Спасибо, Джеймс

СЛОВАРЬ РЭДА КЛАУДМИЛЛА

Рэд Клаудмилл владеет французским языком на уровне А2. Ниже представлен перевод нескольких отдельных слов, которые Рэд использует в своём лексиконе.

Bonjour, mon frère - Здравствуй, братец vous - вы décider de - решить Questions - Расспросы Frérot - Братец Allons - Идём Мадам, compiles мне Société? - Мадам, составите мне компанию? Pleuvoir - Дождем Orageux - Грозовые pour longtemps - надолго cheval sauvage - дикая лошадь Bistro - закусочная voie terrestre - сухопутный путь faire fausse route - сбиться с пути Copain - Дружок véhicule de chargement - погрузочный автомобиль Merde - Вот дерьмо Pardonne - Извини

Спасибо, Джеймс.

      ...Июль на материке выдался неожиданно холодным и пасмурным. Практически каждый день непрерывно лил дождь, вследствие чего число проводимых чемпионатов и тренировок заметно сократилось. Жители Юрвика редко выезжали за пределы своих поместий, а если и покидали тёплые дома, то старались одеться как можно теплее - настолько было холодно.       Кейко и Сакура как всегда спешили на встречу с их «боссом» - Джеймсом Клаудмиллом - по мрачному острову на своих верных скакунах. Хотя боссом этого равнодушного и невозмутимого юношу было трудно назвать...       Тёмно-серые тучи затянули необъятное небо и угрожающе нависли над материком. Сакура тяжело вздохнула. Не так она хотела провести летние каникулы с Кейко. Нет, совсем не так. Девушка кинула косой взгляд на подругу. Та тоже погрузилась в свои тяжёлые мысли...       -Эй, Дэрлорд! – Чей-то настойчивый мальчишеский голос вырвал девушку из оков сна. Сакура нехотя приоткрыла глаза и увидела перед собой чьи-то ноги в тёмно-красных кроссовках. Джеймс.       -Мм... – простонала Сакура. –Какого черта, Клаудмилл?... – Тот почти раздражённо цокнул языком.       -Вставай. Мы все ждём только тебя, а Полумесяц еще даже не чищенный, - приказал он. Сакура села на том, на чем спала. «Сено? Серьёзно?» - догадалась она, оглядевшись. По ушам ударило приветливое ржание Полумесяца, и это отбило всякое желание его чистить.       -Я поеду к Хью на Галактическом Полёте, я чистила его вчера… - потягиваясь, ответила Сакура. Джеймс раздражённо прорычал сквозь зубы. Его, мягко говоря, уже достал этот цирк и безалаберность со стороны некоторых его подчинённых. Он схватил девушку за вытянутую руку и рывком поднял с пола конюшни. На миг Сакура замерла, вглядываясь в невероятно красивые серые глаза Клаудмилла. Его некогда прямые, светлые волосы были растрёпаны, а очки съехали на середину носа. Взгляд Сакуры упал на потемневшие губы юноши, она потянулась к нему своими, но тот отшатнулся, и девушка упала на него, ударившись носом об костлявое юношеское плечо.       -Сакура, Галактический Полёт – это мой конь, - прохладно напомнил Джеймс. Та выпрямилась и ошарашенно заморгала.       -Да?! – Джеймс закатил глаза и текуче сместился в сторону. –Ладно, тогда я возьму Бездну, - твёрдо решила девушка, уперев кулаки в бока. Клаудмилл мрачно усмехнулся, складывая руки на груди:       -С идеями имен для лошадей у тебя большие проблемы, - заметил он, одарив наездницу своей знаменитой лучезарной улыбкой. В Форт Пинта говорят, что если мэр кому-нибудь так улыбнётся, значит, он как никогда искренен. Сакура обиженно фыркнула, а затем осторожно переспросила:       -Так что там насчёт Бездны? – Юноша хмыкнул, переведя взгляд на ярко-рыжего жеребца голландской породы, который большими умными глазами сейчас заинтересованно косился в сторону наездников.       -Почему нет? – Услышав положительный ответ, Сакура в приподнятом настроении поспешила к деннику своей лучшей лошади (разумеется, после Полумесяца). Кватерхорс нервно заржал и затоптался на месте, когда увидел, что хозяйка проходит мимо его стойла. Дэрлорд успокаивающе улыбнулась и погладила коня по мягкому носу.       -Прости, дружок, сегодня без тебя, - вздохнула она и поторопилась к Бездне. Едва она распахнула дверцу денника, у входа в конюшню раздался нетерпеливый голос Джеймса:       -Ага, давай ты ещё медленнее пойдёшь… - Сакура усмехнулась.       -Ну, тогда мы вообще не успеем.       -Не дерзи мне! – Шутливо пригрозив Клаудмиллу пальцем, девушка любовно провела ладонью по гладкой шерсти голландца по кличке Бездна. Тот тихонько заржал в качестве приветствия, а обиженный кватерхорс напротив него зловеще сверкнул в его сторону глазами.       -Кейко проснулась? – как бы невзначай поинтересовалась Сакура, смахивая со спины и гривы жеребца прилипшие опилки и стружку. Джеймс шаркнул ногой.       -Разумеется. Ещё бы она не встала раньше тебя, вот она точно настоящая всадница… - пробормотал он, но у Сакуры, похоже, обострился слух.       -Настоящая... А я какая? Игрушечная?! – воскликнула она. Джеймс усмехнулся:       -Ну, знаешь, судя по твоему поведению, то такое определение вполне подходит для тебя.       -Ой, да заткнись.       Прошло какое-то время, Джеймс задремал у входа в конюшню, привалившись спиной к стене. Сакура заседлала голландца и вывела из стойла. Увидев спящего Клаудмилла, девушка отпустила поводья Бездны и приблизилась к юноше. Взгляд пробежал по бледному лицу: необыкновенно мужественный для его возраста подбородок, приоткрытый рот… Сакура провела подушечками пальцев по его губам. Потом ещё раз. И ещё.… И вдруг Джеймс медленно открыл глаза. В них заплясали бесенята.       -Можешь продолжить, но знай – с тобой у нас ничего не выйдет, - фыркнул он. Дэрлорд виновато опустила голову и завела руки за спину.       -Прости… - из её груди вырвался вздох. Джеймс едва слышно хмыкнул и осторожно коснулся губами её лба. Девушка не подала виду, однако внутри неё всё перевернулось вверх дном.       -Идём, пока все не уехали, - позвал он и вышел из конюшни. Долго стоять Сакура не стала, она подхватила Бездну под уздцы и покинула лошадиный дом вслед за Клаудмиллом. На конном дворе уже все собрались. Сакура отыскала взглядом Кейко и почти бегом приблизилась к ней.       -Я просто поражаюсь над тем, какая ты медленная… - вымучено вздохнула Кейко. Дэрлорд ловко запрыгнула на Бездну, ухватившись за гриву. Проигнорировав слова подруги, она заметила:       -Ты без Карамельного Восхода? – Сандкайт согласно кивнула.       -Джеймс сказал, что он слишком большой и может не вписаться в поворот. - Она пожала плечами, но улыбнулась, легонько похлопывая своего голландского жеребца по шее.       Джеймс Клаудмилл, величественно вздёрнув подбородок, выехал вперёд на своей излюбленной лошади – Галактическом Полёте. Проходя мимо отряда, этот эгоцентричный французский сель надменно фыркнул в сторону задремавшего лохматого липициана, который принадлежал одной из девушек в отряде.       Небольшая группа двинулась в путь. Они выехали из Форт Пинта и поскакали в сторону Южного Копыта. Джеймс решил проехать через Эпону, для начинающих всадников-лентяев будет самое то. Большая часть отряда добираются до полуострова на лодках. Джеймсу это не нравится.       Погода снова испортилась. Небо заволокло тёмно-серыми тучами. Сакура подняла глаза. Эта картина напоминала ей отрывок из мрачного сна. Северный ветер принёс с моря солёный запах. Лошадям под копыта попадались сухие листья. У Сакуры в груди ёкнуло сердце. Девушку посетило дурное предчувствие.       -Джеймс, - окликнула Дэрлорд, -послушай. – Тот притормозил Полёта и повернул к ней голову. –Надо отойти, поговорить.       Клаудмилл вымучено вздохнул.       -Если ты попытаешься выяснять отношения, то я развернусь и уеду, - буркнул он, направил коня в сторону и остановился. Сакура поспешила за ним.       -Кейко, отряд на тебе. Скачите в Южное Копыто через Эпону, - крикнул Джеймс. Девушка кивнула, и весь отряд подстроился под неё. Сакура развернула Бездну к Полёту мордой.       -Поднимается ветер, а с моря несёт солью, - заговорила она, глядя меж ушей своего жеребца. Джеймс внимательно слушал её. – У меня очень нехорошее предчувствие.       -Ты думаешь, что может быть шторм? – догадался Клаудмилл, обхватив двумя пальцами подбородок. Сакура неуверенно кивнула и подняла взгляд на юношу. Тот заметил тревогу в её голубых глазах, подтолкнул Галактического Полёта к ней и успокаивающе погладил по щеке. Кони на долю секунду столкнулись носами, и французский сель всхрапнул от неожиданности.       -Ты боишься? – лукаво улыбнувшись, спросил он. Сакура отвела взгляд, прижимаясь щекой к тёплой ладони Джеймса. Тот притянул её к себе и оставил на лбу невесомый поцелуй.       -Не бойся, - добавил он. –Ты со мной.       -Спасибо, Джеймс.

      ***

      -Нет-нет-нет, стой!…       Кейко натянула поводья в самый последний момент: жеребец едва не врезался в запертые ворота Эпоны.       -В чём дело, командир? – поинтересовались сзади. Кейко спрыгнула с лошади и оглядела ворота. Затем прошлась вдоль забора. Вернувшись к отряду, она включила рацию. Сначала ничего, кроме шипения помех, не было слышно, а затем прорезался голос Джеймса:       -Чья рация? Кто включил?       Кейко глубоко вздохнула и начала:       -Это я, Кейко. Мы с отрядом у ворот Эпоны, и… проблема в том, что они закрыты. – Джеймс простонал от усталости.       -Что значит «закрыты»? – переспросил он, закатив глаза. Они с Сакурой в то время во весь опор мчались к высокогорью Нильмер.       -Ну... – Сандкайт осмотрела чугунные прутья ворот. –Здесь замок.       -Сейчас будем, - бросил Клаудмилл и вырубил рацию.       -Что-нибудь случилось? – обеспокоено спросила Сакура, увидев задумчивое лицо Джеймса.       -Ничего, - ответил он. Юноша избегал смотреть девушке в глаза и только буркнул: - Поторопимся.

      ***

      Они проехали какую-то часть пути, и Бездна вдруг остановился как вкопанный и отказывался идти дальше.       -Что делать будем? – поинтересовалась Сакура, спрыгнув с коня и дёргая его за уздечку. Джеймс огляделся, заметил человека с повозками и присвистнул:       -Эй, ты! Да, ты. Подойди сюда. – Он помахал ему рукой, подзывая к себе. Мужчина приблизился к ним. –Подержи какое-то время эту лошадь у себя, - Джеймс двумя пальцами указал на голландца, -а позже мы её заберём. Сакура.       Девушка послушно кивнула и передала Бездну незнакомцу. Он увёл коня куда-то к повозкам. Дэрлорд подняла взгляд на Клаудмилла.       -А я? – осторожно спросила она. Джеймс вздохнул и протянул девушке руку.       -Запрыгивай. И даже не вздумай обнимать меня. – Недолго думая, Сакура вскарабкалась и, обняв его со спины, уткнулась носом в шею.       -Я же… - процедил юноша, но потом его голос потеплел. - Ладно. Держись.       Клаудмилл ткнул Галактического Полёта пятками кроссовок в бока, и конь помчал к мосту.       Джеймс и Сакура приехали к воротам Восточной Эпоны как раз вовремя: у первого зашипела рация, и он, не снимая, включил её.       -Bonjour, mon frère, - приятным баритоном заговорил Рэд - старший сын в семье Клаудмиллов. Джеймс слегка раздражённо вздохнул. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -Говори по-русски, Рэд, - попросил он. Тот усмехнулся, откашлялся и продолжил:       -Как долго vous будете добираться до Эпоны? Я тут с семи утра брожу. Вы меня décider de оставить? (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Клаудмилл-младший закатил глаза.       -Ворота в Эпону закрыты, мы не можем пройти, - пояснил он. Рация зашипела помехами, и, не обращая внимания на полу оглохшего Джеймса, Рэд продолжал выкручивать регулятор сигнала рации. Когда, наконец, устройство успокоилось, Клаудмилл-старший заговорил первым:       -Как так – закрыты? – его удивление казалось неподдельным. – Я проехал без questions… (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -Ну, значит, ты особенный, - передразнил брата Джеймс. Тот захихикал. –Сможешь стащить у охранника ключи? – продолжал Джеймс.       Рэд фыркнул.       -Обижаешь, frérot, - сказал он и выключил рацию. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Отряд простоял какое-то время у ворот, как вдруг из-за поворота выехал огромный вороной першерон – Соколиный Дух – а на нём восседал Рэд со свойственным Клаудмиллам высокомерным выражением лица. Одной рукой он держал поводья коня, который, несмотря на свои размеры, грациозно переставлял массивные копыта.       Рэд Клаудмилл - старший брат мэра Форт-Пинта, по которому сходят с ума почти все девчонки на материке. В нём нет ничего примечательного: светлые волосы, голубые глаза, французский акцент и потрясающие манеры, но всё это меркло на фоне его лени и необоснованной трусости.       -Эй, красавчик! Открывай нам, - скомандовал Джеймс. В замке чугунных ворот звякнул ключ, и он упал под ноги Клаудмиллу, глухо ударившись о землю. Распахнуть ворота блондину не составило особо труда, и вскоре дорога оказалась свободна. Рэд вернулся к своему верному жеребцу и ловко запрыгнул на него, ухватившись за гриву.       -Ну, allons? – позвал он. Джеймс кивнул, и они с Сакурой приблизились к нему. Отряд продолжил свой путь. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)

***

      -Вот, здесь я ждал vous, - кивнув на развилку, произнёс Рэд. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -У меня идея! – воскликнул кто-то из отряда, обращая на себя внимание обоих братьев и сопровождавших их девушек. -Давайте устроим небольшую гонку? Одна половина отряда поедет направо, а другая – налево.       Джеймс задумчиво хмыкнул.       -А что? – улыбнулся он. –Неплохая мысль.       -Мадам, compiles мне Société? – поинтересовался Рэд, прохладной ладонью накрыв руку одной из девушек, на которую косился практически всю дорогу. Та просияла. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -С тобой хоть на край света, и прямо сейчас! – радостно заявила она, и остальные девушки позади них обиженно зашипели. Клаудмилл-старший довольно улыбнулся, развернул Духа к правой тропинке и пришпорил его. Не помня себя от радости, девушка поспешила за ним. Джеймс снова раздражённо закатил глаза, но никак не прокомментировал это.       Обе группы в приподнятом настроении встретились на пересечении двух дорог – одна вела в Восточную Эпону, а другая – в Западную. Джеймс не стал даже останавливаться, чтобы подумать, а сразу свернул в Восточную Эпону. Отряд последовал за ним. На горизонте показались красные крыши домов Нью-Хиллкреста.       Мост, который вся семья Клаудмиллов чинила несколько месяцев, теперь стоял как новенький. Бетонные опоры надёжно держали его над рекой. Джеймс кинул косой взгляд на Рэда. Тот тоже о чём-то задумался, разглядывая мост, к которому приближался отряд. Сакура всем телом прижалась к Клаудмиллу-младшему. Поднялся ветер, девушка зябко поёжилась. Рэд поднял голову к небу и принюхался.       -Pleuvoir тянет, - пробормотал он. – С Вэлдейла orageux тучи идут… (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Где-то вдали послышался гром, перебив Клаудмилла. Тот выругался на французском и пришпорил лошадь.       Преодолев мост, всадники прискакали на ранчо спасения. Двери в конюшню им открыли без вопросов, и едва последняя лошадь в «хвосте» отряда оказалась в тепле, хлынул дождь. Сакура спрыгнула с лошади, Джеймс за ней, и все остальные последовали его примеру. Клаудмилл-младший взял Полета под уздцы и наклонил его голову к стогу сена.       Всадники молча глядели из окон на ливень и затягивающие небо грозовые тучи. Звякнули стремена – Рэд снял с Соколиного Духа седло и небрежно кинул его на бетонный пол. Поймав недоуменный взгляд брата, он вздохнул:       -Мы здесь pour longtemps. - Блондин покачал головой. Джеймс понимающе кивнул и последовал примеру Рэда – стал бережно расплетать тонкие косы, в которые была заплетена светлая грива Галактического Полёта. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Все лошади стояли рассёдланные. В конюшне повисла тишина, её нарушали лишь изредка всхрапывающие полусонные животные и шуршащие об их гладкую шерсть щётки. В дверь конюшни кто-то робко постучался. Джеймс присвистнул, и в дверном проёме показалась голова владельца Сломанной Подковы – Хью.       -Джеймс Клаудмилл? - негромко позвал он, пошарив взглядом по видимому пространству. Услышав своё имя, Джеймс высунулся из-за спины Галактического Полёта и поднял руку, привлекая внимание хозяина.       -Я здесь!       Хью прочистил горло.       -Можно тебя на пару слов? - попросил он, понизив голос, и отряд зашептался, переглядываясь. Джеймс поймал заинтересованный взгляд старшего брата, в глазах которого стоял вполне логичный вопрос: в чём дело? Юноша пожал плечами, а затем обратил внимание на Сакуру, которая рассеяно перебирала пальцами гриву Галактического Полёта. Сунув под нос ей щётку, Джеймс сказал:       -Займись пока чем-нибудь полезным. – И юноша покинул денник, чтобы присоединиться к Хью.

      ***

      Наконец, дождь закончился. Всадники покинули конюшню, оставив лошадей отдыхать в денниках, и приступили к выполнению своих обязанностей.       Ещё на прошлой неделе Хью и Юнас обратились к Клаудмиллам за помощью: после очередного жуткого шторма, обрушившегося на Юрвик, ферма и прилегающее к ней ранчо сильно пострадали. Ураган вывернул деревья и пастбища с корнем, распугав лошадей. Некоторых животных Хью героически отправился спасать, чтобы спрятать в тепле и сухости на ранчо спасения, однако большая часть всё же разбежалась в страхе кто куда.       Больше всего Хью, Юнас и отшельник переживали за табун диких лошадей. Им негде было спрятаться, и они не пришли искать спасения на ранчо. Поэтому есть вероятность, что они либо тоже сбежали, либо погибли. По пути на Южное Копыто отряд не столкнулся ни с одной лошадью.       Сакура и Кейко вызвались собирать фрукты, которые порывом ветра сорвало с деревьев. Вооружившись корзинками, девушки бродили по территории фермы и ранчо, подбирая с земли яблоки. Некоторые плоды уже оказывались растоптанными напуганными лошадьми, поэтому они сгребали их лопатами и выбрасывали в компостную яму.       Кто-то вызвался перестирывать тряпки, которые ранее висели на заборах и сохли на тёплом рассветном солнышке, кто-то помогал Юнасу и Холли прибирать газоны, а мужская половина отряда во главе с Рэдом нарубили и натаскали дров из поваленных деревьев, чтобы заново сколотить заборы для пастбищ.       Подобрав с земли очередное яблоко, промыв его водой из колодца и кинув в корзинку, Сакура отряхнула руки от пыли. Согнувшись в три погибели, Кейко обхватила обеими руками лопату, которую ей вручил Рэд, и ловко перекинула раздавленные фрукты в компостную яму.       -Трёхочковый! - объявила она, победно вскидывая руки. Сакура рассмеялась, а после резко погрустнела и покосилась на виднеющийся на горизонте Юрвик. Заметив изменившееся настроение подруги, Кейко воткнула лопату в землю и прикоснулась ладонью к плечу Сакуры.       -Ты чего? - поинтересовалась она. -Нормально всё?       -Да, всё хорошо.       Чтобы хоть как-то улучшить настроение своей лучшей подруги и отвлечь её от каких-то дурных мыслей, Кейко предложила прогуляться, так как свою часть работы они выполнили. Девушки прошлись по территории ранчо и фермы, помогли Холли придать её грядкам божеский вид, а так же оказали моральную поддержку Рэду и парням, которым он помогал. Они то вызывались подержать молотки, доски, то просто стояли неподалёку и кричали слова поддержки.       Коллективное веселье продолжалось до тех пор, пока из хижины Хью не вышел Джеймс Клаудмилл с бесстрастным выражением лица. Сакура переключила на него своё внимание, Кейко и Рэд последовали её примеру. Подойдя к колодцу, возле которого девушки оставили корзинки с фруктами и лопаты, юноша достал из ближайшей корзинки два красных яблока. От одного из них он тут же с сочным хрустом откусил немаленький кусок, а второе швырнул Рэду в руки.       -Привет, - чавкая яблоком, поздоровался Джеймс, когда подошёл достаточно близко к ним. -Закончили?       До Сакуры слишком долго доходило то, что Джеймс обратился к ним с Кейко. Кашлянув в кулак, она кивнула.       -Вот, помогаем мальчикам, - добавила Кейко, рукой указав на парней, которые трудились в поте лица, возвращая на место забор и ограды, а Рэд стоял рядом и наслаждался яблоком.       -О чём ты разговаривал с Хью, Джейми? - поинтересовался он, и Джеймс поморщился от этого дурацкого прозвища. Он поправил очки, которые съехали на кончик его носа.       -Он попросил меня отыскать табун диких лошадей, - глядя куда-то в сторону и кусая яблоко, ответил он. -Среди них были не только взрослые особи, но и недавно родившиеся жеребята, поэтому их стоит найти и вернуть как можно скорее. Боюсь, что без помощи Хью они долго не продержатся в дикой природе.       Кейко издала странный звук, похожий на вздох удивления.       -По пути на полуостров мы не встретили ни одной cheval sauvage, - вспомнил Рэд, заставляя Джеймса сильнее хмурить брови. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -Да я знаю, - неожиданно грубо бросил он. -Хью предложил взять его с нами, так как у него за столько лет появилась некая связь с дикими лошадьми... Или что-то вроде того, но, короче говоря, он знает, как вернуть лошадей домой, если они откажутся идти добровольно.       Сакура, Кейко и Рэд переглянулись.       -Я правильно понимаю, что ты douter de? - уточнил последний, слегка сощурив глаза. Джеймс перевёл на него взгляд и приподнял бровь в недоумении.       -Чего-чего я?       Рэд стушевался и его щёки приобрели причудливый оттенок, а девочки захихикали. Он откашлялся, а затем повторил французское слово на русском:       -Сомневаешься.       -А... Ну, есть такое. Со слов Юнаса, «Хью в последнее время ведёт себя уж слишком подозрительно»... Я боюсь, что он неспроста вызвался нам помочь.       -Кстати, Джеймс... - Голос подала Сакура, привлекая к себе внимание Джеймса. Он перевёл на неё прохладный взгляд серых глаз. -А что насчёт меня?       -А что насчёт тебя? - переспросил юноша. От его равнодушного тона девушке почему-то стало не по себе.       -У меня нет лошади, - напомнила она, однако на лице Джеймса так и не отразилось ни одной эмоции.       -Не хотелось бы этого признавать, но пока что ты будешь ездить со мной вторым номером, - пожимая плечами, ответил он. -Доберёмся до ближайшего конного двора и я позабочусь о том, чтобы тебе выдали хоть какую-нибудь лошадь.       Сакура послушно кивнула, и Джеймс, удовлетворённый её согласием, отправился в сторону конюшни. Проходя мимо компостной ямы, он выкинул огрызок от яблока. Рэд последовал его примеру, отряхнул руки и присоединился к парням, которые всё это время не покладая рук чинили забор, а Сакура и Кейко продолжили свою прогулку.       После завершения работы Холли и Юнас уговорили Джеймса и отряд присоединиться к ужину, так как время близилось к вечеру, а ребята за весь день успели перекусить лишь яблоками. День выдался тяжёлым, но продуктивным. Джеймс видел, как вымотались всадники, поэтому он принял решение остановиться на ближайшем конном дворе - в Нью-Хиллкресте.       Поужинав, всадники под командованием Джеймса ленивым шагом покинули ранчо спасения и направились в сторону конного двора. Хью пообещал присоединиться на рассвете.       Мерное постукивание копыт и ровное дыхание Джеймса странным образом убаюкивало, поэтому Сакура осторожно опустила голову на плечо юноши и сомкнула потяжелевшие веки. Джеймс от такого тесного контакта вздрогнул, и девушка почувствовала, как он напрягся, но отодвигаться не стал. Он слегка повернул голову в бок, мазнув холодным носом по лбу Сакуры, словно говоря: спи.       Отряд добрался до Нью-Хиллкреста, и работники конного двора оказали им радушный приём, разместив лошадей в заранее подготовленных денниках. Джеймс распорядился, чтобы Сакуре выдали лошадь на неограниченный срок, но, к сожалению, в конюшне Нью-Хиллкреста не оказалось свободных лошадей.       После этого отряд поднялся в город, и Джеймс отправился хлопотать о том, чтобы им выделили несколько коек на одну ночь. Скрепя сердце, жителям Нью-Хиллкреста пришлось потесниться. Джеймсу досталась койка рядом с Рэдом и ещё одним сорванцом, а девушки вдвоём заняли один домик, и у них оставалась ещё одна свободная койка.       Несмотря на жуткую усталость, Сакура решила для начала привести себя в порядок после изнурительной работы на ранчо. Расчесав и ополоснув свои запылившиеся светлые волосы, девушка почистила зубы водой из колодца. До её ушей долетел знакомый голос и смех, и она обернулась на домик Джеймса и Рэда.       Парни тоже проводили необходимые водные процедуры. Рэд одолжил у одного из конюхов Нью-Хиллкреста бритву и сейчас старательно избавлялся от отросшей щетины, а Джеймс, судя по его растерянному и растрёпанному виду, потерял очки, которые находились у него на макушке, и Рэда это забавляло.       Сакура ненадолго засмотрелась на эту картину, а затем, когда организм напомнил ей о том, что она ужасно устала, была вынуждена вернуться в домик. Кейко уже видела одиннадцатый сон, свернувшись калачиком и укутавшись в одеяло так, что её лица толком не было видно.       Добравшись, наконец, до холодной и жёсткой, но желанной койки, Сакура тоже провалилась в сон.

      ***

      В общей сложности Сакура провела в постели около шести часов, так как рано утром приехал Хью, и Джеймс поднял весь Нью-Хиллкрест на уши. Они с Рэдом обошли каждый домик по очереди и стучались до тех пор, пока не удостоверились в том, что все, кто им нужен, проснулись.       Пожелав друг другу доброго утра и собравшись на скорую руку, Сакура и Кейко покинули домик. Джеймс и некоторые всадники уже ждали их и остальных на выезде из города.       -Мы не будем завтракать? - догадалась Сакура, когда Джеймс подал ей руку, чтобы помочь забраться на спину его коня. По отряду прошлись негромкие смешки.       -У нас не так много времени на то, чтобы ещё и завтракать, - пробурчал юноша. Когда девушка оказалась позади него и обхватила руками за талию, он покосился на неё через плечо. -Мы и так проспали...       -Джейми имел в виду, что по пути мы обязательно заедем в какую-нибудь bistro, - пообещал Рэд, ослепив брата своей лучезарной и одновременно раздражающей улыбкой. Джеймс снова закатил глаза, но сжал челюсти и ничего не ответил. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Подтолкнув Галактического Полёта пятками в бока, он вывел его на дорогу и решительно повёл в сторону Восточной Эпоны, над которой висел густой, непроглядный туман. Рядом с ним в считанные секунды оказался Хью на американской верховой кобыле, имя которой никому, кроме него самого не было известно.       -Откуда начнём? - спросил Джеймс, не глядя на него, но явно обращаясь к нему. Хью помедлил с ответом, а потом объявил, и его слова прозвучали как смертный приговор:       -Грёндал и Ярлахейм. Туда.       Джеймс с нервной усмешкой повернул голову в его сторону.       -Желаешь напороться на GED? - Хью в ответ пожал плечами и поспешил объясниться.       -Там находится головная конюшня материка. Лошади могли инстинктивно пойти туда в поисках помощи.       -А какова вероятность, что в исчезновении лошадей замешаны GED? - Голос подала Кейко, которая шла рядом с Рэдом. Рэд усердно встряхивал головой в попытке скинуть непослушную прядь волос с лица. Клаудмилл-младший усмехнулся, поглядев на Кейко через плечо:       -Зачем им дикие лошади?       -Черт знает этих GED-овцев, - пожала плечами Сандкайт.       -Эй, приём, Луна! Говорит Земля! Мы вообще-то тоже здесь, - обиженно заметила Сакура. Джеймс снова фыркнул, дёрнул поводья, и Галактический Полёт рысью пошёл вперед. Хью тоже пришпорил свою лошадь, та испуганно всхрапнула и поспешила за Полётом.       От своих младший детей Юнас наслышан о том, что Хью довольно жестоко обращался со своей лошадью: периодически на ней можно было заметить как свежие, так и старые шрамы, нанесённые шпорами.       Отряд сохранял молчание до тех пор, пока не достиг территории Зеркального болота. Когда они погружались в молоко тумана, Сакура покрепче обхватила талию Джеймса, словно опасаясь, что кто-то вылезет из кустов и выдернет её из седла.       -Расслабься, - шепнул Джеймс и несильно похлопал её по руке. -Меня тошнит. Я, в отличие от тебя, позавтракал, и не хотел бы, чтобы весь мой завтрак вышел из меня прямо сейчас.       С громким «ой» спохватившись, Сакура ослабила хватку под весёлый смех идущих позади Кейко и Рэда, которые, судя по всему, уже успели поладить. Джеймс тоже едва удержался от того, чтобы не рассмеяться в голос. Отпустив поводья, он передал их в руки Сакуры со словами «подержи», а затем широко зевнул и потянулся, разминая затёкшую поясницу от долгого нахождения в седле. Нос Сакуры уткнулся ему в правую лопатку.       Хью, подобно предводителю, шёл впереди, внимательно осматривая каждый куст и периодически издавая какие-то странные звуки, напоминающие причмокивания. Однако его действия не давали никакого положительного результата, и Джеймса это раздражало.       -Ну что там? - ещё раз зевнув и вновь взяв на себя управление конём, окликнул он, но Хью неожиданно шикнул на него. -Ладно...       Внезапно Хью затормозил, и Галактический Полёт едва не впечатался в круп его кобылы. Та снова испуганно всхрапнула и от неожиданности прыгнула вперёд, но Хью успел сжать бёдрами её бока и ему удалось удержаться в седле. Встревоженные ситуацией лошади начали топтаться на месте.       -Всё нормально, - объявил Джеймс, оборачиваясь и окидывая каждого члена группы строгим взглядом. После этого он обратился к Хью. -В чём дело?       -На земле следы от чьих-то шин, - тихо пояснил Хью. –Коневозкам здесь запрещено ездить. Кейко, твоё предположение вполне может быть верным. Их наверняка украли.       -На полуостров можно попасть только одним voie terrestre - через Эпону. - В разговор встрял Рэд. -А в Эпону двумя - через трактир и Грёндал. Получается... (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -Получается, в этом действительно замешаны GED! - закончила Кейко с лицом победителя, и Джеймс кивнул, соглашаясь с её выводами.       -Предлагаю разделиться, - заговорил Хью, разворачивая свою лошадь так, чтобы находиться лицом к отряду, а не спиной. Французский сель Джеймса, явно недовольный конкуренткой, едва сдержался, чтобы не плюнуть кобыле под ноги. -Одна часть отряда поедет со мной и с Джеймсом в Грёндал, а другая часть с Рэдом - к трактиру. Опросите хозяев и, по возможности, поищите Идриса.       -Идриса? - Джеймс состроил гримасу ужаса и отвращения одновременно. -А его-то зачем?       -На всякий случай, - уклончиво ответил Хью, а затем вновь развернул лошадь, пришпорил её и неторопливым шагом, осматривая каждый кустик, повёл по тропе. Перед тем, как последовать за ним, Джеймс обернулся на Рэда.       -Будьте осторожны, - посоветовал он, а Сакура протянула руку Кейко, и их ладошки соприкоснулись. Так они делились друг с другом удачей. Кейко слегка пожала руку подруги и улыбнулась. В полном составе отряд добрёл до развилки, и на развилке они разошлись по своим сторонам.       Джеймс едва успел догнать Хью: из-за густого тумана его почти не было видно и слышно. Они шли молча, и от этого Сакуре становилось не по себе. Неумолимые сверчки хором продолжали свой концерт, прохладный ветер приносил с собой запах тины и трепал волосы, заставляя зябко ёжиться. Сакура почувствовала, что Джеймс дрожит, поэтому обняла его чуть крепче, но не слишком сильно, чтобы не причинить дискомфорт. Джеймс в ответ успокаивающе накрыл её руку ладонью.       Лошади тоже чувствовали себя неуютно в такой обстановке. Некоторые из них останавливались, борясь с желанием развернуться и убежать куда глаза глядят. Самые смелые издавали непонятные звуки, пытаясь таким образом разбавить нагнетающую тишину, установившуюся вокруг отряда.

      ***

      Группа всадников под командованием Рэда Клаудмилла и Кейко Сандкайт неспеша брела по тропам Зеркального болота. Они погружались всё глубже и глубже в молоко тумана, пока Нью-Хиллкрест не скрылся из виду. Кейко и Рэд шли рядом, однако першерон переставлял свои массивные ноги быстрее, норовя вырваться вперёд, и из-за этого Малыш отставал от него на несколько шагов.       -Мы заблудились? - догадалась Кейко, когда спустя пару поворотов заметила, что Рэд ведёт себя как-то странно.       -Нет, - ответил он, однако девушка расслышала дрожь в его голосе. -Сейчас выйдем.       Тяжело вздохнув, Кейко кивнула, полностью доверяя Рэду и его интуиции.       Однако когда они в конце концов вернулись в Нью-Хиллкрест, Клаудмилл признал поражение, размахивая воображаемым белым флагом.       -Ладно-ладно, - поймав укоризненный взгляд Кейко, проворчал он. -Я действительно faire fausse route. (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Кейко вздохнула и раздосадовано покачала головой. Ну почему всё так сложно? Почему восемнадцатилетняя девушка кажется умнее взрослого, совершеннолетнего мужчины, у которого, без сомнения, огромный жизненный опыт за плечами? Она окинула взглядом Нью-Хиллкрест, присматриваясь к каждому прохожему.       -О чём задумалась, коробочка? - поинтересовался Рэд, заметив сосредоточенное лицо Кейко. Девушка покосилась на него, явно недовольная прозвищем, но комментировать не стала. Джеймс говорил, что спорить с его старшим братом бесполезно, поэтому она даже не стала тратить на это своё время.       -Попросим кого-нибудь о помощи, - ответила Кейко, а затем спешилась с лошади. -Айда, горе луковое.       -А чего это сразу «горе луковое»? Эй! - Рэд тоже спрыгнул со своего коня и поспешил за девушкой, которая уже успела отойти достаточно далеко, чтобы Клаудмиллу пришлось побегать за ней.       Приближающихся молодых людей Джейми заметила ещё издалека, поэтому заранее вынесла из своего кафе только что испечённый тыквенный пирог, который источал просто невероятный аромат.       -Здравствуйте, - вежливо начала Кейко. -Нам необходима ваша помощь. Мы заблудились на Зеркальном болоте и не можем выйти к «Волчьему логову».       Рэд тем временем похлопотал о том, чтобы Джейми завернула им тыквенный пирог с собой в дорогу, и Кейко снова многозначительно поглядела на него, но ничего не сказала. Пусть делает, что хочет.       К счастью, Джейми согласилась вывести всадников с территории Зеркального болота. Она также рассказала им, что в последнее время подобные случаи участились. Рэд в шутку предложил Джейми сделать эту услугу платной, и женщина действительно задумалась...       Когда всадники, наконец, вынырнули из густого тумана и вдалеке показался замок Серебряной Поляны, Джейми попрощалась и вернулась в Нью-Хиллкрест, а группа продолжила путь.       Юрвик радовал прохладным ветерком и ярким утренним солнцем, однако все его населяющие понимали, что их счастье продлится недолго: к вечеру снова поднимется страшный ветер и хлынет дождь. Поэтому они старались как можно скорее закончить со всеми своими запланированными делами и затопить печи, чтобы переждать ночь в тепле и сухости.       Кейко грустно наблюдала за тем, как резвятся дети, теряясь в густой траве и пытаясь поймать хоть одну бабочку. Некоторые сорванцы подбегали к лошадям, чтобы погладить и познакомиться, но Соколиный Дух, судя по всему, не разделял всеобщей радости. Он невозмутимо держал голову ровно и величественно вышагивал по тропе. Идущий рядом с ним Малыш наклонил голову к земле, когда к нему подбежала девочка с двумя забавными хвостиками, и слегка подтолкнул её мягким носом. Не помня себя от радости, ребёнок запрыгал на месте, а Кейко рассмеялась.       Всадники поднялись к трактиру, и Эд Фельд встретил их с распростёртыми объятиями.       -Рад приветствовать рабочий отряд Форт-Пинта в «Волчьем логове»! - начал он, сияя от счастья. -Чем могу быть обязан? Чай, кофе, лимонад, тёплая постель? Угощения для ваших четвероногих друзей?       Мужчина протянул руку, чтобы погладить Духа по морде, однако ему не удалось этого сделать: конь угрожающе клацнул зубами, и хозяин трактира от неожиданности шарахнулся назад, чертыхаясь и отдёргивая руку. Рэд кашлянул, переключая на себя внимание Эда.       -Ничего из перечисленного, - ответил он и наклонился так, чтобы их лица находились примерно на одном уровне. -Скажи мне вот что, copain: не проезжала ли здесь коневозка? (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       От этого заговорщического шёпота у Эда Фельда по спине пробежали мурашки и волосы на затылке стали дыбом.       -Н-нет... Наверное. Я не помню, - запричитал он, отступая на полшага. Рэд выпрямился и нахмурился. -А в чём дело?       -Лошади, - машинально ответил Клаудмилл. -Табун диких лошадей, которые столько лет, сменяя друг друга из поколения в поколение, жили на полуострове Южное Копыто. Они пропали. Знаешь что-нибудь на этот счёт?       Рэд скосил глаза на темноволосого мужчину, мышцы которого заметно напряглись.       -Нет, - коротко ответил Эд Фельд. По нему было невооружённым глазом видно, что ему не нравилась тема разговора. Рэд вспыхнул:       -Ты знаешь, ты всё знаешь! Ты здесь постоянно стоишь, ты должен был видеть véhicule de chargement! (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       -Рэд, тише. - Кейко коснулась ладонью плеча парня, успокаивая его пыл. -Он же сказал, что не знает. Давай спросим у Идриса.       -Ты уверена, что он скажет что-то дельное? - переспросил Рэд, оборачиваясь на Кейко и приподнимая бровь. Девушка рассеяно перебрала волосы на затылке.       -Нет, но попробовать стоит.       Подтолкнув Малыша пятками сапог в бока, она развернула его к мосту и повела к цирку Идриса, напоследок бросив Эду Фельду что-то вроде «спасибо». Рэд, потерев зудящие ладони, поудобнее перехватил поводья и последовал за Кейко.       Преодолев мост, раскинувшийся между двумя берегами материка, всадники приблизились к цирку Идриса. От одного лишь взгляда на эту яркую, жутковатую конструкцию у Кейко по спине бежали противные мурашки. Однако ни Идриса, ни его шута поблизости нигде не было видно. Кейко и Рэд переглянулись.       -Может, он готовится к какому-то новому шоу? - поинтересовались сзади.       -Идрис, Гарнок бы тебя побрал! - гаркнул Рэд, надрывая горло и распугивая птиц, отдыхающих на раскидистых соснах.       -Кого там опять принесло?! - Ответ не заставил себя долго ждать: истерический возглас принадлежал именно хозяину цирка.       -Рабочий отряд Форт-Пинта... - начал Рэд, но Идрис его перебил.       -Я не в настроении вести с кем-то переговоры в свой единственный выходной!       Рэд, не помня себя от ярости, спрыгнул с коня, зацепился ногой за стремя и неуклюже брякнулся о землю. Рывком вскочив на ноги, он отряхнулся и решительно направился в сторону цирка. Однако ему не удалось сделать и десяти шагов: Идрис материализовался перед ним прямо из воздуха, окружённый розоватой дымкой. Рэд занёс руку для удара, но ударить не успел. Идрис в последний момент перехватил его запястье, откинул в сторону и отступил.       -Может, не будем применять грубую силу? - вымучено улыбнувшись, предложил он. Его голос был уставшим. -На нас смотрят дамы.       Рэд обернулся на отряд, который всё это время внимательно и с каким-то глупым азартом наблюдал за перепалкой двух мужчин. Он с шумом втянул носом воздух и выдохнул его.       -Хорошо.       Рэд поднял взгляд на Идриса, который оказался на целую голову выше него. Он на самом деле выглядел уставшим, можно сказать, измученным. Циркач закрыл глаза, опустил голову и обхватил двумя пальцами переносицу. Кейко отчего-то стало жаль его.       -Итак... Зачем вы пожаловали, рабочий отряд? - поинтересовался Идрис, обращаясь к отряду, но при этом неотрывно глядя на Рэда своими разными глазами. Клаудмилл вкратце пересказал ему ситуацию, произошедшую на полуострове, а так же сказал примерно то, что говорил Эду Фельду пару минут назад. Идрис терпеливо сохранял молчание, хотя по нему было видно, что он хотел вставить какую-то колкость.       -Понятно, - выдохнул он после того, как Рэд закончил свой рассказ. -Я не могу поделиться нужной вам информацией, так как попросту не владею ею, но могу помочь. В силу своих возможностей и не за просто так, разумеется.       Кейко вытащила из своей седельной сумки маленький холщовый мешочек, в котором приятно позвякивали золотые монетки. Покосившись на Идриса, Рэд заметил, как у него заблестел глаз.       -Столько хватит? - с надеждой спросила Кейко и швырнула мешочек Идрису в руки. Развязав его, циркач бегло пересчитал монетки и улыбнулся, явно удовлетворённый суммой.       -Благодарю, ma chérie, - проворковал он. Сняв с головы цилиндр, Идрис спрятал в него мешочек и нахлобучил обратно. -Дайте мне несколько минут на сборы, и мы отправимся в путь.

      ***

      -Ура, цивилизация! - воскликнула Сакура, когда вдалеке показалась деревушка Полумесяца.       -Задержимся тут ненадолго, - сказал Джеймс, пришпоривая Полёта и обгоняя идущего впереди Хью. Французский сель, трусцой проходя мимо четвероногой клячи, в качестве профилактики клацнул зубами возле её уха.       -Зачем? - раздражённо спросил Хью, но Джеймс не услышал вопроса.       Галактический Полёт остановился неподалёку от конюшни. Ещё издалека заметив красавца-жеребца, кобылки с интересом повысовывали аккуратные головы из денников, однако когда они увидели приблизившуюся американскую верховую, то мигом потеряли интерес к этой «парочке». Полёт обиженно фыркнул.       Перекинув ногу через шею жеребца, Клаудмилл спрыгнул на землю. Следом за ним, скрепя сердце, спешилась и Сакура.       -Джеймс? - В голосе приблизившейся к ним владелицы конюшни слышалось неподдельное удивление: мэр Форт-Пинта здесь был довольно редким гостем. - Что привело тебя к нам?       -Нам нужна лошадь на неопределённый срок, - объяснил юноша, складывая руки на груди и кивком головы указывая на Сакуру. Девушка приветливо помахала женщине рукой, однако она почему-то не разделяла её энтузиазма.       -Вы ведь понимаете, что это обойдётся вам в копеечку? - Владелица конюшни сузила глаза, хищным взглядом осматривая Джеймса и Хью на наличие каких-либо кошелей. Ввиду своего статуса мэра Джеймс носил более качественную одежду, чем Хью, поэтому взгляд женщины зацепился за его очки в позолоченной оправе и джинсы, изготовленные из невообразимо дорогой ткани.       -Я заплачу, - пообещал Клаудмилл. Всё ещё заинтересованно скользя взглядом по одежде и лицу юноши, женщина кивнула. Жестом предложив ему следовать за ней, она направилась к конюшне.       -Будьте здесь, - попросил Джеймс, обращаясь к Хью и Сакуре.       Через некоторое время Джеймс вернулся в приподнятом настроении, ведя за повод гнедую кобылу английской чистокровной породы.       -Как ты расплатился за аренду? - поинтересовалась Сакура, когда он передал ей поводья. Юноша загадочно ухмыльнулся.       -Потом расскажу. Поехали, - отмахнулся он, подтягиваясь в седле и вновь оказываясь на спине Галактического Полёта, который с живым интересом косился в сторону гнедой красотки. Чтобы не заставлять Джеймса ждать, Сакура последовала его примеру, ловко запрыгивая в седло, и всадники взяли курс на Штормовой сад.       Рабочий отряд крайне редко осуществлял свою деятельность на территории Эпоны, а в одиночку Сакура категорически отказывалась посещать это жуткое место, несмотря на то, что здесь было достаточно красиво. С этим местом связано слишком много воспоминаний, в которые Сакуре не хотелось бы погружаться вновь. Джеймс тоже являлся неотъемлемой частью этих воспоминаний, так как в Эпоне часто появлялись и подвергались опасности Духовные наездницы.       В очередной раз приехав сюда в компании рабочего отряда, Сакура чувствовала себя чуть спокойнее, и благодаря этому могла вдоволь насладиться видами Эпоны. Тёплое полуденное солнце заливало ярким светом кроны величественных деревьев - дубов, берёз и ив, чьи ветви касались водоёма. Где-то над головой пролетали чибисы, из кустов периодически выскакивали коты, пугая дремлющих на ходу лошадей. Над ухом Сакуры прожужжал назойливый комар, и она в последний момент отогнала его взмахом руки.       Отряд неспеша брёл вверх по склону в сторону Штормового сада. Впереди всех шёл Хью, бурча что-то себе под нос и подгоняя свою кобылу. Сразу за ним плёлся уставший и вспотевший Полёт, которому периодически прилетало жиденьким лошадиным хвостом по морде, отчего конь возмущённо фыркал. Сакура почти не управляла своей лошадью: кобыла покорно следовала за Джеймсом, который каждые десять минут издавал ртом странные звуки, привлекая к себе её внимание.       За Сакурой следовали две всадницы на элегантных арабских скакунах. Насколько Сакуре было известно, они являлись братьями, оттого и казались до неприличия похожими друг на друга. Жеребцы летящей походкой шли по тропе с высоко поднятыми головами, однако Сакура понимала, что они устали не меньше всех остальных. Сами же всадницы тряпичными куклами болтались в седле. Сакуре стало боязно за них. Хорошо, что этого не видит Джеймс.       Группу всадников замыкали двое мальчишек. Они выглядели совсем молодо, но на самом деле они представляли один из ведущих конных клубов Серебряной Поляны - «Королевские Подсолнухи». Джеймс как-то раз признался, что если бы не его статус мэра, то он бы с радостью вступил в этот клуб, чтобы получать какие-то плюшки от баронессы. Пока что он получает плюшки только от самого себя.       Отряд поднялся к Штормовому саду. Джеймс не планировал задерживаться здесь, так как время поджимало, и он постоянно косился в сторону величественных стен Ярлахейма. Однако старик Ли Цзянь уговорил Клаудмилла помочь и ему в обмен на внушительную сумму. Предложение оказалось уж слишком заманчивым, поэтому Джеймс был вынужден согласиться. Обернувшись на оставшийся позади отряд, он обратился к Хью.       -Отправляйтесь в Ярлахейм и поговорите с местными, - понизив голос, попросил он, а затем добавил. -И на всякий случай отыщите Линду. Я догоню.       Кивнув, Хью взмахом руки попросил всадников следовать за ним, а сам развернул лошадь, пришпорил её и трусцой повёл вниз со склона в сторону Ярлахейма. Сакура и все остальные поспешили за ним, стараясь не отставать. Галактический Полёт проводил грустным взглядом гнедую кобылку Сакуры.       Дождавшись, когда отряд покинет территорию Штормового сада и затеряется среди мощных стволов деревьев Грёндала, Джеймс обернулся на Ли Цзяня. Старик задумчиво накручивал длинный седой ус на указательный палец.       -Так какая, говоришь, помощь тебе нужна? - уточнил Клаудмилл, с вызовом глядя в его узкие глаза.       -Из-за сильного ветра у меня сдуло курятник, и все мои цыпочки разбежались кто куда, побросав насесты, - объяснил Ли Цзянь. Развернувшись, он проковылял к тому месту, где ранее, предположительно, стоял курятник, обхватил голову руками и заохал: «ох-ох-ох!».       -И чем я могу помочь? - спросил Джеймс, подходя ближе. Старик как-то странно поглядел на юношу, и от этого взгляда ему почему-то стало не по себе. «Да что ж такое-то...».       -Нужно сколотить новый курятник и отыскать всех курочек до единой, - невозмутимо ответил Ли Цзянь. Джеймс приподнял бровь.       -А ты...? - начал он, но старик его перебил.       -Я слишком стар для того, чтобы гоняться за этими безбашенными птицами.       Джеймс хотел вставить какую-нибудь колкость, но вместо этого лишь обречённо вздохнул и кивнул. Попросив старика хотя бы натаскать ему дров для нового курятника, Клаудмилл потрепал Полёта по шее и ненадолго задержал свой взгляд на его глазах, словно ища в них поддержки, а затем поплёлся в сторону кустов ежевики и орешника, за которыми скрывалось зловещее топкое болото.       -О, Аиден, чем я занимаюсь... - ворчал Джеймс, продираясь сквозь колючие кусты, которые царапали лицо и руки и разрывали тонкую ткань футболки.       До ушей Клаудмилла донеслось негромкое кудахтанье и писк, поэтому он тут же направился в сторону источника звука. Раздвинув руками кусты, он обнаружил в небольшой ямке курицу, которая вертелась как ужаленная возле двоих голодных цыплят.       -Приплыли... - почти гневно выдохнул Джеймс. Развязав и сняв с бёдер толстовку, он скомкал её, пытаясь примерно повторить форму гнезда, а затем аккуратно пересадил в неё цыплят. Курицу он сунул под мышку. Та, на удивление, не стала сопротивляться.       Джеймс продвигался всё глубже и глубже, подбирая с земли перепуганных несушек и их цыплят, с каждым шагом всё дальше отходя от Штормового сада. Когда их духовная связь с Галактическим Полётом перестала ощущаться так остро и ярко, Джеймс начал по-настоящему нервничать. Над головой навис густой туман, глаза слезились от резкого запаха тины, а исцарапанные колючками ноги отказывались нести тело дальше и молили о передышке.       Джеймс снова уловил краем уха кудахтанье, принадлежащее двум птицам сразу. Он остановился, чтобы перевести дух, и осмотрел куриц, которых уже успел поймать.       Две самые упитанные несушки торчали у него под мышками. Одна сидела на голове, из-за чего Джеймс был вынужден держать спину ровно, которая нереально болела после долгого нахождения в седле. Ещё две сидели на запястьях, опасно балансируя на худых руках и рискуя брякнуться на землю. Мест для ещё двоих куриц на нём уже попросту не было.       -Они же вряд-ли добровольно пойдут за мной, верно? - тяжело дыша и облизывая пересохшие губы, пробормотал Джеймс себе под нос. -Это же не лошади. Они не додумаются.       Он огляделся по сторонам. Его тело было настолько напряжено, и страх бежал по жилам с бешеным ритмом, что это казалось обычным состоянием. Джеймсу на секунду показалось, что неподалёку расположенное болото странным образом воздействовало на его рассудок своими токсичными испарениями: страх холодным камнем упал в низ живота, желудок сжался сильнее обычного, а на спине проступил холодный пот, заставляя футболку противно прилипнуть к спине. «Думай, Клаудмилл, думай!».       Джеймс сделал шаг назад, что восстановить или хотя бы краем сознания зацепиться за ниточку духовной связи с Галактическим Полётом, однако он отошёл достаточно далеко, чтобы эта самая связь и вовсе перестала ощущаться. Как будто её не было. Джеймсу показалось, что у него внутри всё похолодело.       Мрачные тучи низко нависли над лесом, заглушая последние лучики солнца, которые могли проникнуть в эту глушь. Ветер пронзительно свистел, заставляя несушек встревоженно кудахтать. Лихорадочный зной давил на царапины, словно горячие утюги. Джеймс нервно усмехнулся, когда ему в голову закралась мысль, что шторм сейчас был бы как раз кстати.       -Так. - Придя в себя, Джеймс заговорил более окрепшим голосом. Он медленно присел на корточки, опасаясь спугнуть притихших в кустах куриц, опустил толстовку с цыплятами на траву, а затем по очереди снял птиц со своего тела. Он сокрушённо вздохнул, глядя на свои покрытые царапинами запястья.       -Блеск, - снова бесстрастно прокомментировал он. Встряхнувшись, он сделал несколько осторожных шагов к кустам ежевики и прислушался. За зарослями ежевики действительно притаились две курицы, которые очень тихо, почти не слышно кудахтали, как будто заподозрили, что где-то поблизости бродит один недалёкий мэр.       Сделав ещё несколько неторопливых шагов к кустам, Джеймс раздвинул их, но сделал это слишком резко и громко: курицы в страхе бросились врассыпную. Чертыхнувшись, Клаудмилл выскочил из кустов и прыгнул вслед за ними, запнулся об торчащую из земли корягу и неуклюже бултыхнулся в болото. Громкий звук напугал оставленных им куриц, и они точно так же разбежались кто куда.       Джеймс взвыл от безысходности, понимая, что в буквальном смысле идёт ко дну в полном одиночестве. «Ну, вот и всё. Я обречён».       Кроссовки только жалко.       -Oh mon Dieu! - донеслось откуда-то сверху, и Джеймс вскинул голову, не веря своему счастью. Над ним, зажимая нос и рот ладонью, висел Идрис, которого со всех сторон окружала розоватая дымка Пандории.       -Эй! Скорее, вытащи меня отсюда! - крикнул Джеймс, надеясь, что циркач услышит его на таком расстоянии.       -Я бы хотел попросить вас относиться ко мне немного уважительнее, молодой человек, но не думаю, что мы находимся в подходящей для этого ситуации! - закричал в ответ Идрис, и Джеймсу почему-то захотелось макнуть его головой в эту вязкую субстанцию, в которой сам погряз почти по пояс.       Долго думать Идрис не стал: одной рукой придерживая цилиндр, он брезгливо наморщил нос и спустился чуть ниже, протягивая Джеймсу свободную руку с криком «хватайтесь!». Джеймс ухватился за его неширокую, твёрдую ладонь, и Идрис, с трудом справляясь с подступающей тошнотой, без особых усилий выдернул юношу из болота и швырнул на берег, на котором уже беспокойно топтались Зи и Галактический Полёт. Не устояв на ватных ногах, Джеймс кубарем покатился по земле, теряя по пути очки. Идрис мягко приземлился на траву рядом с ним, цокая языком. Нервно взвизгивая, французский сель приблизился к хозяину и ткнулся носом в его шею, отчего Джеймсу стало щекотно и он рассмеялся.       -Я тоже переживал, - улыбнулся он, обеими руками обхватив морду коня и оставив поцелуй меж ушей.       -Это всё, несомненно, прелестно, но... - вновь заговорил Идрис, подбирая с земли очки Джеймса.       -Но?       Протерев белым шёлковым платком испачкавшиеся очки, циркач протянул их Джеймсу и закончил:       -...Но нам стоит присоединиться к отряду.

      ***

      Нацепив очки на нос и поднявшись с земли с помощью заботливо подставленной морды Галактического Полёта, Джеймс обратился к Идрису.       -Боюсь, это невозможно, - качая головой, ответил он. От пронзительного взгляда циркача у него по спине пробежали мурашки. -Я должен собрать всех сбежавших куриц и вернуть их Ли Цзяню.       -Вы про того несносного старикана? - догадался Идрис, приподнимая бровь. -Не беспокойтесь об этом: Зи выполнила вашу работу за вас.       Джеймс обернулся и вздрогнул. Зи неслышно подошла сзади, умными глазами глядя на юношу.       -Спасибо... - пробормотал он, протягивая руку и кончиками пальцев касаясь её морды. Галактический Полёт ревностно покосился в её сторону.       -Не стоит благодарности, - отмахнулся Идрис. Поправив съехавший набок цилиндр, он направился предположительно в сторону Штормового сада, взмахом руки позвав за собой Зи и Джеймса.       -Вообще-то я не с тобой... - нахмурился и пробормотал в ответ Джеймс, но всё же последовал за ним. Французский сель тут же прижался к нему боком, отогревая, и Клаудмилл благодарно потрепал его по шее.       Шли они недолго: примерно через семь минут Джеймс краем уха уловил стук топора и треск дерева. Он ускорил шаг и поравнялся с Идрисом. Повернув к нему голову, он заметил, что на лице циркача не дрогнул ни один мускул.       Сделав ещё несколько уверенных шагов вперёд, Идрис взмахнул рукой. На кончиках его пальцев загорелся едва заметный розоватый огонёк. Сильная магия, подобно яростному порыву ветра раскидала в стороны препятствия в виде колючих кустов шиповника, вырывая некоторые растения с корнем. Джеймс на всякий случай снова заглянул Идрису в лицо. Он как-то странно улыбался.       Дождавшись, когда дорога расчистится, Идрис сжал руку в кулак, пряча свою магию. Вдалеке замаячили знакомые силуэты, и Джеймс, обогнав Идриса, поспешил им навстречу. «Аккуратнее!» - прозвучало в спину, но Клаудмилл уже не слушал.       Благодаря Идрису их появление получилось эффектным. Оно привлекло внимание не только рабочего отряда, но и трудяг на кукурузных полях. Первыми в поле зрения Джеймса попали Кейко и Рэд. Вооружившись тяжёлым топором, брат умело колол дрова, а Кейко стояла неподалёку, подкармливая пшеном окруживших её несушек.       -Что вы здесь делаете? - спросил Джеймс, лёгкой трусцой приближаясь к отряду. -И что этот тут забыл?       Большим пальцем левой руки он указал на идущего чуть позади Идриса и понизил голос. Однако у Идриса, похоже, обострился слух.       -Теперь я без зазрения совести могу попросить вас относиться ко мне с почтением, так как я любезно вызвался помочь рабочему отряду, - начал он, подходя ближе и надменно вскидывая подбородок, словно пытаясь смотреть на всех свысока.       -Он хотел сказать, что мы дали ему взятку, - перебил его Рэд, ехидно ухмыляясь и сверкая глазками в сторону Идриса.       -Арендовали на час, - добавила Кейко, и они с Рэдом стукнулись кулачками. Идрис обиженно фыркнул, но комментировать эту ситуацию не стал. Похоже, признал поражение.       Джеймс и Идрис помогли отряду закончить с работой, а когда пришло время прощаться и отправляться в путь, Ли Цзянь швырнул Клаудмиллу в руки мешочек с деньгами. Всадники продолжили двигаться в сторону Ярлахейма. Когда отъехали на приличное расстояние и затерялись в кукурузных полях, Джеймс догнал Рэда и протянул ему кошель.       -Зачем? - непонимающе глядя на брата, спросил он. Джеймс очень серьёзно посмотрел на него.       -Это за то, что выполнили за меня мою работу, - объяснил он и пришпорил Галактического Полёта, обгоняя идущих впереди всадников и вырываясь в самое начало отряда.       -Джеймс, стой! - окликнул Рэд, однако Клаудмилл-младший даже не оглянулся. Старший поймал внимательный взгляд Кейко. Та пожала плечами, мол, «делай, что хочешь». Тяжело вздохнув, Рэд убрал кошель в седельную сумку.       Через несколько минут непрерывной ходьбы Кейко подала голос, привлекая внимание Джеймса:       -А где Сакура и Хью?       Джеймс ответил с опозданием, перекрикивая шум ветра и топот копыт:       -Я отправил их в Ярлахейм, чтобы не терять время.       -Ты уверен, что это правильное решение?       Джеймс снова немного помолчал, собираясь с мыслями, а после зыркнул на Кейко через плечо.       -Ты права. Поторопимся.       Пришпорив Галактического Полёта, Джеймс во весь опор поскакал к стенам Ярлахейма, которые уже виднелись вдалеке. Удовлетворённая ответом, Кейко улыбнулась, а после поспешила за ним.       Джеймс почему-то никак не мог признать тот факт, что беспокоится не только за отряд, но и за Сакуру как отдельную личность. Сакура действовала ему на нервы своей необоснованной привязанностью, несмотря на то, что Джеймс уже несколько раз отвечал ей отказом. Они слишком молоды для отношений, да и ситуация неподходящая: Джеймс считал, что заводить отношения на рабочем месте или во время выполнения какой-то работы - нарушение дисциплины. Но Сакуре было плевать на это. Как и Рэду.       Отряд достиг стен Ярлахейма. На входе их встретили несколько стражников и сперва отказывались пропускать: присутствие выходца из Пандории в Ярлахейме не сулило ничего хорошего. Однако Джеймс убедил их в том, что Идрису (на время выполнения просьбы Хью) можно доверять, и стражники были вынуждены расступиться. Отряд вступил на территорию Ярлахейма.       Выйдя вперёд, Джеймс обвёл взглядом видимую ему область. Даже в плохую погоду Ярлахейм не пустовал почти никогда: по дорожкам туда-сюда сновали горожане, всадники, кто-то закупался в магазинчиках, кто-то листал свежую прессу, прогуливаясь возле фонтана. Единственную проблему представляли лишь GED, обосновавшие здесь свой штаб, однако они казались настолько призрачными, что жители Ярлахейма иногда забывали об их существовании.       Спрыгнув с Галактического Полёта, Джеймс обернулся на недоумевающий отряд и поспешил объясниться:       -Оставим лошадей. Нужно размяться.       Переглянувшись, члены отряда замешкались, а затем всё же последовали примеру Джеймса. Дольше всех ломался Идрис, который терпеть не мог передвигаться пешком, однако обещание Рэда «доплатить за рабочие часы» соблазнило циркача, и он, недолго думая, спешился с Зи.       Дождавшись, когда члены отряда друг за другом покинут сёдла и отведут лошадей на безопасное расстояние, Джеймс заговорил вновь:       -Кейко и Идрис опросят местных - только не угрожайте им - а мы с Рэдом отыщем Линду. Она точно должна что-нибудь знать.       -А мы? - указывая на себя коротким пухлым указательным пальчиком, поинтересовалась одна из девушек. Она была низкого роста, полноватая, но фигуристая, с густыми короткими волосами тёмно-русого цвета, и Рэд постоянно неприлично засматривался на неё. Джеймс сперва скептически поглядел на девушку, а затем отмахнулся:       -Да погуляйте пока.       Джеймс мог показаться равнодушным и безразличным по отношению ко всем членам своего отряда, и в этом, к сожалению, есть доля правды. Джеймс был уверен лишь в тех, кого сам длительное время уговаривал присоединиться к рабочему отряду Форт-Пинта - в Сакуре, Кейко и старшем брате. Все остальные действовали исключительно в собственных интересах, и большинство из них было зациклено на получении лёгких денег, поэтому Джеймс был готов к тому, что в один момент они достигнут нужной им суммы денег и уйдут по-английски. Несмотря на это, Джеймс в свои семнадцать лет нёс огромную ответственность за каждую голову в отряде, количество которых увеличилось до пятнадцати, поэтому он контролировал каждый их шаг и наблюдал издалека. Во многом от безопасности его воспитанников зависела его зарплата и репутация.       В глубине души Джеймс винил самого себя за необоснованную грубость по отношению к членам отряда, однако ничего не мог с этим поделать: дисциплина на рабочем месте для него превыше всего.       Ещё раз обсудив некоторые незначительные детали плана, Джеймс и Рэд отправились на поиски Линды Чанды. Воздух был душным; с Долины Спрятанного Динозавра на Ярлахейм угрожающе надвигались тёмные грозовые тучи, и местные жители спешили как можно скорее закончить со всеми своими делами, чтобы укрыться в домах до начала очередного шторма.       Клаудмиллы поднялись на уровень повыше, и Джеймс по памяти отыскал домик Линды - одной из Духовных наездниц и по совместительству лучшей подруги Алекс. Метеор безмятежно пасся на небольшом участке зелени, а когда его чувствительных ушек достиг звук чьих-то шагов, то вскинул голову и заозирался. В поле его зрения попал сперва Рэд, а затем и Джеймс.       -Сколько зим, сколько лет! - воскликнул конь и лёгкой трусцой приблизился к парням. На лице Джеймса не дрогнул ни один мускул, а Рэд с лучезарной улыбкой вынул из кармана два кусочка сахара и протянул Метеору.       -Привет, - поздоровался он, наблюдая за тем, как жадно конь хватает сахар с его ладони.       -Давненько Клаудмиллы не появлялись в Ярлахейме, - сообщил Метеор, осматривая каждого брата по очереди, словно отмечая какие-то изменения в их внешности.       -Мы по делу, - пояснил Джеймс. -Линда здесь?       -Разумеется.       Метеор вернулся на свой облюбованный газон, пропуская братьев вперёд. Обогнав Рэда, Джеймс приблизился к домику и несколько раз постучал. Сперва ничего не происходило, а затем дверь приоткрылась и послышался голос Линды.       -Кто?...       -Это я, Линда.       -И я!       Судя по звуку, Линда что-то уронила, и парни недоумевающе переглянулись. В следующую секунду дверь захлопнулась, и из-за неё донёсся негромкий возглас: «Одну секунду!». Джеймс едва удержался от того, чтобы не закатить глаза, а Рэд для профилактики пихнул его локтем под рёбра.       Линда не заставила «гостей» долго ждать: уже через несколько секунд она впустила их в домик и предложила фруктовый чай. Рэд с радостью согласился, а Джеймс привалился плечом к стене и сложил руки на груди с бесстрастным выражением лица. Он окинул взглядом убранство домика.       Домик состоял всего из одной комнаты, но Линда в большем и не нуждалась. Комната была выполнена в розовых, фиолетовых, лиловых оттенках, от которых у Джеймса рябило в глазах. Деревянный пол приятно поскрипывал под ногами. Джеймс также обратил внимание на большое количество разных постеров, кое-где висели яркие гирлянды с тёплым светом, на стенах красовались медали, а в углах комнаты цвели и благоухали потрясающей красоты растения. На низеньком столике возле кровати рядком стояли ароматические свечи, благодаря которым в комнате витал приятный аромат эспрессо и лесных орехов.       -Джеймс, хватит мяться у порога, проходи, - предложила Линда, взмахом руки подозвав к себе замешкавшегося Джеймса. Однако тот в ответ помотал головой.       -Мы ненадолго, - отрезал он и неожиданно почувствовал укол совести, когда лицо Духовной наездницы потемнело и улыбка сошла с её губ. -Ты не в курсе того, что случилось на полуострове?       Линда сразу же сделала умное лицо, обхватив двумя пальцами подбородок и всерьёз задумавшись. Рэд шумно отхлебнул из чашки, чтобы разбавить неловкую тишину. Через несколько мгновений, потраченных на размышления, Линда отрицательно покачала головой.       -А что стряслось?       Джеймс вздохнул.       -Если вкратце, то на прошлой неделе с полуострова из-за сильного шторма пропал табун диких лошадей, - объяснил он, неуверенно продвигаясь вглубь домика. -Мы подумали, что вы с Метеором можете что-то знать по этому поводу...       Линда снова качнула головой.       -Прости, я не могу ничего сказать, - ответила она. -Но я могу помочь их отыскать.       -Тоже за отдельную плату? - как-то странно прищурившись, уточнил Джеймс. Линда удивлённо поглядела на него, хлопая ресницами, а Рэд резко изменился в лице и закричал, размахивая руками, как мельница:       -Frérot, иди-ка ты отсюда! (см. «Словарь Рэда Клаудмилла»)       Рэд выставил брата за дверь, и Джеймс, оказавшись на улице, решил немного пройтись, доверив Клаудмиллу-старшему вести переговоры с Духовной наездницей. Отыскав в безлюдной части Ярлахейма ларёк с прохладительными напитками, Джеймс расплатился за клубничный фреш и продолжил наслаждаться видами на воду, лес и виднеющиеся на горизонте горы. Грозовые тучи, которые неумолимо быстро надвигались на материк, не сулили ничего хорошего и заставляли содрогаться. «Нужно успеть до начала шторма», - подумал Джеймс, делая несколько глотков фреша.       Примерно через десять минут к нему присоединились Рэд и Линда с Метеором.       -Времени у нас немного, поэтому не будем тянуть и отправимся в путь, - тут же сказал Джеймс, выбрасывая опустевший стаканчик в стоящую неподалёку урну.       -Джеймс, стой! - окликнул Рэд, привлекая к себе внимание младшего брата. Дождавшись, когда Джеймс обернётся на него, Рэд продолжил:       -К чему такая спешка? Переживаешь за Сакуру?       -Разумеется, Гарнок бы тебя побрал! - прорычал Джеймс. -Я оставил их на произвол судьбы с человеком, которому доверяю меньше, чем кому-либо ещё.       Кто-то высунулся из приоткрытого окошка и пригрозил Джеймсу кулаком, явно недовольный тем, что его разбудили, поэтому Джеймс понизил голос.       -К тому же надвигается шторм. Лучше закончить со всем этим до того, как он обрушится на материк.       Рэд и Линда переглянулись.       -Была бы здесь Кейко... - мечтательно вздохнул блондин, и Джеймс отмахнулся от него со словами «да отстань ты». Развернувшись, он почти бегом направился в сторону главных ворот Ярлахейма. В спину прозвучало звенящее «Подожди!» и топот копыт Метеора.       Когда Клаудмиллы и Линда добрались до главных ворот, то заметили, что Кейко, Идрис и остальные члены отряда в полном составе уже ждали их возле оставленных ими лошадей. Галактический Полёт, ещё издалека заметив хозяина, топтался на месте и сходил с ума от нетерпения. Усмирить его удалось только Джеймсу, который успокаивающе прикоснулся ладонью к его лбу.       -Ну что, есть новости? - поинтересовался он, обращаясь к Кейко. Девушка усердно закивала.       -Некоторые местные жители жаловались на то, что ночами по городу то и дело бродили напуганные лошади, а когда они пытались их успокоить, что животные разбегались в страхе.       -Позвольте я тоже вставлю свои пять копеек. - В разговор встрял Идрис, переключая на себя внимание Джеймса. Линда нахмурилась и сжала руку в кулак, собираясь ударить по смазливому лицу пандорианца лунной магией, однако Рэд успокоил её невесомым прикосновением к запястью.       -Валяй. - Джеймс бесстрастно взмахнул рукой: инициатива выслушивать хоть какие-то звуки, вырывающиеся изо рта пандорианца его совсем не радовала, однако выбора у него особо не было.       -По словам очевидцев, среди взрослых особей были ещё и новорожденные жеребята, которым требовалась помощь.       Рэд шёпотом выругался на французском.       -Опоздали? - уточнил Джеймс и почувствовал, как от согласного кивка Идриса у него всё похолодело внутри. «Опоздали» - повторил он про себя, и слово неприятной горечью осело на кончике языке.       -Но у нас есть ещё немного времени, - добавила Кейко. -Лучше как можно скорее добраться до головной конюшни. С наибольшей вероятностью лошади могли пойти туда в поисках помощи.       -Не будем терять ни минуты. Поехали, - скомандовал Джеймс, подтягиваясь в стременах и забираясь в седло. Подтолкнув Галактического Полёта пятками в бока, он несколько раз пришпорил его, разгоняя до бешеной скорости, и поспешил к конюшне Юрвика. Недолго думая, отряд заторопился за ним, стараясь не отставать.       Идрис не соврал: они действительно опоздали, однако Джеймс готовился к худшему. Увиденное повергло его в шок и обрадовало одновременно. Натянув поводья, Джеймс на ходу спрыгнул с Галактического Полёта и трусцой подбежал к загону, в котором мирно паслись потерянные дикие лошади. Внезапно возникший рядом с ним Рэд снова почти неслышно выругался на французском. Новорождённых жеребят нигде не было видно, и Джеймс обернулся на оставшегося позади Идриса. Циркач, словно прочитав его мысли, озадаченно развёл руками, мол, «я тоже ничего не понимаю».       -Рабочий отряд! - До ушей Джеймса долетел знакомый девичий голос, и оба Клаудмилла синхронно повернули головы на звук. К ним приближалась Алекс, приветливо размахивая рукой. Заметив среди толпы всадников Идриса, она резко затормозила и изменилась в лице.       -Всё нормально, он с нами, - успокоил её Джеймс, и девушка, пускай и с неохотой, позволила себе приблизиться к ним. Мёртвой хваткой припечатав к своей груди младшего брата, она растрепала его пшеничного цвета волосы, отчего Джеймс возмущённо закряхтел, пытаясь вырваться из её хватки. Весело смеясь, Алекс всё же отпустила его, а затем переключила внимание на Рэда. Какое-то время они молча глядели друг на друга, а затем Рэд первый переступил через гордость, кивнул в качестве приветствия и скромно, почти нехотя заключил сестру в объятия. Обнимая старшего брата, Алекс почему-то почувствовала себя в безопасности, несмотря на то, что со старшими Клаудмиллами у неё были натянутые отношения...       -Что здесь происходит? - с вызовом спросил Джеймс, привлекая внимание сестры. Звенящий от волнения голос юноши почему-то только сильнее развеселил Алекс, и она по-доброму улыбнулась.       -Я думаю, вам стоит спросить об этом у другой части рабочего отряда, которая прибыла в самый ответственный момент, - уклончиво ответила она. -Я провожу вас.       «Будьте здесь» - попросил Джеймс у отряда перед тем, как последовать за Алекс и Рэдом. Втроём они направились к конному двору, и Джеймс на всякий случай снова заозирался, словно пытаясь взглядом отыскать новорождённых жеребят, о которых говорил Идрис. Рэд успокаивающе прикоснулся ладонью к его плечу.       Алекс привела братьев к конюшне. Рэд помог ей открыть тяжёлые деревянные ворота, и вскоре они оказались внутри. От увиденного Джеймс снова лишился дара речи. Оказалось, новорожденные жеребята всё время были здесь, в тепле и безопасности. Один из них мирно посапывал на куче сена, а его голова покоилась на коленях сидящей рядом с ним Сакуры. Её внимание привлёк скрип дверей, и она, заметив в проходе Джеймса и Рэда, помахала им рукой. Хью сидел на невысоком табурете чуть в стороне, длинными мозолистыми пальцами ощупывая тельце одного из жеребят, словно проверяя наличие ран и других повреждений.       -Привет, - поздоровался Джеймс, приближаясь к Сакуре. -Объяснишься?       Сакуре почему-то его интонация показалась грубой, и она стушевалась. Аккуратно переложив голову жеребёнка на кучу сена, она поднялась на ноги и отряхнулась, а после кивнула в сторону выхода.       -Пойдём.

      ***

      Группка всадников под командованием Хью Шепарда и Сакуры Дэрлорд приблизилась к стенам Ярлахейма - городка, в котором всегда царила дружелюбная атмосфера и который имел все необходимые условия для комфортного проживания. А самое главное, чем мог похвастаться Ярлахейм - открытый вид на природу. Близость с конюшней ещё больше прославила Ярлахейм. Большое количество магазинчиков и даже наличие ветеринара создавали безопасную атмосферу. Местные жители из поколения в поколение считали, что это лучший город Юрвика.       По мере приближения к головной конюшне Юрвика, Сакура обратила внимание на то, что Хью начал как-то странно ёрзать в седле, а его лошадь - прижимать порванные ушки к затылку. Слегка пришпорив свою кобылу, Сакура поравнялась с мужчиной.       -Что-то не так? - поинтересовалась она. Хью ответил не сразу.       -Предчувствие у меня странное, - вздохнул он, озираясь по сторонам. Сакура приподняла бровь, всем своим видом показывая Хью свою заинтересованность в этом вопросе. Он снова почти раздражённо вздохнул. -Моё чутье спасателя подсказывает мне, что что-то не так. Как никак, прошла уже неделя с момента исчезновения диких лошадей... Жеребята должны были уже давно появиться на свет...       -Лошади на Юрвике - поразительно умные животные, - начала Сакура, пытаясь успокоить Хью. -Я думаю, что если бы им понадобилась человеческая помощь, то они бы сделали всё возможное, чтобы получить её.       Хью как-то странно поглядел на девушку.       -Тебя этому коротышка Клаудмилл научил? - ехидно и одновременно пугающе скалясь, догадался он. Сакуре захотелось влепить спасателю пощёчину за такие слова, однако вовремя прикусила губу, возвращая себя в реальность. Отчасти Хью был прав: большинство нравоучений и несколько умных фразочек Сакура действительно украла у Джеймса. Она кашлянула в кулак и пришпорила лошадь, обгоняя Хью. В спину прозвучало что-то вроде «подожди меня!», но из-за шума ветра Сакура не расслышала.       Изнурённые жарой всадники добрались до фермы Санфельд, и Хью предложил задержаться здесь ненадолго, несмотря на то, что Сакура была против: ей хотелось закончить побыстрее, так как виднеющиеся вдалеке грозовые тучи не сулили ничего хорошего...       -О, Аиден, не мираж ли я вижу перед собой? - Хью улыбнулся, когда догадался,кому принадлежат эти сладкие речи.       -Филипп Санфельд, сколько зим, сколько лет! - воскликнул он, спрыгивая с лошади и неуклюже ковыляя к вышедшему из дома хозяину фермы. Мужчины горячо обнялись, похлопывая друг друга по спине. Краем уха Сакура уловила негромкое ржание и топот копыт. Ей показалось, что эти звуки доносились со стороны конюшни Юрвика...       -Рад видеть тебя в добром здравии, - честно признался Филипп, отступая на шаг. -А ну-ка, постой, я тобой полюбуюсь. Совсем не изменился... Рассказывай, как ты?       Хью стушевался и перебрал пальцами в воздухе, собираясь выложить старому другу всё, что тяжёлым пластом несколько лет лежало на его душе, однако недовольное покашливание Сакуры за его спиной заставило его отложить эту затею на неопределённый срок.       -Боюсь, у нас не так много времени... - пробурчал Хью, оглядываясь на оставшийся позади отряд. Филипп понимающе кивнул:       -Чем я могу помочь рабочему отряду?       В двух словах рассказав Филиппу о сложившейся вокруг Южного Копыта и рабочего отряда Форт-Пинта ситуацию, Хью добавил ещё кое-что, отчего Филипп странным образом повеселел. Вдвоём мужчины направились в неизвестном направлении, и перед тем, как уйти, Хью обернулся на отряд, пронзительным как у орла взглядом словно говоря: будьте здесь.       Сакура раздражённо закатила глаза. Дождавшись, когда мужчины скроются на поворотом и их голоса затихнут, девушка обернулась на отряд.       -Не будем терять время, - твёрдо заявила она. -Поехали.       -Тебе не кажется, что это как-то невежливо по отношению к Хью? - поинтересовался один паренёк из «Королевских Подсолнухов». Сакура нахмурилась.       -Больше всего меня сейчас заботит безопасность диких лошадей, - объяснила она, стараясь не обращать внимания на дрожащий от волнения голос. Члены отряда переглянулись между собой, а затем кивнули, соглашаясь с мыслями Сакуры. Повторив «поехали», девушка подтолкнула свою кобылу пятками сапог в бока, развернулась и направилась в сторону конюшни. На всякий случай она опустила руку на свою седельную сумку, в которой терпеливо ждала своего часа прочная верёвка.       Рабочий отряд под командованием Сакуры приблизился к головной конюшне Юрвика, которая как всегда встретила их торжественно и с каким-то шармом. Всадники вступили на территорию конного двора, и некоторые из них почти сразу же покинули сёдла, чтобы успеть отовариться в расположенных рядом ларьках. Сакура же продолжала упорно продвигаться вперёд, озираясь по сторонам. Ничего примечательного она пока не заметила, и это её совсем не радовало. Её подозрения по поводу нелегальной деятельности GED продолжали неумолимо подтверждаться.       На ходу спешившись с лошади, Сакура приблизилась к владелице конного двора - Джоанне. Женщина, которая до приезда рабочего отряда мыла руки водой из колодца, протёрла их о полы своего платья и с улыбкой подошла к Сакуре.       -Ослепительная встреча с ослепительной красавицей! - воскликнула Джоанна. Обхватив ещё влажными, прохладными ладонями запястья Сакуры, она слегка пожала их в качестве приветствия. -Чем могу помочь рабочему отряду?       Сакура кашлянула в кулак.       -Мы по поводу диких лошадей полуострова, - объяснила она. -Они пропали неделю назад из-за того разрушительного шторма, - она указала большим пальцем левой руки куда-то себе за спину, - поэтому мы думаем, что с наибольшей вероятностью они могли прийти сюда в поисках помощи.       Джоанна поглядела на Сакуру большими, умными глазами, отпуская её руку.       -К сожалению, я не могу ничего не сказать, - качая головой, ответила она. -Я нахожусь на конном дворе ежедневно с раннего утра до поздней ночи, и за это время я не встретила ни одной дикой лошади в округе.       -Ясно, - вздохнула Сакура. -Спасибо.       Вернувшись к своей лошади, Сакура достала из седельной сумки рацию, чтобы связаться с Джеймсом и доложить обстановку, однако сигнал почему-то не проходил. Рации, изготовленные в деревне Серебряной Поляны специально для рабочего отряда работали отлично даже на больших расстояниях, но в этот раз что-то пошло не так.       -В чём дело? - поинтересовался кто-то из отряда, и Сакура вместо ответа продемонстрировала им неработающую рацию. Точнее, она работала, просто вместо звукового сигнала, который свидетельствовал об установившемся контакте рация издавала жуткие помехи и наотрез отказывалась подключаться к нужной станции.       -Дай-ка мне свою рацию, - попросила Сакура у одной молоденькой всадницы. Она настроила нужную волну, и контакт между их рациями установился. Однако когда Сакура попыталась подключиться к станции Джеймса, рация снова начала неприятно шипеть и свистеть.       -Да что ж такое... - снова прокомментировала Сакура.       Сзади почти неслышно приблизилась Джоанна, потирая ладони друг о друга.       -Рабочий отряд, раз уж вы здесь... - вкрадчиво начала она. Дождавшись, когда Сакура обратит на неё внимание, женщина продолжила. -Не могли бы вы помочь мне с кое-чем?       -Да, конечно...       В следующую секунду, перебив Сакуру, за пределами конного двора раздался громкий, почти надрывный возглас, который показался Сакуре неожиданно знакомым. «Сакура, кажется, у нас проблемы!» - тут же донеслось откуда-то с конца отряда, и девушка, не помня себя от волнения, неслышно ругнулась.       -М-может, в другой раз!...       Попрощавшись с владелицей конного двора, Сакура продралась сквозь зазевавшихся всадников, продвигаясь к выходу с территории конюшни. То, что она увидела, лишило её дара речи.       Секунду назад на прилегающей к конюшне территории не было ни души, а теперь, подобно надоедливым насекомым, в разные стороны разбежались дикие лошади и жеребята, которые едва-едва могли стоять на ножках-спичках. Марк и вовремя приехавший представитель организации «Лошади Юрвика» Гильермо, недовольные тем, что их застали врасплох, бросились врассыпную, пытаясь усмирить чем-то напуганных лошадей. Марк скакал возле них как сайгак, а Гильермо, вооружившись лассо, пытаясь поймать хоть одну лошадь. Внезапно возникшая из ниоткуда Алекс стояла неподалёку, своей сильной духовной магией создавая мощный электрический щит и командовала: «загоняйте их сюда!».       Сакура стиснула зубы и почувствовала, как от напряжения у неё свело скулы. Несомненно, она была рада, что им удалось отыскать лошадей без применения грубой силы по отношению к GED, однако она даже представить себе не могла, что это окажется так волнительно!       -По коням! - скомандовала она более окрепшим голосом. В считанные секунды оказавшись в седле, она дрожащими руками достала из седельной сумки верёвку, на ходу затянула её, превращая в лассо, и бросилась в самую гущу событий. Издав победный клич, оставшийся позади рабочий отряд последовал её примеру, а откуда-то издалека послышался возмущённый, но такой же испуганный голос Хью:       -Дэрлорд, ну я же просил подождать!...

      ***

      -...Рабочему отряду ничего не оставалось сделать, кроме как помочь Марку, Гильермо и Алекс поймать каждую из лошадей. С жеребятами удалось поладить почти сразу же; мы с «Королевскими Подсолнухами» отвели их сюда. К счастью, лошади не успели убежать далеко: мы догнали их у фермы Голдспур и вернули обратно. А потом приехали вы.       Джеймс терпеливо молчал, вслушиваясь в каждое слово Сакуры и анализируя его. После того, как она завершила свой рассказ, он несколько раз кивнул, а после успокаивающе накрыл её внезапно задрожавшую руку своей ладонью.       -Спасибо, - почему-то сказал он, и Сакура почувствовала, как заколотилось её сердце. Она перевела на него взгляд. -Вы молодцы, рабочий отряд. Я в вас не сомневался.       Сакура улыбнулась и пробубнила себе под нос что-то вроде «это моя работа», а затем заговорила вновь, когда её язык немного отдохнул после такого долгого рассказа.       -Так что случилось с рациями? Почему они не работали? - поинтересовалась она. Джеймс сконфуженно потёр затылок ладонью.       -Потом расскажу.       Сакура изменилась в лице. Ей действительно было любопытно, по какой причине качественные и разработанные на заказ рации вдруг перестали работать, но настаивать на своём она не стала. Созреет - расскажет.       Джеймс и Сакура вышли за пределы конюшни, прогуливаясь по прилегающей к ней территории. Лошади, которые мирно паслись и дремали в манеже, защищённом электрическим щитом Алекс, радовали глаз не только Сакуры, но и Джеймса, который был определённо доволен выполненным заказом. Рабочий отряд наслаждался появившейся свободной минуткой, помогая Джоанне с какими-то мелкими делами. Кому-то Алекс разрешила войти в манеж, и теперь несколько всадниц прогуливались среди лошадей под её пристальным надзором. Однако расслабляться было ещё рано: пол дела сделано, осталось вернуть лошадей на полуостров до начала шторма.       «Не успеем», - про себя подумал Джеймс. Сакура, похоже, прочитала его мысли. Задрав голову, она с ужасом в глазах глядела на нависшие над материком тучи. Где-то вдалеке уже лил дождь.       -Что делать будем? - осторожно спросила Сакура. Нагнувшись, Джеймс сорвал травинку и зажал кончик зубами. -Мы не успеем добраться до ближайшего конного двора.       Джеймс помолчал, рассеяно кусая зубами травинку, а после морщась от горького привкуса на языке. Сакура права: ближайший конный двор, который с наибольшей вероятностью сможет вместить двадцать лошадиных голов будет только в Нью-Хиллкресте. Задерживаться в головной конюшне тоже не удастся: с минуты на минуту должна начаться программа Гильермо Гадеа, связанная с фестивалем конного спорта. Джеймс потёр указательным пальцем кончик глаза, собираясь с мыслями.       -Поедем через Грёндал, - внезапно объявил он, а когда поймал удивлённый взгляд Сакуры, то поспешил объясниться. -В лесу меньше шансов, что нас смоет дождём или сдует ветром. Находиться всё время в дороге и жертвовать вашим здоровьем я не хочу, поэтому как только мы достигнем Грёндала, Идрис создаст щит.       -Надеюсь, в этот раз погода сжалится над нами и просто омоет материк дождём...       В ответ на мечтательный вздох Сакуры Джеймс нервно усмехнулся.       Джеймс мог показаться безразличным по отношению к сложившейся ситуации, однако он действительно был горд за Сакуру и искренне радовался тому, что им удалось отыскать пропавших лошадей полуострова. Просто почему-то он никак не хотел мириться с этим фактом.       Джеймс позволил отряду насладиться свободным временем ещё пятнадцать минут, а затем собрал всех для того, чтобы обсудить дальнейшие действия. Вкратце пересказав свой план, он поинтересовался о наличии вопросов, и из воздуха тут же материализовался Идрис.       -А меня кто-то спросил о том, хочу ли я тратить свою драгоценную магию на создание щита?... - почти обиженно спросил он. Рэд пихнул его локтем под рёбра, из-за чего Идрис ойкнул и потёр ушибленное место. Все его вопросы сразу же отпали. Удостоверившись в том, что план всех устраивает, Джеймс объявил отправление в путь. Следующая остановка - Грёндал.       Ветер со временем стал более холодным и пронизывающим, небо посерело, укутавшись в чёрный цвет. Казалось, лица проходящих мимо людей тоже помрачнели, слившись с погодой, что так портила настроение и вызывала меланхолию. По мере приближения к Грёндалу, который лишился своих ярких зелёных красок и теперь выглядел устрашающе, Сакуре становилось тревожно. Обеспокоенные вороны, пролетающие над головами, которых раньше на Юрвике не наблюдалось, лишь усугубляли надежду на появление радуги и солнечного света.       Всадники ступили на территорию Грёндала, и Джеймс обернулся на Идриса, который замыкал отряд. Идрис вздохнул и пробубнил себе под нос что-то вроде «чем я занимаюсь в свой выходной», но пререкаться не стал. Вместо этого он притормозил Зи, растёр ладони друг о друга и воздел руки к небу. Розоватая пандорианская магия нарочито медленно, словно нехотя потекла по венам, тонкой паутинкой опутала длинные пальцы Идриса, а затем просочилась сквозь кожу и выстрелила куда-то вверх, подобно фейерверку. Через несколько секунд сгусток магии, взорвавшись с негромким хлопком, образовал бледно-розовый дымящийся купол, который накрыл собой Грёндал. Удовлетворённый результатом Идрис сжал руки в кулаки и снова потёр внезапно зазудевшие ладони, собирая излишки магии.       -Учтите, что я не смогу долго поддерживать щит, поэтому рано или поздно он пропадёт! - предостерёг Идрис, наблюдая за тем, как рабочий отряд продолжает продвигаться всё глубже и глубже в заросли Грёндала.       -Сколько у нас есть времени? - спросил Джеймс. Идрис задумался.       -Приблизительно часа три, - ответил он. -Через три часа щит сбросится, и мне понадобится время, чтобы восстановить его.       Джеймс понимающе кивнул и отвернулся. Идрис, явно недовольный тем, что ему не удалось избавиться от ненавистного ему занятия, раздражённо поцокал языком, а затем послушно последовал за отрядом, легонько подтолкнув Зи пятками в бока.       Спустя несколько минут непрерывной ходьбы рабочий отряд наткнулся на непримечательную, но вполне вместительную полянку. Несмотря на предостережение Идриса, всадники оставили неподалёку лошадей. Поймав напряжённый взгляд пандорианца, Джеймс на секунду о чём-то задумался, а затем сказал:       -Всё схвачено. - Идрису его тон не понравился и не внушил уверенности, однако спорить с мэром Форт-Пинта он не стал. Пока юноши в отряде раскладывали спальники и подготавливали кострище, Кейко и Сакура занялись ужином. Тыквенный пирог Джейми уже давным-давно остыл и уже не источал прежний изумительный аромат, поэтому девушки решили разогреть его у огня. Джеймс и Рэд отправились за хворостом. Идрис бесцельно бродил вдоль щита, небрежно ведя по нему ладонью. Рэд ради интереса тоже дотронулся пальцем до дымящегося щита и пожалел об этом: щит оказался неожиданно горячим, почти кипящим, и Рэд с громким «ай» отдёрнул руку.       Совсем скоро погода окончательно испортилась: несмелые капли дождя превратились в ужасный ливень. Он был настолько сильным, что казалось, кто-то льёт сверху из вёдер воду на людей. Идрис, который всё это время с какой-то тревогой стоял почти вплотную к своему щиту и рассматривал окрестности, заметил, что у многих людей за пределами щита началась паника - такой страшной оказалась стихия. Никто не знал, чего ждать от переменчивой погоды Юрвика. На тёмном небе стали видны вспышки, сопровождаемые каждый раз раскатами грома. Дикие лошади, которые паслись неподалёку, сбились в кучу, явно напуганные погодой, из-за которой им пришлось покинуть родной полуостров Южного Копыта.       Однако рабочий отряд Форт-Пинта не унывал: несмотря на жуткую, но приятную усталость, всадники веселились, пели песни, собравшись вокруг пылающего костра, кушали и играли в различные игры. Наибольшей популярностью пользовался «Крокодил».       Через некоторое время Идрис захотел есть, перешагнул свою гордость и присоединился к отряду. Согревшись у костра в плохую погоду, Кейко задремала на плече у Рэда, и тот прижался щекой к её макушке, с трудом борясь со сном. Джеймса и Алекс поблизости нигде не было видно, скорее всего, они решили прогуляться, пока щит позволяет.       Когда обещанные Идрисом три часа начали подходить к концу, пандорианец вновь покинул искрящийся радостью круг всадников, чтобы заняться восстановлением и укреплением щита.       Когда совсем стемнело, всадники засобирались спать, и в это время вернулись Джеймс и Алекс. О чём-то горячо беседуя и смеясь, они дошли до места ночлега рука об руку. Перешагнув бревно, на котором сидела Сакура, Джеймс устало шлёпнулся рядом с ней. Девушка удивлённо уставилась на него, хлопая ресницами.       -Доброй ночи, - пожелал Джеймс, наблюдая за тем, как Алекс, Кейко и Рэд удаляются в сторону своих оставленных неподалёку спальников. Странный блеск в глазах Джеймса пробудил в сердце Сакуры приятное, но пугающее чувство. Ей отчего-то стало щекотно где-то в животе.       Дождавшись, когда все члены рабочего отряда заберутся с головами в спальники и засопят, Джеймс развернулся к Сакуре, и их взгляды встретились.       -Ты чего спать не идёшь? - поинтересовалась Сакура и со стеснением заметила, что её голос дрогнул, а сердце заколотилось, но она старалась не подавать виду. Улыбка с лица Клаудмилла пропала, и бледные губы вновь вытянулись в тонкую ниточку. Юноша сохранял молчание, словно не услышал вопроса. Их колени соприкоснулись.       Вздохнув, он потянулся к ней первый и, наконец, поцеловал, но не просто легонько в губы. Это был первый и неловкий подростковый поцелуй, от которого мысли путаются и бабочки в животе сходят с ума от переизбытка чувств. Сладко. Неуверенно. До мурашек. Галактический Полёт, наблюдавший за всем этим со стороны, недовольно всхрапывал и пытался помешать целующимся, но Джеймс постоянно отталкивал его морду рукой. От Джеймса пахло морем и сеном, а от Сакуры так, словно она всю жизнь живёт и спит прямиком в денниках. Хотя, по сути-то, так и есть: Сакура обожает лошадей, именно поэтому большую часть свободного времени она проводит в конюшне.       Им обоим катастрофически не хватало воздуха, и только тогда, когда лёгкие начали гореть от нехватки кислорода, Джеймс разорвал поцелуй первым.       Прошло всего пару секунд, но в это краткое мгновение казалось, что время вовсе остановилось. Всё, кроме их поцелуя, не имело значения. «Да, они несомненно до беспамятства любили друг друга...» - хотела сказать Сакура, но в голову к Джеймсу она, к сожалению, заглянуть не могла.       Какое-то время они молчали, неотрывно глядя друг на друга и наслаждаясь треском сухих веток в костре. Джеймс отмер первым. Улыбнувшись, он прошептал почти неслышно:       -Не забудь потушить костёр, когда пойдёшь спать.~       Поднявшись с бревна, он отряхнулся и по памяти проковылял к своему спальнику. Сакура дотронулась кончиками пальцев до своих губ. Приятное покалывание пускало по её телу сотни электрических разрядов. Откуда-то слева приблизился Идрис, потирающий зудящие ладони.       -Рад за вас, - буркнул он, и Сакуре не составило труда догадаться, что он всё видел. Она смутилась ещё сильнее, а вдобавок ещё и покраснела. Идрис сел на бревно, которое подозрительно скрипнуло под весом его тела и добавил, не глядя на Сакуру. -Ложись спать.       -А ты?... - осторожно поинтересовался Сакура. Циркач медленно перевёл на неё взгляд.       -Ваш командир очень опрометчиво отнёсся к моему предупреждению, поэтому я останусь на ночь и попытаюсь усилить защиту, - бесстрастно ответил он, а затем возвёл глаза к небу. Щит над Грёндалом красиво, но пугающе переливался всеми оттенками розового.       С трудом справляясь с дрожью в коленках, Сакура отклеилась от бревна и тоже отправилась спать. В темноте отыскав свой спальник, расположенный рядом со спальником Кейко, девушка забралась в него с головой и провалилась в тревожный сон.

      ***

      На следующее утро, как только яркое юрвикское солнце поднялось из-за горизонта и владельцы фермерских угодий вышли в поля, Джеймс объявил отправление в путь. Он проснулся самый первый из-за холодных дождевых капель, упавших ему на лицо. Идрис оказался прав: посреди ночи пандорианский щит действительно сбросился, но ему удалось восстановить его до того, как ливень обрушится на всадников и лошадей. Пандорианская магия Идриса была на исходе. Как и его терпение, и обещания Рэда «доплатить за рабочие часы» уже не работали.       Сакура и Кейко проснулись практически одновременно, и Дэрлорд тут же поймала внимательный взгляд Джеймса, сосредоточенный на её лице. В её голове моментально вспыхнули события прошлой ночи, кровь прилила к щекам, и девушка опустила голову. Заметив изменившееся выражение лица подруги, Кейко присела напротив неё на корточки, загородив собой Джеймса.       -В чём дело? Выглядишь не очень, - прокомментировала Кейко. Сакура перевела на неё взгляд. Она задумалась о том, что неплохо было бы излить лучшей подруге душу.       -Вчера ночью Джеймс поцеловал меня, - как можно тише ответила Сакура, и глаза Кейко округлились от шока.       -Да ладно?!       Испугавшись, что кто-то (например, Джеймс) может услышать их перешёптывания, Сакура кинулась зажимать подруге рот.       -Тихо ты! - шикнула она.       Тяжело вздохнув, Сакура вкратце пересказала Кейко события прошлой ночи, изредка кидая быстрые взгляды в сторону Джеймса, который сейчас о чём-то беседовал с Хью. Пока Сакура вела свой рассказ, девушки свернули спальники и затолкали в рюкзаки, а после собрались на скорую руку и присоединились к рабочему отряду. Пересчитав каждого члена отряда, Джеймс удовлетворённо кивнул, после жестом приказал всадникам следовать за ними с Хью и начал движение в сторону Нью-Хиллкреста.       Обратная дорога оказалась намного быстрее и легче, чем предполагал измученный ходьбой отряд. Джеймс шёл впереди, и Сакура периодически поглядывала на него. Однако юноша оставался бесстрастен. Единственное, что выдавало его с головой, это едва-едва заметный румянец на щеках. Рэд и Кейко шли чуть позади, о чём-то бурно дискутируя между собой, и некоторые всадники недовольно шипели на них.       Когда рабочий отряд поднялся к Штормовому саду и им не очень приветливо помахал Ли Цзянь, Джеймс снова издал странный звук ртом, подзывая к себе гнедую кобылку Сакуры. Встрепенувшись, лошадь ускорила шаг и поравнялась с Галактическим Полётом.       -Ты спрашивала про рации, - негромко начал Джеймс, дождавшись, когда Сакура окажется примерно на одном уровне с ним. -Помнишь, Ли Цзянь попросил меня о помощи?       -Помню.       -Он отправил меня... спасать его куриц. - Джеймс с каким-то отвращением покосился в сторону зарослей ежевики. -Я забрёл настолько далеко, что не работали не только рации, но и духовная связь с Полётом внезапно оборвалась.       Юноша несильно похлопал своего жеребца по шее. Он притих, и Сакура нервно потеребила поводья. Ей хотелось спросить у Джеймса, что за внезапный порыв страсти вчера накрыл их обоих с головой, но она пока не решалась. Здесь слишком много лишних ушей. Может, он действительно влюбился?...       Сакура вновь перевела взгляд на лицо Джеймса, которое теперь нравилось ей ещё больше. «Если бы я только могла знать, о чём ты думаешь...» - про себя подумала она, а затем, когда Джеймс поймал её заинтересованный взгляд, вздрогнула и отвернулась.       Преодолев территорию Зеркального болота, которое больше не пугало своей тревожной тишиной и темнотой, рабочий отряд достиг Нью-Хиллкреста. Всадники поблагодарили Джейми за действительно изумительный тыквенный пирог, а некоторые из них даже оставили женщине что-то вроде чаевых.       Рабочий отряд приблизился к конюшне Нью-Хиллкреста, и Джеймс в качестве приветствия кивнул каждому, кто её населяет, так как здороваться вслух с каждым ему было лень. Хью последовал его примеру. Пробегающие мимо дети радовались и скакали как ошпаренные возле спасённых лошадей, и членам рабочего отряда приходилось отгонять их чуть ли не хлыстами, чтобы дети не пугали бедных животных. Но дикие лошади, казалось, настолько устали, что у них попросту не осталось сил бояться.       Как только всадники пересекли мост, лошади узнали знакомое место. С громким, счастливым ржанием лошади бросились врассыпную, покрывая всю территорию полуострова в считанные секунды и распугивая отдыхающих птиц и бабочек. Хью на всякий случай пришпорил свою лошадь и с победным кличем поскакал вслед за лошадьми, чтобы те ненароком снова не разбежались по всему материку.       -Мы ещё не закончили, - неожиданно серьёзно сказал Джеймс, когда рабочий отряд облегчённо выдохнул и принялся стирать несуществующий пот со лба. -Точнее... Вы закончили. А мне нужно кое о чём поговорить с Хью.       -Ты всё ещё переживаешь из-за...? - начал Рэд, привлекая к себе внимание младшего брата, но Джеймс перебил его, согласно кивнув. -Понял.       -Что насчёт оплаты? - как бы невзначай поинтересовалась одна из всадниц. Джеймс как-то странно покосился на неё. «Так и думал».       -По вопросам оплаты обращаться к Юнасу, - сухо ответил он, большим пальцем левой руки указывая куда-то себе за спину. Сакура заметила, как изменилось настроение Джеймса от вопроса всадницы, но вмешиваться не стала. Вместо этого она осторожно дотронулась кончиками пальцев до его запястья. Джеймс почему-то отдёрнул руку, и Сакура почувствовала очень острый укол обиды. Поматросил и бросил?       Что-то бурно обсуждая между собой, всадники и всадницы отправились в сторону фермы и ранчо спасения, чтобы получить у Юнаса оплату за успешно выполненный заказ. Джеймс, Кейко, Сакура, Рэд и Идрис брели позади них, ослабив поводья и позволяя лошадям идти с такой скоростью, с какой им самим захочется. Джеймс всю дорогу глядел меж ушей Галактического Полёта.       Если так подумать, то заказ выполнила не основная часть отряда, которой должен был руководить Джеймс, а группка Сакуры, поэтому все почести и, в том числе, денежное вознаграждение должны были полностью достаться ей и ребятам, которыми она командовала. Ладно. После того, как они вернутся в Форт-Пинта, Джеймс обязательно придумает, как отблагодарить Сакуру.       Когда они добрались до фермы, то Джеймс с блестящими от разочарования глазами заметил, что рабочего отряда поблизости нигде не было видно. Холли, которая развешивала свежее постиранное бельё на верёвки, объяснила, что как только Юнас вручил им мешочки с деньгами, всадники один за другим покинули порт.       -Даже не попрощались, - вздохнул Рэд, а после заметил, как у Джеймса на щеках зашевелились желваки. Он ничего не сказал. Оставив неподалёку Галактического Полёта, он зашагал в сторону ранчо спасения и хижины Хью, чтобы задать ему все интересующие его вопросы. Перед тем, как уйти, он попросил ребят подождать его и пообещал, что скоро вернётся.       Джеймс был готов к тому, что после выполнения заказа рабочий отряд даже не удостоит его прощанием. И всё-таки он ужасный, строгий и безразличный горе-командир, но он ничего не мог с этим поделать. Когда дело касалось работы, он не мог позволить себе расслабиться в самый ответственный момент.       Дойдя до хижины Хью, Джеймс несколько раз постучал по деревянной двери и прислушался. Из-за двери не было слышно ни шороха, ни дыхания, ни чего-либо ещё. Это порядком насторожило Джеймса. Он обошёл хижину и заглянул в отдельно стоящий денник, в котором Хью выхаживал тяжело раненых лошадей. Увиденное повергло его в шок.       Американская верховая кобыла, на которой Хью несколько дней подряд рассекал Юрвик, на дрожащих ногах стояла в этом самом деннике и захлёбывалась пеной. Хью стоял возле неё, какой-то тряпкой потирая лезвие топора. Лошадь не шевелилась, её глаза были устремлены в одну точку, словно она смирилась со свей участью. С громким криком «стой!» бесцеремонно ворвавшись в денник, Джеймс в последний момент перехватил и оттолкнул рукой запястье Хью, который уже замахивался топором на измученную лошадь и готовился вот-вот ударить. Испугавшись такого резкого движения, кобыла с громким ржанием встала на дыбы, ударилась головой о крышу денника, от неожиданности запуталась в ногах и врезалась окровавленным боком в стену.       -Ты в своём уме?! - От страха, волнения и гнева голос Джеймса подлетел на несколько октав. Хью испуганно отшатнулся, округлившимися от ужаса глазами глядя на мальчишку. Волосы Джеймса были растрёпаны, очки съехали на кончик носа и рисковали вот-вот упасть на пол; его руки тряслись, но он стоял ровно.       -Ты всё не так понял! - запричитал Хью, размахивая руками и отступая на полшага.       -Тогда потрудись-ка объяснить, пока я не снёс тебе голову этим самым топором! - Джеймс ухватил из кучи сена вывалившийся из руки Хью топор. Громкий звук и словесная перепалка привлекли внимание оставшихся позади всадников. Ещё издалека почуяв что-то неладное, Рэд на ходу спешился с лошади и трусцой приблизился к деннику.       -Что у вас здесь... Merde. - Рэд выругался на французском и его голос приобрёл какие-то пугающие, загробные нотки, когда он разглядел то, что происходит в деннике. С трудом проглотив подступившую к горлу тошноту, Клаудмилл-старший осмелился приблизиться.       -Рэд, уведи лошадь, - трескающимся голосом приказал Джеймс. -Я разберусь.       -Будь осторожен, - шепнул старший брат. Поманив за собой уставшую и напуганную лошадь, блондин вывел её из денника. Ласково поглаживая животное по спине, он аккуратно повёл её к першерону и французскому селю, которые с какой-то тревогой наблюдали за происходящим, но не решались приблизиться. Через несколько секунд Рэд услышал в спину прохладное «выкладывай».       Вернувшись к Сакуре и Кейко, которые не находили себе места от волнения, Рэд вкратце объяснил им сложившуюся ситуацию, но вдаваться в подробности не стал: пускай Джеймс занимается этим сам.       Джеймс не стал долго церемониться с Хью. Выслушав его оправдания с невозмутимым выражением лица, он разукрасил его лицо парочкой синяков, а после практически за шкирку выволок из денника. Самостоятельно выносить Хью какой-то приговор он не стал: Аиден ему судья. Рассказав Юнасу о том, что произошло, Джеймс в подавленном состоянии вернулся к ребятам.       -Лошадь старая и больная, - объяснил Джеймс, ладонью прикасаясь к белой отметине на лбу трясущейся от страха и боли кобылы. Его глаза заблестели от жалости к ней и подступающих слёз. -Юнас сказал, что Хью не раз заикался о бойне и о том, что «бойня - идеальное средство для избавления от кляч».       -А он в курсе, что бойня законом запрещена на территории Юрвика? - прищурив глаза, уточнил Рэд. Девочки переглянулись между собой и синхронно закивали, соглашаясь со словами блондина. Джеймс с сокрушённым вздохом пожал плечами.       -Что будем делать? - поинтересовалась Сакура, когда молчание затянулось. Джеймс перевёл на неё взгляд.       -Есть у меня одна идея... - вкрадчиво начал он, но договорить не успел: к ним приблизился Юнас, размахивая рукой.       -Рабочий отряд! - Когда всадники обратили на него внимание, мужчина вручил каждому из них по мешочку фруктов, лекарств и денег. -Вы дважды протянули руку помощи полуострову, поэтому я даже не знаю, как вас отблагодарить... Это максимум того, что я могу себе позволить.       Джеймс успокаивающе улыбнулся и ободряюще похлопал Юнаса по плечу.       -У меня будет ещё одна, последняя просьба, - добавил Юнас. Он с печалью в глазах посмотрел на американскую верховую. От одного лишь взгляда на её жуткие царапины ему становилось не по себе. Он продолжил с тяжёлым вздохом. -Позаботьтесь о ней как следует. Пускай она испустит дух в лучших условиях.       Джеймс с готовностью кивнул: именно в этом и заключалась его идея, которую он собирался предложить ребятам. Перед тем, как покинуть полуостров, Джеймс договорился о транспортировке кобылы в Форт-Пинта, чтобы не заставлять её идти всю дорогу пешком, а также поинтересовался о судьбе Хью. Юнас не дал ему никаких надежд, сказав, что разберётся. Живодёр должен получить по заслугам.       Попрощавшись с Юнасом и Холли, рабочий отряд отправился к высокогорью Нильмер, чтобы проводить Идриса должным образом и захватить по пути Бездну, который всё это время терпеливо ждал Сакуру под присмотром Торговцев.       Хотя «рабочим отрядом» оставшуюся группку всадников было трудно назвать. Каждый раз после получения какого-либо заказа Джеймс выставлял объявление о наборе всадников в рабочий отряд, обещая щедрое денежное вознаграждение и необходимые для жизни за пределами цивилизации условия. После завершения заказа рабочий отряд снова распадался на неопределённый срок. По сути, рабочим отрядом следовало бы считать этих самых приглашённых всадников, однако Джеймс уже настолько привык к сформировавшейся вокруг него компании друзей и старшего брата, что мог считать их полноценным рабочим отрядом Форт-Пинта. Джеймс всерьёз задумался...       В очередной раз всадники пересекли Нью-Хиллкрест, поздоровались с одними и теми же людьми, затем спустились к Зеркальному болоту, поплутали по тропам часик-другой, а после всё же вышли к солнечному свету и взяли курс на трактир. Вспомнив свой всплеск агрессии из-за Эда Фельда, Рэд изменился в лице и сконфуженно потёр затылок. Заметив его изменившееся состояние, Кейко аккуратно прикоснулась прохладными пальцами к его ладони. «Всё в порядке» - одними губами шепнула она, вселяя в юношу уверенность.       К счастью, в этот раз обошлось без конфликтов. Когда вдалеке показался ярко-фиолетовый купол цирка Идриса, мужчина заулыбался и опустил напряжённые плечи.       -Каково тебе было помогать рабочему отряду, а, Идрис? - с ехидной ухмылочкой спросил Рэд, локтем подталкивая пандорианца в плечо. Идрис прикрыл глаза и ответил:       -Как будто в отпуск съездил. ~       Девушки и Клаудмилл весело расхохотались, но в словах Идриса всё же была доля правды. Он был настолько погружён в работу, что у него не было времени на отдых, поэтому дружелюбная атмосфера среди членов рабочего отряда помогла Идрису отвлечься от насущных проблем.       Когда всадники добрались до высокогорья Нильмер, Идрис покосился на Рэда.       -В общей сложности молодой человек наобещал мне пять тысяч золотых, - заулыбавшись, напомнил циркач. Глаза блондина округлились от удивления, он раскрыл было рот, чтобы что-то ответить, но не сумел связать и двух слов.       -Рэд! - ахнул Джеймс, явно недовольный тем, что брат в очередной буквально обокрал его. Рэд залился краской.       -Врёт он всё! - отмахнулся он. Сунув руку в свою седельную сумку, он вынул оттуда холщовый мешочек с монетками и швырнул Идрису. -Вот тебе.       Развязав мешочек, Идрис тщательно пересчитал монетки, а после снял цилиндр с головы и поклонился.       -Merci, mes chers, - проворковал он и подмигнул. Рэд неожиданно тепло улыбнулся, весь румянец с его лица сошёл.       -Это тебе merci, Идрис, - поправил он. Идрис кивнул, пробормотал себе под нос что-то вроде «ещё увидимся», а затем вместе с Зи обратился в розовую, не очень приятно пахнущую дымку и растворился в воздухе, словно его и не было.       Рабочий отряд в приподнятом настроении отправился к Торговцам, которые расположились неподалёку от высокогорья Нильмер и продавали фрукты, провизию и некоторую амуницию. В основном по мелочи, чтобы было удобно взять с собой в дорогу.       Отыскав взглядом Торговца, которому доверил голландского скакуна Сакуры, Джеймс присвистнул, привлекая его внимание. Отставив в сторону банку содовой, грузный небритый мужчина приблизился к всадникам.       -Чем могу помочь? - спросил он. Джеймс как-то странно нахмурился: «удивительно, что он не узнал ни меня, ни Сакуру. Это точно тот же Торговец?».       -Пару-тройку дней назад я передавал вам на сохранение ярко-рыжего голландского скакуна по кличке Бездна, - объяснил Джеймс, но мужчина перебил его.       -А, так вот чья лошадка померла вчера... - задумчиво протянул он, указательным и большим пальцами прокручивая кудряшки из бороде. Глаза Сакуры округлились от шока, и она издала странный звук, похожий на всхлип. Джеймс кинул в её сторону быстрый взгляд, словно чтобы удостовериться в том, что она не плачет, а затем вновь обернулся к Торговцу.       -Как это - померла? - переспросил он. -Ты точно ничего не перепутал, дружок?       Мужчина отрицательно покачал головой, и Джеймс почувствовал, как внутри всё похолодело от нарастающей паники.       -Вчера утром Бездне стало ужасно плохо - он лежал и не подавал признаков жизни - несколько ребят из бригады тут же отправились за ближайшим ветеринаром, - пояснил Торговец. -Диагностировали ламинит. Через несколько часов он перестал реагировать на кличку, а ещё через какое-то время умер.       Обратив внимание на покрасневшие глаза Сакуры, Торговец вздохнул и добавил: «извини, красавица, не уследил».       -Тело увезли?... - осторожно поинтересовалась Сакура с надеждой по взгляде. Мужчина качнул головой.       -Лежит на сеновале. Пойдём, провожу.       Жестом пригласив Сакуру следовать за ним, Торговец зашагал в сторону сеновала, который издалека больше напоминал сгоревший амбар. Спрыгнув с лошади и едва устояв на ватных ногах, Дэрлорд засеменила за ним, по дороге кулаком вытирая глаза и нос. Клаудмиллы и Кейко проводили её печальным взглядом.       Приблизившись к сеновалу, Торговец распахнул перед Сакурой тяжёлые, массивные двери, пропуская её внутрь. В нос тут же ударил неприятный запах старого сена, пыли и влаги. Слева на куче сена лежало бездыханное, но всё такое же красивое тело Бездны. На негнущихся ногах проковыляв к нему, Сакура опустилась возле коня на колени. Обхватив обеими руками его голову, которая теперь казалась такой лёгкой, почти воздушной, девушка прижала её к своей груди и оставила нежный поцелуй возле плотно сомкнутого глаза. Не в силах больше сдерживать себя, она разрыдалась. В горле застрял неприятный удушающий ком. Торговец, который всё это время терпеливо ждал её у входа на сеновал, виновато опустил голову и зажмурился, словно это могло помочь ему заглушить плач всадницы.       В какой-то краткий миг, в перерывах между рыданиями Сакура осознала, что её впервые накрыло такой сильной истерикой. Она ни разу не сталкивалась со смертью лицом к лицу. Она ни разу не позволяла себе проявить слабость, держалась до последнего, строя из себя самую безэмоциональную девушку на планете.       Сзади почти неслышно приблизилась Кейко. Медленно, чтобы не напугать, она присела рядом с подругой на колени и аккуратно, ненастойчиво обняла обеими руками, успокаивающе поглаживая по голове. Поставив подбородок на макушку подруги, она прикрыла глаза, словно пытаясь поделиться с ней хорошим настроением, не позволяя грустить и плакать.       Только спустя несколько минут Сакуре удалось успокоиться, несмотря на то, что её лёгкие всё ещё болезненно вздрагивали. Её глаза не выражали ровным счётом ничего: ни радости, ни грусти, ни боли. Они просто были пустыми. Бережно опустив голову Бездны обратно на сено, Сакура ласково погладила его морду, кончиками пальцев провела по старой, затянувшейся царапине на щеке, вспоминая тёплые, счастливые деньки.       Духовная связь Сакуры с Бездной теперь казалась ей холодной, натянутой струной, которая с минуты на минуту оборвётся.       Пересилив себя, Сакура стёрла с лица остатки слёз. Вдвоём с Кейко они покинули сеновал, и Торговец запер за ними дверь. Он сообщил, что до завтрашнего дня тело постараются вывезти.       Девушки приблизились к Клаудмиллам, которые всё это время терпеливо ожидали их. Ещё издалека заметив заплаканное лицо Сакуры, Джеймс помрачнел и изменился в лице, а Рэд прошептал что-то на французском, но брат не расслышал. Усердно игнорируя дрожь в руках, Сакура забралась в седло, молча подтолкнула свою гнедую англичанку пятками в бока и побрела в сторону Форт-Пинта. Переглянувшись, Клаудмиллы и Кейко последовали за ней, стараясь не отставать.       Вскоре Джеймс догнал Сакуру и поравнялся с ней, чтобы находиться примерно на одном уровне. Ладонью он аккуратно накрыл её правую руку, стараясь таким образом немного успокоить, но Сакура никак не отреагировала. Обернувшись на оставшихся позади Кейко и Рэда, Джеймс заметил, что брат руками показывает крест. Юноша обречённо вздохнул и отстал на пару шагов, позволяя Сакуре идти первой.       Всадники добрались до Форт-Пинта. Передав лошадей работникам конюшни, они разбрелись по домам, чтобы как следует отдохнуть после тяжёлого заказа. А Сакура осталась в конюшне.       По памяти отыскав денник Бездны, она без раздумий сорвала с дверцы табличку с его именем. «Бездна». Теперь этот денник можно официально считать свободным. Душа Бездны покинула его ещё вчера. Обидно только, что Сакуре так и не удалось попрощаться с ним, и что она не смогла раньше выявить наличие ламинита. Насколько ей было известно, ламинит на ранних стадиях достаточно легко лечится.       Задумавшись, Сакура не услышала, как в конюшню вошёл Джеймс.       -Привет, - прочистив горло негромким покашливанием, поздоровался он. Сакура посмотрела на него, с трудом оторвав взгляд от таблички. -Выглядишь... не очень.       -Спасибо, капитан очевидность, - неожиданно грубо ответила Сакура, а после спохватилась, когда Джеймс едва заметно нахмурился. -Прости. Я не специально.       -Я знаю. Иди ко мне.       Сакура услышала, как на последних словах голос Джеймса слегка дрогнул, и это пробудило в ней абсолютно новое чувство - тёплое, согревающее изнутри и... приятное? Ей почему-то хотелось верить, что у неё есть хоть какой-то, пускай даже самый маленький, но шанс. Сделав полшага навстречу, Сакура опустила голову на его худое юношеское плечо, окольцевала руками талию и совсем немного прижалась, словно боясь, что Джеймс может оттолкнуть её. Рука Джеймса покровительственно легла на её макушку, перебирая пальцами волосы, и Сакура с удивлением для себя отметила, что у Джеймса, оказывается, тяжёлые руки.       -Это был не сон? - негромко поинтересовалась Сакура, убаюканная ровным дыханием Клаудмилла.       -В смысле?       -Ты поцеловал меня. Я была уверена, что мне приснилось.       -Что, настолько неожиданно?       Джеймс усмехнулся, немного отстраняясь и заглядывая в блестящие глаза Сакуры. Она помолчала какое-то время, а затем спросила...       -Джеймс, что между нами? Мы друзья или всё-таки?...       Джеймс притих, неотрывно глядя в глаза девушки так, словно увидел её впервые. Их лица находились очень близко друг к другу, настолько, что Сакура могла ощутить его дыхание на своих губах. Ей захотелось снова поцеловать его. Почувствовав, что юноша дрожит, она покрепче стиснула его в своих объятиях. «Расслабься», - мысленно посоветовала она, словно была уверена в том, что Джеймс прочтёт её мысли.       Через несколько секунд Джеймс подал голос, понизив его до уровня шёпота.       -А чего хочешь ты, Сакура? - уточнил он. Сакура снова уловила дрожь в его голосе, и ей почему-то стало смешно от этого.       -Ты прекрасно знаешь ответ.       Недолго думая, Джеймс обхватил прохладными ладонями лицо Сакуры и притянул её к себе поближе, заставляя приподняться на носочках. Она оказалась настолько близко, что он буквально мог сосчитать каждую её ресничку, мог разглядеть каждый изъян на бледной коже, в том числе и румянец, который становился всё ярче. Наконец, поцелуй - тёплый, волнующий, реальный. Поцелуй - взрыв эмоций, который рушил все преграды и стены, что стояли между ними. Они были вместе, и это было всё, что им нужно.       В этом нежном, чувственном поцелуе была скрыта целая вселенная их чувств. Их сердца бились в унисон, словно играли дуэт, передавая океаны любви и счастья. Ни одно слово не могло описать их эмоции, только поцелуй мог передать всю ту нежность и привязанность, какую они испытывали друг к другу.       -Я люблю тебя, - шепнула Сакура, сокрушённая прерыванием волшебного момента. Джеймс не ответил, но по его взгляду было отчётливо видно, что он испытывал к ней то же самое. В этом Сакура была уверена на все 200%. Нехотя выпустив девушку из своих объятий, Джеймс сконфуженно потёр затылок.       -Вообще-то, я не за этим к тебе зашёл... - пробормотал он. Сакура с интересом поглядела на него, приподняв бровь. -Я хотел предложить тебе взять к себе на сохранение кобылу Хью.       Сакура указала на себя пальцем, мол, «мне?». Джеймс кивнул и добавил:       -Я подумал, что это будет неплохой... ре-а-би-ли-та-ци-ей.       Он покосился на табличку, благополучно забытую в руке Сакуры. Девушка опустила глаза, кончиками пальцем провела по надписи, которую искусно выжгли на деревянной табличке: «Бездна». «Она ведь тоже умрёт...», - про себя подумала Сакура, но сказать это слово вслух не решилась: язык не повернулся.       Слегка ущипнув девушку за кончик носа, Джеймс сказал, что пойдёт отсыпаться: прошлой ночью он отвратительно спал. «Подумай над моим предложением» - посоветовал он перед тем, как покинуть конюшню и оставить Сакуру наедине с лошадьми и мыслями. Когда деревянные двери за ним захлопнулись, конюшня вновь погрузилась в какую-то давящую тишину. Сакура отнесла и спрятала табличку в кладовку, чтобы она не просто так валялась в какой-нибудь коробке. Проходя мимо денника Колдовского Полумесяца, который до этого момента сладко дремал, зарывшись носом в кормушку с сеном, Сакура улыбнулась. Перегнувшись через калитку, она протянула руку. Мягкий, шершавый нос коня уткнулся прямо в серединку её ладони.       -Только ты меня не оставляй, малыш, - взмолилась Сакура, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Полумесяц оказался намного проницательнее любого психолога. Заметив в уголках глаз хозяйки слёзы, он сделал несколько шагов к ней и возмущённо фыркнул в лицо, словно говоря: «не плачь!». Рассмеявшись, Сакура обхватила руками его голову, обнимая.       -Я тоже тебя люблю, - ответила она.       Пообщавшись с каждой из своих лошадей, Сакура в приподнятом настроении отправилась спать, намереваясь проваляться весь вечер и всю ночь в постели до тех пор, пока не почувствует себя выспавшейся.

      ***

      На следующее утро действительно приехал коневоз с американской верховой лошадью. Об этом Сакуре сообщил Джеймс, который названивал ей целое утро без остановки, а после принялся настойчиво тарабанить в дверь её домика. В следующий миг на всю комнату раздался отвратительный тренькающий звон будильника, да такой пронзительно неприятный, что хотелось выбросить его в окно. Находясь в пограничном состоянии между сном и суровой реальностью, Сакура приподнялась на локтях, дотянулась рукой до тумбочки и похлопала ладонью по будильнику. С первого раза не попала, зато попала со второго.       Сдержанно выдохнув, Сакура упала головой обратно на подушку. В комнате царила приятная атмосфера лени и апатичности, которая нагоняла улыбку от одной лишь мысли «ура, я проснулась». Ей не хотелось просыпаться ближайшую неделю. Пахло свежей простынёй, которую Сакура не поленилась сменить перед сном, сладким парфюмом. Запах впитался в постельное бельё и теперь надолго останется здесь, сколько не проветривай. Сквозь шторы на кровать падают лучи утреннего солнца, в свете которых можно разглядеть прозрачные частички пыли.       -Дэрлорд, если ты сию секунду не откроешь, то я выбью дверь! - пригрозил знакомый мальчишеский голос за пределами домика. Кто-то постучал пальцем по окну. Нехотя выкарабкавшись из-под тяжёлого одеяла, Сакура широко зевнула и подошла к двери, с трудом переставляя ватные ноги. Распахнула её. На пороге стоял Джеймс с недовольным выражением лица, однако стоило ему увидеть девушку, то его взгляд смягчился.       -Я тут тебе почти час царапаюсь, - возмущённо заметил он, складывая руки на груди.       -Мы куда-то торопимся? - уточнила Сакура, зевая. Джеймс протиснулся в помещение.       Обстановка домика Сакуры оставляла желать лучшего. Весь потолок обвешан паутинами, на крохотной кухне яблоку негде было упасть. На деревянном, сыром насквозь полу красовались фиолетово-жёлтые разводы, и Сакура усердно пыталась перекрыть их коврами. Занавески изорванные. Денег на починку дома попросту не было. Поэтому Сакура любила спать в конюшне, на сеновале, так как там было более менее чисто, тепло и уютно.       -Да, - коротко ответил Джеймс после короткой паузы. -Привезли кобылу Хью. Собирайся.       Сакура выпроводила Джеймса за дверь, чтобы привести себя в порядок и подобрать наряд на сегодняшний день. С трудом уложив непослушные волосы, почистив зубы, замазав синяки под глазами и одевшись в удобный повседневный костюм, Сакура вышла из домика.       -Где она? - с какой-то наивной надеждой поинтересовалась она, заглядывая в блестящие серые глаза Джеймса. Склонив голову, юноша оставил смазанный поцелуй на её щеке.       -Её привезли в Морланд, - прохладно ответил он, выпрямляясь. Поймав изумлённый взгляд Сакуры, Клаудмилл поспешил объясниться. -Юнас сказал, что там уже устраивают какой-то аукцион, поэтому нужно поторопиться.       Сославшись на то, что у них действительно не так много времени и пообещав ввести в курс дела по дороге, Джеймс отправился в конюшню. Выспавшийся, вымытый, накормленный и засёдланный Галактический Полёт при виде своего горячо любимого хозяина затоптался на месте. Вытянув шею, он протяжно заржал, словно здороваясь. Их духовная связь казалась сильнее любой другой: даже духовные наездницы позавидовали бы их дружбе, и Джеймс глубоко в душе гордился этим.       Ещё с вечера, перед тем, как отправиться спать, Сакура попросила работников конюшни подготовить ей Колдовского Полумесяца для поездки верхом, поэтому конь терпеливо дожидался её в деннике. В отличие от Галактического Полёта, кватерхорс лениво двигал челюстями, тщательно пережёвывая сено. При виде хозяйки он не стал поднимать на уши всю конюшню. Вместо этого он в качестве приветствия ткнулся горячим носом ей в живот.       Когда лошади были готовы, всадники отправились в путь. По пути в Морланд Джеймс действительно поведал ей о том, почему лошадь Хью доставили именно туда, а не в Форт-Пинта, как было запланировано. На данный момент времени порт не располагал какими-либо специализированными конюшнями или денниками, в которых можно было бы содержать тяжело больных лошадей. После того, как лошадь более менее придёт в себя и когда ей окажут минимальную медицинскую помощь, её перевезут в Форт-Пинта. Сакура почему-то начала переживать о том, что другие лошади в конюшне не примут старушку. По крайней мере, Галактический Полёт до сих пор не принял.       Всадники прибыли в Морланд как раз вовремя: вокруг отдельно стоящего тёмно-зелёного фургончика столпились представители конюшни Серебряной Поляны и Морланда, а также прибыл Стив. Ещё издалека заметив приближающихся Джеймса и Сакуру, Юнас облегчённо выдохнул. Он помахал им рукой.       -Джеймс! Я тут! - позвал он.       На ходу спешившись с лошадей, всадники подошли к Юнасу.       -Мы не опоздали? - с какой-то виноватой, глупой улыбкой поинтересовался Джеймс, подходя ближе. Сакура окинула взглядом толпу. Даже Джастину захотелось поглазеть на гостью...       -Вы как раз вовремя, - сказал он, понизив голос. -Меня чуть не разорвали на части из-за этой старушки...       -А как её вообще зовут? - спросила Сакура, заглядывая в крохотное окошко в фургончике и рассматривая лошадь. Глядя в одну точку остекленевшими глазами, она медленно, словно в замедленной съёмке пережёвывала сено. Сакуре отчего-то стало настолько жаль её, что она на секунду позабыла о Бездне... Каким человеком нужно быть, чтобы довести ни в чём не повинную лошадь до такого состояния?       -Никто не знает, - ответил Юнас, пожимая плечами. -Но Хью ласково называл её «Клячкой»...       -«Клячка»? - поморщившись, переспросил Джеймс. -Гарнок, хуже клички я ещё не слышал...       По просьбе Джеймса кобылке выделили особый, специально оборудованный денник в конюшне Морланда, и Сакура пришла навестить её перед тем, как вернуться в Форт-Пинта. По прибытии Джеймс пообещал помочь ей обустроить денник для нового члена семьи, так что по этому поводу Сакура могла не переживать. Войдя в конюшню и аккуратно, чтобы не потревожить отдыхающих лошадей прикрыв за собой двери, Сакура отыскала нужный ей денник. Для своих лет лошадь выглядела на удивление хорошо, если не считать относительно свежих ран и уставшего взгляда. Она имела довольно редкую караковую масть и выразительные голубые глаза.       Перегнувшись через дверцу денника и протянув руку, Сакура аккуратно коснулась кончиками пальцев её морды, чтобы не спугнуть. Лошадь даже не шелохнулась, однако всё же медленно перевела взгляд на её руку, словно говоря: «что ты делаешь?». Шерсть показалась Сакуре мягкой и шелковистой и чем-то напомнила Бездну. Образ горячо любимого жеребца вновь вспыхнул в мыслях, но Сакура потрясла головой, чтобы избавиться от видения.       Большим пальцем руки она ласково погладила лошадь по щеке, а затем случайно наткнулась на какую-то свежую царапину. Тело лошади пронзило резкой болью, которая больше напоминала удар током. Она возмущённо взвизгнула и отшатнулась.       -Прости-прости-прости, я не специально! - запричитала Сакура. Она снова потянулась к лошади, пытаясь успокоить её. -Не бойся. Я не обижу тебя.       Лошадь недоверчиво покосилась на девушку, не решаясь приблизиться. Сакура замерла с протянутой ладонью, на которой ничего не было, но по взгляду лошади было видно, что она чего-то хотела. «Голодная», - догадалась Сакура. Она повертела головой в разные стороны в поисках чего-то съестного и наткнулась на ящик с каким-то особым сортом яблок: они были небольшого размера и зелёные. Ухватив из ящика два симпатичных, блестящих яблочка, Сакура протянула их лошади на раскрытой ладошке.       Кобыла какое-то время с прищуром косилась на яблоки, а затем всё же приблизилась и мягкими губами утащила сперва одно, а затем и второе. Сакура улыбнулась.       -Вкусные? - поинтересовалась она. Лошадь, разумеется, ничего не ответила, но Сакура обратила внимание на странный огонёк в её глазах. Она снова приглашающе протянула руку. -Можно?       Лошадь, поражённая до глубины души разрешением на погладить, сделала ещё один осторожный шаг к Сакуре. Вытянув шею, она потёрлась щекой об её плечо, оставляя на одежде свой запах, а после громко фыркнула. Сакура замерла, чтобы ненароком не спугнуть снова, но в её глазах отчётливо прослеживался страх, а сердце колотилось как бешеное. В следующую секунду она ощутила какое-то странное тепло, которое растеклось по её венам, ударило по вискам, а затем едва-едва ощутимой ниточкой потянулось к лошади.       Между ними установилась тонкая, полупрозрачная духовная связь. Отстранившись, лошадь снова фыркнула, и Сакуре показалось, что она смотрит на неё как-то... по новому. Точно такой же взгляд был у Бездны и Колдовского Полумесяца.       Духовная связь ощущалась не так ярко, как могло бы быть: лошадь всё ещё не доверяла ей, но Сакура не торопила. Она прекрасно понимала, что животному понадобится немало времени, чтобы привыкнуть.       У входа послышался шум: кто-то вошёл в конюшню. Лошадь шевельнула порванными ушками, прислушиваясь к звукам. Сакура высунулась из-за угла. У входа в конюшню застыл Джеймс с невинным выражением лица. Его светлые волосы вновь выглядели растрёпанными, несмотря на то, что перед отправлением он около получаса вертелся у зеркала, чтобы придать своим волосам божеский вид. Очки съехали на середину носа, но это всё меркло на фоне его сияющих серых глаз. Заметив Сакуру, он еле заметно улыбнулся и приблизился.       -Вот ты где, - прокомментировал он, а после перевёл взгляд на лошадь. Та смотрела на него умными, выразительными глазами. -Подружились?       -Ну... - уклончиво начала Сакура, потирая затылок. -Она всё ещё наотрез отказывается мне доверять, но между нами уже установилась духовная связь.       -Так быстро? - удивился Джеймс. -Нам с Полётом понадобилось около недели, чтобы наладить контакт...       -Я просто умею находить общий язык с лошадьми, - улыбнулась Сакура, гордо вскидывая подбородок. Джеймс усмехнулся и несильно похлопал ладонью по её макушке.       -Не сомневаюсь. Ты уже придумала ей имя? - Поймав красноречивый взгляд девушки, Джеймс добавил. -Сомневаюсь, что ты захочешь называть её «Клячкой».       Сакура изобразила тошноту, когда из уст Джеймса вылетело это отвратительное слово, и он рассмеялся. Обхватив подбородок двумя пальцами, Дэрлорд сделала умное лицо и задумалась.       -Багряная Бестия мне нравится... - пробормотала она в перерывах между раздумьями. Джеймс неожиданно кивнул.       -Мне тоже, - сказал он, глядя на лошадь, которая с интересом косилась в сторону ящика с яблоками, словно пытаясь выпросить ещё угощений.       -Тебе же обычно не нравятся клички, которые я придумываю, - напомнила Сакура. Джеймс на неё очень серьёзно поглядел.       -Мне нравишься ты, - со вздохом ответил он, а после большим пальцем смахнул пылинку с её щеки. -А клички... клички - это формальность. В конце концов, это твои лошади, поэтому тебе решать, как их будут звать.       Сакура улыбнулась. С каждым словом, с каждым прикосновением Джеймса она расцветала всё сильнее и сильнее.       -Спасибо, Джеймс.       Спустя несколько дней Багряная Бестия стала чувствовать себя чуточку лучше: её раны затянулись, взгляд прояснился, ноги лошади больше не тряслись при каждом шаге. Конюшня Морланда передала кобылу на сохранение в Форт-Пинта, и все остальные претендовавшие на неё представители конюшен потеряли к ней интерес. Сакура чувствовала себя победительницей.       Как и обещал, Джеймс помог ей прибрать и обустроить денник. Удивительно, что Галактический Полёт, который на протяжении всего заказа с каким-то отвращением косился в сторону старушки, теперь с лёгкостью принял её и даже попытался подружиться.       После того, как Багряная Бестия окончательно встала на ноги, Джеймс предложил Сакуре прокатиться на ней по Юрвику, однако Сакура переживала. Она боялась садиться на старую, больную лошадь, так как не хотела причинить ей ещё больше вреда, но Джеймсу удалось успокоить её. Подобрав неплохую, удобную амуницию, Сакура села верхом. Ей было крайне боязно командовать и управлять лошадью, поэтому она позволила Бестии свободно бродить по Юрвику. Кобыла с интересом обнюхивала каждый кустик, каждую травинку, тянулась к пробегающим мимо неё детям и просто радовалась жизни. Джеймс, который неторопливо шагал позади на Галактическом Полёте, с какой-то лёгкой, умиротворённой улыбкой наблюдал за ней и за тем, как неуверенно Сакура держится в седле.       Всё это время стояла чудесная погода: солнце освещало своим ярким, тёплым светом кроны деревьев, игралось с водной гладью водоёмов, пускало солнечных зайчиков и просто согревало материк своим теплом. Сакуре даже начало казаться, что сама Аиден сжалилась над ними.       Вскоре старушка Багряная Бестия освоилась на материке: Галактический Полёт всюду сопровождал её, прижимаясь к ней своим тёплым боком, особенно когда они вместе со своими наездниками брели по полям. Каждый такой раз Джеймс и Сакура не могли удержаться от того, чтобы не чмокнуть друг друга в губы.       Багряная Бестия почти заменила Сакуре Бездну. Во всяком случае, рядом с ней или сидя в седле ей не хотелось думать о нём. Для своих лет старушка очень даже уверенно несла на себе всадника. На данный момент времени Бестии было девятнадцать лет, и близился её двадцатый день рождения, но Сакуре доводилось выхаживать лошадей и постарше.       Спустя ещё полтора месяца, когда летние каникулы подошли к концу и Сакура с Кейко были вынуждены вернуться в город и вновь взяться за учёбу, стала известна участь Хью. Юнас сказал, что Хью отправили на исправительные работы в головную конюшню Юрвика, где за ним пообещали вести строгий надзор. Такое наказание показалось для Джеймса уж слишком мягким и безобидным, и Юнас согласился с ним, однако все прекрасно понимали, что судьба живодёра зависела не от них.       Однажды в мэрию Форт-Пинта поступил новый заказ для рабочего отряда, но это уже совсем другая история.       

ЭКСТРА

      Воланчик улетел слишком далеко и угодил в кусты, распугав отдыхающих в них полёвок.       -Ой!       -Промахнулась, коробочка.       Насмешливый голос Рэда Клаудмилла заставил Кейко Сандкайт моментально поменяться в лице. Закинув ракетку на плечо, она усмехнулась и с вызовом поглядела на юношу.       -Нет, это просто ты не отбил, - тут же съязвила она. Рэд улыбнулся, но комментировать не стал: он не горел желанием пререкаться с этой взбалмошной, но одновременно такой милой женщиной. Согнувшись в три погибели с притворным кряхтением, он с головой нырнул в кусты, рукой нашарил одинокий воланчик и с победным кличем выпрямился. Кейко саркастично, словно с издёвкой похлопала.       -Я нарекаю тебя спасателем воланчиков, - торжественно объявила она. Рэд приподнял бровь.       -Почему? - изумился он.       -Сам посчитай, сколько раз ты уже бегал за моим воланчиком, - ослепительно улыбнувшись, пояснила Кейко и поправила волосы, пряди которых от интенсивной игры выбились из-под очаровательной светло-розовой кепки. -Напомни в следующий раз крикнуть тебе «апорт!».       Рэд фыркнул, но обижаться не стал. Вместо этого он подкинул воланчик в воздух и, размахнувшись, ударил по нему ракеткой. Воланчик с лёгкостью перелетел через натянутую сетку, опасно целясь в лицо Кейко, но она успела отбить его. «Ой, pardonne!» - крикнул Рэд через всё поле, испугавшись, что мог случайно навредить девушке. Кейко в ответ изобразила поражение, вызывая у Рэда новую порцию смеха. Он в последний момент успел отбить воланчик, так как засмотрелся на Кейко и чуть не проиграл.       Мимо проезжали всадники, периодически на них засматривались какие-то клубы, иногда престижные, иногда не очень. Кто-то пытался присоединиться, но им не хотелось нарушать идиллию, установившуюся между Кейко и Рэдом.       В чём-то эта парочка была похожа друг на друга. Рэд - старший брат Джеймса и Алекс, активно изучающий французский язык и в будущем планирующий его преподавать. Ещё с детства Рэд мечтал переехать в Париж, но финансы Клаудмиллов не позволяли, особенно если учитывать тот факт, что родителей не сильно заботило образование и жизнь детей. Но Рэд не жаловался. Своё будущее он построил сам, а в Форт-Пинта приехал для того, чтобы навестить младшего брата и подзаработать. Рэд считал себя ужасным транжирой и винил себя за это, но ничего не мог с этим поделать.       Кейко была родом из богатой семьи города Юрвика и занималась профессиональным конным спортом, поэтому могла похвастаться подтянутым телом и неплохой фигурой, которой гордилась и считала личным трофеем. И Рэд постоянно засматривался на неё. Инициатива посещать материк и Форт-Пинта каждые летние каникулы принадлежала Сакуре, поэтому Кейко, недолго думая, согласилась. Её обрадовало и мотивировало наличие престижной конюшни Юрвика, в которой она тренировалась днями и ночами практически без перерывов.       После последнего заказа для рабочего отряда Кейко и Рэд неплохо сдружились: Рэд проникся к девушке какой-то странной теплотой и привязанностью, а Кейко до глубины души покорило его стремление учиться и учить. Поэтому они быстро нашли общий язык.       -Я устал! - взмолился Рэд после ещё нескольких партий в бадминтон. Кейко усмехнулась. «Слабак!» - хотела крикнуть она, но понимала, что сама ужасно вымоталась. Играть на такой жаре в бадминтон - всё равно, что подписать себе смертный приговор. Раскручивая в руке ракетку, Кейко приблизилась к Рэду. С трудом переставляя одеревенелые от усталости ноги, Рэд тоже двинулся ей навстречу.       -Завтра ещё сыграем? - с надеждой во взгляде поинтересовалась Кейко. Рэд улыбнулся уголком рта.       -Если тебе понравилось, то обязательно сыграем, - пообещал он.       -Мне просто понравилось выигрывать, - поправила Кейко и подмигнула.       -Да ну?       -Да, ты так смешно реагируешь на каждый свой проигрыш. ~       -Очень смешно.       Слегка надув бледные, но аккуратные и соблазнительные губки, Кейко приподняла голову, пронзительным взглядом выпрашивая поцелуй в качестве награды за счёт 5:0 в свою пользу. Рэд усмехнулся. Потянувшись к ней через сетку, он наклонился к приоткрытым губам и принялся зацеловывать их с большой нежностью и лаской. Ощутив наконец нежное прикосновение чужих уст, Кейко довольно ухмыльнулась сквозь поцелуй. «Снова победила», - мысленно прокомментировала она.       Их поцелуй недолгий и вовсе не пошлый: они наслаждались друг другом и прохладным ветерком, который остужал их разгорячённые тела. В такую жару ветер и прохладные губы Рэда Клаудмилла казались единственным спасением.        Забытый воланчик валялся где-то на поле и катался по траве от малейшего дуновения ветерка.