Часть 3

Вокруг по-прежнему было темно. Светился только экран сервера, испещрённый рядами бегущих цифр. Рысь сидела в углу, прижавшись к стене спиной, опустив голову. — Рысь? Рысь, ты меня слышишь? Она открыла глаза, моргнула, изображение сошлось воедино. — Рысь, снаружи вроде безопасно, можно выбираться, идём, — говорил Соломон, она не сразу его поняла, от всплеска адреналина и недавнего приступа психоза ее организм слишком вымотался. — Соломон? Откуда ты… — Откуда-откуда, из убежища. — А где Эрик, он жив?! — Рысь оживилась. — Жив, мы его тут еле откачали, так уж сильно его шандарахнуло инопланетянином. Давай, подымайся, пошли, нам ещё дело делать. Соломон зарядил программный автомат. — К раздаче скрипта готов, мисс Киберрысь. Соломон не особо ей нравился, его чересчур дурной характер и мания сначала сделать — потом подумать совершенно не оставляли у нее никаких хороших впечатлений. Сервер погас, в кабине лифта снова было темно. В общем-то, во всем здании было темно — нынешний Найт-сити больше не славился бесконечным множеством неоновых огней. Найти сейчас хоть один неоновый отблеск, или вообще какой-нибудь отблеск, это всё равно что встретить единорога. Сказать, что ALы в первую очередь уничтожили все электростанции, конечно же, нельзя, ибо это чистая неправда. Они уже пришли на все готовенькое, поскольку перед этим обезумевшие люди в порыве ярости сами разобрали свою инфраструктуру по винтикам. — Соломон, вокруг есть пришельцы, ты видишь? Соломон витал вокруг, рыскал по киберпространству в поисках цифрового сигнала ALов. Спустя десять минут мониторинга ему так и не удалось ничего обнаружить — к счастью для Рыси. Пережить ещё одну неожиданную встречу она бы точно не хотела. — Так, вокруг вроде никого, сканирующая вспышка прошла, до следующей у нас есть ещё около получаса, как раз успеешь к другой точке доступа. — Можно выходить? — Нужно выходить, — Соломон появился рядом, опёрся на стенку лифта. Рысь загнала эррату между дверями лифта, напряглась, силясь разжать. Теперь от нее требовалось куда больше усилий, ведь ей противостояло сразу две дверные пары. — Я бы помог, да не могу, — Соломон всплеснул руками. — Да, классные мышцы Эрика мне бы тут точно не помешали. — Прости, никто не заставлял тебя связываться с нетраннером, он бы сейчас стоял точно так же, как и я. — Никто не заставлял его быть таким сексуальным. — О, ты уже цитируешь корпоратов? — спросил Соломон. — Пошла нахрен эта Дина, если ты о ней, — Рысь вдруг посетила странная мысль. Откуда Соломон мог знать про тот разговор в кабинете Дины? Они ведь были с Эриком вдвоем. Что за бред?.. Может, он рассказал ему, когда пришел подключаться в сеть? — Пошла бы она уже на мой хрен, честно, — Соломон расплылся в довольной улыбке. — И как теперь это развидеть? — недовольно фыркнула Рысь, ее фантазия не знала границ. — Да нет, это классно, — не унимался Соломон, — ты просто не понимаешь. Рысь тут же разжала двери, одна только мысль об этой холеной сучке активировала все внутреннее резервы её ярости. Протиснувшись наружу, она закинула катану в ножны. Вокруг было темно, словно в какой-то глубокой пещере, не хватало разве что сталагнатов, но с их ролью успешно справлялись подернутые сеткой трещин бетонные колонны. Здешняя тьма казалась какой-то тягучей, вязкой, от нее становилось не по себе, волей-неволей вспоминалась жижа пришельцев. Впереди вдруг появилась голограмма Эрика. — Ты чего? Идём, у нас не так много времени, я что-то не припомню, чтобы бесстрашная киберрысь боялась темноты. — Что-то ты много каркаешь, ворона цифровая. — Чего, совсем поехала? Ты меня уже с Эриком путаешь? — возмутился Соломон. Рысь тряхнула головой, образ любимого человека обратился в цифровой глюк и тут же сменился образом Соломона. — И зачем давить Эрику на больное, у него ведь детская травма. Рысь опустила взгляд, не понимая, как с ней такое могло произойти, раньше подобных случаев она не припоминала. — А вообще можешь путать меня с ним почаще, в конце концов из этого я смогу извлечь кое-какую выгоду. Рысь усмехнулась: — «Вот бы трахнуть всех женщин по разочку». Узнаёшь свой принцип жизни? — Ну а что? Чем плохо? — недоумевал Соломон. Рысь наконец решилась шагнуть вперёд. Ей казалось, что стоит только ступить дальше и все — жидкая тьма поглотит навеки. Вопреки всему, она шагнула еще, один этот шаг стоил ей колоссальных усилий, но она справилась. Тьма обступила ее, однако, проглотить не посмела, что, конечно же, радовало. Кироши подсветили пространство инфракрасом. Автоматический переход на ночное зрение срабатывал с задержкой — странно для такой оптики, хотя настройки таймингов могли пострадать во время последнего приступа психоза. Оказалось, что подвал — это всего лишь подземная парковка, по крайней мере, то, что от нее осталось. Кое-где стояли одинокие автомобили, чьи кузова пострадали гораздо меньше, чем у тех, что им с Эриком попадались снаружи. Сквозь треснутый асфальт поднимались волоски проросшей травы. Они были настолько слабы, что едва могли поднять колосок, лежали неопрятными волнами, словно нерасчёсанные волосы. Это зрелище совершенно не вязалось с образом прошлого Найт-сити. Рысь побежала вперёд, выход с парковки оказался завален грудой бетона от обвалившейся колонны и обломками машин, которым не повезло оказаться не в том месте, не в то время. Она осмотрелась, наверх, на первый этаж здания выводили две длинные вереницы эскалаторных ступеней — разумеется нерабочих и изрядно побитых апокалипсисом. Даже интересно видеть нечто подобное в истрепанной безденежьем Пасифике — прям подходит, идеальное дополнение к антуражу. — Постой, это что, Арондит? — Соломон сразу же узнал знакомые черты длинного шедевра рейфилдских инженеров. — Что здесь может делать корпоратская тачка? — Понятия не имею, апокалипсис установил свои законы, ты же понимаешь, — Соломон присел на поверхность просторного капота. — Он на ходу что ли? — Рысь коснулась датчика, водительская дверь подалась назад, затем чуть вправо и повернулась на девяносто градусов, посмотрев ровно в потолок. У Арондита был такой низкий просвет, что он едва не скреб «пузом» по асфальту. Что в нем находили люди — непонятно; и стоил он, как космолёт. — Не стоит в него садиться, это какая-то инопланетная западня, отвечаю, — Соломон отошёл на шаг назад. Рысь тут же последовала примеру, будто вспомнив, где находится. — И что ты предлагаешь? — У нас было задание, разве не так? — Соломон обошел машину кругом, — нам бы стоило поторопиться, до следующей вспышки остаётся все меньше. — Да, я помню, — Рысь последовала за ним и вдруг замерла. — Что такое? — Соломон, подключенный через связной чип, «видел» ее глазами и понял, что так привлекало внимание. От машины красной лентой тянулся в сторону эскалатора багровый след. Кровь успела запечься на воздухе. — Пошли искать владельца, — Рысь обошла машину, присела на корточки, окинула эскалатор взглядом. Фантомный Эрик стоял рядом, цифровой ветер киберпространства трепал его плащ. Фантомный Соломон стоял рядом, цифровой ветер киберпространства трепал его одежду. Рысь тряхнула головой, крепко зажмурилась. Что-то с ней происходит, после задания нужно срочно к Виктору. — С такой кровопотерей бедолага вряд ли выжил, — Соломон опустился на корточки. — Меня больше интересует, как он вообще тут оказался. Не то, чтобы в современном Найт-сити много прохожих. — Да, это точно. Только будь начеку, что-то тут не так, я прям чую, — Соломон оглянулся, затем пошел вперёд и растворился в пространстве. В здешних стенах витала страшная атмосфера запустения. Ловко перепрыгнув через сломанную преграду, Рысь ступила на ржавые ступени эскалатора. — Никогда не думала, что твои навыки паркура пригодятся в борьбе с инопланетянами? — Да, каждый день. Соломон усмехнулся. — Видишь, не прогадала. Она шла вверх по лестнице, разговаривая словно сама с собой. Электронный Соломон был рядом. Атмосфера запустения царила не только на подземной парковке — ее досталось с избытком всему городу. Становилось жутко от осознания того, как тот большой неоновый мегаполис превратился в площадку для развлечений инопланетного зверинца. В ее голове плотно засел образ родного Найт-сити, этот город вырастил ее, воспитал, а теперь она видела, как он гибнет. Не то чтобы Найт-сити был примерным родителем, которого стоило жалеть и оплакивать, но Рысь все равно любила его. Почему-то… Всё-таки с ним было связано много хороших воспоминаний. Родителей ведь не выбирают. Через пару мгновений она ступила на предпоследнюю ступеньку и увидела просторный холл бывшего жилого массива, чем-то схожий с холлом какого-нибудь торгового центра: повсюду находились стеклянные стены; помещение было спроектировано таким образом, что даже при тусклом ночном освещении казалось ярко-белым, светлым; пол, потолок и те стены, что не удостоились чести стать стеклянными, были окрашены в теплые тона, создавали уютную атмосферу — редкость для Найт-сити, а для современного и подавно. Даже с треснутыми полами, оббившейся краской и выбитыми стеклами холл жилого массива выглядел дорого, правильно говорят — Пасифика создавалась, чтобы корпораты просаживали здесь бабки. Правда, не досоздавалась, но это уже не так уж и важно. Однако, Пасифика ли? Рысь ступила на бетонный пол, осмотрелась, подошла к одной из стеклянных стен. Впереди красовалась трасса, ведущая прямиком к площади корпораций, до башни Арасаки оставалось около пятисот жалких метров. Как такое возможно?! — Ты понимаешь, где мы? — спросил Соломон. — Что? — Рысь обернулась. — Мы ведь были в Пасифике, нет? — Что-то произошло тогда в коридоре пятиэтажки. — Только в коридоре, ты уверена? — На что ты намекаешь, черт побери?! — Рысь не понимала. — Всему свое время, Рысь, всему свое время, — Соломон испарился в киберпространстве. Кровавый след уходил за пробитую стойку ресепшена. Конечно, консьержа на рабочем месте не наблюдалось. Ещё бы. Рысь вдруг ощутила странное чувство, хотела шагнуть с эскалатора, поставила ногу, но предыдущая ступенька вдруг хрустнула, металл со скрежетом провалился внутрь. — Мать твою! Эрик инстинктивно попытался схватить ее за руку, видя фантом Рыси сквозь киберпространство. Конечно же его попытка ни к чему не привела. Рысь спасла от падения ее же собственная реакция — она выпустила клинок, вонзила его под подвижную ленту перил эскалатора и кое-как смогла удержаться. — Ты в порядке? — голограмма Эрика отлично передавала его эмоции. Он чуть не поседел, его Рысь чуть не сгубил дурацкий ржавый эскалатор. — Да, вроде, — она высвободила застрявшую в проломе ногу и поставила ее на перила. Обе ступени рухнули вниз, открыв вид на острые шестерни механизмов. — Жутковато смотрится, — Соломон стоял на бетонном полу, закрыв собою стойку ресепшена, — давай выбирайся оттуда, пока у него ещё что-нибудь не отвалилось. — Лучше бы помог. — Да не могу, ты же знаешь. — Вот и что за парень у меня такой? — Рысь, это уже не смешно, завязывай, — Соломона даже слегка пугали ее галлюцинации. Уперевшись в клинок, она поставила вторую ногу на перила, загнувшись в перевернутую параболу. У эскалатора обвалились ещё пять ступеней, только сейчас она заметила на металле повреждения от жижи инопланетян. С силой оттолкнувшись от эскалатора, она вытащила клинок, встала на перила и, поймав равновесие, спустилась на пол. — Да вы, госпожа, та ещё акробатка. — Тебе не нравится? — Рысь нахмурились. — Мне-то нравится, а вот Эрик даст мне за это в табло, так что не надо меня о таком спрашивать. — Как скажешь, Эр… — она замолчала на секунду, — Соломон. Стеклянные стены невольно привлекли ее внимание. Она тут была, она подходила к ним! И никакие ступени никуда не проваливались… Трасса вела прямо к Площади корпораций. Дежавю, да такое сильное, какого в жизни еще не доводилось испытывать. Была в убежище в Пасифике? Была в пятиэтажке в Пасифике, а потом что? Ее размышления прервал надрывный кашель и стон, приправленный нецензурным выражением. Рысь подбежала к стойке и вскрикнула от неожиданности, когда «еле-живой» корпорат накинулся на нее, вцепился в плечи и закричал изо всех сил: — Спасите меня, спасите от них, возьмите в убежище, пожалуйста, — он брызгал слюной в истеричном припадке, на правой руке не хватало пальцев, лицо было словно обожжено, шею украшала гнойная, шишкообразная рана с черными краями. Рысь запищала от боли, он сдавил ее плечи с таким усилием, что затрещали титановые ключицы. — Они!!! Они придут за мной, они не отстанут, господи, я больше не хочу!!! — выл он, Рысь заметила на нем странное устройство, ободом опоясывающее голову. О его назначении история умалчивала. Корпорат вжал ее в пол, заставил встать на одно колено, Рысь не могла разорвать стальную хватку. Только сейчас она догадалась, что у него установлены в руках боевые импланты и побороть их невозможно. — Ты! Ты служишь им, ты приведешь их ко мне!!! Нет, я не позволю! — его лицо исказила кривая улыбка безумца. Сила хватки увеличилась, он едва не выдавил из нее душу, но Рысь больше не сопротивлялась, она всё поняла. Белая вспышка пронеслась перед глазами, сразу за ней последовало темное киберпространство. Образ корпората превратился в обезумевший сгусток кода. Она улыбнулась. Голограмма Соломона явилась из ниоткуда, он ударил его в лицо прикладом, полоснул цифровым керамбитом по рукам. Ещё одна белая вспышка вернула ее сознание в реальный мир, Рысь сразу же почувствовала, как ослабла хватка корпората. Его боевые руки поразил разряд тока, они дрожали от перегрузки — «замыкание» от Соломона спасло ей жизнь. Она выхватила нож с бедра, ударила корпората сверху-вниз и вывернулась из захвата. Действие скрипта закончилось, он пришел в себя и возопил от гнева: — Нетраннер ебаный! Да я тебе, шлюха инопланетная, весь хром вырву! Вот только она не нетраннер. И уж тем более не второе слово из списка. Да и эпитет не подходил… Туго у кого-то с головой, определенно. Он набросился на нее с кулаками, кровь хлестала из черной раны. Один удар прошел мимо, второй — тоже. У Рыси и без технологий была отменная реакция, а с имплантами попасть по ней кулаком — невыполнимая задача. Контроллер движений, природный вестибулярный аппарат, модуль разгона рефлексов — проще говоря обезумевший корпорат молотил воздух. — Я убью тебя! — воскликнул он, дальше последовала долгая и злобная буква «А» с восклицательным знаком. Рысь выхватила Эррату, металлический кулак столкнулся с ее раскаленным лезвием. Синтетические мышцы напряглись, она словно локомотив на полной скорости остановила. Корпорат давил на блок изо всех сил, она пнула его в колено, выбила из равновесия, он неуклюже прошел два шага и рухнул на пол, прокатившись на животе, словно пингвин. Потрёпанный фрак оказался как раз по случаю. Разрезав воздух, Рысь закинула катану в ножны на спине. Корпорат лежал, не шелохнувшись. — И что теперь? Его походу в больницу везти надо, — Соломон появился рядом. — Нет-нет, погоди, он, кажется, ещё не всё, — кироши просканировали его на наличие нитевидного пульса. Пульс был — но не нитевидный. Корпорат медленно поднялся и повернулся к ней, дрожа ни то от бессилия, ни то от ярости. Пенистая слюна текла из полуоткрытого рта, он не владел собой совершенно. — Рысь, рядом кто-то есть, — голограмма Соломона вскинула автомат. — Кто именно? — Не знаю! — он выстрелил куда-то, пуля растворилась в киберпространстве. — С кем ты там говоришь, тварь?! — возопил корпорат, — ты сдохнешь, сдохнешь прямо сейчас!!! Он бросился к ней, неуклюже переступая непослушными ногами, со стороны напоминая кривой комод. Его тяжёлая поступь, сбившееся дыхание абсолютно не сочетались с его намерениями уничтожить столь опасного противника. Рысь отставила левую ногу назад, слегка присела, напружинившись, выставила острие эрраты вперёд, готовясь встретиться с металлическими кулачищами противника. — Я убью, убью!!! — Вниз!!! — закричал Соломон, Рысь сама почувствовала опасность и мгновенно примкнула к полу, изогнувшись, словно в танце. — Ты сдох!.. — корпорат не успел договорить, его перекореженное лицо ещё сильнее перекорежил острый шип неестественной формы. Рысь резко развернулась, ища противника. Откуда ему мог прилететь такой подарок?! Тяжелый корпорат рухнул на землю лицом вниз, теперь шип торчал прямо из затылка. Вот интересные же вещи могут приходить в голову в современном Найт-сити. Ничего подобного видеть ей раньше ещё не доводилось. Секунды шли, противник так и не показался. Рысь держала эррату острой стороной вверх, готовясь в любую миллисекунду отбить летящий шип, полумеханические руки изнывали в ожидании, прося резкого движения. А момент все не наставал. Голограммный Соломон появился рядом, прижался к ней спиной, смотря в противоположную сторону. — Ты видишь кого-нибудь? — Рысь с опаской озиралась по сторонам, прислушиваясь к каждому шороху. — Видеть не вижу, но чувствую их программное присутствие. Что-то не так, я не представляю, с чем мы имеем дело. — Сколько их? — Черт бы их знал, сука, не пойму, скачут, гады, туда-сюда. Земля задрожала, по полу холла побежала трещина. — Что это за херня?! Пыль вскружилась вихрем, пошла непроницаемым хороводом вокруг Рыси, заключив в кольцо. Что-то двигалось там, представая внутри серой массы темным силуэтом. В конце концов она поняла, что это ещё один кусок юмора современного Найт-сити. Смертельный юмор нынче у города. Неестественно извиваясь и странно смеясь с частыми заиканиями из пыли на нее рвануло нечто металлическое и очень быстрое. Рысь едва увернулась от клинка размером с неплохой палаш. — Соломон, что это за падла подзаборная? — Да я хрен его знает! Это существо снова скрылось за пеленой пыли. Пол продолжал трескаться и рассыпаться, казалось, все здание покосилось, словно Пизанская башня. Через полсекунды Рысь оказалась в бешеной схватке. Существо вылетело на нее снова, размахнулось двумя огромными клинками, едва не перемолов ее в фарш. В бесчисленных пируэтах и блоках под звон лезвия эрраты она крутилась изо всех сил, лишь бы только противостоять врагу. — Соломон, сломай ему что-нибудь, блядь! Он меня тут на части разорвёт, сволочь! — Я пытаюсь, у него, сука, километровый лёд, дай мне минут пять, я пробьюсь. — Давай скорее! Она изогнулась, встав на мостик, огромный клинок противника прошел ровно над грудью, Рысь тут же извернулась и напала снизу, повредив разогретой катаной что-то вроде автомобильного колеса, на котором эта тварь передвигалась. Металлическое творение ALов вдруг остановилось, откатившись к самой границе круга пыли, раскинуло длинные конечности в стороны и начало странно извиваться, ещё более странно смеясь. Все это зрелище невольно напомнило ей надувных человечков около заправок и магазинов, завлекающих покупателей своими смешными движениями. Вот только сейчас ей было непонятно — смеяться или плакать. Теперь Рысь отчётливо представляла образ нового противника. В высоту он достигал внушительных трёх метров, одно колесо на подвижной штанге с шарнирами заменяло ему ноги. Это существо будто на сто процентов состояло из шарнирных механизмов, его металлический скелет был настолько подвижен, что предугадывать резкие движения удавалось с трудом даже прокачанной электронике Рыси. Он шаркнул порезанной шиной об растрескавшийся пол и снова рванул к ней. Сверху на стручкообразном теле располагался купол головы, шея отсутствовала напрочь. — Убожество лесное! — завизжала Рысь, отбив его клинок и следом ещё один, а потом снова тот же. Он не давал ей передышки. Убожество закрутило руками, закрутило так быстро, что клинки обратились в жатку адского комбайна. Подойти к нему стало невозможно. Оно заикалось, заливаясь прерывистым смехом. — Рысь, в его конструкции уязвимость, в голове, так можно его вырубить. — Поняла! Кольцо пыли сжималось все сильнее, вихрь становился яростнее. Рысь активировала импланты в ногах, дала высокий прыжок, получив болезненный порез клинком, регулятор боли блокировал чувства, дал ей возможность завершить трюк. Она выкрутила сальто и приземлилась прямо на врага. Не останавливая свою машину смерти, он заизвивался в каком-то глупом танце, желая скинуть Рысь на землю. Крутящиеся клинки то и дело звонко ударялись об пол, высекая искры. — Этот цирк должен когда-то закончиться! — завопила Рысь и вогнала острие эрраты прямо существу в голову. Цирк и правда закончился. Клинки остановились, колесо тут же потеряло равновесие. Вся эта адская груда металла рухнула на бок, перекатившись. Рысь спрыгнула, пыль продолжала водить хоровод. Земля дрожала, ощущался непонятный гул. — Рысь, не расслабляйся, — это явно не все. — Научился бы ты их взламывать. — Я пытался, пока не выходит. О, твою мать, берегись! — Соломон растворился в киберпространстве. На Рысь из пыли вылетело такое же жуткое существо с твердым намерением довершить дело друга, или брата, или сестры — кто их там разберёт? Гул ощущался все сильнее, по периметру кольца пыли вдруг взлетели камни и мелкие частички мусора. Рысь отбила все невероятно быстрые атаки противника, снова дала прыжок и… Не приземлилась. Вообще не приземлилась. — Что происходит?! — она беспомощно трепыхалась в воздухе. Следом за ней воспарил и противник. Гравитации вокруг них словно больше не существовало. В полете неловко отбив клинок врага, она получила в плечо такой же шип, который недавно достался в подарок корпорату. Ее раскрутило в невесомости, впечатав спиной в большой кусок бетонного пола. Боль пронзила тело, Рысь взвыла. — Соломон, ты слышишь? Соломон?! — нетраннер не отвечал. Без гравитации она была словно без рук, будто ее мгновенно лишили всех преимуществ. Закричав от боли, Рысь едва успела оттолкнуться катаной от бетонной части пола и уйти из-под смертельной атаки. Существо ударило бетон колесом с невероятной силой, его рвануло в сторону. Эта тварь так ловко двигалась в невесомости, что становилось страшно. Синтетическая кровь текла из пробитых укреплённых сосудов, струилась по раненому плечу, Рысь приготовилась умереть. Отталкиваясь от парившего мусора и бетонных глыб, враг несся к ней. — Соломон!!! — закричала Рысь и тут же получила огромный клинок прямо в живот. Изображение расплылось перед глазами, треснуло напополам, словно выключили вертикальную синхронизацию, затем рассыпалось на цветные шумы. Она почувствовала страшный укол, не спас даже регулятор, сознание улетучивалось под натиском болевого шока. Вот наконец современный Найт-сити поглотил и её, но она хотя бы поборолась за свою жизнь, а не уничтожала себе подобных в приступе ярости. Это лучшая смерть, лучшая участь для лучшего AL-хантера. Она — легенда, не меньше. В последний миг она видела перед собой лицо Эрика, он нежно поцеловал ее в губы, захотелось ответить, но не было сил, отяжелевшие веки закрывались сами собой. Перед глазами пронеслась белая вспышка, а затем — темнота и тишина, тишина, которой она так боялась.