33

Ресторан Casa Grugno распологался недалеко  от главного собора Таормины в элегантном старинном каменном особняке. Мы сидели в зале, оформленном сценами Венецианского карнавала и Ольга без умолку болтала. Кто-нибудь, заткните эту женщину! - Показ новой круизной коллекции в Риме! Ты представляешь? В самом Риме! - она выпучила глаза на мужа, - И меня не волнует, что у тебя встречи, мы давно всё запланировали! - Я сказал, что постараюсь, - обречённо оправдывался он и оглядывался на нас с доном в поисках иллюзорной поддержки. Массимо с улыбкой опустил глаза в тарелку с баклажанами, обильно политыми пармезаном, и продолжал молчать, а я ухватилась за бокал с белым вином, рассматривая внутреннее убранство помещения. Официанты сновали туда-сюда между столиками, играла тихая классическая музыка, вся эта романтическая атмосфера успокаивала, погружала в сказочный мир. Только рыцарей и прекрасных дам не хватает, тогда я точно здесь поселюсь, тем более голодной никогда не останусь. - Нет, хули мне одной ехать? Они вон вдвоём на неделю собрались к Везувию, а я что? Ты меня не любишь! - Люблю я тебя. Хорошо, поеду, - Доменико откинулся на спинку стула с видом проигравшего и достача переключила внимание на меня. - Нет, ну, ты представляешь? Ещё и уговаривать приходится! Мне, может быть, стресс понадобится снять, а мужика под боком нет! - Всё, он согласился, прекращай, - я отставила бокал и подозвала официанта, попросив принести ещё порцию пасты с мидиями. - Сию минуту, сеньора Бьянки, - он поклонился и незаметно исчез в арке зала. До сих пор неудобно от этой фамилии, я пригладила брюки нервным движением и поправила узкий белый топик, выглядела я сегодня шикарно, но постоянное неоправдованное внимание и подобострастие со стороны немного сбивали с ног. - Чего ты? - Ольга закинула в рот оливку и рассматривала меня. - "Бьянки" дико звучит. Ну, да, ладно, мне уже и нравится начинает, наверное. - Не привыкай... - Ольга! - оборвал её Массимо. Он пригвоздил её к месту таким взглядом, что брюнетка отстранилась и посмотрела на мужа. Как заткнуть рот одним словом, бесплатно и без регистрации. Я даже засмеялась от комичности их общения. Беседа между мужчинами зашла об открытии какой-то строительной компании. Я слушала это вполуха, пока не принесли мою пасту. Поблагодарила официанта, а Ольга снова придвинулась ко мне. - Давно хотела спросить, откуда ты так хорошо знаешь итальянский? Меня до сих пор не всегда понимают. Мелодия в ресторане сменилась на заунывную песнь скрипки. Мурашки побежали по коже и я отвлеклась. Так хорошо. - Ева, бля, - не унималась Ольга. - Я много языков знаю, а итальянский с детства учила. Мама — итальянка. Рука с бокалом вина застыла на полпути и Массимо пораженно уставился на меня.  Доменико подавился своим стейком с тунцом. Повисло гробовое молчание. Мне показалось, что мой любовник прожжёт меня глазами. Он на меня так смотрит, будто я призналась, что состою в масонской ложе. - В документах значится, что она родилась и жила в Чехии, - через чур резко выпалил он. - В моих, что Бьянки. И что дальше? - Почему ты раньше не сказала? - Ты не спрашивал. А это имеет значение? Массимо встал и подхватил меня за предплечье. Он нагло сдавил руку и потащил через зал в узкий небольшой коридорчик, ведущий, судя по всему, на кухню заведения. - Девичья фамилия, - прошипел сквозь зубы. Я попыталась высвободиться, но он поставил ладони по обе стороны плеч и навис сверху. И что мне драться с ним? - Не знаю. - Как можно не знать? Это же твоя мать. - Она умерла от рака, когда мне было пятнадцать и это была не самая обсуждаемая тема в нашем доме. Папа психовал. Там какая-то мутная история. - Вся твоя жизнь мутная история, Ева. Ладно, - он наклонился и прислонил свой лоб к моему, - Я узнаю. Скоро вылетаем. - Все в курсе, кроме меня про неделю. Опять это, да? - Что? - Ты давно всё решил, а меня только перед фактом ставишь? - Ты невыносима. Он отпустил меня и хотел уйти. Внутри закипела обида и я сжала кулаки до боли, вонзив ногти в кожу. - Нет, подожди. Попроси. - Что? Массимо застыл в напряжённой позе и тёр переносицу пальцами. Мимо проскочил администратор, удивившись нашему присутствию в закрытой зоне, но ничего не сказал и, опустив глаза в пол, исчез в дверном проёме. - Предложи, попроси, но не вот это всё. Хорошо? Ты всех своих любовниц также лишь в известность ставишь? Мне уважение нужно. - Ты не любовница. Ты любимая женщина. Это разные вещи. - У нас разные понятия любви, как я вижу, - буркнула под нос и попыталась протиснуться мимо, но была перехвачена за талию. Руки побежали по полоске голой кожи на животе. Горячие руки, но меня, почему-то, подкинуло как от дуновения ледяного ветра, будто разом включили все кондиционеры и направили прямо на нас. - Чего тебе не хватает? - ветерком обдало в районе левого уха и я прикусила губу. Предательская реакция на его тело, на его слова, мозг сразу отказывается работать и бросает то в жар, то в холод, как сейчас. - Ты хоть понимаешь, что такое любовь? Это готовность без раздумий умереть за человека. Для тебя любовь - это секс. Молчи. Молчи. Разговор заходит не в то русло. Сейчас ты ляпнешь лишнего и будешь позже жалеть об этом. - Я, можно сказать, развязал войну из-за взбалмошной незнакомки, а ты ещё умереть просишь? - Массимо привычным движением накручивал мои волосы на палец, - Я одержим тобой. Ты нужна мне, принцесса, а то, что я безумно хочу тебя — ты как наркотик привязала к себе и я не могу ничего с этим поделать. И секс, в принципе, единственный способ тебя обуздать, в остальной жизни ты упорно выставляешь колючки. Итальянец тяжело дышал, его зрачки были удивительно большими, я коснулась щетины на щеке и провела по губам, наши глаза встретились... И произошёл взрыв. Он вдавил в твёрдую каменную стену моё тело и воздуха стало катастрофически мало. Я, не думая головой, стала расстёгивать пуговицы, но мужская ладонь остановила меня, крепко сжав кисть. - Не здесь же, маленькая. Чёртов Торричелли, ведь это единственное моё спасение, иначе накроет и я не сдержусь, выплесну свои страхи наружу, открою обнаженную душу. Я потянулась к искомой цели, но Массимо выпрямился, пораженный моим перепадом настроения. - Ева, что всё-таки происходит? Стало до умопомрачения больно, от того, что я хотела произнести, глаза предательски защипало, пару раз хватанула воздух онемевшими ртом и выпалила: - Обещай мне, что не предашь! Я что угодно стерплю, только не это. Обещай! В эту же секунду утонула в тёплых, каких-то отеческих объятиях, его рука легла на голову и прислонила к груди. Я слышала как стучит его сердце, быстро-быстро, этот звук с силой бил по барабанным перепонкам. - Обещаю. - И будешь считаться со мной как с человеком. Ты будешь ставить в известность о своих планах, - я с трудом произносила слова. Они тонули где-то на уровне его ключиц. Вдыхала запах носом и жалась ближе, будто это единственное место на земле, где я в безопасности. Стало легче, груз недосказанности упал с плеч и я чуть не осела, но Массимо опустил одну ладонь на задницу и подтянул моё тело вверх. - С этим сложнее. Ты не любишь сюрпризы? - его рука полезла в карман и моим глазам предстала небольшая плоская коробочка без надписей, - Я хотел отдать тебе это по дороге в Неаполь, но так и быть... Он открыл её, на чёрном бархате лежало колье с неприлично большим красным камнем, огромным, даже сказала бы, в серебряной, явно очень старинной оправе с бриллиантами. - Шестнадцатый век, рубин из коллекции Медичи, - упивался этими словами и хитро смотрел на меня. У меня глаза на лоб вылезли, я потянулась за украшением, но оно спряталось за спину итальянца. Он улыбался своей самой коронной из улыбок, улыбкой хозяина жизни. Торжествовал, мать вашу. - Так и знал, что просто камешками тебя не удивишь. Тебе предысторию подавай. Всё помнит, хитрый тип. И то, как я принимала его подарки как должное и, видимо, наш разговор с его знакомым хозяином отеля в начале нашего знакомства о моем увлечении историей. Тогда для меня он был психованным бандитом, а сейчас... Как же быстро все меняется. - Дай хоть посмотрю! - пропищала на ухо и пыталась перехватить подарок, но он все время ускользал и, в конце концов, оказался на его вытянутой ладони под потолком, куда я не могла допрыгнуть. - Мир? Все вопросы решены? - он хитро поднял бровь, продолжая победно скалить зубы и глядеть на моё взволнованное лицо. - Мир. Мир. Отдай! Массимо вынул колье и застегнул его на шее, я провела пальцами по витиеватым узорам и остановилась на кроваво-красном камне. - Это же стоит целое состояние... - Меньше чем ты. Теперь я знаю, чем тебя подкупать. Пошли, - переплёл свои пальцы с моими и вывел в большой зал. Я даже под ноги не смотрела, увлеченная созерцанием неповторимого шедевра на груди, и не сразу почувствовала, что меня усадили на стул и отпустили. - Да хрен с этим! Все будет на высшем уровне, не переживай, - голос Ольги неприятно перебивал музыку, она устроилась, закинув ногу на ногу в полоборота и болтала по телефону, - Всё! Я соскучилась. Так обидно, что зайчика не могла оставить и на День рождения выбраться! Целую в обе щёчки! Девушка прервала вызов и окинула нас хитрым взглядом. - Сотрётесь, - съязвила и ахнула, - Чё за... Доменико! Он обречённо спрятал лицо в ладонях, а Массимо засмеялся в голос. - Я тебя уверяю, - брюнетка зло тыкала в меня пальцем и косилась на своего мужа, - Когда пыл страсти уляжется, самой придётся всё покупать. "На карточку" и в путь. Вот увидишь! Не уляжется. Не увижу. Я подняла глаза на своего мужчину — он любовался мной. Ради всех святых, это было так... волнующе. И пусть мы будем ссориться, пусть летят эти треклятые вазы, плевать, мне до безумия хорошо с ним. Да, Алекс, люди становятся слабаками, но это не имеет значения, когда рядом тот, кто видит тебя насквозь и выполняет любые, даже невысказанные желания, кто защищает и бережёт как самую редкую драгоценность в мире. Ужин закончился довольно быстро, мы заехали на виллу, чтобы собрать вещи и забрать полусонного Луку и вылетели на материк. К моему удивлению, компанию нам составил Марио, у которого тоже были дела в столице. Самолёт высадил нас с Массимо в аэропорту Каподикино в Неаполе и улетел дальше. В отель мы добрались к середине ночи и задремали в огромной мягкой кровати. - А ты говорил, что натянешь... - прошептала сквозь сон. - Иди сюда, неугомонная. И я утонула в сладком поцелуе.