Глава 5

      — И посему я, Ямамото Генрюсай, назначаю Ичимару Гина новым капитаном Третьего Отряда. — под стук трости молодой человек с серебряными волосами поклонился Генералу и встал напротив капитана Фонг. Стоявшая за ним лейтенант Иба благодушно улыбалась. Оно и понятно, почему. Она не раз в частных разговорах жаловалась на бесконечную бумажную волокиту и необходимость следить за всем отрядом сверх ее обычных обязанностей. Теперь же пусть это будет головной болью ее нового капитана.       Айзен незаметно ухмыльнулся. Еще один его верный сподвижник стал капитаном. С Гином это было вопросом времени, а после случая с Дзимбатой его продвижение заметно облегчилось. Еще шестьдесят лет назад он заприметил Ичимару, когда, еще будучи лейтенантом, нашел его ночью на поляне. Лицо мальчика, уже ставшего офицером Пятого отряда, как и меч, было в крови, а у его ног валялись несколько убитых синигами. Вечно улыбающаяся маска с прищуренными глазами, не меняющаяся в любых обстоятельствах, будь то чайная церемония или убийство неугодных Айзену людей.       Взгляд карих глаз зацепился за легкое движение слева. Девушка с рыжими волосами с волнением смотрела на Гина. Серебристые с дымкой глаза лучились гордостью и восхищением с еле заметным оттенком зависти. И Соуске знал, что Ичимару прямо сейчас так же незаметно переглядывался с ней, ведя немой диалог под скрипучий голос Главнокомандующего. Айзен находил забавным наблюдать за их отношениями. Гин считал, что он мастерски скрывает свои привязанности за маской. Но капитан Пятого отряда не вмешивался, пока лейтенант Десятого не мешала его планам. Времени у них достаточно, поэтому пускай Гин вволю наиграется со своей Мацумото, пока есть такая возможность.       – И последний вопрос на сегодня касательно трех студентов Академии, находящихся на особом контроле Сейрейтея. Капитан Унохана, — обратился Генерал к главе Госпиталя. — как куратор Зараки Кенпачи, Хошигаки Кисаме и Кусаджиши Ячиру прошу вас доложить о промежуточных результатах их обучения.       Кивнув, капитан Четвертого отряла достала из внутреннего кармана хаори небольшой свиток и начала зачитывать вслух отчет. Айзен внимательно слушал. Что ни говори, но эти трое действительно поражали. Маленькая девочка уже была некой аномалией. В столь юном возрасте иметь настолько большой объем духовной энергии, и при этом мастерски его контролировать. Учитель Кидо нахваливал Ячиру, говоря, что только Хинамори Момо, которая в Академии считалась гением в искусстве Путей Разрушения и Связывания, могла быть с ней наравне.       Но если девочка не сильно интересовала Айзена, то остальные двое представляли собой особый случай. Еще полгода назад после их зачисления Генерал поручил капитану Унохане составлять ежемесячные индивидуальные отчеты о прогрессе головореза из 80-го района и его таинственного напарника. И, честно сказать, их навыки поражали. Конечно, о Зараки было многое известно еще давно, но, когда с его силой сталкиваешься напрямую, все равно это было устрашающим зрелищем. Что будет, когда он полностью раскроет свою духовную и физическую мощь, страшно даже представить.       Но вот его напарник был вообще загадкой. Во-первых, его объем духовной энергии поражал, ничуть не уступая Зараки. Еще возле здания Администрации в их первую встречу он прочувствовал его духовное давление. Было видно, что мечник тогда не умел еще контролировать фон своей реяцу. И при этом он не производил впечатление типичного головореза. Несмотря на его грозный вид в нем чувствовалась определенная утонченность и плавность, особенно на контрасте с Зараки, который всем своим видом напоминал ходячий таран. А их недавняя выходка, когда они столкновением своих реяцу перетряхнули половину Сейрейтея, сразу дала понять, что решение Главнокомандующего было верным. С этими двумя военный потенциал Готея 13 возрастет на порядок. Как бы они впоследствии не стали для Айзена помехой. Впрочем, сейчас об этом рано думать. К тому же как ученого его интересовал вопрос предела их потенциала. Насколько далеко они зайдут в своем прогрессе, насколько сильными они могут стать.       — Благодарю, капитан. Можете встать в строй. — коротко поклонившись, женщина вернулась на свое место. — Итак, из доклада капитана Уноханы можно сделать вывод, что за полгода эти трое достигли немалых результатов. Насчет Зараки Кенпачи все понятно. Отчеты преподавателей Академии дают ясно понять, что он больше нацелен на прямое столкновение с соперником. Учитывая его огромную силу, он является отличным бойцом передовой. При этом он напрочь отрицает применение кидо и мгновенной поступи, считая это недостойным воина. Что ж, несмотря на это мы должны будем развивать его сильные стороны. Что же касается Хошигаки Кисаме, он больше нацелен развиваться во всех дисциплинах, и не сказать, что он где-то не преуспевает. Преподаватели говорят, что несмотря на его аналогичную Зараки склонность к рукопашному бою и зандзюцу он не пренебрегает развитием во всех направлениях, в том числе кидо и хохо. Особенно о нем в положительных тонах отзывается учитель мгновенной поступи. Он не ожидал, что Хошигаки настолько быстро поймет принципы сюмпо и научиться применять его уже после третьего занятия на уровне старших офицеров Готея. Поэтому, дабы как можно скорее ввести их в ряды синигами, я предлагаю отправить их в первый рейд в Мир Живых в целях знакомства с их основной деятельностью.       — Вы уверены, Главнокомандующий? — обеспокоенно спросил его капитан Укитаке, — несмотря на их навыки они все же еще первокурсники Академии, не думаю, что…       — Не забывайте, капитан, — слово взял стоявший по правую руку от Уноханы капитан Шестого отряда, высокий седой старик с густой серебристой щеткой усов. Воздушный шелковый шарф покрывал шею, гармонично сочетаясь с формой капитана отряда. За его спиной стоял длинноволосый брюнет с холодным отрешенным лицом. По мнению Айзена, даже для высокого звания лейтенанта кенсейкан на голове внука Кучики Гинрея все же был пока излишним. Тем не менее он продолжал с невозмутимым лицом смотреть в никуда, стоя за своим дедом. Гинрей тем временем продолжал, — эти двое являются бойцами, закаленными реальными сражениями. Не нужно смотреть на их нынешний статус, обучение в Академии для этих двоих лишь формальная необходимость. Я согласен с Главнокомандующим, только опыт реальных сражений и столкновений с Пустыми поможет раскрыть их истинный потенциал. Они не зеленые юнцы, которых требуется долго и кропотливо взращивать за стенами Сейрейтея, поэтому не стоит их ограничивать.       Укитаке лишь вздохнул, решив в итоге не спорить.       — Капитан Кучики прав, — одобрительно кивнул Ямамото. — к тому же никто не говорил, что в этот рейд они пойдут в одиночку. В рамках сопровождения вместе с этими двумя в Мир Живых направятся капитан Десятого отряда Шиба Ишшин, и капитан Одиннадцатого отряда Киганджоу Кенпачи. — дождавшись кивка от названных офицеров, Генерал продолжил, — помимо сопровождения, ваша задача на период патруля – подстраховка на случай столкновения с сильными Пустыми. В чрезвычайной ситуации я разрешаю применение полной силы ваших занпакто, но это на экстренный случай.       — Есть! — хором ответили капитаны.       — В патруль вы отправитесь через неделю. Во время задания вы должны познакомиться со своими подопечными и провести для них краткий инструктаж о Мире Живых и о том, с чем им предстоит столкнуться по долгу службы. На этом все.       Со стуком трости собрание было окончено. Айзен, пока временно оставшийся без лейтенанта, решил дождаться Ичимару у выхода из бараков Первого отряда, пока тот принимал поздравления от капитанов и лейтенантов Готея. Когда его поздравляла Мацумото, она взяла его за руку. В их простом рукопожатии было столько невысказанной нежности, что Айзен невольно ухмыльнулся. Все-таки было забавным осознавать, что даже его, казалось, непробиваемый соратник, имеет такие милые слабости. Что ж, кто знает, когда это может пригодиться в будущем.       Размышляя о словах Главнокомандующего, Айзен прикидывал варианты, как воспользоваться подобной возможностью. В его понимании, для тех двоих патруль в Мире Живых не должен быть просто ознакомительной прогулкой. Однако на территории Наруки, города, находящегося под надзором Десятого отряда, все было относительно тихо. Несмотря на свою внешнюю беззаботность с нотками раздолбайства Шиба Ишшин к своим обязанностям в Мире Живых относился достаточно ответственно. Регулярно посылая своих офицеров и нередко лично принимая участие в патрулях (как он позже в частном разговоре пояснил, ему проще доверить бумажную рутину вундеркинду Хицугае, нежели Мацумото, зная, что тот все сделает как надо), капитан добился того, что его город был одним из самых «чистых» в плане присутствия Пустых. Патруль будет бессмысленным, если только…       Довольная улыбка озарила лицо Айзена. Предстоят небольшие сборы. А заодно это хорошая возможность показать Ичимару еще одну сторону его мира. Направив Гину адскую бабочку с посланием, капитан быстрым шагом направился к баракам Пятого отряда.

***

      Кисаме чувствовал небольшое воодушевление. Он не ожидал, что их, зеленых юнцов Академии Синигами, еще на первом году обучения направят в патруль. Вообще ему было интересно, какого находиться в Мире Живых, будучи бестелесным духом. Да и что из себя представляет этот мир за пределами Сейрейтея. Будет ли он таким же, или Монстр Скрытого Тумана встретит нечто, что не попадалось ему даже в родном мире. Конечно, им сказали, что цель их вылазки – знакомство с базовыми обязанностями синигами, но форс-мажор никто не отменял.       Даже Зараки, казалось, человек, повидавший многое за восемьсот с лишним лет, тоже был заряжен на то, чтобы впервые выбраться за пределы Общества Душ. Однако он сказал, что без Ячиру никуда не пойдет. Как он позже пояснил, неизвестно, куда она может забрести без присмотра. Как им позже пояснила капитан Унохана, которую, как оказалось, назначили их персональным куратором, лично отчитывающимся перед Главнокомандующим, их направляют в Мир Живых с целью получения реального опыта работы проводников душ. Причем это редкий случай, чтобы первокурсников отправляли в патруль. Последними такими синигами были тот самый Ичимару, которого они видели в 80-м районе, а также нынешний лейтенант Тринадцатого Отряда, который наряду с Гином и парнишкой Хицугаей из Десятого был на доске почета Академии. Эти трое стали синигами спустя год после поступления и в рекордно короткие сроки сумели достичь высших званий в своих отрядах. Один из них буквально на днях стал капитаном Третьего отряда.       Кисаме хоть и не являлся настолько ярым фанатом сражений, как Зараки, но и ему все же было интересно, насколько они сильны. Особенно пацан Хицугая вызывал у него знакомые ассоциации с гениями его мира. Те самые психи с уникальными доудзюцу и улучшенными геномами, от которых были одни проблемы, если сражались против тебя. Один Итачи-сан в свои лучшие годы стоил целой армии. По слухам, которые циркулировали в Академии, Хицугая был одним из немногих за всю историю Общества Душ, кто смог освоить банкай в столь юном возрасте. Говоря о занпакто, Кисаме лишь скрипел зубами от досады, но не отступал, еженедельно медитируя со своим асаучи. Но дух меча так и не откликался на его зов, и Монстр Скрытого Тумана невольно раздражался. Слегка утешало, что Зараки тоже пока не особо продвинулся в пробуждении своего меча, да и он, судя по настроению, не особо к этому стремился, полагаясь исключительно на свои нечеловеческие силу и выносливость. Поэтому Кисаме рассматривал поход в Мир Живых еще и как хорошую возможность отвлечься от этой наболевшей темы.       К вечеру трое студентов стояли у выхода из Академии. Вернее, стояли двое, а Ячиру привычно устроилась на плече у Зараки. Сопровождающие тоже не заставили себя долго ждать, судя по постепенно нарастающему давлению реяцу.       — Ну как настрой? — бодро спросил капитан Шиба, улыбавшийся во все тридцать два зуба. На первый взгляд он не производил впечатление крутого парня с его дурашливой и панибратской манерой общения. Но Кисаме, развивший за полгода духовное чутье, явственно чувствовал, что лидер Десятого отряда неимоверно силен и его стоит воспринимать всерьез. — запомните, наша работа это, в первую очередь, не сражаться с Пустыми и после каждого рейда отлеживаться в Госпитале. Прежде всего мы должны искать в Мире Живых призраков, которые не смогли по тем или иным причинам найти дорогу в Общество Душ. Если они будут находиться неприкаянными долгое время, то со временем они могут стать добычей Пустых или в конечном итоге сами превратиться в них. Наша задача – предотвращать это. Поэтому ваша цель в этом походе – научиться искать и направлять заблудшие души. Конечно, может случиться всякое, но для этого мы и идем с вами.       — То есть, вы будете нашими няньками в патруле, который даже не предполагает никаких столкновений с Пустыми. А мы будем лишь шарахаться по городу и отлавливать призраков, которых профукали патрульные синигами, и отправлять их на тот свет. — разочарованно фыркнул Зараки.       — А ты, я смотрю, совсем никого не уважаешь. — презрительно бросил Киганджоу, смотря на Зараки. — ты хоть понимаешь, что вас троих выбрали как особых студентов Академии. Обычно студентам разрешают идти в учебный патруль только на пятом или шестом году обучения, и то это привилегия только лучших учеников в рейтинге Академии. Это великая честь, оказанная Главнокомандующим, и не твоему поганому языку оспаривать его решения.       — Кен-чан, этот Горилла-кун мне совсем не нравится! — смешно скривилась Ячиру. Кисаме стоило немалых усилий подавить смешок. Капитан Шиба не утруждал себя подобным, и прыснул со смеху, услышав новую кличку Киганджоу. Тем временем Зараки посмотрел на выступавшего капитана и презрительно хмыкнул       — А, так ты и есть тот самый капитан Одиннадцатого отряда, — паскудно оскалился Кенпачи, глядя хмурого верзилу без всякого страха. Зараки, казалось, с высоты своих лет воспринимал Киганджоу как молокососа несмотря на его грозный вид. — Мда-а, видимо, Готей 13 действительно размяк, раз определяет в капитаны бездарей, вроде тебя.       — Ах ты!..       — Довольно, — всех окатило мощной волной реяцу. Все повернули голову в сторону источника. Капитан Шиба не прекратил улыбаться, но его фигуру окружала золотистая аура, от которой исходило неимоверное давление. Кенпачи лишь довольно оскалился. Прекратив испускать реяцу, Ишшин продолжил. — Зараки, капитан Киганджоу прав. Как бы тебе это ни нравилось, это приказ Главнокомандующего. Поэтому в течение трех дней вы будете под нашим присмотром практиковаться в обрядах очищения и направления призраков в Общество Душ. Насчет сражений можешь не беспокоиться. Врагов хватает и в Обществе Душ с лихвой. Не веришь мне, спроси у капитана Уноханы, сколько синигами еженедельно проходят через Госпиталь. — Убедившись, что все успокоились, капитан Шиба снова вернул беззаботную улыбку. — Раз мы все прояснили, отправляемся.       С этими словами он повернулся и достал свой меч.       — Пылай, Энгецу, — пространство вокруг капитана Десятого отряда осветилось золотисто-оранжевым светом. Катана в руке Ишшина покрылась оранжево-золотистой аурой. Отведя орудие чуть назад, он направил клинок вперед, будто пронзая воздух. Часть шикая растворилась в пространстве, словно очутилась в другом измерении. Ишшин двинул рукоятью, будто проворачивая ключ в засове, и спустя пару секунд перед стоявшими появились круглые ворота в виде деревянных сёдзи. Створки ворот раздвинулись, показывая белое пространство, из которого вылетели несколько черных бабочек.       — Эти врата называются Сенкаймон, — пояснил капитан Шиба, — синигами используют свои занпакто как ключ, чтобы открыть межпространственный коридор между мирами. Это также страховка на случай незаконных проникновений в Общество Душ извне. Только офицеры Готея могут беспрепятственно проходить грань между мирами.       — А что случается с другими? — поинтересовался Кисаме, подходя к воротам.       — Через Сенкаймон можно пройти двумя способами. Все синигами используют адских бабочек, которые позволят пройти грань между мирами напрямую. Остальным, в том числе незаконным вторженцам, приходится пройти через Разделитель миров. — при упоминании даже Киганджоу слегка вздрогнул, что не укрылось от глаз Кисаме. — Это межпространственный коридор, который служит своеобразным буфером между мирами. Движение духовной энергии в нем настолько хаотично, что это порождает сильные искривления времени и пространства. Любое значительное возмущение духовных потоков провоцирует изменение местоположения соединяющих врат, а также может ускорять или замедлять время. Само время в Разделителе течет заметно медленнее. Однако не это его главное предназначение. Разделитель изначально служил исправительной тюрьмой для преступников. Сейчас же он исполняет роль защиты от нежелательного проникновения. Те, кто попал в Разделитель, часто не выходят оттуда живыми, схваченные хаотичными потоками духовной силы. Само пространство захватывает нежеланного гостя, оставляя его на расправу Котоцу, который как каток уничтожает всех, кто попал туда. Поэтому всегда имейте с собой адских бабочек, чтобы не создавать себе проблемы. Что ж, с краткой теорией закончили. Выдвигаемся. — с этими словами Ишшин шагнул через Сенкаймон. Остальные, переглянувшись, последовали его примеру. Мельком Кисаме заметил злобный взгляд Киганджоу в сторону Зараки, но тому было вообще все равно.       Перед глазами Кисаме предстал город. Он был значительно больше, чем в его мире, даже больше главных Скрытых деревень. Здания были не слишком высокие, но все же заметно выше, чем те, к которым он привык. Но знакомые элементы все же были. Те же магазины, прилавки, которые продавали продукты и различные товары, вроде украшений и странных приборов. Были даже те вещи, которые в его мире являлись редкостью, вроде небольших телевизоров с длинными антеннами, стоявших за застекленной витриной. День здесь понемногу заканчивался. В свете закатного солнца люди шли по своим делам. В окнах потихоньку зажигался свет. Люди, шедшие вокруг, были одеты в непривычную для него одежду. Обычно гражданские в его родном мире носили классические юката, перевязанные поясом. Подобные костюмы и платья, которые он сейчас наблюдал, были редкостью. Но, с другой стороны, было видно, что здесь было гораздо спокойнее, чем в его родном мире. Не чувствовалось постоянного ощущения опасности, когда на твою деревню могли напасть в любой момент. Наверное, здесь уже давно не было конфликтов, и люди научились наконец сосуществовать друг с другом, направив свои силы на дела более полезные, чем военное ремесло.       — Так, чтобы не толпиться друг с другом, разделимся. — объявил капитан Шиба, — со мной пойдет Хошигаки. Киганджоу-сан, возьмите Зараки и Ячиру. На вас патрулирование западной части города. Мы же проверим восточную половину. Если будет опасность, сообщите по устройству связи.       — Хорошо, — по лицу капитана Одиннадцатого отряда было видно, что он не особо хотел сопровождать бывшего разбойника из 80-го района, но конфликтовать с Шибой он тоже не особо горел желанием, так что выбрал из двух зол меньшее. Повернувшись к Зараки, он процедил, — не вздумай путаться под ногами. И следи за своей малявкой. Если потеряется, искать не буду.       — За собой лучше следи, придурок. — нахмурился Кенпачи. Судя по колебаниям реяцу, исходивших от Ячиру, Киганджоу ей нравился все меньше. Условившись вернуться на место прибытия, синигами разошлись.       — Не думай, что капитан Киганджоу всегда такой, — голос капитана Шибы вывел Кисаме из транса. Тот ободряюще улыбался, смотря на подопечного. — Просто он по натуре не самый деятельный человек, его даже на собраниях капитанов редко увидишь. Но когда дело касается защиты своих солдат или исполнения обязанностей, он всегда беспрекословно следует букве закона. Иначе бы его не уважали бы в отряде. Лейтенант Ичиносе не даст соврать.       — Почему-то мне кажется, что у него какой-то зуб на Зараки. — задумчиво потер подбородок Кисаме.       — Здесь не все так просто. — усмехнулся капитан Десятого отряда, не замечая проходящих сквозь него живых людей. — В Готее 13 «Кенпачи» не является именем. Этим титулом награждают действующего капитана Одиннадцатого отряда, которого избирают не стандартным путем экзамена у Главнокомандующего. Претендент на звание должен убить нынешнего капитана на дуэли в присутствии двухсот синигами. Эту традицию заложил еще первый Кенпачи, первый капитан Одиннадцатого отряда почти тысячу лет назад. С тех пор был только один прецедент, когда новый капитан не убивал старого. Для Киганджоу «Кенпачи» – не просто титул, а честь, которую он мечом прорубил для себя, доказав всему отряду свою силу. Поэтому его всегда корежило, когда на собраниях капитанов упоминали имя Зараки. Для него бандит, носящий имя Кенпачи – просто насмешка над честью Отряда и его собственной.       — Тогда тем более нелогично, зачем вы отправили его вместе с Зараки патрулировать город. Они скорее перегрызутся друг с другом, и непонятно еще, кто кого убьет первым.       — Кто знает… — лицо Ишшина приняло нечитаемое выражение. Кисаме не мог понять, какие цели он преследует. Впрочем, спустя пару секунд он снова вернул прежнюю беззаботную улыбку. — В любом случае, сейчас нам не до этого. Лучше расскажи, как ты здесь оказался. Если бы ты был из этого мира, такую колоритную личность при регистрации сразу бы запомнили. А раз ты смог ее обойти – значит ты либо вторженец, что маловероятно, либо вообще не из этого мира.       Кисаме решил не юлить и кратко рассказал о себе капитану Шибе, конечно, опуская некоторые подробности. Все-таки он не мог ему пока доверять, как Зараки, но и просто смолчать был не вариант.       — Занятный ты парень, как я погляжу, — задорно ухмыльнулся Шиба, хлопнув Кисаме по плечу. — То есть у тебя в твоей прошлой жизни тоже был свой уникальный меч. Не скучаешь по нему?       — Есть такое. Он был для меня как родственная душа. А я знаю, кто им нынче пользуется, так что ему можно посочувствовать, — бывший шиноби Скрытого Тумана рассказал капитану про Киллера Би и его музыкальных пристрастиях, чем вызвал у Ишшина новый приступ смеха. — Поэтому я сейчас стараюсь достучаться до своего духа меча, но пока не слишком получается.       — Всему свое время, — ободряюще улыбнулся Шиба. — Скажу лишь одно. Когда синигами действительно в нем нуждается, дух занпакто откликнется на его зов. Ты сам почувствуешь это, когда придет момент. Сейчас мы с тобой займемся поиском неупокоенных душ. Для этого есть специальное упражнение. Оно достаточно сложное, но, думаю ты справишься. Готов?       Бывший шиноби Скрытого Тумана кивнул, радуясь, что его не определили идти вместе с Киганджоу. Тот явно бы не стал объяснять все так подробно.       — Отлично. Значит так, закрой глаза и сконцентрируйся. — мечник закрыл глаза, вслушиваясь в дальнейшие объяснения капитана Десятого отряда. — Прочувствуй потоки духовной энергии в пространстве. Они исходят от каждой неживой души, оставшейся в Мире Живых. — Кисаме прислушался к ощущениям. Действительно, в отличие от Общества Душ здесь не так много существ, от которых исходит духовное давление, поэтому источников реяцу ощущалось совсем немного. Сильнее всех ощущались потоки от капитана Шибы и группы Киганджоу несмотря на то, что они были от них на приличном расстоянии. Остальные ощущались на порядок слабее. Выполнив указания, он кивнул Шибе, и тот продолжил. — Хорошо, теперь сконцентрируй немного своей духовной энергии и представь, будто ты уплотняешь эти потоки, делаешь их более ощутимыми и видимыми.       Выполнив последние манипуляции, Кисаме открыл глаза. Пространство перед ним заполонили десятки светящихся лент, парящих в воздухе. Он вопросительно посмотрел на Шибу, и капитан Десятого отряда одобрительно кивнул.       — Поздравляю, ты освоил технику духовных нитей. То, что ты сейчас видишь, это материализованное духовное давление, исходящее от призраков. Их может видеть только применивший технику. Кстати, проверь какого цвета моя духовная нить.       Кисаме присмотрелся. Действительно, в большинстве своем в воздухе парили белые нити. Однако, посмотрев на капитана Шибу, он увидел тянущуюся от него красную ленту. Повернув голову, бывший шиноби Скрытого Тумана увидел еще три красные нити потоньше, идущих с запада. Он ответил Ишшину. Тот удовлетворенно улыбнулся.       — С помощью этой техники синигами находят в Мире Живых пропавших товарищей, чья реяцу может быть ослаблена при тяжелых ранениях, или если они были похищены Пустыми. Для поиска обычных душ синигами обычно полагаются на развитое духовное восприятие и используют эту технику только в крайних случаях. Но ты только учишься, поэтому сейчас выбери любую душу с помощью этой техники.       Кисаме посмотрел на парящие нити. От каждой из них исходило давление разной интенсивности. Стараясь абстрагироваться от красной нити капитана Шибы, он сосредоточился на остальных. Вот едва различимое давление от самых длинных нитей, тянущихся на километры, другие же были короче, длиной не больше пары сотен метров, от которых реяцу пульсировало сильнее. Глаз бывшего шиноби Скрытого Тумана зацепился за нить, которая была тоньше остальных. Если большинство из них были довольно плотными и толстыми и больше напоминали ленты, то эта была едва заметна, словно тонкий волос. Ухватив эту тоненькую ниточку, он вместе с капитаном Шибой пошел в направлении, откуда она тянется.       Пройдя несколько кварталов, они дошли до заброшенного трехэтажного здания школы. Следуя за нитью, которая по мере следования становилась более различимее, они поднялись на крышу здания и нашли, что искали. В углу парапета, уперев ноги в коленки, сидела девочка лет двенадцати в синей форме с повязанным галстуком, державшей в руке неоткрытую коробку с обедом. От ее стоп тянулась нить, которую держал в руках бывший нукенин. На ее груди Кисаме заметил цепь, которая тянулась до пола у подола ее длинной юбки. Крайние звенья едва заметно шевелились, словно пожирали сами себя.       — Привет, — улыбнулся Ишшин, присев на корточки перед девочкой, что с небольшим страхом смотрела на синигами, особенно на Кисаме, чей необычных вид пугал ее. — Не бойся нас, мы пришли помочь тебе, Скажи, как долго ты сидишь здесь.       — Я не знаю. — тихо ответила девочка, — я лишь помню, что спокойно шла в школу. Мама положила мне в бенто омлет и рис с тонкацу. Время на уроках тянулось ужасно медленно, но я терпеливо ждала большой перемены. Я хотела поесть вместе с Хару и Мичико. Я поднялась сюда и ждала их. Последнее, что я помню, был огонь. Много огня. Когда я очнулась, то увидела себя лежавшую на крыше всю обгоревшую. Весь город горел тогда. Мне было страшно, и я побежала в здание, спряталась в шкафу и долго не выходила оттуда. А когда все закончилось, мне было страшно куда-либо уходить за пределы школы. Я осталась тут совершенно одна.       Закончив, она снова обреченно уткнулась в колени, словно не желая никого видеть. Кисаме обычно не выказывал жалости в такой ситуации. Прошедший Третью Мировую Войну бывший шиноби Скрытого Тумана успел достаточно насмотреться на сирот в разоренных деревнях, жизни чьих родителей в пылу сражений забирал шальной сюрикен или случайно зацепившее их дзюцу. Тот же взгляд, полный апатии и отчаяния, когда в голову ребенка приходит осознание, что он остался один на этом свете на рассвете своей жизни. Бывшему нукенину было чуждо сострадание, ведь путь шиноби Тумана не предполагал сочувствия к врагу или гражданским, если они стояли на его пути. Немало невинных жизней оборвало лезвие его меча. И даже сейчас, смотря на призрак девочки, сидевшей перед ним, он не испытывал к ней особого сочувствия, но почему-то в этот раз было какое-то ощущение неправильности происходящего. Она столько времени провела здесь после страшной трагедии, если верить ее словам, совершенно одна, в окружении сотен трупов. И ни один синигами за это время не пришел за ней. Одиночество, ощущение неприкаянности и непонимания, что делать дальше, явно сильно давили на нее, и было чудом, что она при этом не утратила себя. Он помнил лекции из Академии и знал, что делать в таком случае.       — Как тебя зовут? — спросил капитан Десятого отряда, стараясь восстановить с девочкой зрительный контакт.       — Шиина. — тихо отозвалась она, подняв взгляд на добрую улыбку Ишшина.       — Скажи, Минори Савако случайно не твоя мама?       Услышав имя, девочка вздрогнула, неверящим взглядом уставившись на капитана Шибу.       — Откуда вы ее знаете? Что с ней случилось? Она жива?       — Нет, — едва загоревшийся огонек в глазах девочки резко потух, когда она услышала ответ капитана. — Мы нашли ее дух через день после той трагедии. Она называла твое имя, просила найти ее дочь. Я обещал ей перед тем, как отправить в Общество Душ, что найду тебя. Не волнуйся, — Ишшин погладил тихо плачущую девочку по темной макушке, пытаясь утешить, — с ней все в порядке. Она живет в хорошем районе, и когда я иногда встречаю ее, она просит меня найти тебя и привести к ней. Прости, что искал так долго.       — Вы отправите меня к моей маме? — на заплаканном лице девочки появилась едва заметная улыбка.       — Не я, он это сделает. Хошигаки-сан, подойди. — Кисаме подошел к разговаривавшей парочке и присел рядом с Ишшином. Девочка мигом напряглась, смотря на синекожего синигами, но мечнику Скрытого Тумана было не привыкать. — Сейчас ты проведешь ритуал отправки призрака в Общество Душ. Вытащи свой меч.       Кисаме не понял, для чего здесь нужен занпакто. Не рубить же девочку он прикажет. Однако он последовал инструкции и вытащил свой духовный меч.       — Хорошо, теперь несильно прижми меч к ее лбу и сразу убери. — Кисаме послушался, внутренне выдохнув. Несильно ткнув девочку рукоятью по лбу, мечник увидел на месте удара небольшую эмблему. И тут же пространство вокруг них озарилось ярким бледно-голубым светом. Очертания девочки стали быстро растворяться в воздухе, оставив после себя лишь появившуюся адскую бабочку, которая тут же взмыла в звездное небо.       — Этот обряд называется консо. — пояснил Ишшин. — с его помощью мы отправляем задержавшихся в Мире Живых призраков в Общество Душ. Это так же касается Пустых, — увидев вопросительный взгляд Кисаме, он ответил. — Те души, которые недавно обратились в Пустых, еще можно спасти и направить в Общество Душ. Разрубая его мечом, мы очищаем душу от грехов, совершенных после смерти в обличье Пустого, и отправляем в нужном направлении. — Ишшин поднял взгляд в звездное небо, уставившись в ту точку, где исчез свет ушедшей души. — Знаешь, я десять лет не мог найти ее. Скажу больше, даже сейчас, стоя рядом с ней, я почти не ощущал от нее духовной энергии. Я рыскал по всему городу, пытался найти Шиину, но не мог почувствовать и следа ее реяцу. Мне стыдно за то, что я не подумал об этой технике раньше. Так что спасибо, что помог мне выполнить обещание. Ты действительно славный парень.       — Странно от тебя слышать такое, зная о моем прошлом. —  ухмыльнулся Кисаме. Ишшин на это легко рассмеялся и хлопнул его по плечу.       — Раз здесь мы закончили, тогда… — капитан Десятого отряда осекся. Кисаме тоже ощутил жуткое давление неподалеку. Ему показалось, что он в отдалении услышал рев. — Черт, почему именно сейчас. Кисаме, возвращайся к месту сбора. Я скоро вернусь.       — Постой, — Кисаме не успел ничего сказать. Ишшин исчез. Он не понимал, что происходит, но оставлять капитана Десятого отряда без поддержки он не планировал. Решив проверить свои навыки, он последовал за капитаном, растворившись в воздухе.       Мгновенная поступь на практике не сильно отличалась от Техники Телесного Мерцания. При применении второй тело шиноби при помощи чакры сильно облегчается, что дает возможность передвигаться на большие расстояния за счет разительно меньшей нагрузки на мышцы, создавая эффект мгновенного перемещения, схожего с телепортацией. Сюмпо по сути является тем же рывком, только в отличие от Шуншина реяцу используется не для облегчения тела. Контролируемый поток реяцу во время шага создает реактивный эффект, который позволяет синигами мгновенно переместиться в нужную точку. В зависимости от контроля собственной духовной энергии проводники душ покрывают одно и то же расстояние за разное количество шагов. Акасака-сенсей, инструктор Хохо, рассказывал, что за последние сто лет только бывшая глава клана Шихоуин могла считаться истинным мастером мгновенной поступи, способным за один шаг покрыть расстояние до десяти тё, или создавать иллюзию нахождения в нескольких местах одновременно. Даже нынешний капитан Второго отряда не была настолько мастеровита как ее предшественница.       Понимание принципа Техники Телесного Мерцания значительно помогло Кисаме в освоении мгновенной поступи. Конечно, он не был сейчас настолько мастеровит, как Богиня Скорости Йоруичи, но никто не запрещал ему совершенствоваться, тем более сейчас представился случай проверить себя в сравнении с капитаном Готея.       — Какого черта ты пошел за мной?! – возмущенно крикнул Ишшин, повернувшись к Кисаме, — Я же отдал тебе приказ оставаться в безопасном месте! Во время сражения я не смогу защитить тебя. — возмущенно крикнул капитан Десятого отряда.       — Не нужно меня опекать. Я сам решаю, что делать. К тому же тебе может понадобиться помощь. — парировал Кисаме, застыв в воздухе.       — Речь не об этом. Ты ослушался приказа старшего по званию. За подобное даже капитанов отдают под суд Сейрейтея, а ты еще студент Академии. И даже обстоятельства вашего с Зараки поступления и твой опыт в прошлой жизни не освобождает вас от соблюдения субординации. Поэтому уходи отсюда, пока не стало хуже. Договорить он не успел, внезапно повсюду раздался оглушительный рев. Оба синигами посмотрели вниз. Сотни Пустых заполонили улицы. Для простых людей они не были заметны, но само их присутствие угнетало.       — Черт, — сквозь зубы выругался Ишшин, смотря на столпотворение под ногами. Кисаме тоже удивился такому количеству Пустых, ведь по заверениям капитана Шибы город Наруки был самым чистым по части блуждающих душ. Тем временем, синигами повернулся к бывшему шиноби Скрытого Тумана и сказал. — Что ж, раз так вышло, будет тебе отличная тренировка, как вы с Кенпачи и хотели. Судя по их количеству, ты бы и так столкнулся с ними по пути. Поэтому твоя задача – обезвреживать их с одного удара. Стремись сразу разрубить маску, так Пустые сразу очищаются и уносятся в Общество Душ. Медлить нельзя, я подозреваю, что ситуация может ухудшиться. Далеко не отходи от меня, понял.       — Вас понял, капитан, — оскалился Кисаме, ощущая волну адреналина. Наконец-то спустя несколько месяцев он снова будет в бою.       Не тратя время на разговоры, он мгновенно оказался перед одной из появившихся тварей. Помня указания Ишшина, он заученным движением взмахнул своим мечом, разрубая Пустого надвое вместе с маской. Тот взревел от боли, но тут же засветился синим светом, распадаясь. Тут же на его месте появился призрак мужчины лет сорока с парой звеньев Цепи Судьбы на груди. Синий свет тут же охватил его, оставив после него адскую бабочку.       Мечник тем временем не стал терять времени и продолжил сражение. Их было много, поэтому Кисаме не отвлекался, разрубая тех, кто попадался ему под руку, освещая пространство вокруг голубым сиянием. Почувствовав мощную волну реяцу, он обернулся. Капитан Десятого отряда тоже не отставал от него, разрубая Пустых своим мечом, пылавшим оранжевым пламенем. Усмехнувшись про себя, Кисаме утер пот со лба и продолжил «очищение». Внезапно он почувствовал волну жара, обжегшую его плечо. Он посмотрел влево. Один из Пустых стоял напротив с раскрытой пастью, в которой концентрировался голубой шар духовной энергии. Не теряя времени, Кисаме мгновенно оказался за спиной Пустого и разрубил его, отправляя очищенного призрака наверх.       Наконец спустя час толпа чудищ начала постепенно редеть, и Кисаме наконец смог немного перевести дух. Все же схватка была долгой, пусть и с не самыми сильными противниками, к тому же он вовсю использовал мгновенную поступь для быстрого маневрирования между целями. Все же выучка ниндзя навсегда останется с ним, пусть и адаптированная под местные реалии. Разрубив и отправив за грань последнюю очищенную душу, бывший шиноби Скрытого Тумана повернулся в сторону Ишшина. Тот не выглядел уставшим, но нахмуренное лицо ясно показывало, что капитана Десятого отряда что-то беспокоило.       — Нет, тут явно что-то не так. — заметив вопросительный взгляд мечника, Ишшин пояснил. — В обычной ситуации Пустые никогда не собираются в одном месте, да и еще в таком количестве. Нужно место с высокой концентрацией духовной энергии, большим объемом неупокоенных призраков. Но из ближайших городов только Каракура имеет такую характеристику, и то такого скопища за раз там никогда не наблюдалось. Их явно что-то привлекло, что-то вроде… — в голове капитана Шибы что-то щелкнуло, и он повернулся к Кисаме, — мы должны найти Киганджоу и Зараки и вернуться в Сейрейтей. Нужно доложить Главнокомандующему о…       Договорить Ишшин не успел, почувствовав мощное давление. Подняв голову, он и Кисаме нашли его источник. Когтистые бледные руки появились в небесном пространстве, словно разрывая его. Из черневшей вверху пустоты показалась огромная белая маска с длинным носом. Спустя мгновение из пустоты показалась огромное черное бесформенное тело. Кисаме внимательно слушал лекции, и знал, кто это.       — Отлично, давно хотел попробовать выйти против Меноса.       — Даже не вздумай, Хошигаки. — осадил его Ишшин, подняв свой занпакто, — Пусть это обычный Менос Гранде, тебе еще недостает опыта, чтобы выступать против него. Стой! Ты куда пошел?       Кисаме его уже не слушал, в сюмпо двигаясь навстречу гиганту. Усталость как рукой сняло. Подобный адреналин он чувствовал, только когда вместе с Итачи вместе запечатывал Хвостатых Зверей. Он чувствовал, что его противник даже не понимает, что происходит вокруг. Перед ним сейчас только две сильные, а значит вкусные души, которые он жаждет сожрать.       Монстр Скрытого Тумана сжал покрепче свой меч. Приближаясь к маске, он рассчитывал одним ударом разбить ее. Оставалось лишь несколько метров, как вдруг перед маской начала формироваться темно-красная сфера. Лишь инстинкт шиноби заставил Кисаме среагировать вовремя и выставить перед собой клинок. Темно-красный луч ударил в центр асаучи, с огромной скоростью отбрасывая мечника к земле. Раздался жуткий грохот. Шедшие вокруг люди, не видящие, что здесь происходит, закричали от неожиданности, увидев на проезжей части небольшой кратер. Несколько машин столкнулись между собой, спровоцировав хаос на улице.       Кисаме с трудом поднял голову. Откинуло его неслабо. Увидев протянутую руку Ишшина, он с его помощью встал на ноги.       — Цел? — шиноби кивнул в ответ, — стой здесь и прикрой меня, если где-то почувствуешь Пустых. С ним я разберусь. — с этими словами Ишшин поднял свой пылающий меч и полетел навстречу гиганту. Менос сразу заметил движения капитана Десятого отряда. Возле пасти вновь стала собираться темно-красная сфера. Только теперь Ишшин не дал ему закончить.       — Гецуга Теншоу! — крикнул капитан Шиба. На кончике лезвия занпакто мгновенно сконцентрировалась духовная энергия. Со взмахом клинка на Меноса понеслась огромная сконцентрированная волна белого цвета, разрубившая его напополам вместе с маской. Издав напоследок оглушающий рев, гигантский Пустой растворился в воздухе.       Кисаме был впечатлен. Так вот, какова сила капитанов Готея. Если сравнивать того же Ишшина с воинами его мира, он вполне мог потягаться с лучшими кадрами Акацуки и даже Пятью Каге. Даже когда он гнался за ним, было видно, что в навыке мгновенной поступи капитан Десятого отряда на порядок превосходил его. И судя по тому, что он сейчас видел, этот Менос Гранде был Шибе на один зуб. Эта атака нисколько его не утомила, и он явно мог повторить ее не раз. Более того, он не показал банкай. Кисаме слышал о нем на лекциях и желал овладеть им. Страшно представить, насколько Ишшин станет опасен, начни он сражаться в полную силу. Тем временем Шиба спустился на землю, и только Кисаме подошел к нему, как тут же получил смачный подзатыльник от капитана. На возмущенный взгляд бывшего шиноби Скрытого Тумана тот только хмыкнул.       — Считай, ты легко отделался. По законам Общества Душ мне следует отдать тебя под суд Сейрейтея за нарушение Устава Готея. — с суровым видом отчитывал Ишшин бывшего шиноби Скрытого Тумана. Но Кисаме видел в его глазах беспокойство и облегчение, что с ним все в порядке. — Но вынужден признать, ты явно сильнее, чем кажешься на первый взгляд. Выдержать прямое Серо от Меноса и спокойно после этого стоять на ногах. Такое даже не каждый капитан способен выдержать. Главнокомандующий явно не ошибся в тебе.       — Мог бы и не вмешиваться, — буркнул Кисаме, чувствуя себя идиотом. Ему наглядно сейчас показали, что на данный момент он не готов сражаться. И это он, Монстр Скрытого Тумана, кого за объемы чакры называли Бесхвостым Зверем.       — Конечно, а потом нам отчитываться перед Генералом, почему студент Академии пострадал от Меноса. В любом случае, сейчас нам нужно срочно возвращаться и доложить ситуацию.       — Да что не так-то? — не выдержал Кисаме. Мало того, что он облажался сегодня, так еще и Ишшин чего-то недоговаривает. — Разве это не работа синигами, сражаться с Пустыми? Подумаешь, Пустых в городе оказалось больше обычного.       — Шиба! — Ишшин не успел ничего сказать. Навстречу им бежали Киганджоу и Зараки с Ячиру на плече. Капитан Одиннадцатого отряда выглядел растерянным в отличие от довольного Зараки и его подруги. — Что здесь произошло? Откуда в городе появилась орда Пустых? Наруки же должен был быть чист!       — Киганджоу-сан, вы сами не поняли? — раздраженно ответил Ишшин, устало смотря на капитана. — Нам нужно срочно доложить Главнокомандующему, так что возвращаемся.       Киганджоу не стал спорить. Так как не все в их пятерке владели мгновенной поступью, было решено идти пешком, благо идти было недалеко. Дойдя до места открытия врат, Ишшин открыл Сенкаймон.       Оказавшись возле ворот Академии, Кисаме посмотрел на Зараки. Тот переглядывался с Киганджоу, и если на лице его напарника застыл довольный оскал, то от капитана Одиннадцатого отряда волнами исходила жажда убийства. Такое ощущение, что, не будь Ишшина рядом, он набросился бы на Кенпачи. Благо, спустя пару мгновений Киганджоу успокоился, и лишь в последний раз злобно посмотрел на него.       — Зараки, я запомнил твои слова. День, когда ты вступишь в мой отряд, будет первым и последним в твоей жизни. Капитан Шиба, доложите о произошедшем сегодня Главнокомандующему лично. — с этими словами он резко развернулся и тяжелой поступью зашагал в сторону бараков Одиннадцатого отряда. Ишшин с Кисаме вопросительно посмотрели на Кенпачи, но тот лишь паскудно ухмыльнулся, словно получил то, что хотел.       — В общем, будем считать, что ваша первая вылазка в Мир Живых прошла успешно, хоть и не без происшествий. Сегодня у вас, можно сказать, была незапланированная практика в полевых условиях, и вы ее успешно прошли. — с усталой улыбкой резюмировал Ишшин, глядя на стоявших студентов Академии. — Хошигаки, повторюсь, ты действительно силен. Того, что я сегодня увидел, достаточно понять твой огромный потенциал. Однако, самовольное неисполнение приказов вышестоящих – проступок, приравниваемый к преступлению в Сейрейтее, поэтому сегодня я закрою на это глаза, но впредь постарайся не допускать подобного.       Кисаме кивнул, хотя и не чувствовал за собой особой вины.       — Раз мы все прояснили, тогда вынужден вас оставить. Нужно доложить Главнокомандующему о сегодняшнем происшествии. Отдыхайте, еще увидимся. — улыбнувшись напоследок, Ишшин растворился в воздухе.       — Пижон, — хмыкнул Зараки.       — Не скажи. Уверен, ты сам видел Меноса. Он смог уничтожить его с одного удара. Он явно не слабее нас. — на это Зараки лишь хмыкнул. — Кстати, что вы там не поделили с этим капитаном.       — Вот об этом узнаешь позже. — загадочно прошелестел Кенпачи. Кисаме решил не допытываться и пошел следом за Зараки в сторону общежития.       Из головы мечника не выходила обеспокоенность капитана Шибы. По его словам, внезапное нашествие Пустых не было случайностью. Что-то ее спровоцировало, и судя по его глазам, он знал, что произошло, но не успел поделиться своими догадками.       Наконец они втроем дошли до общежития. Кисаме мог оказаться в комнате гораздо быстрее, но та атака Меноса его сильно вымотала. Сил хватило только на то, чтобы дойти до комнаты общежития, принять быстрый душ, завернуться в одеяло и провалиться в сон.

***

      — Вы точно уверены в этом? — спросил Генерал стоявшего перед ним капитана Десятого отряда.       — Все признаки указывают на это. Просто так целое скопище Пустых не могло появиться в городе. — отрапортовал капитан Шиба. Главнокомандующий тяжело вздохнул.       — Честно говоря, не ожидал подобного. Капитан Шиба, усильте патрулирование Наруки, и, если подобный случай повторится – найдите того, кто за этим стоит. А касательно тех троих я объявлю на завтрашнем собрании...       Айзен отключил запись с камер Первого отряда. На его лице расползлась довольная улыбка. Да, дело оказалось проще простого. Надо отдать должное капитану Двенадцатого отряда, он – достойный протеже своего предшественника. Кто же знал, что маниакальное стремление к исследованиям капитана Куроцучи сыграет ему на руку. Достаточно было найти плащ скрывающий реяцу и достать пару образцов особой приманки для Пустых, которые Маюри-сан разрабатывал, основываясь на знаниях, полученных от своих подопытных. А чтобы пройти незамеченным, понадобилось специально разработанное устройство для открытия гарганты и перехода в Уэко Мундо. Оттуда он, скрытый плащом, перешел в Мир Живых и распылил две приманки.       Наблюдая со стороны за боем Хошигаки Кисаме, он был впечатлен. То, как он смог расправиться с целой ордой Пустых, даже особо не запыхавшись, было невероятным. Обычно в таком случае направили бы целый отряд на зачистку. Более того, он смог победить их всех, имея лишь нераскрывшийся занпакто. Страшно представить, что будет, когда он сможет наконец пробудить свой меч. А его столкновение с Менос Гранде. Серо Пустого само по себе сильная вещь, которая любого неопытного синигами оставила бы с тяжелыми ранениями, а серо Меноса даже капитаны стараются избегать. Но этот Кисаме просто принял концентрированный заряд духовной энергии на себя, при этом оставшись относительно невредимым. Жаль, что не получилось проверить Зараки похожим образом, но с ним, в целом, и так все понятно. Возможно, не вмешайся тогда капитан Шиба, проверка сил Хошигаки была бы более показательной.       Его скорость обучения просто потрясала. Он читал отчеты капитана Уноханы. За полгода он смог добиться того уровня, до какого простые студенты годами добираются даже после выпуска из Академии. Мгновенная поступь уже на уровне лейтенанта, уникальный стиль рукопашного боя, который позволяет ему практически на равных сражаться с Йосудой, одним из лучших бойцов Отряда Тайных Операций. Про навыки владения мечом и говорить нечего. Эх, если бы он попался ему хотя бы на шестьдесят лет раньше…       Кстати, об этом. За эти шестьдесят лет он так и не смог напасть на след Урахары Киске и его друзей. Несмотря на произошедшее в прошлом бывший капитан Двенадцатого отряда был одним из немногих людей, кого Айзен глубоко уважал и признавал. И сейчас он был ему нужен, вернее Айзену нужно было то, что Урахара изобрел. Кроме того, Соуске было интересно увидеть, чего тот смог добиться с жертвами его экспериментов по пустофикации. Смог ли он сделать первый шаг на пути к цели, к которой стремился капитан Пятого отряда?       Но это все лишь догадки. Неизвестно, жив ли Урахара вообще. Хотя в этом сомневаться не приходится. Обладая настолько гениальным интеллектом, невозможно не придумать способ выжить даже в Мире Пустых, а в Мире Живых и подавно. Впрочем, и Айзен сейчас не торопился. Тем более сейчас он понемногу готовил почву для другого эксперимента. А Урахара еще явит себя, в конце концов невозможно вечно прятаться.