32

Уставилась на экран телефона с сообщением с незнакомого номера и удалила его. "Ева, срочно выйди на связь с Либертой. Алекс". Всего одна фраза вторглась демонами прошлого в мою жизнь. Я искренне надеялась, что перевернула эту страницу. Не знаю, что ввело в больший ступор, то что газета до сих пор за меня цепляется, наверняка имея сведения, где и с кем я нахожусь или то, что англичанин изменил своё мнение. Недавно он сам сожалел, что непреднамеренно втянул меня в эту игру. Я тебя, конечно, безмерно ценю и обожаю, но ты меня задолбал по самое... Нет. Туда меня задолбал другой мужчина, чтоб его... И что газете вновь от меня нужно? Я всего лишь один из их уже бывших работников, который даже не справился с заданием. И к тому же легла под врага, грубо говоря. Нет, пусть эти вопросы остаются без ответа. Никакого желания связываться с ними у меня не было. Я нетерпеливо бросила трубку на столик и погрузилась в воду. Пар горячими клубами поднимался в воздух и таял в лучах солнца, падающих в открытое окно, я выводила пальцем круги на пене ванной, когда услышала как хлопнула дверь внизу. Явился. Да неужели... Массимо уехал по делам и со вчерашнего дня я его не видела, и снова ни одного звонка, Доменико сказал, что он должен к ночи возвратится, но этого не произошло. Так непривычно и одиноко было засыпать одной в огромной постели, что сон свалил только спустя несколько часов чтения. Холодно, страшно. В дверях появилась как всегда весёлая энергичная Ольга и, покрутившись передо мной в розовом сверкающем платье, точнее куске ткани короче некуда, спросила: - Ну, как? Не он. Замечательно. - Что как? - я не поняла вопроса и безразлично смотрела на неё. - Платье, Ева. Что ты как заторможенная? - цокнула языком, - Выползай в мир, спящая красавица. - Отвянь, - я глубже погрузилась в воду, но, понимая, что она просто так от меня не отвяжется, всё же ответила, - Вызывающее. Платье твоё. - Вчера купила, новая коллекция Версаче. - Я за тебя рада, - проворчала под нос и закрыла глаза. - Ева! - недовольный голос снова прорезал воздух, - Новая. Коллекция. Версаче. Хотя... Кому я это говорю... Тебе вообще это интересно? Этот индюк тебя такими эксклюзивами заваливается, а тебе похуй! Она сбегала в гардероб и притащила одно из платьев, что покупал Массимо, видимо, в доказательство своих слов и повесила его на дверь. - Ты знаешь сколько это стоит? - Много, да? - я открыла один глаз. Улыбка пробежала по лицу. Всё-таки эта ходячая достача на каблуках выделяла в окружающее пространство такой заряд оптимизма и лёгкости, что это действовало даже на меня. - Женщина, ты дура. Спасибо, я знаю. - Я выросла в мире сшитых на заказ нарядов, шпилек и лучезарных искусственных улыбок. Моя мать была артисткой. Для меня это всё как должное, не более. Ольга присвистнула, а я вылезла из воды и потянулась за полотенцем, висевшим на стене, как в этот момент брюнетка отвлеклась от разглядывания своей аппетитной фигуры и развернулась ко мне. Инстинктивно укрывшись мягкой ворсистой тканью, я смерила её недовольным взглядом. - Да ладно, чего я там не видела? - махнула рукой и схватила меня под локоть, потащив к вешалкам с одеждой, - Меня просили проследить, чтобы ты поела. Я замерла на месте как вкопанная. - Кто просил? - Рыцарь твой, час назад уехал. Давай уже шевели булками. Ольга вышла и села на кровать в ожидании меня. У Гаспара выходной, что мучитель решил приставить ко мне жену брата? Херовый из неё телохранитель, я так скажу. Достала костюм из узкой белой юбки ниже колена с высокой посадкой и короткого топика с длинными рукавами. - Оль, - робко выглянула за косяк двери и держалась за неё руками как за самую большую опору в жизни, - А он что дома был? - Был. И мужа у меня конфисковал. Они до утра на кухне сидели разговаривали, - она завалилась на кровать и махала изящными ножками в воздухе. Был. И не пришёл. Зараза. - Он совсем тебя у меня забрал, мы почти не видимся, - жаловалась брюнетка, когда мы спустились в сад и девушка из прислуги принесла нам тарелки с едой и молча удалилась. У тебя нет волшебного члена, Ольга, поэтому и не видимся. Разговор пошёл о новых дизайнерских решениях, что девушка хотела привнести в поместье и мы проговорили почти два часа, когда она засобиралась ехать в спа. - Отвезти? - мелькнула мысль, но оказалось, я произнесла это вслух. Самой хотелось развеяться и весёлая компания была как нельзя кстати. Начальник охраны не маячил на горизонте, значит, скорее всего, тоже уехал. А остальные люди в черном следом не попрутся, если Ольга прикажет. - В этот раз тоже будут голубоглазые красавчики и погони в стиле гангстерских боевиков? - А ты хочешь? - я весело усмехнулась, вставая из-за стола. - Ты бы знала как методично мне за это изнасиловали мозг! - Понравилось? - подхватила ягоду с тарелки и запихнула в рот, хитро смотря в глаза брюнетки. - Такое чувство, что я сейчас с Торричелли разговариваю, - она сморщилась и покрутила носом, - Ладно, вези меня, мой штурман. Не привыкать, хуле. Мы вместе неприлично долгое время провели в салоне, где я до безобразия разомлела от массажа и других процедур, позже брюнетка решила навестить ещё и парикмахера. Только в спа ей надо, как же. А я отправилась гулять в одиночестве, как любила раньше. В воздухе приятно пахло свежей выпечкой и, проскочив группу людей, выходящих с экскурсии в амфитеатр, подошла к маленькому кафе и купила перекусить. Устроившись удобнее за маленьким столиком в тени старинного здания, подняла очки на лоб и встретилась взглядом с молодым мужчиной, заинтересованно наблюдавшим и оценивающим добычу. Русые волосы чуть растрепались ветром, он достал ключи от машины и вальяжной походкой подошёл, устраиваясь напротив. - Почему красавица скучает? Негоже одной в таком чудесном месте проводить время, - спросил он по-английски и постучал брелком от мерседеса по столу, оценивающе осмотрел с ног до головы. Я отставила тарелку с булочками в сторону, вынула из сумочки ключи от моего жёлтого ламборджини, на котором приехала в город, и, положив на деревянную столешницу, посмотрела прямо ему в глаза. Не на ту напал, Казанова. - Как тебя зовут? - он принял вызов, не подумав о последствиях. Глупый, очень глупый поступок, парень. - Соскучилась? - Массимо занял свободный стул, уткнулся в газету в своих руках, безэмоционально перелистывая страницы как ни в чём не бывало, и говоря также на английском с лёгким британским акцентом, - А у тебя, дружок, есть пять секунд. Явно его пять секунд не закончатся как мои. Я даже хихикнула от этих мыслей. - Пять секунд на что? Не местный, иначе бы уже пятки сверкали. Незнакомец нагло ухмыльнулся и, облокотившись на стол, смотрел на итальянца, который всё так же делал вид, что занят чтением. - Пять секунд запихнуть свой отросток себе в рот и уползти туда, где я тебя больше не увижу, иначе вырву ребро и засажу в глотку так, что вылезет через задницу. Время пошло. Тот слегка открыл рот, с намерением что-то сказать, но повернулся ко мне и я помахала ему рукой, прощаясь. Он огляделся по сторонам, поднялся и исчез в толпе. Только тогда Торричелли отложил газету. - Ева, ёб твою мать. - Не поклонник тройничков, да? - Не провоцируй. В следующий раз открой словарик и посмотри значение слова "охрана". - Я хотела побыть одна и с такими, - кивнула головой в сторону удалившего мужчины, - Могу справиться и сама. - Ну, да, как в прошлый раз? Воспоминание о драке в клубе неприятно отозвалось в подсознании, но злить Массимо было все же приятнее. Как бы он не играл в мистера невозмутимость, пульсирующая вена на виске выдавала с потрохами. - Ревнуешь? - я пыталась звучать как можно увереннее, но это бесполезно, ведь Торричелли самый настоящий гранитный камень. - Конкурентов не наблюдаю, - через силу улыбается, закуривает сигарету и играет с зажигалкой в ладони.  - У тебя огромное раздутое эго. - Я покажу тебе свое огромное эго, будешь стонать и просить ещё, - выпускает дым в воздух, не сводя глаз с груди, что выгодно подчеркнута облегающим топиком. - Ты невыносим. - Это тебя и заводит. Достал. Я поднялась, схватила ключи со столика и уверенным шагом направилась в переулок, где стояла моя машина. Сил больше нет. У него всё, блять, упирается в грёбаный секс, крышесносный, нереальный, но всё же секс. Даже его "люблю" в постели звучат особенно похабно и возбуждающе. И от этого становиться только больнее, потому что я не знаю, насколько много это для него значит. Потому что для меня это значит всё. Я вышла на небольшую открытую пешеходную улицу, когда меня резко развернули назад и прижали к широкой груди в чёрной рубашке с бриллиантовыми запонками. - Отпусти, говорю! - ударила кулаками по телу, но мучитель ни на йоту не ослабил хватку. - Мы на людях, веди себя пристойно, как будто ты воспитанная. - Да пошёл ты! - Я что тебя мало трахаю, что ты истеришь как потерпевшая? - Вот именно, Массимо, "трахаешь-трахаешь", у тебя только это на уме! Ты меня, козёл, оставил одну! Плевать ты хотел, что я чувствую! - Сама виновата, - сквозь зубы и я вижу, что он начинает не на шутку злиться, но оглядывается по сторонам, наблюдая за окружающими нас прохожими. - В чем я перед тобой виновата? Скажи! - Поехали на виллу. - Никуда я не поеду, я не нагулялась! - Ты человеческий язык вообще понимаешь? Это не вопрос был. Люди начинают оглядываться и Торричелли это явно не нравится. Не пристало дону, такой важной птице, выносить сор из своей избы. Массимо потащил меня за руку, но я уперлась каблуками в мостовую и зашипела на него, матеря про себя на чем свет стоит. - Да что ж с тобой делать... - он схватил меня за плечи и прижал к себе настолько нежно, по-детски что ли, что коленки подогнулись и я упала бы, если бы крепкая рука не держала бы за поясницу, - Вспомнила, что соскучилась? Ебаный Торричелли, всё туда же... Но кивнула и он потащил меня в узкий переулок. Я успела поймать на себе несколько заинтересованных взглядов и до ужаса смутиться. Все они знают кто он и я всего лишь его приложение. Массимо привёл аккурат к моему ламборджини и, забрав ключи, поднял пассажирскую дверь, приглашая садиться. - Я как бы за рулём, - сложила руки на груди и закатила глаза. - Ева. В машину. Я села, а он занял место водителя и вывел жёлтого зверя на широкую улицу. - Ты скажешь, что с тобой происходит? - даже головы не повернул. Самоуверенный ублюдок. - А ты скажешь, почему не позвонил и не пришёл ко мне? - Нет. - И я нет. Двигатель протяжно зарычал и увеличил скорость, я вжалась в сиденье, но мы быстро выехали за пределы улиц и свернули на дорогу, идущую к вилле, где он снова оставил меня одну и скрылся в кабинете. Всё, теперь я окончательно устала. Устала не успевать за американскими горками наших отношений, устала не понимать того, что происходит в его голове. Судя по всему, наступал час икс, когда я обычно махаю хвостом и скрываюсь в закате, но эту связь разорвать сил уже не было. Я слишком привыкла, непозволительно. Иногда мне казалось, что его во мне настолько много, что не осталось места для себя самой. И этот внутренний конфликт создавал ощущение, что я сижу на пороховой бочке. Каждой частичкой тела осознавала, что он пытается быть мягче, подстроиться, но этот его очередной заскок окончательно выбил почву из под ног и меня понесло. Нет уж, мы поговорим. Я ворвалась в кабинет и обнаружила Массимо восседающим на диване с ноутбуком на коленях и телефоном у уха. Он окинул меня взглядом, подняв вопросительно бровь, но продолжил разговор. Минута. Две. Я стою напротив и нетерпеливо стучу носком об пол в бесконечном ожидании. Но мужчина поглядывает то на меня, то на экран и старается не отвлекаться. Я кошкой метнулась вперёд и захлопнула крышку компьютера. Торричелли опешил от подобной дерзости и вена вздулась на шее, не предвещая ничего хорошего. - Ты чего добиваешься? - рявкнул так, что эхо прокатилось по комнате и я отступила на шаг. Он убрал телефон и пошёл ко мне навстречу, но я заскочила за письменный стол, надеясь хоть на эту хрупкую преграду. Массимо упёрся напряжённым кулаками в деревянную поверхность и смотрел на меня в упор, - Ева, что, еб твою мать, происходит? Ты возвращаешься в то состояние, в котором была, когда мы встретились. - Я не готова ко всему этому. - Я знаю, поэтому и не спешу. - Куда не спешишь? Мужчина с шумом выпустил воздух из лёгких и направился к выходу. Нет, мы не закончили! Я схватила пустую вазу, стоявшую на столе, и запустила следом. Она с шумом разлетелась на осколки, врезавшись в стену, и ошарашенный Массимо повернулся ко мне. - Ты ебанутая? - Я не разрешила уходить! - Что ты сказала? - он в секунду обогнул стол и, схватив за шею, опрокинул на твердую поверхность, вжав до боли лопатками, - А, ну, повтори. Воздух застрял в лёгких. Перегнула палку. Что я делаю... Совсем тормоза отпустила и не вижу, что веду себя как долбанутая истеричка. Я вцепилась ногтями в руку и застонала. Но следом последовала реакция, которой я совсем не ожидала. Меня рывком усадили на стол, прижав к телу, и язык ворвался в сопротивляющийся рот. Я почувствовала его вкус на губах и мир поплыл. Из-за чего мы ругались? Не помню, не хочу... Ухватилась в рубашку одной рукой, а второй потянула за волосы на себя. Да, прямо здесь и сейчас, пока адреналин не покинул кровь и сердце выскакивает от взрывоопасности положения. - Пиздец! Я съезжаю! - громкий окрик за спиной и мы повернулись в сторону двери. Опять Ольга. Она вылупилась на нас, продолжая опираться на ручку, - У вас пять минут или мы укатываем одни! Похрен! Развернулась на каблуках и скрылась в коридоре. - Укатывают? - прошептала, прислоняясь к телу. - В ресторан, дорогая. И скажи, мне из твоей киски совсем не выходить, чтобы ты вела себя нормально? - Как бы... Сейчас... - я путалась в словах от прервавшегося удовольствия, - И не... - Это было обещание того, как я натяну тебя ночью, - он чмокнул меня в лоб и зашагал на выход, - Завтра мы уезжаем. А сейчас переоденься. - Куда? - В Неаполь. Поездка давно запланирована и ты будешь меня сопровождать. По приезду вернёмся домой на квартиру, хочу тебя жёстко перевоспитывать, - бросил через плечо и исчез. Домой. Такое тёплое, уютное слово. Но я тогда ещё не знала, что переступлю порог апартаментов только через астрономически длинный отрезок времени.