Город, которого нет...

***

Длинные процессии устремляются к порталам. Два билета в день — туда и обратно. Это если есть работа. Если нет, приходится жертвовать магией, дабы заглянуть в прекрасную половину мира. Ну, или не выбираться и медленно умирать от радиации. Что с успехом проделывает не первое поколение несчастных. Это — замкнутый круг. Чем дольше ты заперт с темной стороны, тем быстрее становишься инвалидом. А инвалидом уже никуда не устроиться, можно ставить на себе крест. Если только сильно не повезет, и именно в твоих услугах не будет нуждаться элита. Главная услуга — это, конечно, магия. Она защищает нас от радиации, хотя та все равно со временем съедает наши тела, тут ничего не поделаешь. И если элита проводит в Темном городе лишь ночные часы, с рассветом сбегая в Светлый, то мы вынуждены находиться здесь постоянно. Пока ради дара нас не позовут на пару часов помочь какому-нибудь богачу. Дадут еды, питья и интересную безделушку — убить и без того резво убегающее время. Попутно сократив наши жизни еще на пару месяцев. Мой дар — лечение кожных заболеваний. Думаете, у меня есть постоянная работа? Как бы не так. Медиков и без меня хватает, особенно в этой области. Иногда вызывают удалить микроскопический грибок с пальцев ноги — не загружать же почтенных мужей мелкой работой. Мне повезло, что и себя подлатать могу — с язвами на лице от излучения на ту сторону бы точно не пригласили. Савек, распорядитель портала номер девять, выдает мне билет, подставляя вторую руку. Магия перетекает с моих пальцев на его, отдаваясь зудом под ногтями. А он довольно щурится — получать всегда приятнее. — Не задерживайся. До заката три часа, потом Ночь. — Я помню. Это отработанное до автоматизма напутствие. Ночью в Светлом городе никто не остается. Потому что Ночью он исчезает. И вместе с ним все те, кто не успел оттуда сбежать. В Светлом городе, когда он появился вместе с порталами, уже все было — здания, парки, машины, предметы быта. Дивный новый мир из ниоткуда. Как раз вовремя, наш почти умер от радиации. И продолжает умирать. Однажды останется только один город, и живущие в нем исчезнут бесследно за одну Ночь. Но это будет не сегодня. По ту сторону портала — сумерки. Всегда сумерки. Темный город пожирает злое солнце, а в Светлом оно не показывается. Фонари освещают длинный вокзал, с которого уходят сотни путей к небоскребам на горизонте. Кто-то торопится к личным авто на стоянке, кто-то — к автоматическим капсулам-поездам. В моей капсуле пятеро, я — последняя. — Двадцать шесть минут до остановки «Текан». Капсула закрыта, — сообщает механический андрогинный голос. Вокруг проносятся пейзажи, захватывающие дух. Их видно только благодаря тому, что светильники повсюду: магией закреплены в воздухе, разбросаны в высокой траве. Мои спутники молчат, хотя двоих я хорошо знаю — они живут в соседнем квартале. Но нам нечего сказать друг другу, кроме как пожаловаться на жизнь. Мы и так успешно это делаем там, в Темном городе. Лучше полюбоваться прекрасным. Я знаю, кто вызывает меня в очередной раз. Почти всегда, будем честны. Тео младше меня на десять лет и упорно верит в то, что влюблен. Уж не знаю, где наши пути могли пересечься — не запомнила. Я редко выхожу из дома, редко поднимаю взгляд на прохожих. Но это явно было давно, ибо я появляюсь в его здешней квартире не первый год. Отец Тео — садовник на постоянной службе. Сын тоже любит растения, добывает эфирные масла в лаборатории и со временем станет известным парфюмером с его-то даром. Редким, между прочим. — Я думал, ты придешь раньше, — недовольно щурится. — Выпустили только сейчас. Я не в приоритете. — И я тоже, видимо. Я пожимаю плечами. Они не богачи, но почти элита. Почти. — Что на этот раз? Только давай без пошлостей. — Я не виноват, что в прошлый раз вылезла бородавка на бедре. — Нет, ты виноват в том, что без объяснений кинулся снимать трусы. Мне почти смешно. Почти — ключевое слово. Оно преследует нас повсюду. Полумеры вместо нормальной жизни. — Платить будешь сухим пайком? — Могу натурой. — И что я с ней делать буду? — фыркаю. — Получать удовольствие? Тео — двадцать. Он проводит День в Светлом городе. И вся его жизнь впереди. Отчего бы не пофлиртовать? Под моим суровым взглядом он, тем не менее, примиряюще поднимает ладони и медленно расстегивает воротник рубашки. Я вижу красные бугорки у ключицы, похожие на аллергическую реакцию. Это не займет много времени. Зато отнимет куда больше. Я разминаю пальцы и касаюсь прохладной кожи. Магия зудит под ногтями. Мне почти не больно. В прихожей подготовлена моя оплата. В тканевой сумке недельный запас продовольствия, пара книг и какая-то коробочка в яркой обертке. — Давай вечером вернемся вместе, — предлагает. — Тебе же не ограничили доступ? Раз так поздно выпустили. — Нет, — я пожимаю плечами, гипнотизируя взглядом неожиданный подарок. Тео пользуется моментом, чтобы приблизиться сзади и положить голову мне на плечо. Он выше меня на добрых двадцать сантиметров, так что всегда сутулится, чтобы быть примерно на моем уровне. — Вкусно пахнешь. — Вода есть. Шампунь еще не закончился. — Они без запаха. Ты знаешь, что я про тебя говорю. Привирает, конечно. Шампунь, может, и без отдушек, зато в воде какая-то синтетическая дрянь, чтобы уменьшить эффекты радиации. Впрочем, она на всех, кто не живет Днем в Светлом городе. Ее тонкий шлейф постоянно висит в воздухе по темную сторону мира. В последней вечерней капсуле нас двое. Люди стараются покинуть город задолго до заката, хотя некоторые ждут до последнего. Тео сидит напротив с моей сумкой на коленях. Я смотрю в окно, но чувствую на себе его изучающий взгляд. Тео необычайно молчалив. Яркая коробочка лежит в кармане — я не удержалась, прибрала поближе к телу. Словно и такой подарок у меня могут отнять. — Я покажу тебе свой дом, — предлагает, когда мы почти на месте. — Всего десять минут пешком от твоего. — Зачем? — Я и так устала, очень устала. Бесконечно устала. Зуд под ногтями не желает исчезать. Благодаря Тео я могу жить, питаться, читать и чем-то занимать свои дни. Из-за него меня не станет самое большое — через пять лет. У портала нас ждет брат-близнец Савека. А, может, и сам Савек, кто там знает их точные смены? Все эти распорядители похожи друг на друга. Читают нас как открытые книги, жалея и злорадствуя, что они в чем-то лучше. Полдня тут, полдня там. — Ты бы хоть подарок посмотрела. — Дома. — Пожалуйста. Тео не двигается, так что мне приходится достать коробочку из укромного места. В искусственном блеске фонарей она кажется наполненной магией. Это было бы прекрасно. — Там не кольцо, надеюсь, — шутка выходит жалкой. Тео безмолвен и серьезен. Тонкий золотой ободок без излишеств. Две гравированные буквы — Т и Е. Интересно, где достал? Я надеваю его на безымянный палец, мимоходом удивляясь, как точно он угадал размер. — Спасибо, — Тео заметно расслабляется. — Я боялся, что ты откажешься. Нам же не обязательно быть одинокими? — Конечно, нет, — соглашаюсь я, жмурясь в ответ на невесомый поцелуй. — Голубки, вам бы поднажать. Я не буду дожидаться, пока вы тут лобзаетесь, — Савек явно не настроен на романтику. Тео протягивает билет распорядителю и подмигивает мне. Уверена, уже настроился на брачную ночь. Против воли я улыбаюсь, и он еще больше воодушевляется. Победно распрямляет плечи. Такой красивый и молодой. С моей тканевой сумкой на плече. Променады не избежать. Когда он исчезает за порталом, Савек выжидательно смотрит на мою руку. Ту самую, на которой кольцо. — Да вы идите, — дружелюбно предлагаю я, присаживаясь на платформу. — Но… — Идите. Мне нечем заплатить вам за билет. Вокруг торопятся последние возвращенцы. Доступ из Темного города сюда закрыли еще час назад. Спустя несколько минут я остаюсь одна в этой части мира, смотрю, как фонари гаснут вместе с порталами. Когда сумрак становится особенно плотным, на востоке появляется солнце.