бонус 1

***

Прошло два года.

      Солнце пробивалось сквозь стеклянные витражи университетской столовой, ложась на дешёвые пластиковые подносы и уставшие лица студентов.       Юмин сидела за угловым столиком у окна, ковыряя вилкой пасту, которая остыла ещё минут двадцать назад. Было как-то пусто. Без Соён — особенно. Та бы уже растрепала половину новостей, обсудила всех в очереди и, скорее всего, уже успела бы устроить флирт с поваром, а потом утащила Юмин в магазин за энергетиком «для настроения».       А сейчас… тишина.       Она глубоко вздохнула и снова уткнулась в еду, когда напротив неё кто-то поставил поднос. Юмин подняла взгляд — лицо знакомое, но имя… пришлось быстро выуживать из памяти.       — Привет, — слегка улыбнулась она.       — Привет, Юмин. Эм… слушай, у тебя есть пара на выпускной танец? — парень неловко почесал затылок, взгляд чуть смущённый, но решительный.       Выпускной танец.       Чёрт. Она про него совсем забыла.       Память вспыхнула кадром из прошлого — клуб, приглушённый свет, музыка, её руки обвивают шею Тэхёна, она смеётся, пьяная и свободная, он шепчет что-то о том, как она двигается — будто мечта. Тогда ей было плевать на всех. Тогда ей было хорошо.       Сейчас же…       — Эм… Извини, Хисон, — она вспомнила имя — ура. — Я не уверена, буду ли вообще танцевать. Я… не очень люблю танцы на публике.       Он слегка наклонил голову, не отступая:       — Это же важный момент. Воспоминание, которое запомнится на всю жизнь.       На всю жизнь. У неё уже было одно такое — вся жизнь до и вся жизнь после.       — Я подумаю над твоим предложением, хорошо? — осторожно сказала она, не желая обидеть.       — Конечно. Репетиция завтра в четыре, приходи. Я буду ждать.       Парень ушёл, оставив за столом тишину и горстку мыслей. Юмин снова уставилась в тарелку, но еда теперь казалась просто декорацией.       Что же делать?       Танцевать? На публике?       А может, спросить у него… у Тэхёна?       Он наверняка…       Она уже тянулась к телефону, но остановилась.       Она чуть усмехнулась.       Пожалуй, стоит всё-таки позвонить Соён.

***

      Юмин завалилась в дом, как комочек усталости, стянула с себя кеды у самой двери и прошла вглубь, не включая свет — она знала каждый уголок этого пространства, теперь уже ставшего её родным. Здесь пахло ванилью, уютом и… им. Тэхёном. Хотя самого его пока не было.       Тишина. Ни шагов, ни голоса, ни даже слабого шума воды в душе. Наверное, снова задержался.       После всего, через что он прошёл, Тэхён долго не мог определиться, чем хочет заниматься. Он никогда не стремился к богатству — оно у него было. И теперь, когда путь крови и войны остался позади, он хотел просто жить. Ради неё.       Однажды он проснулся, посмотрел, как Юмин готовит завтрак, пьёт кофе и улыбается ему, и понял — вот оно. Кофе. С этим ароматом она у него теперь ассоциировалась навсегда. Тэхён не стал тянуть. Посоветовался с нужными людьми, собрал старые связи и открыл первое заведение. Сейчас он запускал уже третью точку и часто задерживался на встречах и проверках.       Юмин прошла в спальню, устало бросила сумку на стул, а сама плюхнулась на кровать, зарывшись лицом в подушку.       Было тихо. И чуть одиноко.       Через пару минут, не в силах лежать, она перевернулась на спину и достала телефон. Набрала знакомый номер.       — Соён-а… — протянула она, как ребёнок, нашедший способ пожаловаться маме.       — Что такое? — на том конце раздался голос её лучшей подруги, ленивый и тёплый.       — Я в полном ступоре, — простонала Юмин. — Завтра в 4 — репетиция выпускного танца. А я боюсь. Я не умею танцевать. Особенно… ну, ты понимаешь, перед людьми.       — О, господи, — Соён фыркнула. — Серьёзно? После всего, что ты пережила, танец — это твоя проблема?       — Не издевайся! — Юмин закусила губу. — Я правда нервничаю. Ты же видела, я даже в клубе танцевала только раз. И то — потому что была пьяна в хлам.       — Эй, ты была прекрасна. Ты, конечно, не Айлин из Red Velvet, но уж точно не бревно. — Соён усмехнулась. — И потом, я же танцевала в прошлом году — и ничего, даже не облажалась.       — Ты была шикарна, Соён. А я просто Юмин. Простая, деревянная Юмин.       — Мелешь ерунду. — Голос подруги стал мягче. — Просто сходи на репетицию. Постой в стороне, посмотри. Возможно, тебе даже понравится. А потом будешь думать — почему ты вообще хотела пропустить этот момент? Такие вещи случаются раз в жизни.       Юмин вздохнула, сжав телефон крепче.       — Я не обещаю. Но… я схожу. Просто посмотрю, не больше.       — Ага-ага, может тебе накатить для храбрости?.       — Не смешно! — хихикнула Юмин, но стало легче.       — Давай, отдыхай, звезда танцпола. Я на связи. А если не станцуешь — пеняй на себя. Я приеду, и будешь танцевать мне лично!       — Боже, нет, — рассмеялась Юмин. — Всё, давай, спасибо. Люблю тебя.       — И я тебя. Спи спокойно, красавица.       Звонок завершился, и Юмин осталась в комнате, в обнимку с подушкой и немного успокоенным сердцем. На тумбочке стояла кружка с недопитым кофе, а в воздухе ещё витал слабый аромат ванили и корицы. Всё здесь было связано с ним.       И с ней.       С их новой жизнью.       С миром без боли.

***

      Юмин стояла у стены, сжав руки в замок. Зал постепенно наполнялся: шаги, смех, разговоры — её одногруппники расходились по парам, репетируя уже знакомые движения. Она будто растворилась в воздухе — неуверенная, чужая среди всех. Её взгляд метался от зеркальных стен к полу, к парочкам, и обратно на свои дрожащие пальцы.       — Юмин, я рад, что ты пришла, — голос Хисона вывел её из мыслей.       Он подошёл с лёгкой улыбкой, протянул ей руку:       — Пойдём?       — О, Хисон… я… — она смущённо улыбнулась. — Я пока постою. Я не хочу танцевать, прости…       — Ну чего ты? — он сделал шаг ближе. — Давай, не бойся. Это же весело.       — Я правда боюсь… я…       Но не успела она закончить, как вдруг почувствовала — чьи-то знакомые, тёплые руки легли на её талию, дыхание скользнуло по шее, как нежный, уверенный шёпот. Аромат, от которого сердце каждый раз делало кульбит — пряный, с терпкими древесными нотами — обволок её.       — А если предложу я? — прозвучал низкий голос прямо у её уха.       Она резко обернулась.       — Тэхён?! Что ты здесь делаешь?       — Пришёл танцевать, — он улыбнулся. — У тебя же скоро выпускной.       — Как ты… как ты узнал?       — Подслушал твой разговор с Соён. — Он сжал её талию чуть крепче и заглянул в глаза. — Я сделаю всё ради тебя, милая.       Он наклонился и нежно коснулся губами мочки её уха. Юмин вся вспыхнула, губы разъехались в полуулыбке. Её сердце забилось в два раза быстрее.       Хисон, сбитый с толку появлением харизматичного незнакомца, тихо отступил, ловко растворяясь в толпе, явно ища себе новую пару. Юмин же не могла отвести взгляда от Тэхёна.       — Ты серьёзно? Ты пришёл… чтобы танцевать?       — Не могу упустить шанс быть твоим партнёром. — Он подмигнул.       В зал вошла госпожа Ли — статная женщина лет сорока с пронзительным взглядом и вечной строгостью на лице.       — Внимание! Сейчас определим пары для хореографии. Все — на середину.       Тэхён, подтолкнул Юмин и направился прямо к госпоже Ли. Юмин осталась в центре зала, неловко мявшись на месте, ощущая взгляды одногруппниц, которые уже начали перешёптываться.       — Юмин, это что, твой парень?! — прошептала одна, прикусывая губу.       — О, боже, он как с обложки GQ вышел. Ты посмотри на него! — восхищённо выдохнула другая.       — Какой взгляд, какая фигура… ты посмотри на его руки…       Юмин слегка зарделась.       — Да, это мой парень… Я не знала, что он придёт.       И он действительно был сногсшибателен. Ким сегодня выглядел как будто из фильма — тёмно-шоколадные брюки подчёркивали его мощные ноги, светлая кремовая рубашка мягко облегала торс, расстёгнутые верхние пуговицы открывали вид на загорелую грудь, а рукава были небрежно закатаны, подчеркивая вены и сильные руки.       Он закончил разговор с госпожой Ли — женщина только хихикнула, махнув рукой в знак согласия. Харизма Тэхёна сработала, как всегда.       Он подошёл к Юмин, притянул к себе, ловко обвив её пальцы своими.       — Ну что, мадам, разрешите первый танец?       Юмин рассмеялась, всё в ней светилось.       — Только если ты меня не уронишь.       — Никогда. — Он склонился к её лицу и нежно поцеловал в висок.       Музыка заиграла.       Пары начали движение.       Тэхён мягко повёл Юмин в ритм — сначала шаг, затем разворот, прижимая её ближе к себе. Она пыталась сосредоточиться, сбивалась, но он подхватывал её, успокаивал взглядом, сжимал ладонь — и она снова плыла по залу. С ним она не боялась. Ни взглядов, ни ошибок.       Она смотрела ему в глаза — и всё исчезало. Только музыка, он и их дыхание, бьющееся в унисон.

***

      Вечер был окутан мягким светом фонарей, развешанных по периметру большого зала, превращённого в настоящий зал торжества. Воздух наполнял аромат цветов, а вокруг витало предвкушение чего-то светлого, красивого — окончания большого жизненного этапа.       Юмин стояла на входе, слегка волнуясь, поправляя мягкие локоны, спадавшие на плечи. На ней было нежное кремово-розовое платье, воздушное, чуть мерцающее от светлых пайеток, которое подчёркивало её утончённость. Тэхён подошёл к ней со спины, поправив воротник своего элегантного тёмно-синего костюма, и на мгновение задержал взгляд на ней — будто увидел впервые. На нём был тёмный галстук, аккуратно подобранный под её платье.       — Ты… невероятная, — прошептал он и нежно коснулся её руки.       — Ты тоже, — улыбнулась Юмин, — как будто вышел из драмы.       Они взялись за руки и прошли внутрь зала, к месту проведения. Вокруг столпились родители, преподаватели, друзья. Кто-то уже занимал свои места для зрелищной части вечера — выпускного танца. Соён, в ярко-красном мини-платье с открытыми плечами, громко махала рукой, рядом с Юнги, который держал в руке бумажный стаканчик с кофе и выглядел максимально невозмутимо.       Когда заиграла мелодия танца, Юмин взволнованно вздохнула. Тэхён мягко сжал её талию и прошептал:       — Смотри на меня. Мы просто двое в своём мире. Всё остальное — неважно.       Когда музыка начала звучать, её первые аккорды плавно проникли в воздух, создавая атмосферу невесомости и легкости. Тэхён слегка подтолкнул Юмин вперёд, и она сделала шаг, почти не касаясь пола, как будто сама была частью мелодии.       Тэхён обхватил её талию, его рука мягко поддерживала её, но уверенно, без намёка на лишнюю осторожность. Их взгляды встретились, и всё вокруг словно растворилось. Он смотрел на неё, как будто только она существовала в этом мире. Юмин чувствовала его каждое движение, каждое движение своего тела под его чутким руководством. С каждым шагом она всё больше доверялась ему, чувствуя, как она плавно входит в этот мир танца, в их мир.       Тэхён мягко повел её в первый поворот, и она вскользь поймала взгляд его глаз, в которых горело что-то такое, что заставляло её сердце биться быстрее. Они двигались синхронно, словно два элемента одного целого, каждый поворот, каждое лёгкое касание рук казались заранее скоординированными, будто их тела давно знали друг друга.       Юмин слегка наклонила голову, её волосы скользнули по плечу, и Тэхён провел пальцем вдоль её спины, поддерживая её, когда она делала лёгкие шаги назад. Он оторвал её от пола, едва касаясь, как будто её хрупкость была его настоящей силой. Затем она возвращалась на землю, и они снова вращались вместе, как парочка, заключенная в свой собственный мир, беззвучно танцевая среди всех зрителей.       Когда музыка стихла, раздались громкие аплодисменты.       — Боже, Соён, ты так кричишь, — морщась, пробормотал Юнги, — можно хоть чуть-чуть потише?       — А ты что, не рад?! Наши голубки просто разорвали танцпол! Это же было… просто супер!       Юнги фыркнул, но уголок его губ выдал — он действительно был горд. Юмин и Тэхён поклонились и ушли со всеми выпускниками. Соён продолжала громко аплодировать, махать руками, не сдерживая восторга.       — Сумасшедшая, — проворчал Юнги, не выдержав.       — Ты меня не заткнёшь, — с вызовом бросила Соён.       Он не ответил. Заткнул. Просто шагнул к ней, грубо, но будто с жаждой притянул за талию и поцеловал. Поцелуй был смелым, горячим, властным — как будто он наконец перестал сдерживать то, что давно копилось внутри.       Когда он отстранился, Соён стояла с округлёнными глазами, едва дыша.       — Юнги… ты…       — Ты врываешься в мою жизнь, переворачиваешь всё вверх дном, — тихо сказал он, — и я даже не злюсь. Просто… пошли.       Он взял её за руку, ведя через толпу к машине. Соён не успела ничего сказать — просто следовала за ним, всё ещё в шоке. Рядом с ним она казалась такой маленькой, яркой вспышкой хаоса в его ровной, выверенной жизни. Она бегала за ним все эти два года, но в ответ получала лишь холодные усмешки или полный игнор.

*несколькими месяцами ранее*

      Вечер выдался тёплым, и снаружи на веранде, обвитой гирляндами, царила приятная, почти лениво-романтичная атмосфера. Соён сидела на перилах, раскачивая ногами и наблюдая за Юнги, который стоял немного поодаль, прислонившись к стене, и курил. Он смотрел куда-то вдаль, казалось — вообще сквозь вечер, сквозь звёзды, сквозь разговоры, как будто его и не было тут.       Соён спрыгнула на землю и, подхватив два бокала, подошла к нему, весело прищурившись:       — Ты снова прячешься, а? — протянула бокал. — Угадала вкус — клубника с базиликом?       Юнги едва взглянул на неё, взял бокал, кивнул благодарно, но ничего не ответил. Соён на мгновение застыла — ну хоть что-то скажи, дурак. Она отхлебнула свой напиток, делая вид, что просто наслаждается вечером.       — Мы с Юмин скоро хотим съездить в Чеджу, — сказала она, будто между делом. — Хочешь с нами? Ты давно не отдыхал.       Юнги в ответ только пожал плечами:       — Мне и здесь нормально.       И снова тишина. Соён медленно выдохнула и отвернулась, чтобы не выдать раздражения. Её сердце снова ухнуло вниз — и снова впустую. Она не понимала, почему он так холоден. Иногда он был тёплым, смеялся с ней, даже случайно касался её руки. А потом — будто ставил стену. Холодную, бетонную. Стену Юнги.       А он…       Он и правда строил эту стену. И не просто так.       Разница в возрасте — десять лет. Десять лет! Соён ещё толком и не пожила, по его мнению. Он часто ловил себя на том, что думает о ней, о её губах, о том, как она закусывает их, когда сосредоточена, и это сводило его с ума. Но тут же внутри поднималась волна вины.       «Что ты делаешь? Ты взрослый мужик, она молодая, у неё вся жизнь впереди.»       А ещё… Ханыль.       Он не говорил об этом. Никогда. Только Тэхён знал. Однажды и Юмин нашла его пьяным до одури, когда он сидел у их дома. Тогда он и пробормотал имя — и больше ничего.       Смерть Ханыль разбила его. Он не позволял себе больше никого любить. Его мучали воспоминания. До сих пор. Потому что если любишь — теряешь. Так говорил его внутренний голос. А Соён… она слишком живая, слишком настоящая. Он боялся, что как только впустит её в сердце — потеряет.       Так он и отталкивал её. Без слов.       Тупо. Жестоко. Молча.       Позже, в тот же вечер, Соён не сдалась.       Она принесла гитару, уселась рядом с ним на ступеньки и начала тихо играть ту песню, которую Юнги написал много лет назад. Он резко обернулся:       — Откуда ты её знаешь?       — Слышала, как ты играл, — пожала плечами она. — На дне рождения Тэхёна. Подумала — а вдруг, если услышишь от меня, захочешь вспомнить.       Юнги замер, глядя на неё. Музыка. Его музыка. От неё.       На секунду он почувствовал, как сердце предательски кольнуло теплом.       Он хотел сдаться. Хотел обнять её.       Но вместо этого он встал и ушёл в дом.       Просто — встал и ушёл.       А Соён осталась сидеть на ступеньках с гитарой в руках, закусив губу, чтобы не расплакаться.       Она знала, что он сломан. Но знала и то, что всё равно будет бороться.       Потому что она видела в его глазах — он неравнодушен. Просто боится.       И она не сдастся.       Не на этого чёрствого и глупого Юнги.       Но что происходит прямо сейчас?       Соён едва успевала перевести дух, как оказалась прижата к машине. Его губы снова нашли её, жадные, требовательные, словно он боялся, что если отпустит хоть на секунду — она исчезнет. Его пальцы впивались в её бёдра, резко прижимая её к себе, и она почувствовала, как его тело напряжено, как будто он сдерживал себя слишком долго.       — Юнги… — её голос дрогнул, когда его ладонь скользнула под юбку, грубо задирая ткань выше.       — Я сказал — молчи.       Его низкий голос прозвучал как приказ, и что-то внутри неё дрогнуло, подчиняясь. Он открыл дверь машины, почти швырнул её внутрь, и прежде чем она успела опомниться, её спина вжалась в кожаную обивку сиденья, а он уже был сверху, его колени раздвинули её ноги, руки прижали запястья.       Он, чёрт возьми, держался. Но это блядское красное платье, до ужаса короткое, выделяющее всё что надо и не надо, сорвало ему крышу.       — Ты так громко кричала там… — он провёл языком по её шее, заставив её содрогнуться. — А теперь даже пикнуть не можешь?       Соён попыталась что-то сказать, но он снова захватил её губы, заглушая любой звук. Его пальцы скользнули под тонкие бретельки её платья, резко стянув ткань вниз, обнажая кожу. Холодный воздух кондиционера смешался с жаром его прикосновений, и она ахнула, когда его зубы впились в её плечо.       — Ты хотела внимания? — он оторвался, его тёмные глаза пылали. — Получай.       Его рука резко рванула красную ткань, и Соён даже не успела понять, когда он расстегнул её лифчик. Его ладонь закрыла её грудь, сжимая почти болезненно, и она выгнулась, чувствуя, как её тело предательски отвечает на каждое прикосновение.       — Юнги… — она задыхалась. — Мы… не можем здесь…       — Можем.       Он не стал ждать. Его пальцы скользнули ниже, под юбку, резко рванув тонкое кружево трусиков. Соён вскрикнула, но звук тут же был проглочен его поцелуем. Она чувствовала, как его тело прижимается к ней, как его жесткое возбуждение давит ей в бедро, и её собственное тело предательски ответило волной тепла.       — Ты… чёрт… — он прошептал хрипло, когда её ноги обвились вокруг его талии. — Ты сама этого хотела.       И больше слов не было. Только шум их дыхания, стон, вырвавшийся у Соён, когда он вошёл в неё резко, без предупреждения, заполняя её полностью.       Машина качнулась.       Они не слышали больше ничего — ни музыки, ни смеха друзей где-то вдали. Только друг друга.       И в этот момент Соён поняла — она потеряна.       Навсегда.

***

      Соён и Юнги, запыхавшиеся и с немного странными выражениями лиц, медленно подходили к столу, где сидели Юмин и Тэхён. Их приветственные улыбки были немного натянутыми, и вся их осанка говорила о том, что что-то произошло, но что именно — это оставалось загадкой.       — Ну, привет, красавцы! — со смехом сказала Соён, садясь рядом с Юмин. — Поздравляю с потрясающим танцем!       Юмин внимательно взглянула на свою подругу, заметив, как она пытается скрыть что-то странное на шее. Пятно засоса явно было на видном месте, и Юмин не смогла не заметить. Она взглянула на Тэхёна, он тоже обратил внимание на эту деталь, но молчал.       Юмин, с любопытной улыбкой на лице, встала, подойдя к Соён, и сказала:       — Слушай, мне нужно в уборную, пойдем со мной?       Соён с удивлением подняла брови, но послушно встала и пошла за подругой.       Тэхён, слегка недоуменно подняв одну бровь, повернулся к Юнги.       — Юнги, это то, о чём я думаю? — спросил Тэхён, кидая взгляд на Соён. Он тут же понял, что происходит, и немного растерянно посмотрел на друга. — Ты серьёзно? Ты перепал с ней?       Юнги, слегка смущенно, но с по-настоящему уставшей улыбкой, тихо ответил:       — Угу…       Тэхён, не сдержавшись, громко рассмеялся, и ударил его по плечу.       — Да ну нахуй! Ты сдался ей, — подшутил Тэхён, продолжая смеяться, даже несмотря на удивление.       Юнги только покачал головой и тихо пробормотал:       — Заткнись.       Тэхён продолжал смеяться, пожав плечами.       — Ты знаешь, что все это увидели? — сказал он с улыбкой. — Особенно Юмин. Но, честно, ты был без шансов с самого начала.       Друзья обменялись ещё несколькими улыбками, пока девушки отошли в сторону. Юмин повела Соён чуть дальше, намереваясь поговорить с ней наедине.       Когда они отошли от парней, остановились у небольшого скамейки, где Юмин наконец не сдержалась:       — Так что там произошло, а? — она улыбнулась, глядя на свою подругу, но в то же время с явным любопытством в глазах.       Соён почувствовала лёгкий румянец на щеках, пытаясь скрыть свои эмоции, но не удержалась и сразу призналась:       — Ну, это… мы перепалили с Юнги в машине. — Она говорила это с таким выражением лица, будто это было просто небольшое приключение.       Юмин, изо всех сил пытаясь скрыть шок, не сдержалась и почти закричала от радости:       — О, Боже! Соён, ты серьёзно? Я в шоке! И как это было?! Вы теперь, типа… вместе?       Соён отвела взгляд, явно немного смущённая.       — Не совсем, ну… да, как бы, может быть. Мы просто… ну, ты понимаешь. — Она замолчала, глядя на подругу с лёгким смущением.       Юмин немного прищурилась, не уверенная, что поняла всё до конца:       — Как это случилось?! — Она буквально визжала от волнения, и её глаза широко распахнулись от удивления. — Как ты смогла?! Я даже не могу представить, что там произошло. Он же такой… неприступный!       Соён попыталась оправдаться, но её лицо становилось всё более красным.       — Ну да, это было… просто потрясно. Мы как-то не особо разговаривали, всё случилось внезапно… и вообще, хватит вопросов! Ты про свой секс никогда не рассказываешь!. — Она махнула рукой.       Юмин, в свою очередь, продолжала в шоке смотреть на свою подругу, не веря своим ушам.       — Не переводи тему! Значит он так быстро сдался тебе. — она громко засмеялась. — Но серьёзно, вы теперь вместе?       Соён слегка нахмурилась и понизила голос:       — Ага, быстро! Два года за ним бегаю! Но… Я не знаю, что будет дальше. Мы не обсуждали, кто мы теперь.       Юмин вздохнула и посмотрела на свою подругу с искренним удивлением.       — Ну ладно, теперь главное — не переживай. Ты заслуживаешь того, чтобы быть счастливой.       Соён улыбнулась, почувствовав поддержку, но всё равно ощущала лёгкую растерянность. Она пыталась понять, что именно произошло, и что будет дальше.       Подруги вернулись к парням, и Юмин, почувствовав, как её лицо горит от смеха, села рядом с Тэхёном. В это время ведущий объявил начало песни, посвящённой выпускникам, и зал наполнился радостным гомоном.       Тэхён мягко обнял Юмин сзади, прижав её к себе спиной, и они оба повернулись к сцене. Он крепко держал её, наслаждаясь моментом. Музыка наполнила воздух, и оба сосредоточились на звуках, наслаждаясь спокойствием.       Юнги, заметив, как неловко чувствует себя Соён среди всех, тихо подошёл к ней и обнял её со спины, положив голову на её макушку. Это было неожиданно, но и естественно. Он тихо прошептал:       — Ты мне нравишься, Соён.       Соён будто током прошибло. Она промолчала, лишь обняла его руки, покоящиеся на её талии.       Зал наполнился звуками музыки, а молодые пары, друзья и родители наслаждались этим моментом. В этот вечер было много смеха, радости и веселья, но главное — они все наконец-то нашли своё место в этом мире.