Часть 9

Чонгук вышел из отеля и быстрым шагом направился в сторону пустыря, скрытого в зарослях деревьев и кустарников. В воздухе чувствовалось приближение дождя, но на небе не было ни тучки. Тэмин семенил рядом, стараясь не отставать. Чон же, в свою очередь, заставлял себя сдерживать шаг, боясь, что ребёнок потеряется. Чонгук прижимал к себе Лиён, так бережно и нежно, будто она уже была его девушкой. Он чувствовал её тепло, её сонное дыхание у своей шеи и тонкий аромат фрезии, исходящий от её волос… Сердце бухало в груди в такт его шагам, а на лице блуждала задумчивая улыбка. Выйдя из-за деревьев, парень увидел стоящий на площадке вертолёт с выключенными двигателями. Заметив Чонгука, из кабины выпрыгнул пилот и поспешил на помощь. Суровый с виду мужчина окинул взглядом парня, державшего на руках бесчувственную девушку, будто бы и не заметив ребёнка, уцепившегося за штанину Чона. — Чон Чонгук? — скорее утвердительно спросил пилот. — Да… — Чон тяжело дышал, блестя тёмными глазами из-под козырька бейсболки. — Давай, я помогу, — мужчина подошёл ближе и забрал у уставшего Чона девушку. — Спасибо, — поблагодарил Чонгук и, подхватив Тэмина, пошёл к вертолёту. Мужчина усадил спящую Лиён в салон и пристегнул. Обернувшись, забрал у Чона ребёнка, пристроив того рядом с девушкой. Тэмин с интересом рассматривал всё вокруг и, похоже, больше нисколько не боялся. Чон попросил пилота: — Подождите, пожалуйста, я должен забрать вещи. Тот посмотрел на часы и кивнул: — Только быстро. Чонгук, не мешкая, рванул к отелю. Вернулся он довольно быстро, неся в руках сумки. Погрузив их в вертолёт, парень забрался в кабину и, сев рядом с пилотом, обернулся к Тэмину: — Держись крепче, малыш! Вертолёт взял курс на остров Венародо, где находился Космоцентр Наро. Чонгук наконец-то позволил себе расслабиться и немного успокоился, надеясь, что всё будет хорошо. Он до сих пор с трудом верил, что всё происходит на самом деле и, совсем скоро, они все окажутся на космическом корабле. Там их… как это, погрузят в анабиоз? И полетят они в спящем состоянии (страшно подумать!) целых пятьдесят три года! Что будет потом, Чон, как ни старался, представить не мог. Спустя четверть часа, вертолёт приземлился в километре от въезда на космодром и заглушил двигатели, высаживая пассажиров. Чонгука встречал Мин Сон. Он торопился племяннику навстречу, чтобы помочь выгрузить из вертолёта вещи и донести девушку или ребёнка. Чон вытащил из кабины Тэмина и одной рукой обнял подошедшего дядю, передав ему мальчика. Мин Сон унёс малыша в машину и вернулся за сумками, пока Чонгук отстёгивал спящую Лиён. *** Наконец всё было готово, все уселись в автомобиль и машина сорвалась с места, спеша на космодром. Лица мужчин были серьёзны, хотя сейчас, сидя рядом с близким человеком, Чон еле сдерживался, чувствуя, как в горле встал ком, а в глазах закипают слёзы. Парень думал, что многое бы отдал, чтобы этот родной и замечательный во всех смыслах человек улетел вместе с ним… Некоторое время спустя, Ламборджини остановился у пропускного пункта Наро. Показав охраннику зелёную карточку, Чхве Мин Сон въехал на космодром и припарковался неподалёку от ворот. Дальше предстояло пройти пешком. Чонгук вышел из авто и огляделся. В трёхстах метрах впереди, на стартовой площадке, в лучах заходящего солнца поблёскивал серебристо-чёрными боками шаттл «Discovery». Мин Сон тронул племянника за рукав. — Пора, мой мальчик, надо спешить. Двое мужчин и ребёнок двинулись к стартовой площадке. Лиён безмятежно спала у Чонгука на руках и даже не подозревала, что в её жизни грядут большие перемены. Навстречу пассажирам по трапу спустился помощник капитана. Он потребовал документы и пропускные билеты на космический корабль. Удостоверившись, что всё в порядке, мужчина посмотрел на спящую девушку в руках Чонгука, но ничего не спросил. Указав рукой на шаттл, поторопил: — Пассажиры могут занять свои места. Мин Сон помог Чону устроить Лиён и Тэмина и спустился за вещами. Чонгук последовал за ним. На улице мужчина крепко обнял племянника, прощаясь с ним. — Дядя… — голос Чонгука дрогнул, — спасибо тебе… за всё. Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня! Я… тебя люблю. По щекам парня покатились слёзы, но он не стеснялся своей слабости. Ему было больно. Так больно, что не передать словами. Мин Сон притянул Чона к себе и вновь обнял. Этот большой пожилой мужчина тоже не смог сдержать слёз. — Прощай… сынок. Пусть у тебя всё сложится хорошо там, в Новом Мире. Я люблю тебя и горжусь тобой. Будь сильным, смелым, благородным. Помогай людям, но и о себе не забудь. Ты должен быть счастливым, любить… Женись на Лиён, и пусть она родит тебе детей. И… помни своего дядю. Мужчины, молодой и пожилой, плакали в объятиях друг друга, понимая, что прощаются навсегда. Мин Сон отстранился первым и вытер глаза ладонью. Поцеловав Чона в мокрую щёку и просипев «прощай», он подтолкнул того к трапу, а сам, отвернувшись, быстро пошёл назад, к своему автомобилю. ЧонГук смотрел ему вслед, чувствуя, что кусок его сердца остался здесь, с дядей, и что эта рана не заживёт никогда. В проёме люка стоял космолётчик. Наблюдая сцену прощания, он не смог сдержать сочувственного вздоха. Но, прочь сантименты, время не ждёт! До старта остались считанные минуты. Внезапно налетевший сильный ветер взметнул клубы серой пыли, бросив её Чону в лицо. Прикрыв глаза, парень смотрел вдаль, туда, где со стоянки выезжал автомобиль дяди Мина. Над космодромом зависла огромная, иссиня-чёрная грозовая туча; резко похолодало и потемнело вокруг. Поторопив ЧонГука мужчина сказал, закрывая люк: — Не расстраивайся, тебя ждёт новая жизнь. Тебе очень повезло, и это надо ценить. Чон взглянул на него и, ничего не сказав, побрёл к своему месту. Парень не помнил ни того, как проходил старт, ни того, сколько продолжался полёт. Он сидел в своём кресле, буквально убитый расставанием с дорогим ему человеком. И только сидящий напротив Тэмин не давал ему окончательно погрузиться в холодное отчаяние. Мальчик что-то спрашивал у Чонгука и тот рассеянно отвечал, а потом вдруг взгляд его останавливался на спящей Лиён и внутри рекой разливалось тепло, согревая окоченевшую душу. Только сердце тут-же сжималось от страха. А что, если она не простит и не полюбит? Как он будет жить? Ради чего тогда всё вот это? Чон устало закрыл глаза, пытаясь принять действительность. Назад дороги нет. Надо верить в лучшее. Спустя двенадцать часов шаттл вышел на околоземную орбиту. Вскоре, командир объявил по внутренней связи, что через несколько секунд произойдёт стыковка с космическим кораблём. И действительно, в кабине вдруг послышался громкий металлический звук, как будто огромный магнит соединил шаттл со звездолётом. Помощник капитана с улыбкой махнул Чонгуку и отстегнул Тэмина, взяв мальчугана на руки. Чон бережно поднял Лиён и, прижав к себе, последовал за мужчиной к выходу. В открытом люке тускло горела лампочка, освещая проход. А там, всего пара метров до шлюза, ведущего в неизведанное. — Добро пожаловать на «Black Swan-2», — сказал астронавт. — Несколько мгновений, и ты внутри самого лучшего космического корабля! Считай, что этот звездолёт является ковчегом, или даже круизным лайнером. Здесь есть всё и даже больше, чтобы несколько дней до высадки пассажиры провели с комфортом. Да ты и сам потом увидишь. С этими словами мужчина вступил в шлюз корабля, с потолка которого лился мягкий зеленовато-жёлтый неоновый свет. Чонгук двинулся следом, чувствуя внутреннюю дрожь. Вот оно, то место, где спустя десятки лет должно произойти его объяснение с Лиён и, дай бог, зарождение новых, тёплых отношений. Вновь прибывших встретили и отвели в медицинский отсек, для проведения необходимых процедур перед погружением в анабиоз. Сконфуженный Чонгук вкратце объяснил молодому доктору, почему девушка находится в бессознательном состоянии. Слава богу, глубокий сон от транквилизаторов никак не повлиял на допуск к гибернации. Пока обследовали Лиён, Чон, не вдаваясь в подробности, рассказывал Тэмину, что они полетят на другую планету, а для этого, им всем надо будет «немного поспать». «Да уж… буквально мгновение!» — нервно хохотнул про себя парень. Вскоре, пассажиров препроводили в отсек с номером А-1, где, кроме одиночных, располагались и семейные капсулы гибернации. Чонгук шагал за доктором через главный вестибюль, на миг задержавшись у огромного иллюминатора, который смело можно было назвать панорамным окном. Глядя через стекло на бесконечную черноту, усеянную мириадами звёзд и звёздочек, Чон почувствовал, как нутро сжалось от страха. Там, снаружи, не было ничего… Пустота, холод… необитаемые планеты и звёзды. Парень отвернулся и поспешил дальше, свернув в глухой коридор с множеством закрытых дверей. Чонгук толкал перед собой каталку, на которой лежала Лиён. «Прости, что мне пришлось так поступить с тобой. Я всё объясню и надеюсь, ты сможешь меня простить», — мысленно каялся парень. Тэмин шёл рядом, не задавая лишних вопросов. Маленький ребёнок, на которого меньше чем за сутки свалилось столько испытаний, сколько у взрослого не случится и за всю жизнь, молча шагал за Чонгуком, словно понимая, что всё, что происходит сейчас — не просто приключение, а жизненная необходимость. Чон тоже был молчалив и устало плёлся за доктором, не проявляя ни малейшего любопытства, как будто до этого уже видел десятки космических кораблей. Единственное, что он себе позволил — это задать мужчине пару вопросов, касаемых погружения в космический сон. У него с Лиён была общая капсула, (но с отдельными откидными люками из прозрачного закалённого стекла) разделённая тонкой стенкой на два лежачих места и сконструированная специально для семейных пар, желающих пробудиться вместе, после завершения цикла сна. Тэмина уже укладывали в стоящую слева от Лиён одиночную капсулу. Когда она закрылась, парень ободряюще улыбнулся мальчику и одними губами шепнул «спи», приложив ладонь к щеке и закрыв на секунду глаза. Ребёнок послушно зажмурился. Послышалось негромкое жужжание какого-то прибора, расположенного в изголовье, а потом шипение внутри капсулы и мерное тиканье таймера, встроенного над стеклянным люком. Чонгук взглянул на Лиён лежащую в их капсуле и наклонился, быстро поцеловав девушку в краешек губ, после чего её сторона капсулы закрылась, издавая всё то же жужжание и тиканье. Глубоко вздохнув, парень мысленно сказал «с богом!» и улёгся на своё место. Глядя сквозь светящийся голубоватым сиянием прозрачный люк на доктора, нажимающего кнопки на панели где-то над головой, Чонгук заставил себя расслабиться. Вскоре он почувствовал, как в голове поплыл туман, унося прочь волнение и страх. А всё тело стало необычайно лёгким и сквозь закрытые веки парень чувствовал, что сверху на него будто льётся тёплый жёлтый свет, обволакивая и унося сознание куда-то очень далеко, наполняя душу удивительным покоем. Доктор Ли Хи Джун ещё раз проверил показатели на приборах капсул троих пассажиров, чтобы убедиться, что все заснули. Затем он погасил верхний свет, оставив гореть несколько светильников в стенах, и покинул помещение. Через два часа, звездолёт «Black Swan-2» стартовал с орбиты Земли, легко неся свой огромный металлический корпус в бескрайнем космическом пространстве и направляясь в созвездие Ориона, где находилась планета Новый Мир.