ты набралась сил. Сайран слабо улыбнулась, но в ее глазах все еще читалась усталость и тревога. – Спасибо. Но у меня совсем нет аппетита, – сказала она, отворачиваясь от подноса. – Я понимаю. Но ты должна немного поесть, чтобы набраться сил. Пожалуйста, сделай это ради меня, – попросил Ферит, глядя ей в глаза. Сайран вздохнула и села в кровати, повинуясь его просьбе. Ферит помог ей взять поднос и поставил его перед ней. Она медленно начала есть, стараясь не смотреть на Ферита, словно стыдясь своей слабости. После завтрака Ферит предложил Сайран прогуляться по саду, надеясь, что свежий воздух и природа помогут ей прийти в себя. Она согласилась, и они вместе вышли на свежий воздух, держась за руки, словно боясь потерять друг друга. Сайран казалась немного спокойнее, чем ночью, но Ферит все еще видел в ее глазах отблески страха, словно он был ее вечным спутником. Они медленно шли по тропинке, наслаждаясь тишиной и пением птиц, стараясь не думать о том, что ждет их впереди. Вдруг Сайран остановилась и схватила Ферита за руку, ее тело напряглось, словно перед прыжком. – Мне кажется, я его вижу… – прошептала она, ее глаза расширились от ужаса, словно она увидела призрак. Ферит напрягся, готовясь к худшему. Он огляделся вокруг, стараясь разглядеть хоть что-то подозрительное, но никого не увидел. – Кого ты видишь, красавица? Здесь никого нет, – сказал он, стараясь говорить как можно спокойнее, чтобы не напугать ее еще больше. Сайран покачала головой, не отрывая взгляда от чего-то невидимого. – Он там… в тени… он смотрит на меня… – прошептала она, ее голос дрожал от страха, словно она разговаривала с самой смертью. Ферит понимал, что Сайран снова погружается в свой кошмар, что реальность вновь ускользает от нее. Он обнял ее крепче и повел обратно в дом, подальше от теней и страхов. Он знал, что ей нужна помощь, и он сделает все возможное, чтобы ее получить, даже если это будет стоить ему всего. Ферит усадил Сайран на диван и принес ей стакан воды, надеясь, что это поможет ей прийти в себя. Она выпила его дрожащими руками, все еще глядя в одну точку, словно видела то, чего не видел он, то, что существовало лишь в ее сознании. Ферит опустился на колени перед ней, взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза, стараясь достучаться до ее души. – Сайран, послушай меня. Здесь безопасно. Я рядом. Никто не причинит тебе вреда, – говорил он мягко, стараясь вернуть ее в реальность, вытащить из пучины безумия. Постепенно, словно из тумана, Сайран вернулась. Она моргнула, сфокусировала взгляд на Ферите и обняла его, словно тонущий хватается за спасательный круг. – Мне так страшно, Ферит, – прошептала она, прижимаясь к нему, ища в нем утешение и защиту. Ферит крепко обнял ее в ответ, чувствуя ее дрожь, словно она замерзала в ледяной воде. Он понимал, что ей нужно время, что это не пройдет в один день, что это долгий и трудный путь. Но он был готов быть рядом, поддерживать ее и помогать ей пройти через это, стать ее проводником в мире тьмы и света. – Я знаю, красавица. Я знаю. Но мы справимся. Вместе, – ответил он, целуя ее в волосы, стараясь передать ей свою любовь и надежду. Он решил, что сегодня же найдет хорошего специалиста, который сможет ей помочь, что он не оставит ее один на один с ее страхами. И пока он рядом, он не позволит тьме завладеть ею, не позволит ей утонуть в пучине безумия, он будет бороться за нее до последнего вздоха.