Пролог – Тайна, затерянная во времени.

Несколько месяцев минуло с тех пор, как Каэр Морхен был потрясён битвой с Дикой Охотой. Суровая зима окончательно обосновалась в горах, укрыв всё вокруг белоснежным покровом. Ветер завывал в проёмах проломанных стен, занося в пустые коридоры крепости ледяные хлопья. Однако и сама крепость будто дышала новыми тайнами: трещины, оставленные заклятиями, то и дело открывали ранее незаметные ходы. Один из таких проходов обнаружила Цири, обследуя нижние уровни. Слабый сквозняк, дерзкий отблеск рун на каменной кладке — и вот уже перед ней узкий туннель, уходящий дальше в сумрак. Никто не знал о его существовании, и раньше он явно был запечатан магией. Факел в руке Цири мерцал тревожным пламенем, выхватывая из темноты искорёженные опорные балки, обвалившиеся брусья и мутные символы на стенах. С каждым шагом становилось холоднее, будто сами тени тянулись навстречу, но Цири шла упрямо, ведомая странным предчувствием. Так она достигла массивной каменной арки, дверной проём которой был наполовину засыпан обломками. — «Ну и местечко…» — шёпотом пробормотала она, оглядывая пустой зал, открывшийся за аркой. В центре помещения виднелся едва различимый магический круг. Он поблёскивал в полутьме, словно внутри него не до конца затихло старое заклятие. Но вниманием Цири тотчас завладело нечто более важное: на каменном полу, прямо в центре этого круга, лежал юноша. На вид ему можно было дать лет двадцать пять-двадцать восемь. Подтянутое, мускулистое тело, облачённое в ветхую ведьмачью броню старого образца — так давно не выпускают даже в Школе Волка. Из-под разорванного воротника виднелась грудная пластина и выцветший знак Волка, с виду приплюснутый и похожий на сплющенную монету. Чёрные волосы юноши растрепались, обрамляя лицо с чёткими, красивыми чертами, чуть покрытыми пылью и засохшей кровью. Ростом он был на голову выше Цири, хотя сейчас, казалось, вся его мощь застыла в беспамятстве. — «Эй… слышишь меня?» — тихо позвала Цири, присаживаясь на корточки. Но юноша не реагировал. Дыхание едва различимо, веки сомкнуты. Сквозняк шевелил пряди его волос, и в тусклом свете факела Цири заметила, что символы на полу расходятся мерцающими трещинами. Словно древняя временная ловушка теряла свою силу, почувствовав близость древней магии Цири. Недолго думая, Цири протянула руку к лежащему парню. Стоило ей коснуться его плеча, как магический круг вздрогнул: по рунам молнией пробежал голубой отсвет. В воздухе прокатилось глухое эхо — заклятье рушилось, освобождая того, кто был им скован. Девушка быстро отдёрнула руку, но, увидев, что парню не стало хуже, решительно притронулась к нему снова: — «Давай же…» — прошептала она, наклоняясь к его лицу и стараясь разглядеть хоть признак пробуждения. В тот же миг руны на полу вспыхнули в последний раз — и погасли, лишившись тягучей силы. На камнях остался лишь затуманенный узор, лишённый магической искры. Юноша вздрогнул и приподнял веки и он медленно, словно из бездны, посмотрел на Цири. Так зимняя тишина древней крепости содрогнулась от новой тайны и в этот миг для обоих начался обратный отсчёт в историю, которой суждено было перевернуть их судьбы.