Часть 9

Рысь изрубила всех на совесть, если бы эррата была обычной катаной — уже давно бы затупилась. Однозначно. Но раскаленное лезвие просто не имело такой функции, сейчас его прикосновения дожидался последний металлизированный уродец. К Рыси вернулись симптомы легкого приступа киберпсихоза от постоянной механической нагрузки на мозг. Ей срочно требовался отдых, нужно было немедленно покончить с последним. Распылив колбу иммунодепрессантов, она вдохнула поглубже пары зеленого газа и вошла в разгон, сандевистан пискнул. Рысь в одно мгновение сократила расстояние, обратившись в бесформенное пятно, ее синтетическо-механические руки двигались быстрее света, она потеряла их из виду, могла только чувствовать их программно, машинно и по-человечески — по старинке. Хотя скорости человеческой нервной системе явно не хватало — чувства порою обрывались, уступая место механизмам. Зажав изо всех сил короткий клинок, Рысь буквально разорвала последнего противника на британский флаг. Он начал разваливаться еще после первого удара, а последующий град уничтожил его окончательно. Рысь видела, как его конечности медленно падают на бетонную стену поваленного небоскреба. Противник рассыпался по частям, как конструктор. Этот процесс стал наскучивать, Рысь остановилась, взмахнув клинком последний раз. Разгон сандевистана отпустил ее уставшее кибернетическое тело — противник тут же развалился, сложившись по частям на бетон. Его голова упала рядом. Рысь медленно опустилась на корточки, тяжело дыша, сил не было даже чтоб стоять. Вогнав короткий клинок на положенное место, она оглянулась — больше вокруг никого не было: ни врагов, ни аномалий. Может оно и к лучшему. Обессилив окончательно, она позволила себе лечь — такой наглости от простого AL-хантера опасный район точно ещё не встречал. Она повернула голову, увидела голограмму Эрика, он лежал рядом, улыбнулся, встретив ее взгляд. Больше не было никаких разрывов связи. — Только не говори, что на радаре опять кто-то есть. — Нет, пока вокруг никого. Передохни, ты молодец. Осталось только до арасачьей башни добраться. — И как нам это сделать? — она нашла в себе силы усмехнуться, — вокруг эта чертова жижа, море целое. Она ведь так просто отсюда не испарится. Голограмма Эрика исчезла на секунду, появилась около застрявшего ави. Он внимательно его осмотрел, а Рысь внимательно осмотрела осмотрщика, ей нравился такой его взгляд. Хотя ей вообще нравились любые его взгляды. — Знаешь, есть тут у меня парочка идей, если сможем это чудо техники извлечь из стены. Рысь кое-как встала и подошла ближе. — Ну, знаешь, я сильная, конечно… Но потянуть шесть тонн летного добра вряд ли смогу. — Тогда есть еще одна идея. Блестя броней, словно по команде к ним на небоскреб запрыгнул еще один AL. Откуда он тут взялся, почему Эрик о нем не предупредил? После ее возвращения в бункер кое-кого точно будет ждать серьезный разговор. — Вот сука! Эрик, помоги мне хоть с этим, — она приготовила оружие. — Подожди, не торопись, — Эрик остановил ее голограммной рукой, встал впереди. — В каком смысле? Решил меня им на запчасти продать? — Смотри внимательно. Преисполненный злобы AL бросился к ним, рыча двумя буквами. Белая вспышка пронеслась перед глазами, явила ей киберпространство, образ ALа превратился в хаотичную кучу кода — уродливую и бесформенную. Оно неслось на Эрика, а он стоял на месте и не спешил уклоняться, встретил его раскрытой ладонью. Следующая вспышка вернула ее в реальный мир. Голограммный Эрик положил руку на красный прожектор ALа. В ту секунду Рысь увидела странный проблеск в голограмме, настолько странный… Раньше такого ей точно не доводилось видеть. И связь тут явно не при чем. Эрик посмотрел на нее, улыбнулся. — Он нам поможет. — Я сейчас не знаю, как реагировать, почему ты раньше так не делал? Эрик ничего не ответил. — Это Соломон написал тебе такой код? — Нет. Рысь в недоумении смотрела, как AL хвостом вытянул ави за задний бампер, а затем спрыгнул с небоскреба. Сам, по своей воле. — Мне начинать тебя бояться? — Рысь ничего не понимала. Эрик усмехнулся в ответ. — Не стоит. Нос ави каким-то образом не получил ни одной царапины, вероятно, всему виной аномалия. Сдвижная дверь отслоилась от корпуса, распахнула перед ней пространство комфортабельного салона. Пассажиров внутри, к счастью, не оказалось. — Прошу, Сайберлинкс, карета подана, — голограммный Эрик демонстративно подал ей руку. — Очень смешно, потом, надеюсь, ты мне это все объяснишь. Рысь с недоверием ступила в салон, опустилась в кресло. Аналог технологии CrystalDome из будущего сделал купол крыши прозрачным, дверь закрылась за ней. Эрик перехватил управление ави, поднял его в воздух с такой легкостью, словно всю жизнь управлял подобным.

***

Все люди, попавшие под влияние многоглазой жидкости, были мертвы. Невидимый владелец клинка расправился с ними очень быстро и больше не появлялся. Кто это мог быть? Кассандра предпочитала не думать, ее сейчас заботил другой вопрос. — Доктор Линкс, поймите, нам не остановить цикл схлопывания. Нашему миру конец. Если не уйдем отсюда — раса захватит вас и будет использовать в качестве головного компьютера. Посмотрев в сторону сияющего прохода, Кассандра оперлась на панель управления вратами и тяжело вздохнула. — Откуда такие предположения? — В записях той системы я увидел проект предыдущего ученого, что собрал подобные врата. Раса поглотила его мир, поселилась в нем. Вы сами видели, как теперь выглядит A666. Знаете, чей мозг они избрали в качестве головного компьютера? — Кажется, знаю, — Кассандре не хотелось в это верить. — Верно, предыдущего создателя врат. Когда человек изобретает врата и способ их использовать, он проходит своеобразную математическую проверку. Никто в нашем мире не смог потянуть такой проект, только вы, доктор. Вы необходимы им для выживания, мозг предыдущего человека не вечен. — Если я им так нужна, то почему вот эти твари только что пытались меня убить? — она указала на плавающие в темной жидкости остатки металлизированных людей. — Пытались? Разве? Вы им нужны, но не целиком, только ваш мозг, вся его потенциальная производительность. — И что ты предлагаешь? — Поскольку наш мир мы спасти не можем и знаем, что раса из A666 зациклилась именно на вашей пространственной структуре, нам просто необходимо найти часть вас в другом мире, чтобы уберечь его от участи нашего, понимаете? Мы можем спасти миллиарды, — ЭРИК был так уверен, словно каждые выходные делал нечто подобное. — ЭРИК, ты предлагаешь пройти в другой мир, что само по себе уже крайне опасно, найти там кого-то, кто на меня очень похож, и что? — Пожалуй, это очевидно. Если не мы, то эта раса и мир целиком. — Ты сам-то себя слышишь? — Я не могу слышать, я генерирую ответы, исходя из запроса пользователя. — Вот же безумная машина, я точно тебя отключу после этого, — Кассандру даже разозлили его слова, она не для того его создавала, чтобы он сейчас толкнул ее на межпространственный скачок для убийства себе подобной. Она и так уже достаточно натворила, опустившись на металлический сетчатый пол площадки перед блоком управления, Кассандра оперлась на него спиной и задумалась. Убивать никого ей точно не хотелось, это уж слишком. Весь этот бред про то, что цель оправдывает средства точно не для нее. Должен был быть какой-то выход. И вот почему ее гениальный мозг не мог выдать вменяемого решения?! Вот что за несправедливость? — Самый светлый ум ISR, — она усмехнулась, — который погубил весь ISR. Какая ирония. Сквозь проход донесся жуткий двухбуквенный вопль. Контур прохода вдруг засиял ярче, сжался, словно в конвульсивном припадке, а затем, разжавшись, выдал вверх зигзаг темной молнии. Она со странным визгом, совершенно не свойственным молниям, разнесла потолок, оставив сквозную дыру с рваными краями. Кассандра вскрикнула, едва увернувшись от падающих кусков композита. Молния ушла в небо, пала темной кляксой на его голубую твердь, растеклась глубокой трещиной. Многоглазая жидкость хлынула из нее настоящим водопадом, непроницаемой портьерой поделив их мир на две части. Она тянулась до самого горизонта, ей не было конца. Кассандра видела, как жилой блок-район вдали скрыло в потоке порождения параллельной вселенной. — Доктор Линкс, у нас нет времени на размышления, мои расчеты были ошибочны, двух недель нам не дадут! — крикнул ЭРИК. — Постой, насколько сильно мы помешаем этой расе, если мой след затеряется при переходе через вселенные? — Достаточно сильно помешаем. Кассандра подскочила, оживившись. Ее светлый разум вдруг нашел решение. Она подлетела к блоку управления вратами, отключила реверс, перевела их в режим генерации ИПИ-волны. — Доктор Линкс, что вы делаете? — При переходе через вселенные мы становимся частью ИПИ-волны, то есть, частью математического уравнения, по результатам которого можно нас отследить, — торопливо объясняла Кассандра искусственному интеллекту. — Вы хотите исказить математические данные? — Верно, и я сделаю это самостоятельно, тогда тому суперкомпьютеру с прожектором будет менее понятна логика расчётов. — Может сработать, — добавил ЭРИК после небольшой паузы. — Готовь математический алгоритм! — скомандовала она, быстро соображая и складывая в голове порядок своих действий. Малейшее промедление может стать фатальным. — Слушаюсь, — Ai-ассистент занялся вычислительной работой. Потолок ISR рассыпался, до обрушения купола потолка, а вместе с ним и сети корректировщиков оставались считанные минуты. Кассандра увидела в записях, сделанных при анализе, номер вселенной, куда унесло ее пространственную структуру. — Готовимся к переходу в E4795, считай ключ под 2068 год! — Кассандра нажала две сенсорные кнопки, выставила значение в девяносто градусов. В тот момент она готова была плакать от счастья, что догадалась сделать вокруг врат сразу четыре зеркальные декодирующие поверхности. Гидравлика загудела, вся тяжелая установка, включая рельсы с летательным аппаратом, начала медленный поворот на девяносто — прямо в сторону свободного декодировщика. Проход в A666 пульсировал злобным глазом, светился, испускал странные искры, металлическое существо по ту сторону выло, кричало. Кассандра молилась, чтобы куполообразный потолок прожил еще пару минут. — Обсчет закончен, можно начинать генерацию, — объявил ЭРИК. — Отлично, — одно дело было сделано — как камень с души. Кассандра начала генерацию ИПИ-волны. Стимулирующее излучение ткнуло разлом в колбе, он снова взбесился, сил на сопротивление у него было меньше, чем в первый раз — он сдался гораздо быстрее. ИПИ-ретрансляторы на узких модулях впитали волну и выдали луч в медную сеть на потолке, ромбы корректировщиков засветились. Купол потолка шатался. Появилась угроза капсуле с разломом. — ЭРИК, режим декодировки, срочно! — Понял вас. Наклонно-поворотный механизм начал свой маневр, навел сеть прямо на поверхность декодировщика. Она перепрыгнула через перила, оказавшись на площадке с разломом, Удивившись своей ловкости, забралась под купол модулей с ретрансляторами, хотя это нарушало все правила техники безопасности вместе взятые. Верхний этаж здания ISR трещал по швам, сквозь трещины на потолке лилась темная жидкость, моргая сотнями глаз. — Коррекция искажений отказала, наша сеть компенсаторов не работает, доктор. — Плевать на нее, сейчас уже не до этого! — она приложила палец к сканеру, механизм левитации «отпустил» колбу с разломом, — открывай проход, нас сейчас тут завалит к чертовой матери! Изогнувшись конусом, сеть выдала всю накопленную энергию на зеркальную поверхность декодировщика. Кассандра сдвинула стекло кабины летательного аппарата, положила капсулу на пол, залезла следом, устроившись в кресле пилота, двумя касаниями активировала системы. Началась проверка механической и программной части — межпространственный корабль ожил. — Я постарался рассчитать все согласно нашему новому математическому алгоритму, но без компенсаторов искажений невозможно сказать точно, в каком временном промежутке вселенной мы окажемся. — Главное, попасть в E4795, а там уже будь что будет, — сказала Кассандра, пристегивая ремни. — Никогда не думал услышать от ученого вашего уровня подобное безрассудство. — Да ладно, не нуди. Она закрыла стекло, ЭРИК перебрался в бортовую систему. Мутная пленка сошла с поверхности декодировщика, открыв завораживающий вид на верхние слои атмосферы землеподобного мира. По крайней мере, атмосфера там была — это уже радовало. Пусковая установка сработала, корабль швырнуло вперед, Кассандру вжало в кресло. Двигатели включились автоматически. Потолок ISR обрушился, похоронив под собой ее страшный проект.

Часть аварийного лога эвристическо-реагирующей исследовательской киберсистемы, частично расшифрованная командой »Арасаки»

17 января 2078 года.

Выявлена ошибка во временных расчетах — обнаружено отклонение от курса на 10 лет.

Проведено успешное подключение к части пространственной структуры носителя (доктора Линкс).

Начато изучение личности и поведенческих алгоритмов.

Создан защищенный канал подключения к местной сети.

Задействован защищённый канал подключения к серверам «Арасака»

Определена личная геопозиция.

Начато внедрение кода в системы Арасака-тауэр.

Начат процесс цифрового перехода.

***

Она смотрела в бортовую проекцию, созданную технологией crystaldome. Ави летело медленно, паря над морем многоглазой жидкости, направляясь прямиком к темным очертаниям Арасака-тауэр. Рысь не могла понять, как такое произошло: Эрик управляет техникой, порожденной аномалией, останавливает инопланетную зверюгу, отключается в самые неподходящие моменты, увиливает от ее вопросов. Она пару раз чуть не лишилась жизни из-за его отсутствия. Ей казалось, что опасный район Найт-сити — самое странное место, где происходят самые необъяснимые вещи. Но, похоже, она здорово ошибалась. Видно, загадку самой главной аномалии ей еще предстоит раскрыть. Вопросы множились. Что имел в виду Соломон, когда сказал, что всему свое время? Почему сканирующие вспышки прекратились ровно в тот момент, когда они оказались на финишной прямой перед Арасака-тауэр? Почему сейчас Эрик не проронил ни слова, хотя их полет длился уже достаточно долго? Изменения в его поведении сильно настораживали ее, он стал сам на себя не похож. — Внимание, мы на подлете к Арасака-тауэр, — даже его голос был слишком машинным, слишком другим. — Эрик, что происходит? Ты начинаешь меня пугать, — спросила Рысь. Ави замедлилось, зашло на посадку, раздувая пыль турбинным пламенем. Эрик, конечно же, не ответил. Странно. Беспокойство окончательно захватило Рысь. Тут крылся какой-то подвох. Она больше не могла думать о выполнении заказа. Ави опустилось на крышу Арасака-тауэр, гул двигателей стих. Проекция окна растворилась с тихим особенном звуком, что могла издать только система crystaldome. Дверь поднялась, впустив в салон неприятный запах воздуха современного Найт-сити. — Мы прибыли, можешь выходить. — Эрик, что… — Выходи, — он не дал ей договорить. Рысь поднялась, пригнув голову, покинула салон ави и осмотрелась. Чувство тревоги не покидало. Она видела, как все небоскребы, торчащие из темного, многоглазого моря, оделись в бусы из красных огней. Поначалу на фоне всего прочего это не показалось чем-то важным, но затем она поняла, что каждая бусина — это огонь прожектора одного из множества ALов, собравшихся словно на какое-то долгожданное представление. Она постоянно слышала их непрекращающийся двухбуквенный вопль, он уже стал чем-то вроде дополнения к звуку ветра и шелесту волн темной жижи. Однако, Рысь слышала его слишком часто, чтобы не уловить тончайшие отличия — сейчас из этой какофонии сотен машинных голосов исчезли нотки злобы, нотки всяческой агрессии. Их сменило нечто другое, нечто куда более странное и куда более пугающее. Нотки ликования. Чему эти сволочи так радовались? Неужели ее появлению? Или… Нет. Появлению Эрика. Ветер трепал ее волосы, шелестел курткой. Всё ещё хуже, чем можно было представить. — Идем, нам нужно вниз, — голограмма Эрика появилась рядом, он по-прежнему улыбался ей, говорил ласковым голосом, но теперь это все вызывало только необъяснимое чувство страха. — Эрик, объясни мне все сейчас же, — Рысь остановилась, голос задрожал, ноги подкашивались от страха. На самом деле ей не нужно было ничего объяснять, ей нужно было только подтверждение. — Все нормально, ты чего? Сама же хотела попасть в Арасачью башню, нет? Вот мы здесь, пойдем покопаемся в разработках этих корпоратских козлин. — Нет, все совсем не нормально! Каким хреном ты остановил ALа?! Как управлял ави? — в ответ снова молчание. Такое положение вещей Рысь точно не устраивало. — Я с тобой никуда не пойду. Эрик вздохнул. — Пойдешь, у тебя нет выбора. — Что за хрень ты несёшь?! — выпалила Рысь. Страх сменился машинной агрессией. Море имплантов пробило тонкую скорлупку ее человеческой психики — в голове вдруг снова проснулся голос приступа киберпсихоза, Рысь выпустила клинок и боевой имплант, пытаясь отмахнуться от назойливой галлюцинации. Не было сил бороться с ней, сейчас этот голос оказался непобедим, словно решив окончательно доконать ее. Или… «ЭРИК ПОГИБ ТОГДА! ЭРИК ПОГИБ! ПОГИБ!!!» — не унимался приступ. — Нет, сука, нет! Это неправда! — ответила Рысь, потеряв равновесие, упала на колени, оперевшись на раскрытый клинок. Голограммный Эрик больше не беспокоился за нее, даже не поинтересовался, как она себя чувствует, и не иссяк ли ее запас иммунодепрессантов. Он просто чего-то ждал, ждал с ничего не выражающим, каменным видом, словно кто-то щелкнул тумблером и выключил его эмоции. Рыси вдруг пришла странная мысль. Может этот голос не желал ей зла? Просто пытался напомнить. Напомнить… Она перестала сопротивляться. «ЭРИК ПОГИБ!!!» «Быть может это вовсе не приступ?» «Почему я все еще не сошла с ума?» «Люди ведь очень быстро сходят с ума от киберпсихоза…» — кружились мысли. «Нет, это вовсе не приступ» — логичный вывод. «ЭРИК ПОГИБ ТОГДА!» — снова раздалось в голове. «Это воспоминания…» — Эрик погиб тогда… — шепнула Рысь едва различимо. Голос пропал — она вспомнила, ее память словно оттаяла после долгого сна. — Кэсси, ты о чем? Вот он я, живой, посмотри, — голограммный Эрик зачем-то решил продолжить разыгрывать спектакль, хотя сам уже давно раскрыл свою подлую роль. Хотя это был не Эрик. Она не знала, кто перед ней, но точно не он. Кассандра вспомнила, как при первой встрече с боевым ALом Эрика разорвали на части. Ее любимого Эрика! Самого прекрасного человека во всем Найт-сити. Воспоминание явилось ей такой ясной картинкой, цепочка событий сложилась в голове. Рысь вспомнила, как при вспышке агрессии погибла ее сестра. — В бункере под Пасификой ведь нет никакого убежища, верно? — слезы потекли по щекам. — Верно. — Боже, нет, я не хочу, чтобы все было так… Эрик, пожалуйста! Эрик — инопланетная дрянь в цифровом облике Эрика — стояла недвижимо и смотрела на нее равнодушным взглядом. Позади появились двое ALов, забравшись по стене Арасака-тауэр. — Кто ты такой, скажи! — взвыла она. Он подошел к ней, опустился на корточки, в его взгляде она встретила жуткий красный отблеск — точно такой же, как она видела в прожекторе ALа. Перед глазами всплыла картинка — четкое воспоминание с порталом, с огромным металлическим существом и морем темной жидкости. Это было не ее воспоминание, в ее жизни не происходило ничего подобного. Но, если не это не ее воспоминание, то чье? Страх пробрал до самых костей, картинка из того воспоминания… Напрашивалось сравнение с современным Найт-сити. Тогда, в момент их визуального контакта с существом, с ней что-то произошло. Она окончательно поняла, что сама виновата во всем и A666 так просто ее не отпустит. Откуда в голове взялся этот номер? Номер вселенной. Номер вселенной? Она помнила то, что никогда не знала. — Доктор Линкс… — он вздохнул, — ваш разум уже давно принадлежит нам, смиритесь, — его голос обрел металлический призвук. Рысь с остервенением выдрала из нейропорта «связной» чип, цифровая завеса, созданная будто каким-то мастером-иллюзионистом, растаяла в один миг. Она даже не удивилась, когда на чипе не обнаружилось надписи «Милитех». Все корпорации давно уничтожены. — Доктор Линкс… — Я не знаю, о чем ты говоришь! — воспоминания в голове Рыси смешались воедино. — Нет, вы все прекрасно знаете. Ее осенило в один миг, она всё поняла. — Ты… Ты чертов искин из того прохода, так? Эрик молчал. — Боже, ты не просто искин, ты головной компьютер ALов, — Рысь поняла, где раньше видела такой же проблеск, как был в его глазах. Первый раз она встретилась с ним в своей другой жизни, той, где была учёной. Тогда от ужаса ее охватил такой же каменный паралич. — Признаю, пройти в другую вселенную было хорошим решением, но ваш Ai-ассистент не смог исказить математический след. Мы пришли в этот мир почти сразу же. Пришли за вами, доктор, вы нужны нам. На интерфейсе кироши появился целый каскад входящих подключений. Рысь согнуло под мощью его нетраннерской атаки. Она не смогла ни вскрикнуть, ни вздохнуть. Механический пришелец подхватил ее металлическим хвостом и заключил в тесное кольцо.

***

Многотонный груз осознания обрушился на ее плечи. Не существовало убежища «Милитеха», вторжение оказалось не инопланетным. ALы явились к ним из параллельной вселенной, она даже и не предполагала о чем-то подобном. Ее мышление оказалось слишком приземлённым. Эрик погиб, все ее друзья — всего лишь иллюзия. Последние два года Рысь прожила в призме галлюцинаций, созданной жутким существом из параллельной реальности. Им двигало лишь одно желание — достать того самого человека, чьего интеллекта хватит для выполнения роли носителя. Оно сделало все, чтобы сохранить ее хрупкую человеческую психику. Нарисовало ей приятную картинку — даже в мельчайших подробностях воспроизвело секс с Эриком. А она верила, верила, как невинная овечка, шла на поводу у тех, кто погубил весь ее мир. Буквально плясала под их двухбуквенную дудку. Хотелось сквозь землю провалиться, умереть, развалиться на атомы, лишь бы только не ощущать себя столь убогим созданием. Рысь отлично помнила, как создавала свои пространственные врата, как бредила ими. Помнила, как разработала подходящий математический алгоритм. А ещё помнила, как жила в дорогой квартире неподалеку от площади корпораций, помнила своих родителей и младшую сестру. Воспоминания доктора Линкс и наемницы из Найт-сити смешались в голове. Она помнила обе свои жизни одновременно. Помнила, как в перерывах между тяжёлой научной работой читала первый том «Серебряных лис», лёжа на кровати с адаптивной поверхностью. Помнила, как ее смешило авторское видение переходов между мирами. Вот бы и у нее все было так просто. Помнила Сергея Николаевича — сексуального директора ISR, который несмотря ни на что продолжал верить в успех ее проекта. А ещё она помнила, как впервые посетила рипера, как обнаружила свою врождённую устойчивость к имплантам. Помнила, как заработала себе имя, о Сайберлинкс в некоторых районах Найт-сити знали не понаслышке. Пережив столько аномалий, столько странных явлений, Рысь не понимала, кто она на самом деле: ученый, AL-хантер или просто жертва механического организма. Сколько ее версий существует? Две? Или все это досталось пережить одному и тому же человеку? Рысь заплакала, вспомнив, как рассталась с жизнью в обличье доктора Линкс — просто ударилась головой о стекло в своем летательном аппарате при жёсткой посадке. Так глупо погибнуть ещё надо уметь. Затем мрак в ее оставшейся жизни начал нарастать, пока не достиг точки невозврата. Рысь помнила, как корабль ALов рухнул прямо на их небоскреб, похоронив родителей. Младшую сестренку забили насмерть обезумевшие люди при первой фазе вторжения. Эрик пожертвовал собой, дав Рыси возможность сбежать. А затем она наткнулась на заброшенный бункер в Пасифике и укрылась там, снедаемая галлюцинациями. Она открыла глаза, веки казались такими тяжелыми, Рысь не могла сообразить, где находится. Все воспоминания о жизни в бункере «Милитеха» теперь лишились галлюцинаций. Рысь все это время находилась в одиночестве, вокруг не было ни души. Вероятно, на всей планете теперь не осталось ни одного живого человека. Она спряталась от ALов, а все остальное было нарисовано враждебным искусственным интеллектом, старавшимся уберечь ее психику от приступа киберпсихоза. Ей так не хотелось в это верить, но она была самым ценным существом для расы из параллельной вселенной. Вторжение началось из-за неё. Главный компьютер ALов всеми силами пытался вытащить ее наружу, заставить прийти в башню Арасаки, туда — откуда всё началось. Он создал для нее целый мир, мир, в котором было место для нормальной человеческой жизни. Все перевернулось с ног на голову, AL-хантеров никогда не существовало, ALов просто не победить. Она никогда не охотилась на них, на самом деле она была маленькой, загнанной в угол жертвой, обречённой на вечное служение. В комнате с металлическими стенами гуляло эхо. Ее окружал тусклый голубой свет. Рысь попыталась двинуться, но что-то крепко держало ее. Боевые импланты не отозвались на команду. От страха дрожали колени. Где она находилась? Что ее ждало впереди? На эти вопросы не было ответа. Хотелось воззвать к голосу Эрика, хотелось услышать его ещё хотя бы раз, но теперь она понимала, что его больше не существует. — Доктор Линкс, не стоит бояться, мы положим конец вашим страданиям, — вокруг не было ни одного звука, но Рысь почему-то услышала их. Казалось, они забрались к ней в голову, захватили каждую извилину. Откуда шел этот ужасный рой металлического многоголосья? Сколько их было на самом деле? Рысь ничего им не ответила, дернулась, вскрикнула, заплакала навзрыд от отчаяния. — Вы даже не представляете, насколько уникальны. Одна лишь часть вашей пространственной структуры породила в другом мире наемницу с выдающимися боевыми навыками. Она не могла слушать этот бред. Она — никакая не часть, она — единое целое, она — Сайберлинкс, человек, личность, душа. Рысь подняла голову, прищурившись от усилившегося впереди синего свечения. В мрачном саркофаге металлической комнаты оно показалось ей ярче солнца. — Это же… — шепнула она, — это же моя разработка. — К счастью, используя технологию «Арасаки», мы смогли воссоздать погибшую часть вашей пространственной структуры. Совсем скоро вы снова станете доктором Линкс, а затем обретёте место в наших рядах. Рысь почувствовала, как некий механизм зафиксировал ее голову, затем подключил кабель к нейропорту за ухом. «Начата загрузка энграммы» — появившаяся шкала прогресса на интерфейсе совсем не радовала. — Что происходит?! — вскрикнула она. — Потерпите ещё немного. — Нет, убери это от меня! Перед глазами появился прожектор ALа, отливающий багровым светом. Она не могла вынести его злобного взгляда. — Нам лишь нужно восстановить вас во всем вашем былом величии. Скоро все кончится, потерпите ещё чуть-чуть. Скованная механизмами Рысь дергалась, не понимая, что за чушь он несет, тщетно пытаясь освободиться. Когда шкала достигла ста процентов, перед глазами пронеслась белая вспышка. Все и правда кончилось.

***

После знакомой белой вспышки не явилось киберпространство, но сейчас в нем почему-то была лишь темнота. Саркофаг металлической комнаты исчез, растворился даже голубоватый проблеск, похоронив последние намеки на реальность. Встречаться один на один с киберпространством ей раньше не приходилось. Рысь не могла понять, где находится, не могла понять, где ее тело. Она ничего не ощущала, ничего не слышала, не чувствовала запахов. Все системы отключились — испарился даже интерфейс кироши. Ни гироскоп, ни вестибулярный аппарат не могли определить, в каком положении их полумеханическая хозяйка. Складывалось впечатление, что она медленно плывет куда-то в невесомости, плавно вращаясь вокруг своей оси по часовой стрелке. От этого становилось не по себе, теперь она бесплотна? Она умерла? Или это ALы всё-таки свершили задуманное, и теперь она часть их головного компьютера? Сотни догадок и предположений вскружили ей голову, хотелось, чтобы все это прекратилось сию же минуту. И оно прекратилось. К Рыси плавно вернулось ощущение пространства, когда перед глазами из темноты появились очертания полупрозрачной синевы потолка. Она поняла, что все время находилась в горизонтальном положении, невидимая сила поставила ее на ноги, помогла поймать равновесие. Ватное чувство невесомости сменилось тяжестью притяжения, схожего с земным. Ее словно вытащили из воды после долгого плавания, но теперь она хотя бы могла идентифицировать саму себя и понять, существует ли вообще или все это очередная иллюзия. Рысь тут же оглянулась, попытавшись вздохнуть, но ничего не вышло. В этом месте организму словно не требовался воздух. Где она? Что это за место? Здесь не было ни одной стены, ни одной преграды — лишь пол и потолок, уходящие двумя ровными поверхностями в бесконечность темноты. Кибернетическое сердце стучало, отдаваясь громким гулом в затылке. Она словно попала в какой-то хоррор, в сцену, призванную напугать зрителя полным беззвучием. — Эй! Тут есть кто-нибудь? — удивительно, но в таком огромном пространстве, каковым, по крайней мере, оно казалось, не было эхо. Голос двоился уже на выходе из источника. Словно ее голосовые связки кто-то неправильно запрограммировал. Рысь обернулась и посмотрела в другую сторону. Крикнула ещё раз — ответа не последовало. Но почему-то её не оставляло ощущение, что она тут не одна. Она взглянула на себя, на свои руки — они были прозрачными, фантомными. Всего лишь призрачной бесплотной оболочкой. Сквозь них буквально проходил свет, он был повсюду, но не разгонял мрак. Это был странный свет, такой, какого раньше она нигде не встречала. У него не было источника, он не ложился на поверхности предметов, не искажался — он просто существовал, словно какая-то недоработанная декорация или часть сырого брейна, которого пока не коснулась рука монтажера. Все в этом месте было странным, стены одновременно существовали и отсутствовали: их визуального образа не было, но она чувствовала их телом. Нет, тело, плоть, механизмы, импланты — все это тут было не нужно. Она ощущала стены как-то по-другому — математически, как компьютер, как программа. На логический вопрос о наличии стены ее компьютеризированное сознание откликалось единицей. Значит, стена существует, а видит она её или нет — неважно. Рысь не могла совладать с новым восприятием мира, для нее это всё было чем-то неясным, чужим. Она осмелилась сделать шаг, обсчитав в голове малейшее изменение положения тела в пространстве по всем трём осям. Сложнейшие геометрические расчеты давались так легко, словно ее обратили в мощнейший процессор. Удивительно. Контур полупрозрачного пола становился ярче в месте, куда она ступала. Раньше ей никогда не доводилось погружаться в киберпространство, хотя, возможно, и сейчас не довелось. Рысь по-прежнему не понимала, где находится, просто все это сильно напоминало видеозаписи Эрика, где он путешествовал по электронным внутренностям сетевых кабелей. Сходства были налицо — этого вполне хватило, чтобы сделать первичные выводы о месте пребывания. Она шагнула ещё пару раз и вздрогнула от неожиданности. — Рысь, ты меня слышишь? — откуда-то сзади или сверху, или спереди, или отовсюду до нее донёсся отзвук двоящегося голоса. Ее собственный голос. Как такое возможно? Этот вопрос ее больше не интересовал, она ведь гражданка современного Найт-сити. Тут теперь и не такое бывает. С треском стекла из пола хлынул поток мельчайших частиц, они вскружись в неистовом танце, словно следуя чьим-то точнейшим указаниям, сцеплялись друг с другом, образуя вокруг Рыси медленно вырисовывающиеся очертания нового пространства. Обернувшись, она отпрянула на шаг от неожиданности — рядом с ней из ничего собралось панорамное окно, за стеклом которого виднелась все та же бесконечность цифровой пустоты с полупрозрачными поверхностями пола и потолка. Рысь оказалась в чьей-то квартире, очень просторной и очень дорогой. Хозяева явно не пожалели эдди на ремонт. Имелась даже система умных рольставней. Тут точно живут какие-нибудь корпоратские шафки. Немного осмотревшись, она двинулась вперёд по коридору, вихрь частиц сместился вглубь квартиры, отрисовывая и формируя ее в мельчайших подробностях. Рысь всем цифровым телом чувствовала мощь этих графических расчетов, не могла уследить даже за третью из них — настолько они были сложными. Ей казалось, она видела где-то вдалеке источник — компьютер, от которого исходит вся эта цифровая магия. Он словно находился за стеной, в другой комнате, совсем неподалёку. Он словно звал ее, звал тем голосом, что она слышала раньше. Остановившись в коридоре между двух дверей, расположившихся друг напротив друга, Рысь задумалась. Квартира стала казаться ей смутно знакомой, словно бывать тут уже доводилось. Странно, последнее время дежавю посещает ее слишком часто. Заглянув в комнату, она увидела двух девочек — двух сестер. Они были совершенно не похожи, но Рысь точно знала, что они сёстры. Откуда? Возможно, сработала интуиция. — Ну что, кибербогомол добегался? — одна девочка, та, что была постарше, с рыжими волосами, прижала к стене ту, что помладше. — Отдай. Старшая сильно напоминала ей Лизи — огневолосую подружку Соломона. Мотнув головой, младшая засмеялась. Ее заливистый, звонкий смех почему-то отдавался в груди странным чувством. Чувством, которое можно было математически расценить, как алгоритм тоски. Или вины. Или всего понемногу. Рысь не понимала, как могла помнить этот момент, но она совершенно точно его помнила, словно это случилось вчера. И случилось именно с ней. Вдруг смех прекратился, девочки одновременно застыли, словно кто-то поставил их на паузу. Рысь заметила, что у младшей установлены дорогие кибернетические ноги от «Арасаки». Обычно детям не устанавливают импланты, но она прекрасно знала, что у этой девочки было редкое заболевание. Либо так — либо инвалидность. Откуда она это знала?! Это ведь были две незнакомые ей девчонки! Рысь почувствовала, как источник геометрических расчетов куда-то переместился и вздрогнула, когда кто-то коснулся ее плеча. Она резко обернулась. Рядом с ней стояла женщина, голограмма женщины. На ней был надет длинный халат, туфли на высоком каблуке. В киберпространстве визуальная часть цвета теряла свою значимость, Рысь и без того уже поняла, кто перед ней, а бейдж на груди с надписью ISR подтверждал все догадки. — Здравствуй, Рысь, — цифровая женщина улыбнулась ей, — ты не представляешь, как долго я мечтала встретиться с тобой. — Мечтала? Ты правда доктор Линкс? — осмелилась спросить Рысь, их голоса были идентичны, словно говорил один человек. Она тяжело вздохнула, сделав это лишь для того, чтобы передать Рыси образ своих эмоций. — Я именно та, из-за кого все это началось, — сказала доктор Линкс так тихо, словно боясь, что их кто-то может услышать, — прости меня, я не желала причинить тебе столько страданий… — Не извиняйся, к чему это теперь? Тем более ты ни в чем не виновата. — Нет, Рысь, ты не понимаешь, — она прижалась к цифровой стене, опустила голову, — у меня было два с половиной года, чтобы все хорошенько обдумать. Я медленно восстанавливала цепь событий, произошедших в день запуска врат. Должна была закончить к твоему приходу. — Доктор Линкс, я все помню. Я знаю, что твои врата должны были принести пользу, — Рысь подошла ближе, поймала себя на мысли, что испытывает к ней странное чувство. Давно знакомое чувство, но давно угасшее. Она совершенно точно любила ее, любила, как родную сестру. — Видишь этих двух девочек? — доктор Линкс указала на них пальцем, — одна из них должна была вот-вот закончить школу, — в ее глазах появились слезы, — я сломала ей жизнь. — Что ты имеешь в виду? — не понимала Рысь. — Эта рыжая девочка… Это ты, Рысь. В тот день я активировала врата, аномалия превратила несчастную Лизи в Кассандру, в будущую Сайберлинкс, версию меня в другой вселенной. Она — это ты, а ты — часть меня. После этих слов доктор Линкс заплакала, закрыв лицо руками, медленно опустилась на корточки. — Господи… — шепнула Рысь, — но я почему-то помню, как ты пыталась закрыть врата. Почему я вообще помню то, что происходило с тобой, как такое возможно?! — Ты — часть меня, часть моей пространственной структуры, мы не просто связаны, я долго думала на этим феноменом. С точки зрения человеческого восприятия — мы с тобой совершенно разные люди, но с точки зрения природного устройства вселенных мы с тобой — две части одного организма, расколотого аномалией. Ты — более уверенная, более агрессивная часть моей личности. — Да уж, поживешь с моё в Найт-сити — тоже станешь более агрессивной. С этим у нас тут довольно просто. — Не поверишь, но я жила в Найт-сити, правда в другой вселенной и в другом времени. — Ну это не то, — Рысь усмехнулась, — это ты жульничала, сестрёнка. — Как ты меня назвала? — сквозь слезы спросила она. — Тебе не нравится? — Нет… Я… Я не это имела в виду, — она всхлипнула. — Так и что с тем проходом в A666, ты закрыла его? — Ты даже знаешь номер той жуткой вселенной… Я поражаюсь все больше. Конечно, мы пытались его закрыть, но аномалия повредила систему врат, реверсивную декодировку провести не удалось. — Если ты думаешь, что я сейчас что-то поняла… И вообще завязывай слезы лить, этим все равно ничего не изменишь. Кассандра-учёная улыбнулась полумеханической Кассандре. — После того, как я поняла, что проход не закрыть, моя эвристическо-реагирующая исследовательская киберсистема, мой ассистирующий искусственный интеллект, предложил вариант с переходом в другую вселенную, в вашу вселенную. — Тот «спутник» Арасаки… Это была ты, верно? Вот почему я все это так отчётливо помню… — Да, январь 2078-го. Мы с моим ИИ попали к вам во вселенную. В тот день я погибла, вернее впала в кому, а очнулась уже в облике энграммы в этой долбаной цифровой клетке… — А затем ты догадалась, что кто-то захватил Арасаку через сеть, заставил их притащить твое тело в Микоши и послал координаты ALам. И этот кто-то был твоим электронным ассистентом, так? — Рысь будто прочитала ее мысли. — Именно так. Постой, ALам? Вы так их зовёте? — энграмма Кассандры засмеялась, — из-за воплей, что они издают? Рысь кивнула. — Это гениально. И как я только не догадалась? Моего Ai-ассистента в момент открытия врат захватил головной компьютер ALов, внедрил в него чужеродный код и заставил перейти на их сторону. — Поэтому он представился Эриком? На самом деле это аббревиатура? Эвристическая система, блядь, — Рысь задело это за живое. — Нет, Эрик правда был в твоей жизни, он любил тебя. Это было сильное воспоминание, видимо, мой ИИ посчитал, что через него будет проще сохранить твою психику, ему ведь нужен был полноценный, здоровый носитель, а не киберпсих с боевыми имплантами наготове. Ну… А аббревиатура просто совпала, тут уж нечего добавить. — Да, и настоящий Эрик погиб тогда, отдался металлической мрази из A666, чтобы я смогла сбежать… — Он был сильным человеком, спас тебя без раздумий. — Я люблю его, мне казалось, будто я виделась с ним совсем недавно, перед тем, как выйти в опасный район. Этот электронный гад убедительно его сыграл. — Понимаю, — в энграмме доктора Линкс сохранились воспоминания о директоре ISR, — у нас с тобой и правда очень много общего. Из-за меня тоже погиб хороший человек. И не один… — Ладно, допустим, — Рысь села рядом с ней, оперлась на стену, — если ты ждала моего прихода, значит, знаешь, зачем я здесь, так? — Знаю. И это самое страшное. Они хотят, чтобы мы объединились. Они пытались внести код агрессии в мою энграмму. Они хотели, чтобы я возненавидела тебя, поглотила при первой возможности и стала для них пригодным носителем. — И как, внесли? — Рысь улыбнулась, — хочешь меня убить? — Нет, не хочу. Код они внесли, но я на то и доктор наук, чтобы не слушаться чужих команд. Кассандра взмахнула электронной рукой, сделав прозрачной одну из стен квартиры, открыв вид на мрак киберпространства. — Видишь вон там вдалеке красную точку? — спросила она. — Вижу. — Это головной компьютер ALов. Он следит за нами и ждёт, пока случится то, что запланировано. — Но оно не случится, я правильно понимаю? — Правильно. — И как ты планируешь отсюда выбраться? — Да есть тут у меня пара мыслишек… Кассандра поднялась на ноги, утерла цифровые слезы. — Место твоего прикрывающего нетраннера теперь свободно? — Да, похоже, оно пустует уже давно, его занимал один обнаглевший искин, разработанный чересчур умной моей версией. — Ну ладно тебе, я ведь не для того его делала, чтобы он кошмарил бедную наемницу в параллельной вселенной. — И как же нам выбраться? — Рысь встала. — Видела свет в той комнате, где тебя держат? — Конечно, его, блин, даже слепой увидит. — Это капсула с моим разломом. Доберёмся до нее, разобьём и свалим через него подальше от этих металлических уродов. — Только не говори, что хочешь повторить историю? — Нет, свободный разлом исчезнет сразу же после нашего с тобой перемещения. — Ты уверена? — Конечно, зачем бы мне тогда понадобилась сдерживающая капсула? — Логично, — Рысь усмехнулась. Доктор Линкс вдруг обняла её. — Я люблю тебя, Сайберлинкс. Ты мне как сестра. У меня никогда не было такого близкого человека. — Тогда давай надерем зад этим металлолюбам. Как настоящий AL-хантер и нетраннер. — Как настоящий AL-хантер и нетраннер, — повторила она и улыбнулась. Киберпространство растворилось. Белая вспышка пробежала перед глазами.

***

Рысь дернулась, всё ещё не в силах освободиться. Кироши перешёл в инфракрасный режим, она наконец поняла, что ее удерживал металлический манипулятор, окружив шипастой спиралью. Перед лицом оказался красрый прожектор ALа, они встретились взглядами. Живой человек, напичканный боевыми имплантами, и порождение металла. Он смотрел на нее, чего-то напряжённо выжидая. «Установка энграммы завершена» — уведомил интерфейс кироши. — Доктор Линкс? — позвали ее голоса ALов. Раздался звук входящего звонка, Рысь ответила. На интерфейсе появилась иконка с аватаркой доктора Линкс. — Пошел ты в жопу, металлолома кусок! — крикнула учёная версия Рыси. ALа поразила красная цифровая вспышка, обрушившаяся прямо с потолка. Механическая тварь просто выключилась и пала замертво, прожектор угас. Рысь была в шоке от такой программной атаки. Ее новый прикрывающий нетраннер был просто неповторим. — Рысь, я с тобой. Нужно только прорваться к разлому. — Я вижу. Доктор Линкс, а вам не кажется, что подобные выражения не красят вас как учёную? Ненадолго повисла неловкая пауза, а потом электронная Кассандра засмеялась. — Ты меня разводишь что ли? — ее голограмма появилась рядом с ней. — Да конечно, эти сучьи утырки и не такого заслуживают, — Рысь засмеялась в ответ. — Все, давай дуй к разлому, нам пора сматываться отсюда, — она провела несуществующей рукой по спирали манипулятора, Рысь увидела у себя на интерфейсе метки программирующих скриптов. — Я так рада тебя видеть, ты не представляешь, наконец-то у меня есть нормальное цифровое прикрытие. Рысь смогла освободиться от удерживающего ее механизма. Его спираль просто обмякла и раскрутилась, вернув ей свободу. — Я к вашим услугам, — голограмма доктора Линкс стояла рядом, и рассматривала ее, — да мы с тобой и правда одно лицо. — Да уж, если у тебя нет сестры — построй врата, да? — Ну… Вроде того. — Постой, а ты разве не видишь моими глазами? Ты же у меня в голове, нет? — Ну вообще я могу тебя видеть через киберпространстве и тем более вон, — она указала на ее отражение в полированной металлической стене. — Вопросов больше нет, — Рысь улыбнулась. До нее донеслись звуки работы механических лап ALов, десятка ALов. Они ждали ее появления все это время, ждали появления нового носителя. Кажется, дождались, вот только немного не того, чего ожидали. Рысь поняла, что оказалась в окружении смертельно опасных механизмов, металлических поделий из A666 в комнате скопилась целая толпа. — Рысь, десять цифровых сигнатур. — Поняла, — с металлическим лязгом она вытянула эррату из ножен, активировала системы нагрева, изогнутое лезвие раскалилось. Голограмма прикрывающего нетраннера появилась позади, они прижались спинами друг ко другу. Теперь их отряд был готов сработать как положено. Все системы работали в штатном режиме. Рысь выставила вперед лезвие эрраты, напрягла синтетические мышцы, в обзор попала правая рука, Кассандра увидела на одной из ее откидных крышек надпись «ISR & Милитех». — Постой, откуда у тебя… Это же моя разработка, — она позволила себе просканировать драйвера имплантов Рыси. — О чем ты? — Выпусти боевой имплант на правой руке. — На нас вообще-то сейчас нападут, одной рукой я катаной не помашу. — Выпусти, твою мать! Рысь послушала свою электронную напарницу. Крышки предплечья оголили систему боевого импланта. — Они к ней излучатель ALов прикрутили? Да это же шедевр! А почему тут так мало алгоритмов? — С кем ты сейчас говоришь? — Рысь не понимала, что происходит. Кольцо окружение смыкалось, враги наступали. — Может, ты мне пояснишь хоть немного? — Сейчас, погоди немного. На ее интерфейсе появилась надпись: «загрузка боевого ПО ISR». — Держи катану крепче. — Попробуй подержи ее, когда у ведущей руки предплечье открыто. Гибкий манипулятор импланта набрал на основании пирамидки короткую комбинацию. Она развернулась, нацелилась острой вершиной прямо в эррату. Один AL наконец осмелился атаковать, он бросился вперёд и тут же был разделен надвое. Такое разделение сказалось не лучшим образом на его штатном функционировании. Рысь даже не двинулась с места, по-прежнему держала катану, ее нагретое лезвие окружило сияющим излучением, исходящим из вершины пирамидки, встроенной в имплант. — Я даже не буду спрашивать, как ты это сделала. — Но… Я могу объяснить, честно. — Не сомневаюсь. Остальные ALы набросились на нее, мстить за сраженного соплеменника. Сандевистан Рыси пискнул, она вошла в разгон. Их медленные атаки, медленные движения… Они были не способны даже коснуться ее. Носясь вокруг, словно поток света, она рубила их на части, лишала конечностей облученным лезвием. Три взмаха — и AL падал замертво, превратившись в металлическую нарезку. В комнате за несколько секунд образовалась свалка металлолома. Рысь взмахнула эрратой последний раз, уничтожив очередного «покорителя вселенных», и использовала систему обратного таймпрыжка. Ее отбросило назад во времени, на место около обезвреженного манипулятора, она сложила боевой имплант, излучение на лезвии эрраты угасло, остался только свет раскаленного металла. Рысь закинула ее в ножны. Последний AL сиял прожектором около капсулы разлома, смотрел на Рысь злобным взглядом. Она двинулась в его сторону. — Этот твой. — А я уж даже и не надеялась, — голограмма доктора Линкс шла рядом с ней. В оптике Рыси пробежал красный проблеск, AL понял, что это конец. Сверху-вниз на него пала волна программной атаки. Металлическое тело окутало красным цифровым потоком. Он возопил, изогнулся, его прожектор мигнул, когтистые лапы вывернуло. AL свалился на пол, хвостом задел капсулу с разломом. Она упала, подкатилась к Рыси. — Что теперь? — Приложи палец к сканеру на крышки. Колба определила отпечаток, словно Рысь и правда была ее создательницей. Разлом выбрался наружу, подлетел выше, завис в метре над полом, ласково протрещав, словно благодаря за спасение. — До встречи в другой вселенной, Рысь. — Кажется, ALы сегодня пойдут нахрен, да? — Тебе не кажется. Она коснулась разлома, ее обратило во вспышку света, рвануло к небесам, испещренным инопланетной сетью, прямо в образовавшуюся трещину, пробив крышу Арасака-тауэр. Разлом схлопнулся, оставив саркофаг металлической комнаты в полной темноте, отбросив на пол парочку красивых искр. Математического следа не осталось, их новый носитель сбежал прямо из-под носа. Головной компьютер ALов взвыл двухбуквенным воплем безысходности.