Глава 8. 00:00

Проснулся я застывшим от ужаса, будто бы то нечто из сна продолжало меня держать. “Так, успокойся, это просто сон, сейчас есть вещи и по важнее”, — успокоил я себя и встал с кровати. Выйдя на лестницу я оглядел дом: “Всю мою жизнь я был здесь, и здесь было хорошо, уютно, безопасно… А теперь от нижнего этажа остались в основном обломки, рисунки со стен сняли, да и вообще… — мои мысли оборвал запах, запах который я запомню навсегда. — Пожар!” — я заметался по дому в поисках оранжевого света, влетел в мамину комнату — не там, спрыгнул с лестницы в диванную комнату — и не тут, пробежал насквозь кухню — ни там, ни во дворе. Вернувшись домой я устремился в подвал. Запах усиливался, заглянув за бойлер я увидел источник — мама где-то достала трубу, которой устроила пожар, и направляла маленький пучок света на острую железную палку. — Доброе утро, — мама оторвала взгляд от лежащего на столе разобранного телефона. — Ты прикинь, Говард зачем-то спрятал в сарае огнемёт, это ж счастье то какое, мне как раз нужно было что-то для замены паяльника. — Доброе, — из всего перечисленного я понял только про утро, и название трубы. — Это означает, что взломщик электронных замков практически готов, на этот раз мы сбежим! — Ура! —я очень обрадовался и обнял маму, она поцеловала меня в лоб. — Скоро мы выберемся и ты сможешь прожить нормальную жизнь обычного мальчика, — она отпустила меня. — А теперь смотайся мне за пастой. Пробежавшись до кухни я открыл шкаф, там было пусто. “Но ещё вчера он был полный, куда они делись?” — я проверил, и оказалось, что банок на кухне нет совершенно. Пройдя к сараю, я обнаружил несколько вскрытых ящиков с банками, был пустой и ещё на половину полный. Я взял банку пасты, встряхнул: “Да, вот эта хорошая”, — и понёс к маме. Заходя за бойлер я обратил внимание на неимоверное количество пустых мятых банок под кроватью: “Куда она дела всю пасту? Это же нереально съесть за ночь, в человека бы столько не поместилось. Наверное мама просто использовала пасту как клей, для чего-нибудь. Вот только клей у нас есть…” — Готово! — мама подскочила с кресла. — Взломщик есть, сейчас выйдем. О, пасиба, — мама вытянула из моей руки банку, лёгким движением полностью оторвала крышку и запрокинув голову выжала содержимое себе в рот. Протерев губы рукавом, она кинула пустую банку за кровать. — Погнали подключать это чудо техники. Я прямо-таки опешил от радости: “Завтра будет мой день рождения, и я встречу его на свободе!”. — Ма, спасибо тебе! — я снова кинулся обниматься. Мы ещё немного так постояли, причём эти объятья были другими — намного тёплее чем раньше, намного лучше, чем с чипом в её голове. Потом мама взяла взломщик и мы пошли к воротам. Этот прибомбас для вскрытия дверей представлял собой телефон, к пластику были приделаны тоненькие оранжевые нити, замотанные в изоленту, ведущие к кубику; также из места, где, как я помню, выходил звук, торчала длинная металлическая игла. Поставив эту конструкцию рядом с дверью, мама немного покрутила иглу, после чего начала нажимать в телефоне на какие-то символы. — Чёрт, тут и вправду стоят глушилки, придётся подключаться напрямую, — сказав это она повернула голову в направлении небольшой белой металлической коробочки и вдарила по ней рукой. — Крепкая зараза. Тащи огнемёт, и всё, что лежит рядом с ним, — скомандовала мама. Я побежал в подвал, рядом с огнемётом было много всячины: молоток, куски того, что находилось в сарае и ещё какие-то вещи из ящиков стола. Оттянув нижний край толстовки, я скинул туда всё чтоб точно не ошибиться и двинул обратно к воротам. — Опа, благодарствую, — сказала мама, когда я вывалил рядом с ней все эти штуки. Следом она взяла огнемёт и направила тонкую струю света на небольшие канавки в металле коробочки. Вскоре каплями стекла краска, и начало гнуться железо. В этот момент мама быстро отодвинула огнемёт и воткнула в нагретую часть стальной стержень, проделав небольшую дыру. — А теперь надо повторять это до тех пор, пока не получится отогнуть пластину защищающую микросхемы. Возни тут на долго, так что можешь пока удостовериться что точно взял всё, что хотел унести. — Ну, одежда есть, еды взял, рисунки тоже… — начал перечислять я. — А книги с моей библиотеки? Ты же вроде часто таскал ту, про Тишь. — Ой, точно, спасибо, а то я забыл, — я в припрыжку направился к полкам с книгами. Моя любимая как всегда стояла на том же месте, развернув её я просмотрел страницы. Пытаться читать я не особо намеревался, так что просто понёс к сумке. Найдя её около сушилок для белья, я аккуратно всунул книгу. “А ведь я так толком и не осмотрел сарай”, — внезапно пронеслось у меня в голове. Я обернулся и направился по остаткам тропинки к этому строению, дверь которого спустя столько лет была открыта. Мама, видимо, утащила всё отсюда, осталось только кресло и немного обломков. Потолок был значительно ниже, чем в доме, и на нём висела стекляшка, выглядящая точь-в-точь как Луиджи. Стены без обоев, источником света была только разбитая лампа, пол тоже был просто залит бетоном с небольшим плинтусом по краям. “Если мама заходила сюда только за тем, чтобы сесть в кресло, то зачем тут так много свободного места? Значит тут делалось что-то ещё, но вот только что… — я провёл рукой по стене. — Дарвин говорил, что при должном усердии мы выберемся, но не говорил, что через ворота”. Начался детальнейший осмотр внутренностей сарая — я чуть ли не пронюхал всё половое покрытие, прощупал его, но каких-то намёков на секретный проход замечено не было. Неровности на стенах вообще отсутствовали, даже углы были скруглены. Я начал пытаться потрогать все предметы, что тут остались: “Может тут надо как-то что-то повернуть или вдавить…” Облазив кресло со всех сторон, покрутив каждую торчащую железку, я так и не добился открытия какого-либо прохода. Хотел было что-то поискать в светильнике, но после моего пинка из него торчали острые остатки стекла, а внутри иногда сверкала маленькая молния, по этому решил к этой штуке не прикасаться. “Ладно, допустим тут ничего нет… Тогда надо детальнее осмотреть комнату с Дарвином”, — я направился в подвал. “Итак, где бы я прятал дополнительные выходы…” — присев на корточки, я начал осматривать пол в забойлерной, плинтуса не было, светло-серые стены утыкались в практически последний уцелевший в доме ламинат. Теперь гора банок под кроватью стала ещё более заметной: “А что можно было спрятать за ними?” — я оттолкнулся и проскользил на толстовке сквозь консервы. Растолкав их в разные стороны, я упёрся в стену и чуть не порезался об разбитые рамки — все фото Говарда со стен были здесь, а по состоянию переместили их за кровать явно не бережно. “Маме Говард очень не нравится”, — заключил я и, так как ничего интересного более тут не осталось, вылез обратно. — Хэй, Дарвин. — Чего? — мигом отозвался он. — А что делают эти квадратики на столе? — спросил я. — Это клавиатура, нажимая на неё можно выполнять различные махинации. Но если хотите снова посмотреть на океан, то можете просто сказать. — Какие махинации? — Открывать и редактировать файлы, взаимодействовать с интерфейсами на компьютере, а также пласт кнопок, находящийся слева, предназначен для управления домом. — Файлы это что? — Файлы — это различная информация, как фото, так и видео, либо же текст. — Как строился этот дом? — у меня сложилась идея. — Вы построили его вместе с вашей командой. — А есть фотографии того, как этот дом строился? Ещё не готовые комнаты и всё такое. Я уверен, что какой-то план постройки должен быть, и думаю, что ты знаешь где он. Покажи его. — Показать строительные чертежи? Вот вид сверху, — Дарвин вывел на экран большой синий прямоугольник, в белых линиях на нём узнавался наш дом и двор со стенами. — Найди, пожалуйста, такой же, но чтобы было показано наполнение комнат. — Приятного просмотра, — картинка сменилась, теперь дом был показан более крупным планом вместе с наполнением комнат, виднелся даже проход за бойлер.— Вот только не думаю, что запоминание этой информации вам когда-нибудь пригодится. — Это ещё почему? — Я потом вам всё расскажу, — шёпотом сказал Дарвин. — Осталось совсем немного. — Хорошо, обсудим позже, а теперь приблизь на сарай. — Сарай? Аа… Момент, — появился план сарая, но там не было отмечено ничего необычного, только то, что я уже видел и стрелочки возле места, где висит разбитый светильник. — Эх, ну ладно допустим выход реально только через большую дверь… — с некоторым разочарованием выдохнул я. — А, так вы всё-таки искали их, кстати, не плохо отыграл, Сид. — Погоди, что? — вот от него я своё имя услышать точно не ожидал: “То есть Дарвин понимал кто я? Но тогда зачем он помогал?” — До встречи и счастливого дня рождения, — сказал голосовой помощник, на несколько мгновений поменяв привычную голограмму на улыбочку, а после спрятавшись в стол. — Да ты смеёшься так исчезать. — Естественно, и не просто смеюсь, я угараю, — привычной линии не было, голос тоже был не Дарвина, а тот, что говорил про объект С. и отказанный доступ, исходящий со всех сторон. — А это как мне понимать? — но голос отвечать перестал. “Ну, теперь я хотя бы удостоверился куда нам надо будет выходить”, — отойдя от клавиатуры, было принято решение по подробнее изучить те символы на телефоне у громадной капсулы в углу. Я тыкнул пальцем и он засветился. Думая с чего же начать, выбрал нажать на символ переплетённых линий — открылся иной интерфейс, и после моих следующих нажатий голос говорил: — Отсутствует организм и компоненты, — по звуку это был Дарвин, только со слегка более писклявыми тонами. Попробовав нажимать на другие символы я всё равно рано или поздно слышал эту фразу. Картинки на чёрном фоне, конечно, мне понравились, но задерживаться на них не хотелось. Пошёл поближе рассмотреть всё в белой комнате, вспомнив, что практически её не изучил. Зажав нос, я прошёл сквозь двери. В глаза бросилась зеленоватая лужа на полу рядом со стеклянным шкафом, в котором плавала железная пластинка. “Интересно, а зачем оно нужно?” — я постучал пальцем по стеклу и пошёл рассматривать другие шкафчики. Подошёл к открытому, он был пуст: “Наверное мама что-то взяла для взломщика, кстати, как она там?”. С выяснением ответа на этот вопрос решил не затягивать и поднялся к воротам. — Как раз тебя искала, — подойдя сзади мама хлопнула меня по плечу. — Аппарат готов, хочешь сам запустить? — Конечно! — коробочка у двери уже была вскрыта и тоненькие нити были подключены от телефона к её содержимому. Экран светился, ожидая нажатия финальной кнопки, я приложил палец — конструкция завибрировала, в нижней части появилась какая-то медленно закрашивающаяся полоска, а сверху очень быстро появлялись и двигались за экран строки символов. — Это что значит? — Полоска — это прогресс взлома системы открытия двери, как только она дойдёт до конца, нужно будет нажать ещё раз и двери откроются. А пока могу рассказать любые истории, ибо не думаю, что процесс быстрый, — услышав это, я начал прикидывать, что же хотел узнать больше всего… — Как ты попала на Тишь, да и вообще “под флаг Ока”? — О-о-о, там круто очень, ну, наслаждайся, — мама начала свой рассказ. — С детства я мечтала найти формулу бессмертия. Мои родители — твои бабушка и дедушка, считали, что это ненужно, что у меня не выйдет сделать такой прорыв. Больше я им не говорила об этой мечте, но не сдалась, а начала учиться изо всех сил. Школьная программа давалась мне невероятно легко, но я занималась только интересующими меня предметами. На моё “безделье” часто жаловались учителя, и из-за этого меня часто ругали родители, но в моих планах не было ни секунды, потраченной на то, что бы не помогло открытию бессмертия. Я почти круглосуточно искала любую информацию, которая могла бы помочь мне возвести свои знания о химии и биологии в абсолют, представляясь студентом и посещая онлайн лекции. Получая от меня письма, лекторы всегда были весьма удивлены моим уровнем знаний, некоторые хотели встретиться лично, но я не могла в силу того, что родители практически не выпускали меня из дома из-за плохих оценок в школе и прогулов. Из-за того, что я уделяла школе минимум количества времени, оценки у меня были честно сказать не лучшие, но для аттестата в последний год я всё же занялась обычной учёбой и получила высшие баллы. Учителя плакали от счастья, мама с папой не верили своим глазам, а я быстро нашла себе подработку и практически не появлялась дома. Мне нужны были деньги, и вскоре они у меня были. Родители, узнав о моём желании переехать для получения высшего образования, строго запретили, ибо хотели чтобы я училась где-то у них под боком. Я знала, что скорее всего так и произойдёт, по этому и начала копить сама. Ночью, пока они спали, я попыталась сбежать, у меня получилось, по крайней мере я так считала, пока за мной не увязалась полиция. Оказалось, родители повесили по всему периметру дома камеры и по ним заметили, как я выхожу из дома, после чего сразу же подняли все возможные органы для поимки меня. Пришлось втопить полный газ на мотоцикле, который благополучно подогнал мне знакомый. Ты только представь: ночь, трасса, я еду на чёрном, как смоль, мотоцикле, а за мной несколько машин полиции с мигалками. Чего я точно не ожидала увидеть, так это вертолёт. По приказу моих поехавших предков по мне открыли огонь. Стреляли по колёсам, но одна пуля попала мне в левую руку. Чудом справившись с управлением, я на огромной скорости пыталась и держать руль, и останавливать кровотечение одновременно. Вот я уже подъезжаю к мосту, но на той стороне виднеется несколько полицейских машин. По рации я передаю сигнал, после чего резко поворачиваю руль, за мгновение до того, как мотоцикл влетит в забор, запускаю механизм, на подобии дымовой бомбы, который выделил колоссальное количество тумана, и выпрыгиваю вперёд. На инерции получилось перелететь преграду, а взорвавшийся мотоцикл в тандеме с моим устройством сделали дымовое облако, из-за которого не было видно, в какую сторону я отлетела. Под водой меня ждал сын одного из богатых лекторов, который был ну очень доверчивый и уязвимый к манипуляциям. Он пригнал небольшой подводный катер, на котором мы и скрылись. Через несколько часов я встретилась с самим профессором, он был рад наконец-то меня увидеть спустя столько наших бесед в интернете. Утром этого же дня мы на его частном самолёте улетели в Кембридж. И нет мы не хотели просто шикануть, частный самолёт был очень важен, ибо Майкл — так звали профессора, запретил как-либо вторгаться в его собственность, да никто и не думал искать меня у настолько богатых людей. Добравшись до пункта назначения я попрощалась с Майклом, поблагодарила его за всю оказанную помощь, посоветовала сводить сына к психологу или лучше к психиатру и пошла поступать в Массачусетский технологический институт. К счастью меня приняли. Учёба там давалась мне не сказать чтобы легко, но точно не трудно. Окончив с отличием, я начала свой карьерный рост в Оке. Я всё детство слышала о нём, и планировала попасть в самое почётное место — на космическую станцию A-O-E “Свет”, там велись самые продвинутые и опасные эксперименты по искажению генетического кода человека, модификации вирусов, а также микроорганизмов, всё это с одной целью — найти путь к бессмертию и глобальному апгрейду человеческого тела, доступному для всех. Увидя мои заслуги, а также потому, что я уже давно вела переписку с некоторыми высокопоставленными там личностями, опять же спасибо Майклу, меня взяли на работу. И я трудилась не покладая рук, стала одним из лучших работников, не спускалась на Землю практически два года... Вот, спустя столько труда, я сделала великий шаг к открытию биологического бессмертия — в моих руках препарат, он должен был продлить жизнь людей вплоть до двухсот лет. Его начали открыто тестировать, об этом заговорил весь мир, но… — интереснейший мамин рассказ прервал писк телефона. — О, готово, жми давай. Я был полностью поглощён маминым рассказом: “Мне даже представлять такое ощущалось просто невероятно, а она же это всё пережила, вот только…” — Ма, это просто прекрасная история, аж дух захватывает, но ты так и не сказала про Тишь. — А, ну, давай нажимай кнопку, сейчас выберемся, расскажу, что было дальше. Дослушать хотелось как можно быстрее, так что я выдохнул, оглянулся на дом и нажал. Появились символы. — Оно написало, что процесс открытия начался, — пояснила мама. Мы вместе уставились на чёрные двери, но они не двигались. Я вновь посмотрел на телефон и увидел, как сверху в левом углу цифры сменились на кружки, несколько кружков, ровно столько сколько пальцев расположенных рядом на руке: “Что-то закончилось, прямо сейчас”. — Давай же! — мама уже стоя бьёт пальцами по экрану, а после смотрит на дверь. — Открывайся! Почему оно не раб… — маму прерывает хлопок, громкий, резкий, идущий откуда-то сзади. В этот же момент что-то быстро пролетает к её затылку и разрывает голову на куски. Кровь и ошмётки разлетаются, окатывая телефон, несколько капель попадают мне на толстовку. Я оборачиваюсь и вижу как Говард целится чем-то уже в меня. — Ну привет, сыночка, — улыбнулся папа, его палец слегка двинулся, послышался чуть более тихий хлопок, и моё тело начало сильно колоть. Я посмотрел вниз, из меня торчала стеклянная трубка. В глазах начало темнеть, гравитация перестала ощущаться и, падая, я потерял сознание.